Содержание:

Начало было отличным. Будильник включился популярной песенкой на волнах какой-то ночной радиостанции, и мы, не выспавшиеся, но на удивление бодрые, занялись последними сборами. Тренькнул мобильник. Сообщение гласило, что подруга час назад родила двойню, и это событие было воспринято нами как добрый знак. Выехали в три ночи, не нарушая запланированного графика. Завезли кошку на хранение к бабушке, встретились с друзьями и понеслись на двух машинах по пустынному городу. Пока спят дети, нужно успеть проехать как можно больше. И "щемящее чувство дороги" затмевает все другие чувства и ощущения. А впереди - две недели отдыха и возможность на время забыть о делах и проблемах, и Крым, любимый Крым...

К содержанию

Приключения начинаются...

Светает. Под колесами стучат стыки бетонки: ту-тух, ту-тух... Дорога непривычно пустынна, потому что идет в объезд населенных пунктов. И вот после очередного "ту-тух" мы начинаем слышать стук, исходящий от машины. Постепенно он нарастает, и становится ясно, что стучит левое заднее колесо. Сигналим друзьям, едущим впереди и останавливаемся. Теперь на первый план выступает уже совсем другая мысль: "Только не подшипник, только не подшипник, только..." Воскресенье, пять утра, бетонка за Красноградом... Кто будет заниматься ремонтом?.. Неужели придется возвращаться назад, ремонтировать машину, потом снова выезжать? А настроение уже не то... Вываливаем на дорогу из багажника так любовно и тщательно упакованные вещи, вытаскиваем инструменты и запаску... Дети проснулись, вылезли из машин и звенят в утреннем воздухе голосками-колокольчиками, и бегают по мокрой от росы траве, пока муж и приятель возятся с колесом. Ура! С подшипником все окей! Это слетела от тряски какая-то подлая пружина, которая была с успехом водворена на место. Настроение вновь становится дорожно-приподнятое, дети залезают на свои места, пачкая сидения глиной, и путешествие продолжается...

...Бетонка позади, мы вновь выезжаем на Симферопольскую трассу. Маша после вынужденной прогулки досматривает утренние сны... Вдруг краем глаза замечаю, что в салоне горит свет, и почти одновременно с этим раздается Катин вопль. Оглядываюсь и вижу, что крышка багажника открыта. Воображение сразу рисует картинку из фильма ужасов, как в образовавшуюся черную дыру вылетают вещи и сиротливо валяются по всей трассе, словно камешки, разбросанные Мальчиком-с-пальчиком. Тормозим. Закрываем багажник. Едем. Тормозим. Закрываем багажник. Снова едем. Снова тормозим... После пяти или шести остановок делаем привал для технического совещания. Замок багажника терпел нагрузку, пока вещи были аккуратно сложены. Но после ремонта колеса сумки забросили как попало, и они заняли гораздо больше места. Вот старенький замок и перестал справляться. Похохотали, подумывая перевязать багажник веревкой, покрутили какие-то винты, поколдовали над замком и поехали дальше. Еще несколько вынужденных остановок, воспринимаемых уже как должное, и багажник, устыдившись своего непристойного поведения, наконец перестает открываться...

К содержанию

Приключения продолжаются...

...Ялтинская трасса летит под колесами, поворот на Лучистое. Дорога, по которой всего два месяца назад шли пешком, направляясь к вершине Димерджи. Кажется, будто мы никуда и не уезжали отсюда: все та же пасмурная погода с моросящим дождем и такая же плотная, косматая шапка тумана над Димерджи. Дорога начинает петлять серпантином, вынуждая нас останавливаться каждые пять минут: дочку друзей, Полину, укачивает.

...Солнечногорское, опровергая свое название, встречает нас проливным дождем и неуютными серыми пейзажами. Оставляем всех детей в одной машине и отправляемся на поиски жилья и осмотр пляжа. Улу-Узень стекает по грязной канаве мутным потоком, вливается в море и превращает его в глинистую взвесь. Идем вдоль трассы, обдаваемые с ног до головы брызгами проезжающих машин, и прикидываем, как будем ходить здесь по несколько раз в день с детьми. Пляж хорош своей шириной и протяженностью, но набережная отсутствует. Вместо нее - трасса. Стоим под зонтами у грязного моря в полном унынии и не знаем, как быть дальше. И будь денек поприветливей, да море почище, возможно, мы и остались бы в поселке с ласковым народным названием Солнышко, но, посовещавшись, решаем отсюда выбираться. Мне так жаль расставаться с мечтами и планами вновь увидеть Джур-Джур, пройтись по Хапхалу, подняться с детьми в Долину Привидений и съездить в ялтинскую Поляну сказок... Куда теперь? И в воспоминаниях всплывают выжженные, ветреные холмы и прозрачное море, в котором можно рассмотреть все камешки на пятиметровой глубине, деревья шелковицы и длинная набережная с продавцами картин и сувениров, причал и рыбацкие баркасы со свежей рыбой и малосольной килькой... И над всем этим - величественный Карадаг, словно зеленый оазис в пустыне.

Опуская подробности двухчасового ралли по мокрому серпантину вдоль побережья с заносом на встречную полосу и поиски жилья, которое устроило бы всех, скажу следующее: мы попали в Коктебель, где не были семь лет...

К содержанию

Край голубых вершин

Именно в Коктебеле мы впервые встретились с Крымом (страшно подумать!) десять лет назад. Встретились, влюбились с первого взгляда и храним верность по сей день. Тогда нам незнаком был Новый Свет, и южный берег оставался неизведанной и неоткрытой землей. И Коктебель, с его головокружительными просторами и пронзительной морской чистотой, навсегда остался для нас символом беспечной юности, беззаботности и новизны с легким привкусом экстрима...

Мы бродили по поселку, набережной, паркам, узнавали и... не узнавали. Дом Волошина и гранитная набережная с фонтаном, причал на ржавых сваях и дорогие рестораны, заброшенная тропинка с холма и новая лестница к морю, галька на пляжах и достроенные эллинги... Кафе, которых здесь всегда хватало, продолжают свое наступление. И широченные поселковые пляжи, на которых мы когда-то проводили так много времени, превратились в узкую двухметровую полоску насыпных булыжников или вовсе исчезли под бетонным причалом эллингов. Не все изменения к лучшему... Но, слава Богу, есть Карадаг, невозмутимый и постоянный, хранящий покой этого удивительного места и уж с ним-то точно все в порядке.

Здесь нет насыщенного хвоей новосветского воздуха и ошеломляющей зелени Мисхора, нет ялтинского шика и своеобразного гурзуфского колорита. Но здесь есть крепкий аромат степного разнотравья и освежающий морской бриз, тонкий прозрачный воздух и неповторимый климат, энергетика Карадага и ощущение полной свободы. И только здесь из-за моря встает потрясающих размеров красная луна, отражаясь в вечерних волнах бриллиантовой лунной дорожкой. И только здесь царит аура творчества, впитавшая за полтора века мысли, чувства и надежды многих известных и талантливых людей.

Сосредоточенность и теснота
Зубчатых скал, а рядом широта
Степных равнин и мреющие дали
Стиху - разбег, а мысли - меру дали.
(М.Волошин)

Забытый и любимый Коктебель, ну же, распахни свои объятия. Мы вновь у тебя в гостях...

К содержанию

Легендарный Казантип

Первые несколько дней по приезду мы пребывали если и не в унынии, то уж точно в расстроенных чувствах. Всему виной плохая погода. Само по себе подобное событие не так уж и ужасно, но холодное море второй год подряд - это слишком. И если в прошлом году хотя бы не было дождей, то на этот раз тучи обосновались всерьез и надолго. Три дня на пляж ходили короткими перебежками, от дождя до дождя, купались в обжигающе холодной воде и наблюдали странное несоответствие между забитыми пляжами и совершенно пустым морем. На четвертый день, в поисках теплого моря отправляемся на крымский Азов. Пусть дети хоть немного поплещутся в свое удовольствие. Самое близкое от Коктебеля азовское побережье находится километрах в пятидесяти, но легкие пути не для нас. Мы направляемся к мысу Казантип. Долго блуждаем по заброшенным пустынным трассам, обозначенным на карте, но не существующим в действительности (были они когда-то спроектированы для казантипской АЭС, но так и не проложены, как и не достроена сама АЭС). И выезжаем, наконец, к пляжу.

Я никогда не любила Азовское море. Слишком мелкое, слишком невзрачное. С таким же предвзятым отношением ехала я и на Казантип. Но увиденное стоило того, что бы тащиться в такую даль. Огромный Казантипский залив, протяженный, почти пустой пляж. Мыс Казантип, нарушая степную идиллию, скальными обрывами врезается в море. Мелкий белый ракушечник приятно пересыпается под ногами, не напрягая, как галька, и не пачкая все вокруг, как песок. Море умеренно мелкое, теплое и, что самое удивительное, чистое. Рай для малышни. Дети, едва выбравшись из машины, бросаются к морю, пробуют воду, сдирают на ходу одежду. Разбиваем небольшой лагерь из пляжных зонтов, подстилок и шатра для дневного сна Маши и Полины и начинаем отдыхать. Катерина, научившаяся хорошо нырять с маской и ластами, практически не вылезает из воды. И иногда мне приходится вытаскивать ее на берег силой, что бы хоть на время отвоевать плавсредства. Машка и Полина в надувных жилетах барахтаются на мелководье, собирают ракушки, в общем, наслаждаются морским отдыхом по полной программе. Мясо, замаринованное еще с вечера, жарится на костре, подстегивая невероятными запахами и без того зверский на природе аппетит... Сухое коктебельское вино искрится в пластиковых стаканчиках, и это, пожалуй, первый день настоящего отдыха и расслабления. Как мало для этого нужно: теплого моря, да безлюдного пляжа...

...Наблюдаем за маленькими, слегка похожими на чаек, птичками, которые раз по десять подряд бросаются головой в море в поисках рыбешек:

- Какие забавные птички! Как же они называются?

Трехлетняя Маша сидит чуть в стороне, занята своим делом и, похоже, не вникает в наши разговоры. Вдруг она поднимает голову и отчетливо поясняет:
- Зуек! - и снова возвращается к перекладыванию ракушек с места на место.

Минута молчания... Месяц назад мы с Машей пару раз собрали паззлы "На море", изучая изображенную там живность. Собрали и забыли. Но я и предположить не могла, что дочь не только запомнит новые названия птиц, но еще и сопоставит картинку с живыми пернатыми... Никогда не перестану удивляться этим малышам.

Назад возвращаемся лишь вечером, удирая от черной грозовой тучи. А она, устав от погони, разразилась дождем в стороне от Феодосии, а до Коктебеля так и не добралась.

К содержанию

Славный город Феодосия

Очередной ненастный день. Небо затянуто тучами, и нет никакого просвета. В дельфинарии и на биостанции мы уже побывали накануне. Посовещавшись за завтраком, решаем съездить в Феодосию. Все лучше, чем дома сидеть. Снова по железным коням и в путь.

В далекие времена поездок в Крым поездом, мы каждый год бывали в Феодосии. Но посмотреть картины Айвазовского все как-то не удавалось. На этот раз решили начать именно с них. Оставив машины в каком-то проулке в стороне от набережной, к музею идем пешком. Катерина рыскает по лоткам с сувенирами и побрякушками, а Машка восторгается якорями, мозаичными кораблями и прочими атрибутами портового города...

В музее пристраиваемся к экскурсоводу. Мне ужасно хочется послушать историю создания той или иной картины, но Маше это совершенно не интересно. Она привыкла слушать мои комментарии, и мы уходим в другой зал на собственную экскурсию. Многие картины знакомы дочке по репродукциям, и она легко их узнает. Останавливаемся возле "Кораблекрушения". Маша внимательно смотрит на картину и сокрушенно повествует:

- Ветер дует, волны, шторм... Перевернулся кораблик, все люди в воду попадали. Ну, что ж поделаешь, мама? Вот такие дела...
Эх, Машка! Тебе бы экскурсоводом работать...

Море неспокойное и мрачное, моросит дождь, становится совсем неуютно. Но с набережной хорошо виден порт, грузовые краны и корабли. Машу такой расклад вполне устраивает. Она наблюдает все это великолепие, уплетает пирог с абрикосами и поет: "Эта телитолия зовется акватолия..." Катя тоже довольна. Оказывается, она давно мечтала побывать в музее Айвазовского ("Нам на уроках мировой культуры о нем рассказывали") да, к тому же, папа дал денег на очередной браслетик. С чувством выполненного долга отбываем обратно в Коктебель...

К содержанию

Тихая, тихая бухта

Есть в трех километрах от Коктебеля такое местечко: песчаная бухта, спрятавшаяся от посторонних глаз за мысом Хамелеон. Она действительно тихая и даже во время шторма здесь почти нет волн. В былые времена мы хаживали туда на целый день пешком с четырехлетней Катей. Но она с трудом выдерживала этот переход: подъемы и спуски с холма на холм да карабканье по валунам вдоль моря были для нее непростой задачей. Зато теперь она легко домчалась туда на взятом напрокат горном велосипеде, временами обгоняя даже папу. Эх, растут дети, растут...

Хотелось, очень хотелось прогуляться в Тихую пешком, будоража в памяти почти ностальгические воспоминания, но Машуне этот путь пока не по силам. Поэтому едем туда на машине, втиснувшись двумя семьями в одну. Размытая не прекращающимися дождями глинистая дорога местами кажется совершенно непроходимой. В одном месте, опасаясь застрять, вылезаем в чавкающую грязь, оставляя детей в машине. А вокруг, на холмах, трава, еще не выжженная степным солнцем, зеленеет мягким ковром, и красными пятнами пестреют одиночные маки.

Тихая бухта практически безлюдна. В лучах мягкого вечернего солнца мокрый серый песок кажется более приветливым, а всклокоченное море не таким холодным. Машка, выкупавшаяся и переодетая в сухую одежду, нашла на пляже глубокую грязную лужу и, конечно, не упустила возможности извозиться там с ног до головы. Сменной одежды больше не было, и на Машу надели папину футболку, завязав подол на поясе. Она тут же его развязала и начала носиться по песку, словно привидение "дикое, но симпатичное".

На обратном пути заезжаем в фирменный магазин винзавода "Коктебель" и остаток вечера проводим у моря, вдали от шума кафе и дискотек, наслаждаясь прозрачными сумерками пастельных тонов и тонким ароматом вина "Карадаг".

Юлия Каспарова, ykasparova@mail.ru