Лекция в родильном доме. Порядок присутствия – добровольно-принудительный.

- Девочки, - говорит медицинская сестра детского отделения, - воду для купания новорожденного обязательно кипятим и остужаем до 37 градусов. Детские вещи хотя бы в первые месяцы стираем детским мылом. Пеленки, запачканные каловыми массами – девочки, записывайте, –стираем отдельно и кипятим в кастрюле не менее 15 минут. А главное, девочки, никаких памперсов. Во-первых, от них опрелости. А во-вторых, парниковый эффект и бесплодие в будущем...

После такой лекции новоиспеченные мамочки пребывают в шоковом состоянии и тихонько перешептываются в коридоре: "А я уже памперсов купила, куда теперь их девать..."

В веселом расположении духа только я и еще одна мамашка со стажем. Да, со вторым ребенком к подобным советам относишься с изрядной долей юмора. А вот с первым у меня все было примерно так же...

Для стирки детских вещей мной было закуплено несколько пачек мыльного порошка. На коробке было написано, что он подходит как для ручной, так и для машинной стирки. Но на деле оказалось, что жирный налет, который порошок оставляет в барабане стиральной машины, может существенно сократить срок эксплуатации техники. Поэтому самым простым, но отнюдь не самым легким, решением было стирать пеленки вручную. Чем я и занималась на протяжении трех месяцев младенчества моего старшего сына.

Со вторым ребенком я не стала заморачиваться и стираю пеленки в машине-автомате детским порошком "Аистенок". Никакой особой разницы, кроме того, что я существенно облегчаю свое существование, я не заметила.

Кипятить белье, к счастью, мне и с первым в голову не приходило. Какие могут выжить бактерии после утюга, с установленной ручкой терморегулятора на максимум, под мощной струей пара? Такие дома, к счастью, не живут. Кроме того, проглаживание детских вещей актуально только в самые первые месяцы жизни, пока ребенок наиболее уязвим. А по мере взросления – исключительно из эстетических соображений.

Вопрос об использовании памперсов в нашей стране до сих пор остается открытым. Как правило, старшее поколение выступает категорически против одноразовых подгузников. Помню, пришла патронажная сестра к моему старшему сыну. Увидела малыша в наполненном после ночного сна подгузнике и пришла в неописуемый ужас, будто бы мы с маниакальным усердием издеваемся над младенцем, и нас давно уже пора лишить родительских прав.

Многочисленные родственники послевоенного поколения также считали своим долгом вступиться за права новорожденного. В итоге под таким напором я отказалась от использования памперсов вообще. Вставала по многу раз за ночь, чтобы поменять пеленку, но и это не уберегло моего сыночка от переохлаждения. Летом малыша не укрывали. Он писался и просыпался лишь тогда, когда пеленка становилась холодной, как утренняя роса. А через несколько дней мы попали в больницу с острым пиелонефритом.

После этого я все эксперименты прекратила и стала пользоваться одноразовыми подгузниками по мере необходимости: для сна, прогулок, во время прихода гостей и в дни тотальной загруженности.

Со вторым малышом вопрос "быть или не быть" для меня уже не стоял. Думаю, в любом деле нужно придерживаться золотой середины.

Кипятить воду для купания с первым сыном не представлялось возможным. Горячей воды не было, и для того, чтобы вскипятить полную ванну, необходимо было задействовать огромное количество времени и ресурсов. Поэтому мы сразу ограничились добавлением в воду обычной марганцовки на период заживления пупочной ранки, а впоследствии с успехом использовали травяные отвары.

А вот наш сосед по подъезду с ужасом вспоминает ежевечернюю помывочную кампанию с включением всех чайников, кипятильников и кофеварок, влажностью как в русской парной и поминутным выбиванием автоматов-предохранителей...

После лекции нам торжественно вручили две пачки памперсов(!) от спонсора и набор детской косметики. Не преминув, правда, попутно сообщить, что лучшее косметическое средство для малышей – все-таки прокипяченное растительное масло.

Вернувшись в палату, я легла покормить малыша грудью, погасив верхний свет. В палату вошла медсестра.

- Вы спите уже?

- Да, собираемся...

- А ребенок с вами, что ли, на кровати лежит?

- Угу.

- Да вы что?! Не боитесь приспать?

- Что, простите?

- Придавите во сне, говорю.

- ???

- Да и не приучайте лучше, а то до школы с вами спать будет...

Мой старший сын, как и полагается младенцам, начинал спать в детской кроватке. Порой мне приходилось по нескольку часов просиживать возле него, пытаясь усыпить. Стоило мне только отойти на метр, как начиналось кряхтение, переходящее в хныканье.

Кроме того, через некоторое время выяснилось, что у меня проблемы с лактацией, и чтобы увеличить выработку молока нужно было: во-первых, высыпаться, а во-вторых, усиленно стимулировать грудь между 3 и 8 часами утра. Моменты, надо сказать, взаимоисключающие, и единственный способ совместить несовместимое – переложить ребенка к себе в постель.

Через некоторое время молоко вернулось, а мы с сыном так и продолжали спать вместе весь период грудного вскармливания. А в два года сын благополучно ушел спать в свою новую кровать.

С малышом я поступила несколько иначе. С детской кроватки была снята боковая спинка, а сама кроватка вплотную придвинулась к моей кровати. На стыке я проложила одеяло. Теперь, чтобы покормить малыша, мне стоит только протянуть руку, а с другой стороны ребенок защищен бортиками на случай, если вдруг старшенький под утро вдруг захочет поваляться с нами.

На следующий день после выписки из роддома к нам пришла участковая врач. Осмотрела ребенка и дала рекомендации общего характера.

- Кормим по требованию – вы в курсе, да? Но не чаще, чем через два часа.

Я кивнула, а сама подумала, скольким же мамочкам этот совет способен испортить жизнь. Со своим старшим сыном я на этом уже споткнулась. С первого месяца жизни моего малыша я старалась упорядочить режим кормления. Сынок же оказался ленивым сосунком. Он сосал минут 15, засыпал на полчаса и вновь требовал грудь. Я наивно полагала, что плачет он по какой-то другой причине (а самая распространенная – это младенческие колики), ведь с последнего кормления прошло еще не больше часа.

Выждав еще примерно час, я возвращала грудь сыну. Но через 15 минут он вновь засыпал, и все повторялось сначала. Молоко стало стремительно пропадать. Я обнаружила это только спустя две недели, когда после трехчасового интервала не смогла сцедить ни капли. Наладить лактацию мне помогло только многочасовое сосание сына.

Мой второй малыш – копия первого, такой же ленивый сосунок с рождения. В период бодрствования сосет он с интервалом в полчаса минут по 10. И если бы я послушала совета участкового врача, неизбежно бы столкнулась с той же проблемой. А вот моя подруга кормила малышку раз в три часа. Молока у нее было много и текло оно ручьем само по себе, так что ребенку не нужно было прилагать никаких усилий. Поэтому для них это был оптимальный режим.

Каждый ребенок и каждая мама индивидуальны. То, что хорошо для одной пары "мать-дитя", может быть неприменимо для другой.

Свой собственный опыт – все-таки бесценная вещь. Можно читать книги и журналы, штудировать Интернет, просить советов знакомых и все равно чувствовать себя неуверенной, сомневаться в правильности своих решений, переживать по всяким мелким поводам. Со вторым же ребенком все становится значительно проще и легче, ведь уже не нужно изобретать пресловутый велосипед.

Интересно, а как оно бывает с третьим?

Лариса Балан, la792005@yandex.ru.