Последние 7 лет я имею удивительную возможность наблюдать за детьми, родившимися дома.

Сначала, имея традиционные взгляды и негативный опыт работы в отделении реанимации для новорожденных, мне было трудно понять и родителей, и тех, кто им помогает родить ребенка дома. Общеизвестен риск возможных осложнений в родах, и лучше всего об этом знают профессионалы, но, тем не менее, даже среди них есть предпочитающие для своего ребенка домашнее рождение.

В Москве уже 10 лет ежегодно происходит около тысячи домашних родов. В ЗАГСах появились специальные анкеты для регистрации детей, родившихся таким образом. Это явление комментирует пресса, ТВ, есть информация в Интернете, можно познакомиться с разнообразными видеоматериалами о естественных родах в медико-психологических центрах по подготовке беременных пар к родам. И, наконец, есть опыт тех, кто родил своих детей дома — нередко не одного-двух, а трех и даже больше!

По прогнозу некоторых специалистов через 10 лет в России, как уже сейчас во многих странах Европы, около половины родов будут происходить дома.

Безусловно, домашние роды возможны не для всех желающих. Учитывается много медицинских данных, результаты обследования женщины и ребенка, возможные факторы риска, и, даже при отсутствии таковых, иногда роды, начавшись дома, заканчиваются в стационаре. И, разумеется, очень важно присутствие на родах опытных и компетентных специалистов. К сожалению, мне известны как профессиональные акушеры, так и непрофессиональные. В моей практике были ситуации, когда родившемуся в критическом состоянии младенцу не могли оказать даже элементарную доврачебную помощь, так как принимающие роды люди совершенно не знакомы с проблемами новорожденных детей и иногда не имеют медицинского образования. В Москве был случай, когда ребенок, экстренно нуждавшийся в искусственной вентиляции легких по жизненным показаниям, на несколько часов был помещен в ванну, после чего в усугубившемся состоянии был доставлен в отделение реанимации с массивной аспирацией околоплодных вод. А домашним акушерам, которые принимали роды, термин "аспирация" даже не был известен.

Случается и так, что пара в родах остается без предполагаемых акушеров, — они не торопятся приехать ночью и дают советы по телефону, а рождение малыша в лучшем случае омрачено серьезным стрессом и растерянностью родителей.

Таким образом, имеющаяся у нас альтернатива больничным родам очень привлекательна в психологическом отношении, но не всегда совершенна в плане гарантированной помощи в случае экстренной ситуации в родах, особенно при кровотечении у женщины в послеродовом периоде и при необходимости проведения реанимационных мероприятий новорожденных. Ведь иногда нормальное родоразрешение не исключает рождение ребенка в тяжелом состоянии (например, при патологии пуповины — обвитие, пережатие или выпадение). Конечно, чаще происходят неосложненные роды, но иногда случаются и трагедии, так как большинство домашних акушеров готовы принимать только неосложненные роды и не владеют навыками реанимации у новорожденных.

Несколько лет назад в США появились клиники для естественных родов, где наблюдают в течение суток за родовой деятельностью, не прибегая к введению медицинских препаратов, и лишь только через сутки, если не предполагается скорое родоразрешение, подключают медикаменты. Видимо, эта позиция ближе к "золотой середине". Мы же пока имеем только два варианта родов: в клинике, где зачастую имеет место неоправданное увлечение медикаментозным ведением родов, и дома, где встречается игнорирование достижений цивилизации, даже когда это явно необходимо.

Совершенно ясно, что сейчас уже не все готовы смириться со строгостью санитарно-эпидемического режима (напоминающего скорее тюремный), царящего в наших роддомах, тем более, что подобных мер предосторожности в цивилизованных странах нет. В Москве уже появились роддома с "семейными палатами", где в первые дни жизни малыша мама и папа могут находиться вместе с ним. Но оплатить такие роды (до 1000 долларов) у большинства молодых пар нет невозможности.

Еще в восьмидесятые годы, работая в Германии, я узнала, что родившемуся ребенку лучше всего оказаться на животе у мамы и дотянуться до ее груди, а не очутиться на медицинском лотке, а после отделения от плаценты — вдали от мамы. В итоге, жизненно важный контакт с кожей и грудью мамы откладывается на несколько часов, а нередко и на несколько дней. Если же у ребенка, родившегося в нашей стране, есть серьезные нарушения здоровья, он обречен на отсутствие контакта с родителями на очень долгое время. Разобщение мамы и ребенка, — особенно сразу после его рождения, — недопустимая вещь, это катастрофа для ребенка (исключение составляют лишь дети, нуждающиеся в экстренной реанимации).

Более того, в зарубежных клиниках придают огромное значение присутствию родных рядом с детьми, находящимися в тяжелом состоянии. Например, там используют метод "кенгуру" — выкладывание детей из кувеза к родителям на грудь, за пазуху, кожа к коже. У нас же можно месяцами не видеть своего ребенка, если он находится в отделении реанимации. У них к работе даже со здоровыми новорожденными допускаются только медсестры, прошедшие специальную шестилетнюю подготовку. У нас — медсестры общего профиля двух-, трехлетнего обучения. То есть, "там" выхаживают детей не только с помощью первоклассной аппаратуры и гораздо лучше подготовленного персонала, но и участию родителей придается огромное значение.

Для меня стало очевидным, что если я вижу не очень благополучного младенца, родившегося дома (например, с недостаточной массой тела, признаками морфофункциональной незрелости, из двойни, или даже с риском по развитию инфекции), к моему бесконечному удивлению, эти дети раньше и успешнее адаптируются к внеутробной жизни, видимо, благодаря исключительному контакту со своими близкими, прибывая в исцеляющем поле любви, и, разумеется, минуя контакты со "злой" госпитальной флорой.

Меня очень радует отсутствие родового травматизма в домашних родах. Если в роддоме родовая опухоль больших размеров на головке ребенка, перелом ключицы (даже у детей менее трех килограмм весом) — обычное явление, а кефалогематома (то есть серьезные повреждение костей свода черепа) встречается даже у детей, извлеченных через разрез матери при кесаревом сечении, то у "домашних" детей даже маленькая родовая опухоль на головке — редкость. Перелома ключиц и других костей я не встречала даже у детей с весом более четырех килограмм. И, конечно же, нет детей, стрессированных окситоцином (это достаточно большая группа новорожденных, матери которых получили стимуляцию родовой деятельности). Эти дети имеют неврологическую симптоматику, чаще в виде синдрома гипервозбудимости, а в последующем нередко невротические реакции, эмоциональные и поведенческие нарушения, трудности в социальной адаптации.

Еще об одном возможном осложнении родов — кесаревом сечении. Для него есть абсолютные и относительные показания. В первом случае родоразрешение через естественные родовые пути по какой-либо причине невозможны; это в среднем 5-8% от общего количества родов. В некоторых роддомах этот показатель достигает 16%, что нередко обусловлено коммерческим мотивом.

Особое положение занимает так называемое плановое кесарево сечение, когда находящимся в отделении патологии беременным женщинам планируется проведение этой операции по заранее составленному графику (понедельник, среда, пятница). При этом не учитывается настоящая готовность ребенка появиться на свет, так как для одного срок беременности 39 недель вполне приемлем, а для другого — недостаточен. Есть категория детей, по степени зрелости несоответствующая календарному сроку беременности, и для них жизненно важно побыть внутри мамы до срока, предполагаемого природой, а не графиком в клинике. Плановое кесарево сечение рекомендуется проводить при оптимальных условиях, лучше при предвестниках родов или даже начавшейся родовой деятельности.

Еще недавно женщинам с рубцом на матке, то есть при имеющемся анамнезе кесарево сечение, была уготована участь только повторной операции. Сейчас есть возможность родить через естественные родовые пути. Этим успешно занимаются в Московском областном НИИ Акушерства и Гинекологии (МОНИАГ) под руководством доктора медицинских наук Л.Логутовой. "Кесарята", то есть дети, родившиеся с помощью кесарева сечения, относятся к группе повышенного риска. Они наблюдаются в палате интенсивной терапии, так как нередко у них отмечается синдром дезадаптации: нарушение дыхания, вплоть до апноэ (то есть остановки дыхания), метаболические и функциональные отклонения, снижение иммунитета. Иногда их извлекают в состоянии наркотической депрессии, и они нуждаются в искусственной вентиляции легких. Перинатальные психологи упоминают о "сенсорной депривации" относительно "кесарят", то есть об отсутствии ощущений, свойственных детям, родившихся естественным образом. Ими обсуждаются возможные нежелательные последствия этого явления.

А пока хочется надеяться, что нашим малышам будет легче и приятнее появляться в этом мире, ибо это зависит только от нас с вами.

Т.А. Бачурина,
врач-микропедиатр
материал предоставлен Центром "Крошка"