Содержание:

К содержанию

Баталья - Фатима - Томар

Сегодня воскресенье. Какая удивительная тишина в Кальдаше! Где они, испанские полуночные гулянья, где дудки и петарды, где хмельное хоровое пение? Ночью было непривычно тихо. Вот они, контрасты между Испанией и Португалией.

Едем на автобусе до Батальи. Сегодня у нас обширная программа. Дорога довольно интересная, даже выехали к океану в живописном рыбацком городке Назаре. На подъезде к Баталье издалека видим громадину собора Санта Мария да Витория да Баталья, что значит <победы в битве>. По преданию, церковь была заложена королем Жоау (Иоанном) Первым в 1385 году по данному им обету: если выиграю битву с кастильцами, построю церковь. Выиграл. И основал Собор и монастырь в придачу. Великолепная готика, а клаустро - изысканный мануэлино. Здесь похоронен сам Жоау, Генрих Мореплаватель, а в так называемых <незаконченных капеллах> - его брат король Дуарте.

В Баталье со мной произошел первый казус: оставил в автобусе куртку, а в ней - любимая куколка Вераники и путеводитель <Бедекер> по Португалии. Хоть был он старый, у букиниста купленный, но верно служил: Ну ничего, меньше вещей - лучше. Не гнаться же за автобусом на машине подрезая ему дорогу. Главное - паспорта, обратные билеты, деньги и фотопленки при нас. Главное даже - фотопленки, потому, что для того, чтобы их восстановить, надо заново проехать по тем местам, где снимали. Поэтому-то память - самая дорогая вещь на земле.

Решаем за сегодняшний день посмотреть сразу три места - Баталью (уже сделано), Фатиму и Томар. С автобусами до Фатимы глухо, на единственной автобусной остановке, служащей междугородней автостанцией, не вывешено никакой полезной информации. Догадайся сам. Поэтому решаем шикануть, но сэкономить время, а посему нанимаем такси и за 12 евро нас за полчаса довозят до Фатимы. Нас высаживают на кругу, от которого расходятся аллеи, одна из которых забита народом. Один поток движется к нам, другой от нас, и нам нужно влиться в него, ибо он отнесет нас к самому главному - Санктуарию Фатимы. Справа - гигантская автостоянка, каких нам не приходилось раньше видеть: до самого горизонта. Люди разбивают палатки; присаживаясь на корточки, достают из корзин снедь и обедают. Завтра - 85 лет со дня первого явления Богоматери детям-пастушкам Франсиску, Жасинте и Люсии. И без того здесь каждый год 13 мая - день Великого паломничества, а завтра - круглая дата. В гостиницах в радиусе 100 км нет мест - они забронированы за полгода вперед. Даже места под палатки нужно занимать заранее. Интереснее всего то, что я сообразил, что на носу 13 мая только вчера перед сном, просматривая безвременно ушедший <Бедекер>. И что нам делать? Поэтому-то и возникла мысль проскочить сегодня за день аж три города и заночевать где-нибудь подальше. 13 мая здесь будет грандиозное факельное шествие, кульминация празднества. Но и сегодня паломников здесь неисчислимо. Для того, чтобы желающие могли пройти к Часовне на коленях, сделаны специальные дорожки. Обратно многие просто ползут, обессилевшие. Слева - открытая топка для свечей, которых охапками бросают в гигантские языки пламени, пожирающего людские грехи. Вроде бы, христианство теряет свое влияние на европейцев; в оплоте католической веры - Риме - в церкви ходят, в основном, туристы или заезжие польские паломники. А здесь - христианская вера на вершине экзальтации. Поднимаешься по ступеням Часовни, одурманиваемый мерным звоном колоколов, и под тобой - людское море, над которым клубится черный дым от костра со свечами. Входишь в Часовню, и по кругу тебя проносит людской поток мимо могил Франсиску и Жасинте, причисленных к лику святых. Им почти никто не верил, даже их родители, но созерцая десятки тысяч людей, единовременно пришедших поклониться святому месту, поражаешься, как много сделали и как много значат эти дети для всего человечества. То, что Фатима является значимым местом для христиан всего мира, не зависимо от исповедуемого толка, может отрицать только очень глупый и недальновидный человек, вроде тех, кто утверждает, что католические святыни нас не касаются. Очень даже касаются, а уж Фатима и подавно, т.к. из трех пророчеств одно напрямую относится к России. О нем у нас ничего не знали, да если б знали, то что толку. Апрельские тезисы были уже написаны, да и вообще народу было не до того. Кроме того, и без Фатимы у нас своих пророков, в том числе вполне светских, было предостаточно, но послушал ли их кто?

В Фатиме мы встретили много русских. Уж не знаю, в кавычках они русские или нет, но все равно это радует и вселяет надежду, что рано или поздно католики и православные отбросят глупые предрассудки и стереотипы и составят, наконец, единую общность. Но меня, чую, в эзотеризм понесло. Вернемся к нашим баранам.

Судя по всему, автобусное сообщение между Фатимой и Томаром существует, но скорее теоретически. Искать автостанцию - долго и муторно, коли ее нет в поле нашего зрения; на это может уйти уйма драгоценного времени. Все автобусы, встречающиеся нам на пути - сплошь заказные. Ну что, опять такси? Признаться, дома мы по музеям на такси не ездим, но мы же в Португалии!.. К тому же, стоило прикинуть, сколько мы времени потеряем и сколько потратим на дополнительный ночлег, и преимущество этого элитного вида транспорта были на лицо. У местных таксистов единая такса до Томара - 26 евро. Памятуя, как однажды мы с честной компанией проехали от Лсвена до Брюсселя за 200 долларов, 26 евро за 40 км пробега - сумма божеская (а какая она может быть здесь, в Фатиме). Правда, мы в КНР проехали 450 км за 100 долларов, но то ж Китай. Короче, сели мы в такси, коляску с рюкзаками в багажник, Нику на руки, и поехали. Водитель оказался очень разговорчивым. По-португальски я с ним на философские темы беседовать не решился, но он долгое время учился и работал в Италии, а посему свободно говорит по-итальянски. Я тоже на нем достаточно хорошо могу <парларе>, а потому беседа наша потекла как горный Терек после весеннего таяния ледников на вершинах Кавказа. Наш водитель оказался большим любителем и коллекционером живописи ( а у нас, интересно, среди таксистов таковые имеются?). У него своя коллекция, которую он хотел бы пополнить русскими и украинскими художниками. Спрашивает, какие художники у нас сейчас в моде. Я, к своему стыду, вспоминаю только Глазунова и Шилова, но деликатно поясняю, что они <очень дорогие> для провинциального португальского таксиста (эту фразу, естественно, я вслух не произнес; <дорогие> и всс). Из украинских вспомнил только Тараса Шевченко, который тоже живописью баловался, насколько я помню, но он помер давно, народный, так сказать, кобзарь. И вообще, ушедшие от нас, вроде Сурикова и Репина, очень редки в открытой продаже и дороги. <А Кандинский?> - спрашивает. <О, замашки>,- подумал я и ответил, что этот тоже дорогой. И чего ему Кандинский? Оставлю ему на десятиевровой бумажке автограф Баландинского, глядишь, лет через ндцать его дети этот билет на Сотбисе продадут тысяч за двадцать долларов...

Спрашивает, работаю ли я в Томаре. Мне это кажется уже забавным: все спрашивают, где мы здесь живем или работаем, но никто не воспринимает нас как туристов. Что ни <русский>, то гастарбайтер, - так, что ли? Водитель поясняет, что сюда много приезжают на работу с Украины и Молдавии, но, в основном, живут нелегально, поскольку рабочая виза продлевается только до четырех раз, т.е. человек может до пяти лет прожить, а потом - пора и честь знать. Но здесь, говорит, полно народу, который по шесть-семь лет уже живет. Есть своя мафия, <опекающая> вновь прибывших. На прошлой неделе какие-то молдаване постреляли друг друга, все газеты писали. Во жизнь у людей!

Привез он нас прямо к воротам монастыря госпитальеров в Томаре. Монастырь этот похож на крепость, как и подобает пристанищу вооруженных монахов. Необычен алтарь, сделанный в виде башни, внутри которого - готическая скульптура. Но наибольшее впечатление произвел, как бы так выразиться, <скульптурный наличник окна> (более точного термина, увы, не знаю), какого, наверное, не найдешь нигде в мире. Да что, говорить, это видеть надо!

От монастыря спускаемся по дорожке в сам город Томар. Идем к автовокзалу, но сегодня уже, несмотря на довольно непозднее время (17.40), автобусы до Коимбры больше не ходят. Благо, рядом железнодорожный вокзальчик. Добрый дядя в окошке мне всс объяснил, нарисовал и вручил билеты. Нужно проехать примерно 20 минут до станции Ламароза, выйти на перрон, перейти на другой путь и покорно ждать поезда до Коимбры. Я, дурья башка, подумал, что 18.35 - это время прибытия в Ламарозу, а это было время отбытия из нее в Коимбру! Вот он каков, португальский за шесть часов! Поэтому, когда появился указатель "Lamarosa", я засомневался, та ли это станция, так как, по моему разумению, было еще рано выходить. Вот она, самоуверенность юнцов, пускающихся в путь, не зная броду, и осмеливающихся еще браться за перо ради написания глупых путевых заметок и наставления других, еще более несмышленых и не ведающих опасностей, ожидающих их на пути свободного мочильеро. Больше всего в жизни мы боимся увидеть осла в зеркале, но его отражение я увидел в стеклянных дверях безвестной станции, где мы оказались по моей милости, проскочив заветную Ламарозу. Вместо того, чтобы мударить по быстрому (от глагола "mudar" - менять, изменять; в этом случае, делать пересадку), я еще стал в поезде карту разворачивать, дабы удостовериться, та ли это станция! Мы могли бы уже в восемь вечера быть в Коимбре, а теперь только вы это время отсюда двинемся!

К содержанию

Коимбра

Мы приехали в Коимбру в начале одиннадцатого. К счастью, прямо перед вокзалом - "Residencial Internacional", так что поиск ночлега занял 30 секунд. Этот приют странников встретил нас очень радушно, как и подобает встречать гостей в веселом студенческом городе. Стоимость жилья - 30 евро, и в номере есть все <удобства>, включая ванную, ну и телевизор в придачу, который мы, однако, почти и не смотрим. Иду раздобыть что-нибудь съестное, но не тут-то было! Всс закрыто. То есть, не просто всс, а абсолютно всс. В этом главное отличие португальской жизни от испанской: португальцы слишком <правильные> европейцы, будто и не южане вовсе. После 21.00 не только съестные лавки, но и харчевни начинают закрываться, а коммерческих ларьков, в отличие от наших городов, у них нет. Так что, ложись и умирай с голоду. Как говорится, не солоно хлебавши, брожу по пустынным улицам Коимбры. А интересный город, однако ж! И обезлюдевшие ночные города бывают очень даже интересны и романтичны, особенно при полной луне.

Романтика романтикой, а ужинаем мы мюслями на воде и грустными мыслями. Но, по крайней мере, это всс лучше, чем просто сухари.

Утром опять идет дождь. Сначала сильно, потом переходит в моросящий. Так и шлепаем по лужам, закутавшись в целлофановые накидки. Через Торговую Площадь, длинную, изогнутую, застроенную такими же длинными домами с не совсем ровными фасадами, по лестницам поднимаемся к средневековым воротам Альмедины. Альмедина - самая старая часть города, отстроенная еще маврами. Под аркой ворот пристроилась лавка букиниста, тоже местная достопримечательность. Поднимаемся всс выше и выше и выходим к приземистому готическому Старому Собору тринадцатого века. Подышав готикой и немного обсохнув, по скользким булыжным мостовым пробираемся к Университету. А Университет Коимбры это всс равно, что университет Оксфорда. Основанный в 1290 году, он является старейшим в стране и может поспорить по своей значимости с университетом испанской Саламанки, до которой, кстати, отсюда не так уж далеко. Я давно мечтал здесь побывать, прежде всего потому, что Университет Коимбры у меня ассоциировался с его великолепной библиотекой. И вот теперь мечта сбылась. Хоть сегодня и понедельник, всс работает. В Библиотеку Янину, построенную в 1716-1724 годах по указу Жоау (Иоанна) V, впускают группами по 25 человек, так что нам пришлось подождать, пока группа соберется. Следующую группу запускают, когда выйдет последний посетитель из предыдущей и не надо объяснять, что последними, как всегда, были мы. И есть причина на то. Во первых, как я уже писал, я обожаю запах старых кожаных переплетов, кресел, обоев (есть и такие), мебели трехсотлетнего возраста, впитавшей в себя копоть свечей, короче, всего того старья, которым полны музеи и которые сводят с ума антикваров. С каким удовольствием я на старости лет служил бы смотрителем какого-нибудь маленького музея древностей, но не у нас в стране, где с зарплаты музейщика можно самому превратиться в экспонат, а где-нибудь старой, доброй Матушке-Европе! Мечтать не вредно.

А во-вторых (возвращаясь к библиотеке), сама она - великолепное творение барокко. 300000 книг XVI-XVIII веков в чудесной оправе!

Рядом с библиотекой - барочная капелла Святого Михаила, дальше - Колокольня, символ Университета; в основном корпусе публику пускают в Актовый Зал XVII века и Зал Личных Экзаменов. Еще, если кому хочется вспомнить молодость, рекомендую сходить в студенческую столовую. Повариться, так сказать, в студенческой среде.

Мы поварились и пошли дальше, вернее, сделав круг по городу, потихоньку пошли к вокзалу. Часть университетских строений при Салазаре была снесена и на их месте построен квартал, напоминающий фашистский ЭУР в Риме. Та же эпоха, те же принципы. Если будете в Коимбре не в понедельник, как мы, посетите музей Де Кастро - неплохое собрание древностей. По пути на вокзал я сбегал до середины моста Санта Клара, чтобы город с реки сфотографировать, чего и Вам советую.

Николай Баландинский, veranika@nm.ru.