Часть 1 можно прочитать здесь.

ШпиЕнка уже который день не выходила на связь - Винни-Пуху было, отчего нервничать.

- Послал Бог сотрудничков, - досадовал Винни. - Ведь на неделю всего отпрашивалась и на тебе - как в воду канула! Ищи теперь ветра в П-Оле. Вот у Лешего агентура - КарГа, чертенок, - witch (aka Кириллна) - веками, что - веками! - тысячелетиями проверена. С полуслова, с полувзгляда его понимают. По первому же свисту пред его очами являются. А все почему? Потому что нечисть. А эта... мОлодежь ничего не боится - ни Ада, ни Hel.

Настроение Винни сегодня усугублялось еще и отвратительной телефонной связью с Центром. "аlle, alle!" - тщетно кричал Винни в трубку. Трубка отвечала космическим молчанием. "Скорее черепаха до Firsановки доползет, чем до Центра достучишься, - злился Пух. - И с этими людьми я собирался создавать КСЛ!"

В самом начале своей вербовочной деятельности выходец с брегов Туманного Альбиона, Винни, не очень-то доверял русским. Аглицкий снобизм мешал ему верить каким-то Аринам, Пелагеям, КАТЕРинам, и Akulina’м. Создавая агентурную сеть, он ориентировался, прежде всего, на родные его уху и чуждые русскому - имена, такие как, к примеру, Ket, O’Merry, Marie, Emily, Lusi. Даже "поляцкое" имя Зося внушало ему поначалу некоторое доверие.

Однако через некоторое время Винни вынужден был признать, что глубоко заблуждался, поскольку Just picture была такова: выяснилось, например, что O’Merry, оказалась страстной "лошадницей", и бОльшую часть агентских денег просаживала на это удовольствие, перестав даже, по ее собственному признанию, "пользоваться румынами" (!)... Рыжеволосая вьетнамская резидентка с французскими корнями, Marie Говт-Вань, денно и нощно бегала по российской столице в поисках темно-вишневого платья, увиденного ею как-то во сне... "Тоже мне... Менделеева!" - саркастически реагировал Винни, узнав об этом.

Не оправдали Винниных надежд также полузасекреченные Марина П., Наташа С., Ярослава М., Елена Н. и Полина К. Впрочем, как и зоркая и памятливая малышня - Лелик, мамАнечка, Антошик, Иришка и Ребенка... Со временем Винни пришел к выводу, что только радистка Ket - единственный человек, которому можно доверять, как говорили эти странные русские, "на все сто". "Русская женщина - это enigma", - любил повторять Пух. Он увлекся русской фольклористикой, и, кроме таких редких языков, как, например, ливонский и Ория, в совершенстве овладел еще и старославянским. Правда, справедливости ради нужно сказать, не подвела Винни "старая" агентурная гвардия, так называемая "ОБС" - Баба Лена и Баба Нюра: именно от них он узнал, к примеру, что новый русский - Жамбын Батмунх, начавший застройку фешенебельными коттеджами Старого Леса, - отбыл, не в Астрахань, как предполагалось, а в Петрозаводск - мебели из карельской березы ему, видите ли, захотелось...

Радистка Ket грустно вздохнула, и незаметно для Винни смахнула пыль с рации его любимыми джинсами "Wrangler" (которые, между прочим, Винни приобрел на аукционе Sothebys), висевшими рядом на стуле. Потом она достала из Фунтика Ириску, и задумчиво отправила ее в рот. Подшивка журнала "Elle" за 1973 год была прочитана ею за сегодняшний день, что называется, от корки до корки. Перед радисткой на раритетном Фаянсовом блюдце лежал посыпанный сахарной пудрой мадамчик пончик. "Эх, прощайте, мои 90-60-90", - подумала Ket, с любовью и нежностью глядя на аппетитный пончик. Впрочем, "расслабляться" и прощаться со "своими" она начала еще утром, когда позволила себе горячий Пай-сон с ВиОлой, а продолжила - в обед, когда они с Винни за 10 минут растерзали (нервы, а как вы думали?) пиццу диаметром 70 см с экзотическим названием "Карбонара"...

- Шеф, можно музыку послушать? - осторожно спросила Ket у Винни - напряженная тишина, прерываемая его ворчанием и кряхтением, тяготила ее.

- Чудик ты, Ket, - пожал плечами Винни. - Слушай, конечно. Опять, небось, эта... как ее? Группа "На-на" или... "Нана"? - среди музыкальных предпочтений Винни были исключительно блюзы, джазовые композиции и соул. Однако больше всего Винни любил ТанГо.

Ket включила музыку, поправила цветы в вазе: изумительный букет подарил ей сегодня утром какой-то незнакомый МЭН - Мимоза, Василек, Астра - этакое сочетание весны, лета и ранней осени...

Закатилось Красно Солнышко. Смеркалось.
- Ладно, видать, без толку ее сегодня ждать, - подытожил Винни и, щелкнув выключателем настольной лампы, зажег СВЕТку. - Почитать, что ли...
Он встал из-за стола, хрустнув Joint’ами ("Соли, что б их!.."), подошел к книжному Stella’жу di mare. Провел ладонью по затертым корешкам своих любимых книг... Здесь был Милн (еще бы!), Камю, Сартр, Жапризо, Кафка, и - особняком - "Убийство на улице Морг" Эдгара По...
- Кстати, - вспомнил Винни, - По обещала мне черенки стефанотиса... Какой сегодня день недели? Не четверг?
- Friday, - эхом отозвалась Ket: овладев в совершенстве немецким языком, она принялась за английский, и не упускала случая попрактиковаться в нем...

Внезапно с улицы донеслись странные звуки - то ли цокот копыт, то ли барабанная дробь. Винни вздрогнул, оглянулся:
- Что это?
- МуштанГ, видать, тренируется, у них с Газелью, ЛаМой и Понечкой через неделю соревнования по бегу, - ответила Ket, убирая рацию в чемодан.

Винни выглянул в окно: пахло ЧерниКой, Siniy сумрак за окном наполнялся привычными для позднего вечера звуками: лениво потявкивали bimka и Monmarency - эхо множило и разносило по округе их негромкое и "aaw", квакала Бреке Ке, урчал ВАХ-Мурка, где-то далеко в лесу, за полем, засеянном ВИКОЙ и Yarовой пшеницей, ухала СОВа, из-под крыльца доносилось едва уловимое шуршание sichan’a и мыши, спрятавшихся от Чернобурки, Foxukа и Элисон: sichan, затеявшая тяжбу с "Комсомолкой", аккуратно подшивала в досье копию очередного иска в Верховный Суд, а мыша лечила - лапку, привязывая к ней тряпочки, пропитанными знахарскими снадобьями, и горло, полоща его отваром чудодейственных трав, - при этом серьезно подумывая о смене ника на что-нибудь таинственно-гомеопатическое: "Переступенька" или Bryonia...

На крыльце сидела Лиска и вязала крючком 148-ой чехол для мобильника, успевая при этом лениво отмахиваться пушистым Рыженьким хвостом от жужжащего над ухом МушИльды.

В гнезде, свитом на вековом дубе, который рос рядом с домиком Винни, дремала Галка, по-матерински нежно обняв Крылышком Галчонка, который крепко зажал в лапках свою любимую игрушку - Пластилиновую Ворону. Таяла и вновь возникала в вечернем полумраке улыбка К.Чеширского...

- Интересно, а какие все-таки глаза у К.Чеширского - Emerald или Аквамаринчик’овые? - зевая подумал Винни...

Шустрова Катерина (КАТЕРина), kater@alp.ru.