К вопросу усыновления я всегда относилась положительно. В подростковом возрасте, наверное, многих девочек волнует вопрос: "Смогу ли я иметь детей?" И для меня он как-то всегда разрешался очень просто - не смогу родить, значит усыновлю. Когда я лет в семнадцать узнала, что и одинокая женщина может усыновить ребенка, первая мысль была, как сейчас помню: "Вот здорово! Если не выйду замуж и не смогу родить - усыновлю!"
Замуж я вышла. И родить смогла. Даже двоих. И, в принципе, могу родить еще. Когда я родила старшую, Варю, отношение к детям, у которых нет родителей, у меня только обострилось. Я просто не могла думать о них без слез.
Так мы жили, у нас было двое детей - Варя и Миша. Я часто бывала в Интернете, в основном, на конференции "Материнство.ру". И вот однажды к нам на конференцию пришла женщина, Рита. Она рассказала о своих приемных детях и дала ссылку на конференцию "7я.ру. Приемный ребенок". И я пошла по этой ссылке. И оказалась в мире, где у многих, почти у каждого, были приемные дети - удивительно умные, красивые, замечательные малыши и не только малыши. Я была просто потрясена историями, прочитанными там. Стала читать регулярно, изучать юридическую сторону вопроса. Варе тогда только-только исполнилось три года, Мише было полтора.
Потом начала "чисто гипотетически" с мужем разговаривать. Ну, что он мне говорил? Классика... "Мне не нужен чужой ребенок, с генами алкоголиков и мамашами-проститутками". Причем категорично. Не хотел он тратить свое время, нервы и деньги на чужого ребенка. Я не стала настаивать. Потом стала время от времени ему рассказывать истории с конференции 7я. Он слушал краем уха. Показывала фотографии. А дети, скажу я вам - нереально красивые! Я не видела еще ни одного приемного ребенка, чтобы он не был прекрасен как ангел! Как мне показалось, отношение у мужа немного поменялось, но все равно, он считал, что это не для нас.
Пришла весна. И на конференции "7я. Приемный ребенок" вывесили рассказ об одном мальчике... Я посмотрела фото. Он был в одном из домов ребенка далеко-далеко, в Кировской области. Я и раньше его приметила, уж очень он был "по мне". Но он был большой - 4,5 года. Сказали на конференции, что пацан - чудо, но проблемы у него со статусом (то есть родители не лишены родительских прав) и скоро его переведут в детдом. Я "заболела". Рассказала Антону. Был ответ "НЕТ!"
Ну, нет, так нет...
Через пару дней сидели мы с ним в кафе, я смотрела на грязный снег за окном и думала о темноглазом, темноволосом мальчике, имя которого уже катала на языке. Но я молчала - мне же сказали "нет". И тут Антон спросил "Ты все о том парне думаешь?" (а мы не говорили об этом два дня). Я сказала, что да. Тогда он сказал: "Ну ладно, позвони, узнай, что там нужно, давай возьмем его". Я пришла домой, позвонила в опеку того города, и в Дом ребенка. В Доме ребенка мне сказали, что парень классный, умный, здоровый. А опека того города сказала, что у него нет статуса, позвоните через месяц.
На следующий день я пошла в свою опеку. Начитавшись историй о несговорчивых опекских тетеньках, я вооружилась законами и постановлениями и сразу от порога заявила: "Мне нужно собрать пакет документов для заключения о возможности быть опекуном". Меня усадили, расспросили, поговорили, предупредили... Дали список документов и телефон Центра, где проводились занятия для будущих приемных родителей.
И мы стали ходить на занятия. Два раза в неделю, по два часа, всего у нас было четыре занятия. В два часа мы никогда не укладывались - сидели и общались с психологом, пока уже не заканчивался у нее рабочий день. Ей тоже было с нами интересно. За те две недели, что шли занятия, я параллельно собрала все документы. Меня нигде не задерживали - очень быстро выдали все справки, все необходимое. Только медицина была ужасная - ну, сами понимаете, наши поликлиники и диспансеры, очереди из бабушек... На медицину у меня ушло больше всего времени - целых четыре дня. (1 день - сдача анализов, 2 - инфекционист и невропатолог, 3 - диспансеры, 4 день - заключение терапевта и комиссии).
После того, как я собрала документы, я сдала их в опеку, написала заявление. Через неделю я получила заключение. Позвонила в опеку города, где находился ребенок. А там мне сказали, что на ребенка уже есть кандидат... Я была шокирована. Но раз уж есть заключение, мы все-таки решили поехать, побороться за своего парня.
Поехали на машине. 16 часов в дороге - и мы в малюсеньком городке, на самом юге Кировской области, почти уже в Марий-Эл. Дом ребенка. Маленькое здание, бывший детсад. Запах общепитовского супа, детских волосиков, хлорки. Главврач - мужчина лет сорока, с немного усталым лицом. Нам привели мальчика. Я до сих пор слегка дрожу, когда вспоминаю этот момент. Огромные глаза. Нежная-нежная кожа, темные волосы... А в глазах! Он сказал: "Я поеду". Мы ничего не спрашивали - какое право мы имели спрашивать, если нам еще не разрешила ничего его опека? А он уже был на все согласен - заберите меня!
Мы рванули в опеку. "Нет, на ребенка есть кандидат". Мы долго выясняли, есть ли кандидат на самом деле. Я сейчас не буду вдаваться в подробности,