Был у меня в жизни такой эпизод, думаю, его можно обозвать критическим. Ра-зо-ча-ро-ва-ние. Возраст подошел, мне тогда 27 стукнуло, с 18 лет замужем. У меня два взрослых сына: одному - почти 8, другому - скоро 3. Куда ни кинь глаз, кругом сыны и вечные сумки. Даже челку, которая так и норовит закрыть второй глаз, не хватает сил сдуть. А тот глаз, который навсегда закрыт - то писк моды. Помните ту моду? Была, была, то ли "Бабетта", то ли "Крыша Парижа"? Все безжалостно начесывают вверх, а остальное - сумасшедшая челка. Но я - ни про моду, ни про красоту и даже не про любовь. О-о-ох! И вот дикая пустота обуяла. Сплошные бега.

Кругом одна. Чувство, что у меня ни два сына, а целая дивизия. А за всех в ответе я одна. И походка стала, будто жираф прячет свою голову в сумку кенгуру. Ощущение вечной вины. Что мало времени, мало денег, мало молодости, мало красоты и почти нет мужа. У него со всех сторон работа. Командировки, отчеты, проверки, сдачи объектов. И все-все-все на его плечах. Кроме жены, детей и наших интересов. А ведь была самая-самая-самая!!! Самая красивая в школе, самая толстущая и длинная коса, самые лохматые и длинные ресницы. И при споре, чьи ноги лучше, эти самые, т.е. мои. Все было, было, было....

Ничего не придумала. И вдруг горечь во всем организме. Все чаще, вроде нечаянно, слышала: "А у тебя есть муж?"

- А как же? Ведь у меня 2 сына.

Никто ни разу не усомнился, не два ли у меня мужа? Это к слову. И только к отходу ко сну, когда сыны спят. Он тут как тут вечный добытчик. Глаза бы его не видели. Устала. Вечные сумки, вечные дети, вечное безденежье и бесконечная экономия, которая должна быть ох как экономна. Но знаете, вся жизнь в полосочку. И, видно, темные кончаться стали. И что-то внутри тихо запело, вроде как рассвет забрезжил. А может, под челкой третий глаз приоткрылся? Слышали? После критических ситуаций случается. Или просто весна из души выпархивать стала? Одним словом, все удачи и улыбки стали собираться в моей копилке. Видимо, растворяться стала моя озлобленность.

И уложив своих деток на тихий час, с тайной надеждой, что я еще ничего, да и не совсем старая. Тут же приступаю к своему усовершенствованию. Втискиваюсь в платьице - все еще веселенькой расцветочки, сшитое, как говорят, при Царе Горохе, которое, то и гляди, брызнет по швам. Натягиваю колготы.

С ними тоже ладу не могла дать. Видно, отвыкла от приличных вещей. На ходу всовываюсь в почти все еще новенькие свадебные туфельки, у которых каблуки 15 см и вперед. Прыгая через ступеньки, на ходу, по памяти крашу губы и - на рынок!

Благо он у нас через дорогу. Прикуплю чего-нибудь особенного для всех нас. И ему... и сразу слышу его заезженную фразу: "Да ничего, ничего... ха... ха. На пять минут в темноте за перший сорт сойдеть". Ну его...

Голову держу высоко. Грудь вперед. Животик - глубоко в себя. Не торопясь. Как по подиуму переставляю свои на 15 см выше ноги. Без привычки левая ножка так и западает за правую или наоборот. Но это не главное. Представить себе не можете, какова она, т.е. я. На все 100. Держусь молодцом. Не помню, говорила ли, ногти ярко горят. Я их тоже на ходу маханула лачком, пока туфли отыскивала. Не представляете, где я их нашла. В кастрюлях на антресолях. Когда-то, только кастрюли и их крышки были самыми громкими игрушками, пока росли сыны. Звон, звон, звон и каблуками туфель вместо барабанных палочек. Было время! И меня этот прошлый звон ныне прямо возбуждает. Я лечу, нет, порхаю. И вокруг незаметно поглядываю, на реакцию со стороны.

Ага, пялятся, пялятся... Во все глаза и все на мои ноги. Перешептываются, уже пальцами показывают. Мол? обратили внимание. Видно годы не смогли пригасить мою красоту! Я прямо ни жива, ни мертва. Прошлась, нет, прогарцевала вдоль рынка и обратно, домой. Когда немного разум стал возвращаться в покинутую голову. Я чуть возвернулась в земное состояние и осознала, что не только разум, но и кошелек оставила дома. Но в сию минуту это уже было не главным. Я пребывала в новом жизненном состоянии, вроде как в реанимированном.

Возвратившись домой с демонстрации себя, сыны уже ждали. И я с ходу стала им счастье устраивать. На диване разложила доску, объявив шахматный турнир.

Удобно разместились. Младший, как всегда, на моих коленках. Старший, с умным лицом, напротив. И прямо с лету стал выигрывать. Я, видно, разволновалась и ручкой все колготки тереблю. И все мой яркий ноготок за что-то цепляется.

Тогда я на секунду свой глаз из-под челки - зырк... Ужас. Так и замерла. В центре, на самых сгибах обоих голеностопных суставов, колготные пятки, словно грудки торчат. Сразу перед глазами вся лента видения моего променажа по рынку всплыла. И тихий шепоток. И все пальчики ярко промелькнули. Хохот обуял меня. Мне так весело стало. От души хохотала. А дети мои так любят свою маму смеющейся. А как я люблю своих хохочущих сынов. Их совсем не интересовал повод моего веселья.

Господи, да как хорошо! Старший выиграл. Такой умный! Младший совсем взрослым стал! Трогает ручоночкой мою челку и открывает мой второй глаз. Все громче хохочем. Я их целую и все ярче ощущаю счастье, гордость и радость!

Как нам хорошо! Какие у меня необыкновенные дети!

Все в него - моего! И как эта жизнь прекрасна и удивительна!!!

Людмила Фельдблит, feldblit@mail.ru.