Содержание:

Реклама

Сын первый

Начну с того, что забеременела я первый раз в 17 лет, рожала, когда уже стукнуло 18. Было это в 96 году, интернета у меня, конечно, тогда не было, все знания получала в консультации (в студенческой поликлинике), и во время моего нахождения в стационаре в течение месяца на сохранении на сроке 21-22 недели.

Замуж пришлось выходить на третьем месяце, в институте взять академ. отпуск, хорошо хоть муж работал и мог меня содержать, но не без помощи моих терпеливых родителей (да, уж вот я им засаду устроила...). Надо сказать, что за всю беременность я ни разу не испытала токсикоз, только на раннем сроке не воспринимала майонез, молоко и шоколад, зато фрукты поедала килограммами. Вплоть до девятого месяца со мной пытались познакомиться на улице не особо внимательные молодые люди, а тетеньки в автобусах частенько просили передать деньги за билетик. Тогда в нашем городе в помине еще не было маршруток, ходили вместительные автобусы, и чтобы взять билет у водителя, за неимением кондуктора, иногда приходилось чапать по качаещумуся проходу несколько метров, а мне как девушке скромной и воспитанной было неудобно отказать и как-то обозначить, что я вообще-то беременная. С мужем сексом занимались вплоть до моего поступления в роддом, и желание было, и особых неудобств мы не испытывали.

Родов как таковых я не боялась, думаю, просто не совсем представляла, как это. Например, так как у меня близорукость, в карточке было написано: «Исключение потужного периода». А что такое «потуги» — я ни сном, ни духом. Заведующая в роддоме, к которой мы с мамой пришли на консультацию, без затей вытащила с полки непонятное мне приспособление и сказала, что если сделать так, как написано в карте, то ребенка придется вытаскивать при помощи вот этой штуки — щипцов, и тут я, конечно, перепугалась. В этот же день меня положили в роддом (это была суббота), сказали, что после выходных будут решать, что со мной делать, возможно, кесарево. Срок у меня ставили 37-38 недель по УЗИ, я уже знала, что будет мальчик, кстати, почему-то сразу, как только узнала, что беременна, у меня никаких сомнений не было, что мужичок родится.

В общем, отвели меня в палату, познакомилась со всеми, девочки долго не верили, что я уже рожать легла, а не на сохранение, настолько животик аккуратный был, вот что значит молодость, а ведь я к концу беременности завтракала так, как обычный человек обедает, обедала двойными порциями, ну и ужин не ограничивала, да еще в перерывах чего-то жевала. Тут я тоже своим поназаказывала, чего мне привезти из еды, какие книги, журналы, была уверенна, что до родов еще неделю-другую в больнице проведу. Тут меня та же заведующая позвала на осмотр, залезла я на кресло, она, видимо, смотрела шейку. Ну, о-о-очень больно... Вот уж я не знаю, рука тяжелая что ли — мне прямо дурно стало. Приплелась в палату, подошла к койке своей, а из меня кровь по ногам потекла, я аж замерла от ужаса, а она уже на пол капает. Прискакала недовольная санитарка, стала на меня ворчать, дескать, лишние хлопоты ей, и почему это я такая неаккуратная. В общем, в расстроенных чувствах я переоделась и легла, сразу живот разболелся. Чуть позже зашла врач, я пожаловалась, что у меня кровит, и живот болит, она сказала, что после осмотра это нормально, скоро пройдет. И правда — прошло, мы с девчонками поужинали плотненько так, сели фильм смотреть. Вот где-то на середине фильма чувствую я, что снова низ живота тянет, списала все это на последствия осмотра, а тут уже и спать пора ложиться. Задремала, но ненадолго, чувствую, то болит, то не болит, а койки эти еще советского образца скрипучие, и я на такой периодически верчусь, не могу заснуть и другим, видимо, спать мешаю, девочки мне говорят: «Сходи к медсестре, попроси но-шпу».


Время 12 ночи, разбудила я ее, говорю, меня сегодня на кресле смотрели, живот болит, дайте что-нибудь обезболивающее. Ей ума или опыта хватило посадить меня в коридоре напротив часов. Велела засекать, какой интервал между болями, сколько по времени они длятся, так я где-то полчаса сидела, пялилась на циферблат, тут медсестра подошла, отчитываюсь: «Через 5-6 минут по 30-40 секунд». Она говорит: «Ну, сейчас будем тебя поднимать в родовую, у тебя схватки». Сказать, что я была удивлена — ничего не сказать, видок у меня, наверное, был довольно глупый, я быстро-быстро понеслась в палату, вещички только недавно аккуратно разложенные и развешенные собирать.

Девчонки в палате проснулись, напутствий мне понадавали, пожеланий, многие по-хорошему позавидовали, что так быстро у меня все получилось, только легла и вот, пожалуйста, уже рожать отправляюсь. Я взбодрилась, даже весело как-то стало от мысли, что скоро своего малыша увижу. Сначала меня в приемный покой отвели, опять что-то там все записывали, какие-то мои данные (кстати, зачем, интересно, всегда спрашивают и записывают, с каких лет ведешь половую жизнь? На что это влияет?). Хорошо, я еще дома побрилась не без помощи мужа, мне предстояла только клизма. Кроме чисто психологического дискомфорта я никаких неприятных ощущений при этой процедуре не испытала. Не знаю чего они там в приемном так торопились, но отвели они мне на все про все после клизмы 15 минут, я как послушная и благовоспитанная постаралась уложиться. Как потом оказалось, не всегда стоит строить из себя исполнительную скромницу. Выдали мне шедевральную ночнушку: чистую, но с дырками. Хорошо, хоть разрешили свои тапочки и носочки оставить. Прихватила я свои баулы, и на лифте меня подняли в родовую. Там тишина, в предродовой на шесть коек тоже никого, кроме меня не было, показали мне мою кровать, посоветовали поспать, но у меня ни в одном глазу: лежу, интервалы между схватками считаю. Периодически бегаю в другой конец отделения в туалет, во всем отделении ни душа, ни биде, стоит ржавая ванна с краном, вот в ней и приходилось подмываться, как это было во время сильных схваток — уже отдельная песня. Часа два я так довольно спокойно провела, боль вполне терпимая была, но постепенно усиливалась, интервалы между схватками сокращались. Тут еще трех женщин привели рожающих, мы с ними немного поболтали, а потом...

Скоро схватки пошли одна за другой, практически без перерыва, я терпела, старалась продыхивать, у соседок моих тоже дело пошло, одна застонала, другая... В общем, через час мы трио такой концерт закатили! Четвертая девушка так к нам и не присоединилась, вообще не пикнула ни разу. А уж мы разошлись. У меня тогда процесс родов шел уже где-то 5 часов, и просто сил уже не осталось терпеть и дышать, у меня уже не схватки были, а одна большая непрекращающаяся схватка. И когда я стала покрикивать, вроде легче немного становилось, тут еще мне запретили в туалет ходить, «обрадовали»: «Ну, если приспичит, то прям под себя!» И, заботливые, тряпочку какую-то подложили... Ну уж, извините, пришлось ей воспользоваться. Это я к тому, хотя вроде неудобно такие подробности писать, что после клизмы не стоит торопиться быстрее уйти из туалета.

В общем, «веселимся» по полной, соседка справа пытается металлическое изголовье кровати вырвать, слева орет: «Cделайте мне кесарево, я больше не могу». Я посередке стенаю. Около 6 утра отошли воды, начались потуги, несколько первых мне велят перетерпеть и не тужиться, потом разрешают, и я тужусь два или три раза, скоро мне, наконец, командуют: «Полное раскрытие, идем в родовую». Я, наивная, думала, что в моем положении уже не ходят, и повезут меня как королевишну на каталке... Ага, щас! Кряхтя и подвывая, встала и поковыляла за акушеркой по коридору. Кстати, пришлось прибавить ходу, поскольку у меня близорукость (минус 5), контактные линзы я сняла, очки практически не ношу, да и не до них было, а акушерка стремительно от меня удалялась, там еще освещение не ахти, в общем, я чуть из виду ее не потеряла, кричу: «Подождите меня!» Иду и чувствую, что между ног уже вроде что-то мешает, как могла, прибавила ходу. В родовой акушерка и еще двое: парень молодой и девушка (как я поняла по разговору, то ли ординаторы, то ли вообще студенты), ну, мне уже пофигу было все, лишь бы родить скорей. Кое-как вскарабкалась на это кресло, ухватилась за поручни специальные и давай рожать! В общем, в основном этот парень роды и принимал, акушерка ему подсказывала, а девушку я, по-моему, воплями напугала, она как-то испуганно на меня посмотрела и отошла в сторону. Орать мне запретили, так как орать и тужиться одновременно не получится, я в надежде, что скоро все кончится, волю в кулак собрала и за 4 или 5 потуг без малейших разрывов родила своего первенца в 6-30 утра в воскресенье.

И тут мне стало хорошо!! Я, честно говоря, довольно спокойно на сына посмотрела, когда мне его показали, настолько было кайфово, что нигде ничего не болит! Сын родился 2кг 850 гр. и 50 см, абсолютно здоровый. А я лежала с блаженной улыбкой на лице, но мысль, что больше я, пожалуй, рожать не буду, присутствовала.

Пару часов я еще в родильном отделении со льдом на животе провела, потом спустилась вниз на своих двоих, со своими же пакетами в послеродовое отделение. Скоро муж приехал, я, чтобы его лучше увидеть, залезла на подоконник, там меня врач увидела, отругала, конечно, чего это я, только что родившая, скачу как коза. А я себя прекрасно чувствовала, ничегошеньки не болело. Скоро палата стала наполняться, много в этот день родили, и моих соседок по родам привезли, в итоге нас в палате было 8 человек. Веселуха! Все первородящие, у всех масса впечатлений. С детьми тогда вместе не лежали, приносили малышей через каждые три часа кормить. Я дня два никак не могла осознать, что вот этот все время спавший кулечек — это мой сын, я его родила. Потом муж написал мне нежное письмо, я над ним расплакалась от счастья, и вот после этого во мне проснулся по-настоящему материнский инстинкт.

В послеродовом к моему удивлению опять-таки не оказалось душа, только раковина в палате и общее на все отделение единственное биде в комнатушке без замка на двери! У нас так одна девушка предстала во всей красе во время подмывательного процесса перед толпой студентов-медиков, которым показывали отделение. Так как в то время выписывали только через 6-7 дней, то я накануне выписки залезла в служебный санузел, у них там (о, счастье!) была страхолюдная ванна с краном, и кое-как помыла голову, а то волосы уже в кошмар превратились. Меня там застукали, но не ругали, только удивились, зачем же это мне понадобилось мыться-то!?

Долго я еще на все традиционные вопросы типа «А когда за вторым?» отвечала, что в роддоме я была первый и последний раз.

Потом время шло, сын рос, когда ему было примерно 2-3 года, я почувствовала, что не против еще родить, память стерла или смягчила все неприятные моменты, а вот чувство всепоглощающего счастья я помнила очень отчетливо. Но вторые роды случились у меня только через 10 лет. В других условиях и уже от другого мужа.

Сын второй

Вторым малышом я забеременела уже в сознательном возрасте — мне было 27 лет, и я была второй раз замужем. Не могу сказать, что мы как-то специально это планировали, но я внутренне чувствовала, что хочу ребенка и почти перестала предохраняться. Муж, правда, был несколько иного мнения и предпринимал попытки контролировать процесс. И тут судьба повернулась ко мне лицом: я практически случайно, без каких-то особых усилий с моей стороны, пройдя серьезный конкурс, устроилась на Работу Мечты: в той сфере, в которой всегда хотела работать, с супероплатой и суперусловиями и отличными перспективами!

Когда я вышла на новую работу, у меня уже была недельная задержка месячных, но это для меня обычно, да и тест не полосатился. Когда месячные не пришли еще через неделю, я уже с внутренней дрожью купила тест, и вторая полоска подтвердила, что я буду мамочкой во второй раз. Не могу сказать, что муж был рад, мы долго разговаривали — рожать или... Стыдно, но в какой-то момент ему удалось поселить во мне сомнения, хотя я постоянно твердила ему, что хочу этого ребенка, и никакая супер-пупер-работа мне не нужна, но муж в то время имел на меня огромное влияние и, даже ужасно это вспоминать, я с ним поехала на прием в частную клинику консультироваться по поводу прерывания беременности. Всю дорогу мы молчали, я плакала, в каком-то тумане поднялись к врачу, она осмотрела меня, сказала, что срок 7-8 недель. Вот тут я очнулась, оделась и сказала, что ничего я делать не буду, я люблю этого ребенка и рожу его, даже если мне придется это делать в качестве матери-одиночки. На удивление легко муж вдруг согласился, что родителями нам быть! Сразу стало легко и спокойно, с работы я уволилась через 2 месяца: пока искали мне замену, потом я вводила преемницу в курс дела... Я их подвела, конечно, но не специально же, максимально постаралась помочь тому человеку, который пришел вместо меня, в обиде вроде бы не остались.

Беременность опять протекала без малейших признаков токсикоза, только снова неприятие тех же продуктов на ранних сроках, что и в первую беременность, из чего я сделала вывод, что, скорее всего, у меня родится второй сынок. Что потом на УЗИ и подтвердили, хотя и врач в ЖК, и многоопытные бабульки-соседки, и свекровь-акушерка, и муж, и родня — все говорили, что у меня по всем признакам будет девочка. Вообще, это была самая лучшая моя беременность из трех именно по душевным ощущениям: я просто наслаждалась ей, рядилась в красивые одежки, всегда ухоженные волосы, маникюр. Все мне говорили, что я просто свечусь от счастья. Все-таки в мои 18 лет, беременная первым сыном, я была по сути еще избалованной сначала родителями, а потом первым мужем девчонкой, и в моем случае было верным высказывание, что первый ребенок — это последняя кукла. Я покупала массу книг и журналов с советами по беременности, родам и уходу за детьми, сидела в форумах для беременных, прочитала огромное количество статей по теме.

Роддомов в нашем городе только два. Помня о бытовых условиях в одном из них (по опыту первых родов 10 лет назад), решила рожать в другом, в котором лежала неделю на сохранении. Там было современное новое оборудование, свежий симпатичный ремонт, хорошие душевые, ну и, конечно, самое главное, потому что там мне обещали подобрать самого лучшего врача, который будет вести мои роды. ПДР у меня было 22 октября. И вот незадолго до этой даты я неожиданно узнаю, что облюбованный мной роддом закрывается на мойку как раз в тот период, когда мне предстоит рожать.

В срочном порядке обзваниваются все знакомые с просьбой порекомендовать врача в единственном оставшемся родильном доме. К счастью, такая кандидатура с лучшими рекомендациями была вскоре найдена. Да и в роддоме, как оказалось, за 10 лет, что меня там не было, многое изменилось в лучшую сторону и в плане оснащенности, и в плане предоставляемых услуг (я воспользовалась отдельной родильной палатой, отдельной палатой с удобствами в послеродовом отделении и индивидуальным ведением родов). С врачом я познакомилась за пару недель до ПДР. Она мне понравилась, особенно после того как она совершенно безболезненно провела осмотр. Шейка, по ее словам, была совершенно готова к родам, так что рожу я в ближайшие дни, это меня и обрадовало, и испугало одновременно, недаром я не раз слышала, что второй раз рожать страшнее, чем в первый.

В моем случае это так и оказалось. Что называется «меньше знаешь — лучше спишь». За неделю до ПДР у меня был назначен осмотр у моего врача. Вещи в роддом уже были собраны, и на всякий случай мы взяли их с собой, а перед этим заехали в магазин «Все для новорожденных» и затоварились по полной программе, причем мне пришлось мужа еще останавливать, а то он скупил бы все. Я не очень верю во всякие «беременные» приметы, но на всякий случай тут мы подстраховались, воспользовались услугой, которую предлагал этот магазин — можно выбрать у них все, что тебе нужно, но не оплачивать и не забирать с собой до того, как родишь. Они все откладывают у себя на складе и, когда наступает нужный момент, привозят тебе домой, где ты и расплачиваешься за покупки. Таким образом мы все выбрали до родов, но, по сути, купили только уже после появления малыша. В общем, после такого приятного шопинга мы приехали в роддом. Наша милая врач вскоре спустилась и повела меня в смотровую, как всегда совершенно безболезненно меня осмотрела и говорит «Ну все, ты в родах, раскрытие 4 см!» А я не сном ни духом! Ничего не чувствовала — ни боли, ни какого-то дискомфорта! От волнения меня аж затрясло. Растерянно улыбаюсь, выхожу к мужу и сообщаю ему, что остаюсь рожать. Я иду переодеваться в «фирменную» рубаху. Дают абсолютно новую, белоснежную, но, оказывается, из-за своей незастиранности она какая-то жесткая и неприятна для ставшей в последний месяц чувствительной груди. Но все это мелочи в такой важный момент. Заполняем бумаги, и мне делают клизму. Помня свой предыдущий опыт, никуда не тороплюсь, хотя наконец чувствую очень терпимые схватки (время 19-00).

Реклама

Поднимаемся в родовую. Там все за 10 лет изменилось в лучшую сторону. Меня ведут в отдельный родзал, где стоит удобная широкая кровать, есть душ, туалет, а посередине палаты возвышается родильное кресло (или как там оно называется?). От его вида мне становится не по себе, а попросту страшно, стараюсь смотреть не на это, а на стол для новорожденного, на весы, на которых его будут взвешивать. Потихоньку успокаиваюсь, тем более боли никакой не чувствую, схватки идут, но они совсем терпимые. Время идет, болтаю по телефону с мужем, мамой, вставать мне не разрешают, говорят, чтобы не ускорять роды, поскольку за час (с 19 до 20-00) раскрытие еще значительно увеличивается, чуть быстрее, чем нужно бы, как объяснила мне врач. Ближе к 21 -00 боль все-таки усиливается, но терпеть вполне можно, дышу как собачка и стучу кулаком по стенке, почему-то так легче. Периодически подключается врач и массирует мне поясницу. Кстати, в первых родах схватки были практически непрекращающимися и очень болезненными, было ощущение, что у меня выкручивают все тело как тряпку. А во время вторых родов были перерывы между схватками, позволяющие немного передохнуть, и боль ощущалась в основном в пояснице и внизу живота.

Где-то в 21-10 отходят воды, становится совсем больно, открытие полное, начинаю стонать и чувствую потуги. Врач просит потерпеть и постараться еще немного не тужиться, терплю минут 7 и говорю, что больше не могу. Тут звонит муж, стараясь не заорать от боли в трубку, говорю, что не могу сейчас разговаривать, он дрогнувшим голосом отвечает, что понял. Меня переводят на кресло, потуги усиливаются, и я в особенно острые моменты кричу. Замечаю, что врачей в палате прибыло. Разрешают тужиться на схватках, ощущение (как метко заметила моя подруга), что тебе нужно, извините, покакать поленом. Еще помню мои мысли: «Давай, малыш! Выходи! Только бы не порваться!» Понимаю, что-то ли забыла, то ли разучилась тужиться. Вокруг все подбадривают и командуют: «Давай! Давай!» Стараюсь изо всех сил и тужусь, как надо — в живот.

Тужусь еще и слышу: «Молодец! Головка прорезалась! Хочешь потрогать?» Я говорю: «Я боюсь! Когда всего рожу, тогда потрогаю!» Ну, дальше уже было легче, еще одна потуга, и чувствую, как малыш вышел. На часах 21-30. Ребятенка буквально на полминуты уносят на его столик, он кричит басом, смотрю, не отрываясь, и уже безумно люблю его. Врач командует, чтобы сына положили мне на живот, он тут же успокаивается, а я глажу его по спинке и не хочу, чтобы забирали. Но все-таки приходится отдать, пока меня обрабатывают. Вот это, я скажу вам, неприятно, хотя у меня опять не было не одного разрыва или трещины. Стараюсь отвлечься от болезненных манипуляций, слежу за тем, что делают с малышом. Вес — 3050 гр., рост 51 см. Все в порядке. Наконец меня перекладывают на кровать, через некоторое время отдают сына, уже запеленутого и в чепчике. Он молча смотрит на меня, врач помогает мне дать ему грудь, он со второй попытки присасывается и начинает чмокать, потом засыпает. Все оставляют нас, врач идет звонить моему мужу. А я, абсолютно счастливая, не могу наглядеться на малыша и так люблю его, как кажется никого и никогда...

Так как родила я уже поздно вечером, то сына у меня, после того как нас спустили в послеродовое отделение, на ночь забрали. Вроде как с благой целью, что бы я отдохнула, поспала. Я согласилась, но так до утра практически и не сомкнула глаз, извелась просто вся — как там он без меня. И в 7 утра уже не выдержала и попросила какую-то первую встречную медсестру, что бы мне принесли малыша. Слава Богу, никто не препятствовал. Лежала я в отдельной палате, и до выписки мы с сыночком уже не расставались. К нашему возвращению домой муж все отлично подготовил. Единственный «косяк» — это то, что на выписку он принес мне мои добеременные сапоги на высоченных шпильках, на которых я за время беременности практически разучилась ходить, но пришлось их напялить и шкандыбать до машины.

Сын уродился полной копией папы, я даже не думала, что такое возможно — он просто клон своего отца от кончиков волос на голове до ноготочков на ножках. Это просто поражает. С папой у них нереальная любовь (даже не верится, что когда-то он его не хотел, муж и не любит об этом вспоминать...)

Довольно скоро родился мой третий сын, причем роды проходили в несколько экстремальных условиях.

Реклама

Сын третий

Вообще-то я хотела еще одного ребенка. Конечно, девочку, так как двое мальчишек уже были (плюс у мужа от первого брака тоже был сын), но, как я всем говорила, лет этак через пять. На тот момент моему второму сынульке исполнился годик, мне стало полегче, я активно занялась собой (салон красоты, спортзал 6 раз в неделю, подумывала еще записаться на танцы). И просматривала вакансии, поскольку моя мама прекрасно управлялась с внуком и была не против заниматься им в случае моего выхода на работу. В середине ноября мы весело и шумно отметили мой день рождения (29 стукнуло), а в первых числах декабря у меня не пришли месячные...

Почему-то я была уверенна, что это просто задержка, хотя был один раз, когда мы с мужем забыли об осторожности. Даже тесты не стала делать и на все шуточки мужа, что это «оно», смеялась и разуверяла его. Прошло две недели, ничего не случалось, и я пошла в аптеку. Первая же попытка увенчалась двумя полосками, вторая на утро была уже как констатация факта. У меня было реальное состояние шока, но мыслей об аборте ни у меня, ни у мужа в этот раз даже не возникало. Конечно, рожать! Не могу сказать, что я прямо была счастлива, несмотря на то, что второй сын, как, впрочем, и первый, был достаточно спокойный, хорошо спал, хорошо кушал, практически не плакал и совсем не болел. Все-таки я чувствовала некоторую физическую и моральную усталость, никакой депрессии, но замкнутость на быте несколько утомила, еще жалко было терять хорошую физическую форму, в которую я себя привела путем достаточно жестких тренировок. И третий раз рожать казалось еще страшней, несмотря на практически идеальные и беспроблемные первые и вторые роды. Почему-то всю беременность меня преследовал страх, что в этот раз все так гладко не пройдет.

Муж меня окружил заботой, убедил, что почти погодки — это замечательно. Что, когда я рожу, наймет няню и, если я захочу, то даже оплатит мне пластические операции, если у меня будут такие-то проблемы с фигурой, которые я не смогу исправить в спортзале. В общем, пошла я удивлять своим прибытием для постановки на учет своего врача в ЖК. Третью беременность ходить, конечно, было тяжелее: организм еще недостаточно восстановился после предыдущих родов (ну, это я так чувствовала). Маленький сорванец, который не прочь вскарабкаться маме на ручки, то передвигается по детской площадке со скоростью света, бытовые заботы которые никто не отменял... И все это на фоне постоянного желания лечь и поспать. Хвала небесам, я так и не узнала, что же такое токсикоз! Правда, почти всю беременность проходила с повышенным тонусом, а под конец испытала впервые, что такое отеки. На первом УЗИ в 12-13 недель пол малыша, конечно, не определили, а вот в 21-22 недели УЗИ мне пришлось делать аж 4 раза в течение 2 недель, потому что ребенок так крутился, что врач не могла рассмотреть его сердце, и для исключения патологий процедуру мне пришлось приходить несколько раз. С сердечком все оказалось нормально, и еще за 4 сеанса врач уж рассмотрела во всех подробностях, что у меня снова будет сын. Никто не верил, но мы с мужем нисколько не расстроились, а, наоборот, расхохотались: «А кто же еще у нас может быть!» Со сроком ПДР получилась путаница, по УЗИ ставили конец августа, врач — середину, а я думала, что в первых числах.

Рожать решили в том же роддоме и с тем же врачом, что и второго сына. В конце июля, в четверг, приехали к ней на осмотр, живот уже был сильно опущен, врач как всегда очень аккуратно посмотрела и сказала, что раскрытие 1 см — я даже до конца недели не дохожу. Велела, как только почувствую схватки, тем более, если отойдут воды, не медля ехать в роддом и вызывать ее, так как велика вероятность стремительных родов.

Ну, еще неделю я отходила, даже пришлось еще в ЖК наведаться, откуда меня уже с пожеланиями благополучных родов проводили. А жара стояла жуткая, живот к земле тянет, в общем, я уже жаждала родить. И 3 августа, в субботу, как раз был назначен осмотр у моего врача, затеяла «гнездование»: все перемыла, перестирала, наготовила еды, затарила холодильник продуктами и стала ждать мужа с работы, собираясь вечером ехать к врачу (она как раз дежурила). У меня, конечно, была подспудно мысль, что я этими хлопотами спровоцирую приближение родов, но в первую очередь меня что-то как толкало заняться хозяйством именно в тот день. Вечером около 18 ч мы с мужем не спеша поехали в роддом к нашему врачу, затем, как всегда, осмотр. И тут она у меня удивленно так спрашивает: «А ты ничего не чувствуешь?» Я говорю: «Нет, ну живот немножко потягивает, да это я сегодня наубиралась, набегалась». И тут вроде и ожидаемо, но в то же время неожиданно она меня огорошивает: «Да ты рожаешь, у тебя уже почти 5 см открытие, идем оформляться и в родовую». Я и обрадовалась и испугалась одновременно, еле уговорила меня отпустить за вещами домой (мы, когда на прием ехали, ничего с собой не брали). Она кое-как согласилась, благо живем мы недалеко от роддома (5 минут на машине). Во дворе встретили мою маму (они с папой живут в соседнем подъезде), предупредили ее и бегом домой. Будете смеяться, но я первым делом помыла голову, причесалась, сделала легкий макияж... Как говорится, к встрече с сыном во всеоружии, хотя к врачу я тоже, естественно, ходила в приличном виде, но тут мне показалось, что я недостаточно хороша. Муж на меня так несколько странно посматривал — бабе рожать, а она ресницы красит! Ну, беременная женщина, что с нее возьмешь! За 30-40 минут я управилась, вещички подхватила и поехали мы снова в роддом. Во дворе у нас летом народа полно гуляет, и меня все соседи провожали как на подвиг.

Реклама

В роддоме, как обычно, переодевание, прощание с мужем, клизма и вперед — рожать. Когда в родильное отделение поднялась, болей так и не было, хотя время было уже около девяти вечера, и раскрытие было уже 8 см. Попала я в туже отдельную платную родовую палату, она мне даже какой-то родной показалась. Лежу на кровати, живот глажу, мысленно с сыном разговариваю, как я его люблю, как мы все его ждем. Схватки усиливаются потихоньку, в перерывах засыпаю почему-то, хотя общее состояние у меня довольно-таки нервозное и возбужденное. Через час, в десять вечера, боль становится довольно ощутимой, и я понимаю, что отделаться как в прошлый раз (когда за весь период родов реально больно было только последние 30 минут) не получится. Стараюсь продыхивать схватки, ищу удобное положение для тела, давлю на точки на пояснице, пытаясь не стонать. Звоню мужу, ною и жалуюсь, что очень больно, он, как может, поддерживает и пытается рассмешить, начинаю смеяться, и почему-то становится еще больнее. Приходит врач и утешает, что скоро рожу. Да я, в общем-то, понимаю, что скоро, но терпение заканчивается, хочется поорать, но как-то неудобно. Продолжаю терпеть. Почти в половине одиннадцатого отходят воды, я радуюсь, потому что в предыдущие два раза это происходило за 30 минут до появления малыша на свет, но в эти роды мне приходится ждать еще больше часа. Наконец, в 23-30 начинает сильно тужить, мне разрешают не сдерживаться и переводят на родильное кресло.

И тут — внимание! Во всем роддоме отключают электричество! Свет гаснет, я в полной темноте на родильном кресле, потуги, роды полным ходом! Врач командует принести резервные лампы, приносят одну, которая через минуту гаснет, как мне объяснили, не успела зарядиться, и другой у них нет. В коридоре на посту по телефону ругаются с организацией, которая ответственна за подачу света, я почему-то почти спокойна и сосредоточена на своих ощущениях, хотя все наперебой меня пытаются подбодрить, что свет сейчас дадут. Но время не ждет, и процесс родов я уже остановить не в состоянии, хотя меня виновато спрашивают, могу ли я не тужиться какое-то время.

Когда понимают, что не могу, звучит новая команда: «Всем принести сотовые телефоны, включить их и направить сами понимаете куда!» Я, обалдевая от всего происходящего, вижу, как полукругом, напротив моих ног, выстраивается человек пять с включенными телефонами, слышу, что врач жалуется, что света не достаточно, кричу, что бы взяли с кровати мой сотовый (у него очень большой экран). К всеобщей иллюминации присоединяют свет от экрана моего мобильника, краем уха слышу, что, действительно, он один светит, как их пять, и чувствую, как на очередной потуге рождается головка... Почему-то вдруг проваливаюсь в сон, мне кричат: «Не спи! Не отключайся!» С трудом открываю глаза, накатывает сильная хватка, тужусь и чувствую, как ребеночек выскальзывает из меня. Снова чуть не засыпаю, и тут вдруг дают свет. Все радостно галдят и хвалят меня, что хорошо рожала и без разрывов. Слышу, как кричит мой сын, поворачиваю голову и вижу его белобрысую макушку и крошечные ручки. Меня спрашивают, каким днем записать ребенка, потому что он родился в 23-55 третьего августа, я, конечно, говорю, что раз родился в последние минуты третьего числа, значит, так и записывать. В этот раз мне его сразу не дали, потому что у меня плацента отошла не полностью, и врач долго с этим возилась, в итоге, как потом выяснилось, в матке все равно остался кусочек, и мне через несколько дней пришлось пройти процедуру чистки.

Сыночек родился здоровый, вес — 3350 гр. и 52 см рост. Дали мне его только после всех процедур со мной и с ним, его мыли, взвешивали, обмеряли, а я наблюдала. И так хотелось рассмотреть его как следует, взять на руки. Наконец, его запеленали и отдали мне, грудь брать он не захотел и почти сразу заснул.

Потом нас спустили в послеродовое отделение, сыночка забрали на ночь. Было жалко отдавать, но я чувствовала, что на самом деле устала. Вышла какая-то накладка, и мне сутки пришлось провести в общей палате на шесть человек — это жесть! Особенно, когда всем принесли детишек! Только один затих и заснул, тут же орет другой, и так без перерыва. Наконец, мне выделили отдельную палату, и я стала наслаждаться тишиной и спокойным общением с ребенком.

Дома управляться с тремя детьми оказалось не намного сложнее, чем с двумя. Тем более, я еще не успела отвыкнуть от ухода за малышом, от жизни в недосыпе и от всего того, что сопутствует появлению в доме новорожденного. Через два месяца появилась чудесная няня, и у меня стало находиться время на свои дела. Да и третий сынок практически с рождения прекрасно спал, с двухмесячного возраста засыпал вечером часов в девять и просыпался утром около семи. Я сама удивлялась. Правда, в полгода, когда у него полезли зубки, он все-таки дал нам испытать хронический недосып. Если второй сынишка — копия папа, то младший — это я в детстве. Вот так у нас получилось.

Сейчас младшенькому полтора года, и муж начинает спрашивать, когда пойдем за дочкой или сыночком, но я пока не хочу. Обожаю своих мальчишек, но быть еще несколько лет домохозяйкой — это не для меня. Хотя я не против еще раз родить, но лет через пять, а возможно, но тоже не сейчас, мы усыновим малыша из дома ребенка.

Если меня спросить, какие дни были самыми счастливыми в моей жизни, то это точно будут дни рождения моих детей, несмотря на боль, страх. Все это быстро забывается и сглаживается, а счастье, которое дают тебе дети, — это ни с чем не сравнимое чувство.