Содержание:

Две полосочки на тесте. Смотрю на них... Слёзы, радость на душе, которую трудно описать словами. Предчувствия меня не обманули, я беременна! Боже, спасибо тебе! Ты услышал мои молитвы! Уже почти два года на все праздники было лишь одно заветное желание: подари мне малыша, мое солнышко маленькое...

Муж спит, я лежу рядом, обнимаю его крепко-крепко, и почему-то страшно с ним делиться. Ведь как раз пару месяцев назад мы решили отложить все попытки планирования, я ушла с работы, милый занялся бизнесом и вложился в него финансово. Дом не построен, не реализованы планы сменить наши машины. Для меня это все мелочи по сравнению с тем чудом, которое уже внутри, но для него как для прагматичного мужчины... Боялась его реакции. Он проснулся:

— Я должна тебе кое-что сказать...

— Положительный?

— Да, две полосочки...

К содержанию

Счастливое ожидание

Не было огромной радости, не было расстройства. Нашему папе понадобилось несколько дней, чтобы осознать происходящее. Как только эта информация усвоилась у него в голове, счастливее человека на планете просто не было, он целовал меня и повторял: "Я стану папой!".

Для меня это была вторая беременность. Старшему сыночку уже исполнилось шесть лет, он очень обрадовался предстоящему пополнению и "заказал" сестренку. Также о девочке мечтали обе бабушки и наш папка, а мне было все равно, главное, чтобы родился здоровый малыш.

Эта беременность была осознанная и долгожданная, поэтому я наслаждалась каждым днем. Просыпалась и засыпала с улыбкой на лице, ничто не могло омрачить мое счастье. Первое УЗИ, первые шевелюшки, первые прибавленные килограммы (к слову сказать, радовалась я только первым прибавкам, далее радовать они меня перестали). Я так любила гладить свой округлившийся животик. По вечерам папка и братик разговаривали с ним.

На первом УЗИ в 12 недель нам предположили мальчика, и животик приобрел имя "Лёва". До 23 недель вся семья готовилась к появлению в нашей семье еще одного мужчины, бабушки, вздыхая, убирали в дальние углы шкафов бантики, папка подбирал спортивные секции. В 23 недели, в папин день рождения, мы пошли с ним на второе УЗИ, на котором нам совершенно ясно продемонстрировали дочку! Любимый аж прослезился от счастья: мечта о красавице-дочке исполнялась. На то он и день рождения!

Так летели мои 9 месяцев. Без токсикоза и прочих неприятных нюансов, а если что и было, оно не стоило особого внимания. После выхода в декрет началась приятная суета и подготовка к появлению малыша на свет. Я покупала одежду, очаровательную и милую, занималась рукоделием и готовила комнату.

Вопрос с выбором роддома и врача у меня не стоял, я точно знала, что поеду в "девятку" к Анхимович Любови Николаевне, которая принимала у меня роды 7 лет назад. В 34 недели я приехала к ней. Так как у меня была серьезная травма таза еще в подростковом возрасте, вариант естественных родов не рассматривался, и мы обсудили дату плановой госпитализации на кесарево сечение. 18 июня ЛН ждала меня с вещами и документами в роддоме.

К содержанию

Роды

18 июня в 10-00 мы прибыли в приемное отделение. Минут 20 заняла процедура оформления. Я сразу озвучила, к какому доктору я ложусь, и меня поместили в палату, которую ведет ЛН, на первом этаже в патологии. За семь лет тут многое изменилось. Стало уютнее, везде сделан ремонт, пластиковые стеклопакеты, жалюзи, новые кровати с удобными матрасами. Палата двухместная, соседка попалась болтушка, чему я была очень рада, потому что разговоры с ней хорошо отвлекали от мыслей о предстоящей операции.

Хоть я и была уверена, что все пройдет хорошо, сам факт оперативного вмешательства меня очень пугал. В "девятке" к вопросу планового КС очень тщательный подход. Сначала меня направили сдать все необходимые стандартные анализы: кровь из пальца и вены, биохимию, ОАМ. Затем в тот же день провели КТГ плода, ЭКГ моего сердца, УЗИ и доплерометрию. Обследования показали, что все у нас в норме, малышка небольшая, 2800-2900, доношенная и здоровенькая. Операцию назначили на 20 июня.

На следующий день, 19 числа, ко мне в палату приходили специалисты: терапевт и анестезиолог, с которыми мы обсуждали детали предстоящего мероприятия, способ обезболивания и т.д. Вечером приехал любимый, и мы пошли последний разок выгулять наш пузик. Сходили в "Макдональдс", затем в магазин игрушек, купить старшему сыну подарок "от сестренки". Долго обнимались. Договорились, что он приедет ко мне утром в 9-00.

Пару слов о героизме мужа. Он по натуре своей паникер, а особенно если что-то касается его близких, и этого нельзя избежать. Еще в начале беременности мне было озвучено, что на естественные роды под страхом расстрела бы не пошел. Но так как у нас была плановая операция, я описала ему в радужных красках его роль: подержать на руках ребенка после операции, помочь доставить меня на каталке в палату и побыть с нами первый день, пока мне не разрешат вставать. Получилось же все чуть-чуть иначе...

20 июня я проснулась в 6 утра, сходила в душ. Душевые, кстати, не такие ужасные, как я ожидала из описаний на форуме, а главное, ни разу не было проблем с горячей водой, хотя в половине города она отсутствовала. Затем собрала в палате все вещи, упаковала в сумку. К слову, со вчерашнего ужина кушать мне запретили, в жидкости ограничений не было. В 8 утра в процедурной в вену ввели катетер (самая мерзкая процедура за все время пребывания в роддоме), а также поставили какой-то антибиотик, чтобы избежать послеоперационных осложнений.

Потом у всех был завтрак, а я сидела и пускала слюни — кушать очень хотелось. Кормят в "девятке" просто отлично для больницы. К 9 утра приехал муж. Мы сидели в палате, смеялись, чтобы как-то скрасить нарастающую панику. Точное время операции назвать не мог никто, все зависело от того, будут экстренные пациенты или нет, но с 9 утра до обеда обещали позвать.

В 10-30 в палату заглянула медсестра и пригласила последовать за ней на 5-й этаж. Там находятся родовые боксы, а в самом конце коридора — операционная. Муж с вещами бежал за нами. Перед дверью операционной мы поцеловались, я приготовилась пустить слезу, но все происходило так быстро, что даже не успела.

Меня встретил уже знакомый анестезиолог. Вид анестезии был выбран "спинно-мозговая", по ощущениям отличается от эпидуральной, которая была 7 лет назад. Я забралась на узкий операционный стол, анестезиолог практически незаметно поставил укол в спину — я даже удивилась, когда поняла, что это уже сама анестезия. К катетеру подконнектили какую-то капельницу и зафиксировали меня на столе.

Если от эпидуралки никаких неприятных ощущений не было, то при спинно-мозговой мне стало тяжело дышать. Доктор потыкал меня зубочисткой, ощущений не было, вообще, никаких, даже прикосновения не чувствовала. Мне надели кислородную маску, и стол наклонили немного вбок — дышать сразу стало легче. Передо мной надвинули ширму, и началась операция.

7 лет назад я чувствовала всё, кроме боли: чувствовала, как воды лились, как трогали живот и резали. В этот раз не было никаких ощущений, психологически так намного комфортнее, мне показалось. Мне бы поболтать с кем-нибудь, да маска мешала на лице. Развлекала себя осмотром помещения и в отражении операционной лампы разглядывала, как внутри меня копошатся хирурги. Через некоторое время меня предупредили, что будут тянуть, поворочали из стороны в сторону, и вот он, первый звонкий долгожданный звук "А-а-а!".

— 11 часов 17 минут, запишите время рождения!

Я пробую спросить через маску:

— Кто у меня? — и слезы наворачиваются на глаза...

— Девочка! Хорошая такая девочка, а вы кого ждали?

— Ее и ждали! — говорю сквозь слезы, через маску, никто меня не слышит. Плакать мне запретили, говорят, потом сморкаться будет больно — это правда, кстати.

Малышку запеленали, показали мне буквально на несколько секунд и унесли в детскую комнату обрабатывать, измерять. Я ничего толком не разглядела. Поняла лишь, что очень хорошенькая и очень маленькая! В этот раз я как-то на себе была сконцентрирована больше, эмоции были позже, а сейчас все еще было трудно дышать. За 15 минут с шутками и прибаутками врачи закончили меня шить, убрали ширму и привезли каталку.

К содержанию

Дочка

Мой дорогой все это время сидел в коридоре, слушал адские крики рожениц из всех родовых, наблюдал, как бедные девочки в муках слоняются по коридору и очень переживал за нас. Когда его попросили пройти в операционную помочь, его нервная система была на пределе, руки тряслись, и во взгляде читался ужас. Его попросили переложить меня на каталку, так как мужчин там уже не осталось к концу операции. Все дружно выкатили меня в коридор и оставили на пару часов понаблюдать за состоянием. Мы с мужем обнимались и целовались.

— Ну, на кого она похожа?

— На маленького человечка, милый!

— Я серьезно, на меня ведь?

— Я ее 30 секунд видела и всё! Сходи за ребенком и сам все увидишь. Пусть нам ее уже отдадут.

Папка ушел на пост к медсестрам. Мне поставили капельницу с окситоцином. Вот тут я прочувствовала главный бонус — он же и минус спинно-мозговой анестезии. Очень быстро ко мне вернулась чувствительность. Сначала я смогла полноценно дышать "полной грудью", затем шевелить ногами, а через короткий промежуток времени стала чувствовать, как сокращается разрезанная матка. В тот момент я понимала каждую роженицу, которая кричала за стенкой, и думала, что если бы был выбор, рожала бы сама...

Папа вернулся с нашим бесценным розовым свертком, стоял рядышком, любовался и был самым счастливым человеком.

— Покажи мне дочку! — просила я с каталки.

— Сам еще не насмотрелся, — отвечал он.

— Давай к груди приложим ее, уже почти час прошел, надо быстрее.

Мы позвали медсестру.

— Ну что, ваши параметры 3034 г, 50 см, все в норме, 8/9 по Апгар. Давайте помогу ее приложить.

Ребенка положили сверху на меня, втолкнули в ротик грудь, а папка держал ее на мне. Так мы кормились полчаса, пока не затекли руки. Малышка уснула, папа забрал ее себе на руки и сел на диванчик — любоваться дальше. А я лежала и не знала, куда себя деть от боли. Оказалось, что мне положено обезболивающее, а я не в курсе. Поставили укол, и через полчаса стало полегче. Вообще легче стало сразу, как убрали окситоцин. Потом малышку у папы забрала медсестра, а он и отдал, и не спросил, зачем! Меня на каталке увезли на первый этаж в послеродовое отделение, в индивидуальный бокс, под наблюдение к моему доктору.

Бокс очень уютный, светлый, все новое, как и в патологии, из мебели стандартно — тумбочка, пеленальный столик, кровать, кроватка и стул. Сразу за дверью раковина и холодильник. Папка убежал в магазин, а я стала ждать, когда же мне принесут малышку. Звонила родителям и друзьям, отписалась на любимом форуме. Врач зашла на осмотр, узнать о самочувствии и сообщила, что ребенка до вечера унесли в детское отделение, чтобы дать мне время придти в себя.

— Но я же с мужем, зачем забрали?

— Мы ведь не знали, одна ты будешь или с мужем. Пусть он поднимется, ему ребеночка отдадут.

Пожелав всего хорошего, доктор ушла. Вернулся муж, сразу сходил за ребенком. Наконец-то мы остались одни, втроем. Я смогла занять полусидячее положение и взяла на руки малышку. Вот тут и накатили эмоции: моя маленькая красивая девочка, как же долго я тебя ждала, принцесса! Мы гладили маленькие пальчики, ручки, ножки... Это настоящее чудо. Это стоит всех мук при родах, всех неудобств беременности... Я снова стала мамой, второй раз. Это самое большое счастье, которое есть в этом мире.

К содержанию

После родов

Вечером 20 июня, через 6 часов после операции, меня перетянули простыней и поставили на ноги. Папа был с нами до самой поздней ночи. Заезжала свекровь и моя мама с сыночком. Сын сказал, когда ее увидел: "У меня самая лучшая сестренка на свете!".

В палату регулярно заходили медсестры, отвечали на все вопросы и помогали с малышкой. Подробно показывали и рассказывали, как ребенка одевать, подмывать и т.д. Прикладывали к груди и читали лекции о важности ГВ.

Мне в роддоме понравилось всё. Как врачи и медсестры, так и работники столовой, уборщицы — все были вежливые и дружелюбные. Бытовые условия — да отличные бытовые условия. Ну да — душевых мало и они далеко, санузлы по проекту здания предусмотрены в определенных местах, в концах коридоров, и этого никак не изменить, к сожалению. С таким наплывом рожениц там, естественно, бывает грязно, хотя убирают там регулярно, в день не по разу.

Но и отдаленность туалета для меня была плюсом. После кесарева сечения надо было расхаживаться — как раз до туалета и обратно. С каждым походом все легче становилось. Проходного двора никакого не заметила, хотя мне в одноместном боксе без разницы было бы, зато муж мог находиться у нас неограниченное количество времени. На третьи сутки я уже чувствовала себя совсем хорошо, боль почти прошла, прибыло молоко, доченька активно сосала грудь. У меня была настоящая послеродовая эйфория! Выписали нас на пятые сутки.

Хочу еще раз поблагодарить нашего чудо-доктора Анхимович Любовь Николаевну, которая помогла появиться на свет моим самым главным, родным и любимым человечкам. От КС у меня остаются самые светлые воспоминания. Аккуратный шов, который сейчас, спустя месяц, выглядит тоненькой полупрозрачной ниточкой (старый шов убрали), практически неразличимой. Оба раза операция была проведена идеально. Восстановление проходило быстро. Мы очень хотим еще деток, и если судьба пошлет нам такой подарок, и третьего ребеночка пойду рожать только к Любови Николаевне. Она, кстати, разрешила через пару лет уже возвращаться.

Вот такой получился рассказ. Дочку назвали Авророй — богиня утренней зари.