Содержание:

Как мы покоряли город-негодяй Хургаду под Новый 2005/2006 год. Часть 3

К содержанию

Глава восьмая, социологическая

Во время экскурсии в город Ихаб рассказал нам много интересного о проблеме религиозной розни в его отечестве. Мусульмане, которых большинство, конфликтуют с христианским меньшинством. При этом христианское вероисповедание исторически более древнее на территории Египта, чем мусульманство. Хосни Мубарак (по харизме чем-то напоминает Леонида Ильича Брежнева), бессменный лидер крупнейшей мировой державы, осененной зеленым знаменем пророка, гораздо более лоялен по отношению к христианской общине, чем его предшественники. При Мубараке даже строятся новые церкви (правда, каждая с его личного разрешения). Дело в том, что ранее (до Мубарака) политика по отношению к немусульманам была весьма жесткая, и многие очень состоятельные египетские семьи, исповедующие христианство, покинули страну, прихватив, естественно, и свои капиталы. Это ослабило и без того расшатанную войнами экономику Египта. Поэтому Мубарак решил позвать обратно богатые кланы бывших соотечественников, пообещав, что прежних гонений на религиозной почве не будет.

Ихаб и сам был "христиан", как очень гордо он про себя говорил. И папа его был "христиан", и дедушка – тоже "христиан". И вообще, в сфере туристического бизнеса Хургады (в отличие от Шарм-эль-Шейха) заняты преимущественно христиане, обслуживающий персонал большинства отелей, многие водители маршруток – тоже немусульманского вероисповедания. Это, видимо, удобно для бизнесменов-работодателей. Если работники молятся по 5 раз в день, как велит правоверным Коран, то классический менеджмент отдыхает.

Но наших туристов мало занимали столь насущные для Ихаба как "христиана" вопросы. Им надо было баек про бедуинов и про то, "сколько жен нужно нам, три или одна?" Выяснилось, что многоженство в Египте не более чем закрепленная законом фикция. Да, действительно, египтянин может жениться 4 раза (и не более 4 раз вообще за жизнь). Да, при этом он может сделать это одновременно. НО! Надо вам заметить, это такое "НО". В этом "НО" столько геморроя для рядового желающего завести хотя бы вторую жену, не говоря уж о последующих! Во-первых, без согласия первой жены на второй брак египтянин, конечно, может жениться, но первая может, если она против второго брака, формально отказаться от исполнения супружеских обязанностей и уйти, так сказать, на заслуженный отдых. Это не развод, при всем при том мужчина обязан содержать первую жену "в отставке" всю ее оставшуюся жизнь, и не хуже, чем до второй женитьбы. А ведь бывает и развод, но в этом случае только по желанию жены, тогда женщину возвращают отцу или ее старшему брату. Замуж разведенную уже не возьмут. Берут замуж второй раз только вдов, да и то потому, что калым за них меньше, все ж таки б/у. При втором и последующих браках египтянин обязан предоставить всем женам место проживания отдельно друг от друга. Либо это отдельная квартира (если желающий воспользоваться правом многоженства мужчина живет в городе и не имеет собственного дома), либо отдельный коттедж на территории усадьбы, либо (на худой конец) отдельная комната в загородном доме или половина дома с отдельным входом (ничего себе худой конец). При этом за каждую жену надо платить калым, а египтянин начинает (если вообще начинает) зарабатывать хоть какие-то деньги годам к 28, а то и позже. Так что, надо резюмировать, хваленая узаконенная египетская полигамия хороша только на бумаге да в воспаленном воображении наших отечественных мужчин.

Мы осмотрели город из окна автобуса. Впечатление было как у Семена Семеныча Горбункова. Хургада – город контрастов. То разухабистый туристический рай – вымощенные мрамором и усаженные пальмами улицы для променада, расцвеченные огнями рестораны, магазины, отели, сувенирные лавки, дискотеки и т.д. То – лачуги, слепленные из мусора, и невыносимая грязь.

И почти ни одной женщины на улицах. Ихаб объяснил этот феномен очень просто. Население Хургады на 90% состоит из приезжих из Каира, которые заняты в турбизнесе и около. Менеджеры турфирм, гиды, служащие отелей – преимущественно выпускники Каирского университета, которые знают либо английский, либо русский, либо любой другой европейский язык. Попасть работать в отель даже садовником или уборщиком – великая удача, потому что платят гораздо больше, чем где бы то ни было. Работать приезжают в Хургаду на полгода, снимая жилье или (если позволяют средства) имея здесь свое. Семьи остаются в Каире или Луксоре. Соответственно, такой образ жизни сподручнее вести все же представителям мужеского пола, так как женщине, даже работающей, даже и не мусульманке, да даже и не в Египте, а в любой стране мира, тяжелее оставить семью, быт и детей и уехать в другой город на несколько месяцев. При этом, естественно, незамужних девушек кто ж отпустит без присмотра, вот тут уже с традициями не поспоришь.

Тут мы прониклись уважением и жалостью к суровым мужчинам-египтянам, которые по полгода живут в городе-негодяе без женской ласки. Ибо нету там женщин легкого поведения как класса. Мужская нежная дружба, как известно, в арабской культуре тоже не приветствуется. Как, впрочем, и алкоголь. Чем снимать стресс одинокому египтянину на заработках в Хургаде, хоть мусульманину, хоть христианину – совершенно непонятно. То есть предположения есть, но из уважения к гостеприимным сынам пустыни промолчим. А тут еще туристки почти нагишом шастают!

Потом Ихаб повез нас смотреть на самую большую мечеть Хургады. Ну, мечеть как мечеть. Ну, большая, нечего сказать. Минареты высокие. Тарасу пришлось отойти за три квартала, чтобы мечеть поместилась в кадр нашей мыльницы. Внутрь, естественно, было нельзя. Нам – по причине наличия женщин и неправильной религиозной принадлежности одних и отсутствия таковой принадлежности у других. Кстати, неверие в Египте считается самым страшным грехом. Наш гид, понизив голос, предупредил нас, что если (тьфу-тьфу-тьфу) нам выпадет несчастье при неорганизованной прогулке в городе стать участником религиозного диспута, – то мы ни в коем случае не должны гордо заявлять, мол, "а мы – атеисты", – неприятностей не избежать. Лучше говорить, что христиане и искать боковым зрением туристическую полицию. Ихаб, поскольку был христианином, тоже был не вхож в святое место. Так что мы поглазели в широко отверстый вход на внутреннее убранство и поехали дальше.

Посетили мы также самую крупную из четырех христианских церквей города-негодяя. У входа дежурили два хорошо вооруженных наряда туристической полиции с автоматами наперевес. Во избежание: А потом нас повезли в район порта, где располагался местный морской аквариум. Там мы вдоволь наглазелись на морских гадов, многих мы с Тарасом потом видели на рифе нашего отеля, плавая с маской.

В магазинчике, куда заехали по пути "домой", купили пару бутылок водички, чтобы не покупать в отеле втридорога. Наташку тут же после знакомства с хозяином лавчонки задарили парой шоколадок и чипсами. Мы хотели заплатить, но пожилой араб замахал руками – это подарок "ай какой красавице". Усталые, но довольные, мы вернулись в отель к ужину. Наташка сразу после перекуса задрыхла.

К содержанию

Глава девятая, самостоятельная

Далее дни потекли размеренно. Погода становилась все замечательнее, рифы и рыбки были выше всяческих похвал. Единственное, что слегка омрачало сноркелинг, – обилие начинающих дайверов, баламутящих воду вблизи пирса и портящих впечатление от созерцания рифового великолепия. Неприятно плыть, рассматривая красоты подводного мира, и натыкаться на черную булькающую тушу, выплывающую откуда-то снизу, неумело барахтая ластами и сверкая выпученными глазами сквозь стекло маски.

Накануне Нового Года мы решили выехать в город-негодяй, чтобы пополнить запасы пресной воды, да и просто разнообразить досуг. Ихаб предупредил нас, что любая поездка на маршрутке стоит 2 фунта с носа и ни копейкой больше. Причем лучше без сдачи, иначе прекрасно понимающие, а нередко и говорящие по-русски перевозчики мгновенно забывают, что такое "сдача". Сколько раз мы встречали наших – то ли богатых (хм, хотя богатые не ездят в маршрутках), то ли, наверное, плохо информированных соотечественников, безропотно платящих по 10, а то и по 20 фунтов с носа и этим роняющих престиж русских в глазах египетских таксистов! Мы решили быть принципиальными и последовательными. Поэтому, отбившись от нескольких десятков таксистов, дежуривших у ворот отеля на раздолбанных легковушках, мы вышли на шоссе и стали ждать маршрутку.

Очень скоро рядом с нами притормозила видавшая виды TOYOTA, водитель микроавтобуса весело поинтересовался: куда мы? Мы вспомнили наименование одного из крупных отелей в центре Хургады и поинтересовались "Хау мач из ит?" В смысле, доехать почем? Видимо, критически оценив количество отвергнутых нами индивидуальных экипажей (водители недовольно гудели у нас за спиной), наш потенциальный извозчик назвал вполне, на его взгляд, приемлемую таксу – 20 паундов за всех. Мы покачали головами: "Ту паундс, ту паундс анд ту паундс", – популярно объяснил Тарас, поочередно тыкая пальцем в себя, в меня и в Наташу. Владелец маршрутки сделал такие глаза, как будто его сзади укусил за мягкое место крокодил. Мы пожали плечами и демонстративно стали вглядываться вдаль, как бы выискивая глазами следующую маршрутку. Водитель Тойоты горячо заговорил по-египетски, воздевая руки к небу и недовольно качая головой. Видимо, жаловался Аллаху на скупость и наглость "неверных".

Мы были холодны и непреклонны. Возница вскакивал в кабину и уезжал, возвращался задним ходом, дудел, выскакивал из кабины и доказывал нам, что дешевле только пешком, а так далеко мы с ребенком никогда не дойдем, взывал к нашей совести и чадолюбию, пугал нас, что никто за такие деньги нас не повезет. Мы улыбались сквозь "кирпич" на лицах. За всеми этими эскападами с интересом наблюдали пассажиры Тойоты, отвергнутые "частники" и вышедшая из своей будки посмотреть на сей перфоманс охрана въезда в отель. Бойцы туристической полиции, не теряя достоинства, изредка вытягивали шеи из-за бронещитов и косили глазами. Очень скоро позиции сторон слегка уравнялись, стоимость проезда паунд за паундом снизилась до 10 за всю компанию, мы же настаивали на 6 уже из спортивного интереса. Казалось, терпение маршруточника кончилось, он прыгнул в кабину и с проворотом колес стартанул по дороге, его последние проклятия остались висеть в воздухе над нашими головами. Мы разочарованно переглянулись.

И тут подошла вторая маршрутка. Не успел ее водитель высунуть голову из окна и открыть рот, чтобы заговорить с нами, как первая маршрутка уже мчалась задним ходом обратно. Когда оба водилы выскочили на асфальт и стали выяснять отношения (первый доказывал второму, что имеет на нас больше прав, ну и что, что он уехал), мы уже немного испугались. Минуту спустя мы уже сидели в первой из машин, зажав в кулаке заветные 6 египетских фунтов.

Тут надо оговориться: победив в нелегком торге, мы поняли одну простую вещь. За эти деньги на маршрутках ездят сильные духом! И мы были на время этой поездки приравнены в правах к местному населению. А именно, нам пришлось терпеливо наблюдать, когда наш тойотовожатый добывал на трассе клиентов таким же способом, как и нас. Ждать, пока он поболтает с друзьями и знакомцами, встретившимися ему в пути, терпеть рядом с собой в салоне полный аншлаг египтян и прочие прелести. Как потом выяснилось, уже за 12 фунтов путь от нашего отеля до города-негодяя почему-то значительно быстрее и комфортнее. Но первый опыт жесткого торга был очень интересен.

Самостоятельное знакомство с Хургадой у нас выразилось в гулянии туда и обратно по главному тамошнему "Бродвею", но даже при таком способе ознакомления с городом-негодяем нам не могли не броситься в глаза пресловутые "контрасты". Местами в туристической показушности наблюдались прорехи, в которые мы наблюдали совершенную харизматично-африканскую разруху и нищету.

Из сувениров мы хотели приобрести не раскрашенные статуэтки и прочую "египетщину", а национальную арабскую одежду "галабию". Это такие мужские рубашки до пят, есть белые и тонкие (нижние), а есть темные и толстые (верхние). Очень удобно носить дома. Первую мы купили, переплатив втрое после яростного торга, вторую уже в "Хургада-Стар", трехэтажном торговом центре, где собран весь ассортимент сувениров, – там цены фиксированные и гораздо ниже, чем в любой лавке города (уж не говоря о магазинах при отелях).

Воды мы покупали много, сразу несколько бутылок по 1,5 литра, ибо в отеле после определенного времени вечером совершенно невозможно ни попить, ни поесть, – все закрыто. А иногда так хотелось выпить чашку чая или кофе! Тут нам помогал взятый из Питера кипятильник.

К содержанию

Глава десятая, новогодняя

Новый Год прошел для всех нас как-то вяло. Во-первых, ну совершенно невозможно прийти в "новогоднее" настроение (имеется в виду именно настроение, а не состояние алкогольного опьянения), лежа на пляже или гуляя между пальмами! Наташка устала, как обычно, до потери пульса и, успев только запихать в себя изрядный кусок торта за праздничным столом, попросилась спать в номер. Около 22.00 мы отвели ее спать, а сами вернулись в уже знакомую "столовку", только расширенную и украшенную по случаю праздника. Ближе к 24.00 все постояльцы чуть разошлись. Немцы срывали с проходящих мимо официантов парадные фески, водружали их себе на головы и в таком виде танцевали непонятно что за танцы, самостийные хохлы бодрили себя алкоголем, русские не отставали. На сцене шло шоу, в котором танцы живота сменялись дикими скачками черных-черных африканцев в набедренных повязках с копьями в руках. Один за одним сменялись коллективы выпускников каирского "кулька". Особенно нам понравилось выступление молодого человека, одетого в цветные юбки, который кружился в танце вокруг своей оси около 15 минут, без передыха выделывая замысловатые па и фигуры сначала при помощи светящихся бубнов, потом манипулируя юбками и платками. Нас самих уже стало подташнивать от его бесконечного верчения, а ему удалось после окончания номера поклониться и балетно ускакать за кулисы. Мы аплодировали с неподдельным энтузиазмом. Нашим бы космонавтам – слабо?

Мы даже немного поплясали под "умеренную дискотеку". Между столами похаживали наши любимые аниматоры, спрашивая, все ли нам нравится. К концу вечера аниматоры нааниматорились круче всех. Иногда в поле нашего зрения попадал наш старый знакомец Рафат. Он делал нам "страшные" глаза и загадочные жесты. В ответ, еле сдерживаясь, чтобы не расхохотаться, мы делали глаза "еще страшнее" и прикладывали пальцы к губам. Разошлась публика очень рано, где-то около половины второго ночи. Я подозреваю, что не только у нас в номере дрых ребенок.

Как мы покоряли город-негодяй Хургаду под Новый 2005/2006 год. Часть 5

Алла, vanilja@mail.ru.