Как кризис освежает взгляд на вещи
Наступивший экономический спад вызвал тревожные настроения в среде работающих и заставил их по-новому посмотреть на перспективы карьерного роста.
Что же изменилось? Еще совсем недавно среднестатистический отечественный клерк был уверен в развитии своей карьеры, в том, что зарплата должна и будет повышаться, а работа была, есть и будет всегда. Воспитанныена "Экономиксе", управленцы были свято уверены в тождестве понятий "самореализация" и "карьерный рост"; соответственно, основная жизненная задача такого человека сводилась к повышению по службе и приобретению более высокого статуса.
Азбука капиталистических отношений требует такой убежденности — работника с учебной скамьи приучают высчитывать свою актуальную и потенциальную стоимость, не задумываясь о самой возможности говорить и думать о личном развитии в гуманитарных понятиях.
Рынок лежит в основе всего, значит, рынок и есть жизнь, считают они и с головой кидаются строить карьеру. Добиться успеха! А что потом? Этот вопрос откладывается до желанной точки, когда ты начальник, а не подчиненный и твои возможности хоть на время обогнали потребности.
При плавно развивающейся экономической системе этот момент в жизни человека наставал приблизительно к пенсионному возрасту. Однако наша цивилизация движется вперед со скоростью высоких технологий, и современный успешный человек стал значительно моложе своего предшественника. Очень часто можно встретить сверхуспешных тридцатипятилетних менеджеров и предпринимателей, "добившихся всего"... и оказавшихся в моральном тупике.
Привычка ставить задачи и во что бы то ни стало их решать дает победу в адреналиновом соревновании за место в иерархии, благодаря чему человек уже к середине жизни может обнаружить, что гармония и полнота при таком образе жизни утрачиваются.
Тогда вчерашний менеджер столь же активно бросается реализовывать эмоциональный потенциал и сбегает от достигнутого благополучия в так называемый дауншифтинг, увлечение йогой или роль инфан терибль.
Карьерный рост перестает возбуждать интерес к жизни и начинает восприниматься как неизбежная рутина. Работа — одно, а настоящая жизнь — другое, думает он. Это классический кризис целеполагания — или конфликт средств и целей, говоря социологическим языком. Признаться, что ты устал от карьеры и хочешь "просто пожить", в среднем возрасте стало хорошим тоном.
Но вот грянул кризис, и адреналин вернулся в карьеростроительство. Оказалось, что рутинное и скучное хождение в офис может кончиться в любой момент, привычное экономическое благосостояние оказалось под красным знаком вопроса, и люди, уже заимевшие обыкновение ругать идеалы среднего класса, массово потеряли работу и уселись писать резюме.
Ходить на работу, рискуя быть уволенным или пониженным, — это уже не рутина, а волнующее приключение. Понятие "карьера" перестало быть скучной данностью и вновь заиграло красками периода первоначального накопления капитала.
Все ощутили, что терять статус не по своей воле — неприятно. Но ведь в том-то и дело, что сама идея карьеры предполагает взлеты и падения, а также возможность проигрыша на пике, о чем "добившиеся всего" привыкли забывать. Западная модель общества, в котором личный рост (и падение) человека являются необходимым стимулом для развития, предполагают периодические выбросы уставших на обочину и их последующее вынужденное аутсайдерство. Оно может быть как чисто экономическим (потеря денег), так и духовным, когда сами деньги теряют смысл. Так что кризис финансовый лишь обнажает общекультурный, кризис ценностей и цикличность экономики. И напоминает, что, даже построив карьеру, человек не гарантирует себе тем самым статус в обществе и интерес к жизни на все времена и случаи. И теперь те, кто терял или боится потерять свое место, и те, кто сдал свои карьерные планы добровольно в обмен на жизнь рантье, сегодня снова с тревогой задумываются над смыслом карьеры.
В связи с этим необходимость заново пересмотреть понятие карьеры стала насущной, чтобы понять, в чем подвох. Почему платой за личный рост становится чувство опустошенности, превышение некоей неведомой цифры успешных карьер на тысячу населения приводит к кризису, а возможность потерять в статусе пугает людей независимо от его качества и котировки?
Начнем с определений. Понятие карьеры возникло в западной либеральной идеологии. Капитализм — питательная среда этой индивидуалистической идеологии, поэтому карьера в его мире предполагает поступательное социальное поощрение общественно востребованной деятельности.
В перестройку слово "карьера" пришлось нашему — совсем недавно советскому — сознанию явно впору. Все признали, что раз уж мы решили быть успешными и современными в мире капитализма, то и карьеру надо строить в западном, прагматическом смысле и ориентироваться на жизнь по принципу "Счастье — в успехе" с оглядкой на достижения экономической культуры Запада.
Действительно, карьера — понятие западное, но ведь явление, за ним стоящее, универсально, и нет такой культуры или нации, люди которой не стремились бы к исполнению своих представлений о жизненном успехе. Люди разных культурных цен