Содержание:

Пользоваться интернетом сегодня может каждый, но умеющих извлекать полезную информацию становится все меньше. Вместо доверия экспертам — следование за блогерами, вместо исследований — поверхностное ознакомление. Прав ли ученый, доводы которого больше напоминают ворчание старика?

>Интернет меняет способ мышления

Люди, которые когда-то вынуждены были обращаться за советом к специалистам в определенной области, теперь вбивают слова в веб-поисковик и получают ответ за секунды. Зачем полагаться на более образованных и опытных, чем вы? Или, хуже того, встречаться с ними, когда ты можешь сам получить эту информацию?

Боль в груди? Задай вопрос компьютеру: "Почему у меня болит грудь?". И получишь более 11 миллионов результатов (по крайней мере, в поисковой системе, которой я только что воспользовался) всего за 0,52 секунды. Поток информации заполнит ваш экран, выдав полезные советы из самых разных источников, от Национальных институтов здравоохранения США до других учреждений, чья репутация чуть менее достойна. Некоторые из этих сайтов, возможно, даже поставят своему потенциальному пациенту диагноз. И пусть у вашего доктора будет другое мнение, но кто он такой, чтобы спорить со светящимся экраном?

Пользователи интернета придумали много остроумных законов и формул для описания обсуждений в электронном мире. Так, "закон Поммера" гласит, что под влиянием интернета, человек, у которого не было мнения по какому-то предмету, приобретает только неверное мнение по нему. Или "закон Скитта": "Любое сообщение в интернете, исправляющее ошибку в чьем-либо посте, само будет содержать минимум одну ошибку".

Но когда речь заходит о гибели экспертного знания, то закон, о котором следует помнить — это ремарка, сделанная задолго до изобретения персонального компьютера: закон Старджона, названный так в честь легендарного писателя-фантаста Теодора Старджона.

К содержанию

Слишком много чепухи

В начале 1950-х годов высоколобые критики высмеивали качество популярной литературы, в особенности американской фантастики. Они считали жанры научной фантастики и фэнтези своего рода "литературным гетто". И почти вся подобная литература, презрительно фыркали они, была никудышной.

Старджон сердито отвечал этим критикам, что они слишком высоко подняли планку. Большинство продуктов в большинстве областей, возражал он, низкого качества, включая то, что считалось тогда серьезной литературой. "Девяносто процентов чего угодно, — указывал Старджон, — никуда не годится".

Если говорить об интернете, то девяносто процентов Старджона могут быть здесь заниженными цифрами: качественная информация всегда будет погребена под дрянными фактами и странными рассуждениями.

Но что еще хуже, нет возможности угнаться за всем этим, даже если бы какие-то группы или организации захотели бы предпринять такую попытку. В 1994 году существовало менее трех тысяч веб-сайтов. К 2014 году это количество перевалило за один миллиард. Большинство из них проиндексировано поисковыми машинами и появятся у вас перед глазами за считанные секунды, независимо от их качества.

Хорошая новость состоит в том, что даже если закон Старджона работает, все равно существует сто миллионов отличных веб-сайтов. К ним относятся все крупные мировые новостные издания (большая часть которых в настоящее время прочитывается в электронном, а не в бумажном виде), а также домашние страницы аналитических агентств, университетов, исследовательских организаций и огромного количества важных научных, культурных и политических персон.

Плохая новость, конечно же, заключается в том, что для того чтобы найти эту информацию, вам нужно перелопатить всю эту толщу бесполезной или недостоверной ерунды, размещенной любым, кто пожелает.

Интернет — это печатный станок

К содержанию

Интернет — это печатный станок

Бессчетное количество веб-сайтов нулевой ценности, переполненных чепухой, — ночной кошмар Старджона. Интернет — несомненно, великое достижение, которое продолжает менять наши жизни к лучшему, предлагая все большему количеству людей как никогда широкий доступ к информации — и друг к другу. Но здесь есть и темная сторона: он оказывает заметное и глубоко негативное влияние на то, как люди добывают информацию и реагируют на экспертные знания.

Частично информация в интернете является неверной из-за чьей-то небрежности, частично — из-за того, что люди добросовестно заблуждаются, а частично — из-за корысти или даже откровенного злого умысла. Сама же информационная среда, при отсутствии комментариев или редакторского вмешательства, выдает все это с одинаковой скоростью. Интернет — сосуд, а не судья.

В конечном счете это, конечно, всего лишь обновленная версия базового парадокса печатного станка. Как отмечал писатель Николас Карр, открытие Гутенберга в пятнадцатом веке заставило "скрежетать зубами" первых гуманистов, которые беспокоились из-за того, что "печатные книги и газеты подорвут религиозный авторитет, дискредитируют работу ученых и писцов и станут сеять мятеж и распущенность".

Эти средневековые скептики были не так уж неправы. Печатный станок использовали, чтобы массово выпускать Библии, учить людей читать и в конечном итоге усилить грамотность, которая обеспечивает человеку заметную долю свободы. Конечно, он также учил людей путать слова и факты и поддерживал создание тоталитарной пропаганды, которая подрывала ту же самую человеческую свободу. Интернет — это печатный станок, работающий со скоростью оптоволоконного кабеля.


К содержанию

Почему интернет — это не библиотека

Помимо формирования потоков ложной информации, интернет ослабляет способность как непрофессионалов, так и ученых выполнять базовые исследования — умение, которое помогает каждому управляться в этом безумном океане ложной информации.

Возможно, кому-то покажется странным подобное заявление, сделанное членом научного сообщества, потому что я с удовольствием признаю, что доступ к интернету делает мою писательскую работу значительно легче. В 1980-е годы мне приходилось писать диссертацию, обложившись стопками книг и статей. Сегодня у меня под рукой в электронном виде любые статьи с закладками и каталогами. Конечно же, это лучше, чем слепнуть часами перед копировальной машиной в недрах библиотеки.

В определенном смысле удобство интернета — это восхитительное благо, но преимущественно для тех людей, кто уже имеет опыт поиска, и кто уже обладает представлением о том, что искать. Но это, к сожалению, не поможет студенту или неопытному непрофессионалу, которого никогда не учили тому, как судить об источнике информации или о репутации автора.

Когда-то библиотеки или, по крайней мере, их справочные и академические отделы, служили своего рода навигатором среди рыночного шума. Посещение библиотеки само по себе было неким образовательным процессом, особенно для читателя, который обращался за помощью к библиотекарю.

Но интернет — нечто совершенно иное. Это, скорее, гигантское хранилище, куда любой может сбросить все, что угодно, от архивного снимка до подделанной фотографии, от научного трактата до порнографии. Это то окружение, где информационный контент формируется под влиянием маркетинга, политики и необдуманных решений других непрофессионалов, а не суждений экспертов.

Юнец, который обращается к интернету, чтобы удовлетворить свое любопытство по поводу танков Второй мировой войны, скорее всего, выйдет на книгу тележурналиста Билла О’Райли — нелепую, но хорошо продающуюся — "Убийство Паттона", а не на более вдумчивые и достоверные работы лучших военных историков двадцатого века. В интернете, как и в жизни, деньги и популярность, к сожалению, решают многое.

Вбить слова в поле поиска — это не исследование. Настоящее исследование — это тяжелый труд, а для людей, выросших в окружении постоянной электронной стимуляции, еще и скучный. Исследование требует умения найти достоверную информацию, обобщить ее, проанализировать, подробно описать и представить другим людям.


К содержанию

Интернет меняет способ мышления

Если копнуть глубже, то проблема в том, что интернет фактически меняет способ чтения и даже мышления — и только к худшему. Мы ожидаем мгновенной информации. Мы хотим, чтобы она была разложена по полочкам, наилучшим образом представлена наглядно (и никаких больше напечатанных мелким шрифтом ломких учебников) — и мы желаем, чтобы там говорилось то, что нам нравится.

Получаемый в итоге поток информации — всегда разного качества и иногда лишенный здравого смысла — создает тот слой знаний, который фактически приносит вреда больше, чем, если бы люди вообще ничего не знали.

И последнее, и, наверное, самое тревожащее: интернет делает нас озлобленными, раздражительными и неспособными вести такую дискуссию, когда все участники в итоге учатся чему-то. Самая главная проблема мгновенной коммуникации в том, что она мгновенная.

И хоть интернет позволяет общаться гораздо большему количеству людей — возможность мгновенного общения любого человека с любым другим не всегда хорошая идея. Иногда людям нужно взять паузу и поразмышлять, дать себе время осмыслить информацию и переварить ее. Вместо этого интернет становится ареной, где люди могут реагировать, не думая.

И они, в свою очередь, становятся заинтересованными в том, чтобы защищать свои моментальные реакции, вместо того чтобы принимать новую информацию или признавать ошибку — особенно, когда на эту ошибку указали люди, обладающие большими знаниями или опытом.