Реклама

Реклама

Двадцать второго июня мы с мамой с утра поехали в роддом, чтобы заключить контракт с акушеркой. Мама накануне провела целое исследование на предмет лучших роддомов, а также врачей и акушерок. В результате было решено заключить контракт с Натальей Васильевной.

По дороге я почувствовала легкие схватки. Мама волнуется и, наверное, думает, что я рожу по дороге. Нет, похоже, что я еще не рожаю. Это предвестники - слово-то какое дурацкое. Сумка у меня с собой и направление из консультации тоже - на всякий пожарный.

Приехали. В приемном отделении сидит прокуренная врачиха с внешностью Бабы-Яги.

- Нам бы Наталью Васильевну.
- А что, рожаешь?
- Не знаю, но вроде легкие схватки есть.

Врач быстренько опросила меня и заполнила анкету, давление измерила, и в смотровую.

- Сегодня родишь.

Таков вердикт. Выхожу в коридор в халате и тапочках. У мамы слезы на глазах, мы прощаемся. Меня отправляют в родилку. Проходят часы, даже я уже понимаю, что сегодня не рожу. Жара, воды у меня с собой нет, еды тоже. Лежу, слушаю вопли будующих мам и радостные крики младенцев.

После пятичасовой пытки меня, наконец, переводят в дородовое отделение. В коридоре встречаю маму. Она пробилась ко мне, несмотря на охранника внизу. Часы посещения просто чудо - с 15 до 17 часов. Странно, но мой муж работает до 18. Никого это не волнует. Дима пришел, покричал под окошком и я рысью вниз, к счастью, выпускают до девяти вечера. В палате кроме меня еще три человека, это хорошо, будет с кем поговорить. Кровать традиционная - железная сетка, провисающая в середине под тяжестью пузика. Вечером не могу уснуть, очень хочется домой.

На следующий день я заключаю контракт с акушеркой и обретаю чувство уверенности. Знакомлюсь с соседками по палате. Рядом со мной очень приятная женщина в возрасте. Вера рожает третьего. Две девчонки напротив. У Оксаны уже сын в школу ходит, а Наташа, как и я, в первый раз, она перехаживает, и врач грозит, что будет стимуляция. За рассказами о жизни и родах время летит быстро.

24 число - годовщина свадьбы. Приходит Дима и я плачу у него на плече. Мне кажется, что случится что-то ужасное, что я никогда больше не увижу ни его, ни родителей, ни своих собак. Муж утешает меня со слезами на глазах, оставляет мне целую сумку еды и едет домой наводить порядок. В выходные врачей нет, поэтому мы гуляем, гуляем. Оксана говорит, что надо больше ходить, особенно по лестнице, тогда быстрее родишь. Мы ходим, ходим...

Вечером Оксана возвращается из душа взволнованная. Все, говорит, девчонки, я рожаю, воды отошли. Она быстренько собирает все необходимое и уходит. В четыре утра мы просыпаемся от звука открываемой двери.

- Оксанка, что ты здесь делаешь, иди, рожай!
- Да я уже.

Девочка, 4.200. Такой крупный ребенок и сама пришла за вещами - фантастика. Я надеюсь, что и у меня все пройдет также легко.

В понедельник меня осматривает врач, пришла и моя аккушерка. Вопрос один, конечно: "Когда?". "Сегодня не родит, но точно в течение недели", - говорит врач. Наталья Васильевна, только что сменившаяся с дежурства, просит меня: "Давай лучше завтра или послезавтра, а то ночь трудной была". Ладно, мы с Васьком можем и еще подождать, или нет?

Вечером я плачу уже вместе с мамой, под укоризненным взглядом местной откормленной крысы. После мамы забегает Дима. Я ем мороженное и рассказываю, что сегодня роды не ожидаются, и он может спать спокойно. Муж едет домой и говорит моим, что сегодня-то Васек и родится, он это своим папским сердцем чувствует.

В 11 вечера начинаются схватки. Я не уверена, что "оно" началось, поэтому прохаживаюсь неторопливо вдоль подоконника, впиваясь в него пальцами. Вера говорит: "Аня, ты точно рожаешь, давай к дежурной по этажу, у тебя схватки каждые 5 минут, я засекала".

Сестричка молоденькая и явно не хочет возиться со мной. Измеряет давление, оно повышенное, делает укол. Синяк на мягком месте прошел только через два года - от души вколола. Все, говорит, иди спать. Я не то, что спать, я лежать не могу. Наташе с утра идти на стимуляцию, и я не хочу ее будить, поэтому направляюсь в холл к лифтам. Хожу кругами, глажу живот, как на курсах учили, только не помогает что-то.

Ловлю дежурную врачиху, после осмотра она говорит, что раскрытие маленькое, так что отдыхай.

Снова хожу, хожу, меня в спиральку скручивает довольно часто. Засекаю по часам. Ну, ребята, две схватки подряд каждые три минуты, это что не роды? Опять иду к сестре. Говорю, что точно рожаю, но воды пока не отошли. Медсестра вызывает дежурного врача, еще один осмотр. "Она рожает, быстрее в родилку, у нее такое раскрытие..."

Клизма - верх садизма, зачем только согласилась. Думала, что Васюнька появится на свет прямо в туалете. Теперь под душ, переодеться и быстренько за сумкой. Водичку прихватила и на пятый этаж на лифте отправилась.

Позвонила акушерке, она обещала приехать как можно скорее. Хорошо, что в родилке я была одна. Комната большая, просторная, рожай да радуйся. Походила немножко, но чувствую, что ноги совсем не держат. Легла на бок, ору как раненый зверь, схватки очень сильные, в промежутках начинается то ли сон, то ли бред. Ну вот, в туалет захотела. Как же я доползу-то до него. Пережидаю очередные спаренные схватки и, согнувшись, тащусь по коридору.

Не успела дойти, скрючило у стены на пол-пути, надо передохнуть, стеночку когтями поцарапать, все отпустило. Еще один марш-бросок, и я у цели. В туалете расположен душ, запах, смешиваясь с паром от горячей воды, стоит такой... Все, пора обратно. Доползла, лежу, жду врача или хотя бы медсестру. Пришла врач, послушала сердце ребенка деревянной трубочкой эпохи доктора Айболита. К счастью, с малышом все впорядке.

Через некоторое время у меня из носа пошла кровь. Я на пункт медсестры. Мне повезло, это совсем рядом. "Простите, пожалуйста", - как всегда, вежливо, обращаюсь я, - "у меня кровь из носа пошла". "И что я могу сделать?". Я даже опешила от такого ответа, точнее вопроса. "Ну вы же врач, сделайте что-нибудь". Через пять минут она пришла, намочила под краном какую-то грязную на вид тряпочку и положила ее мне на переносицу. Все. Ладно, ничего переживем. Кровь остановилась, теперь этой же тряпочкой вытираю под носом. Красота.

Новая напасть - меня начинает трясти как при ознобе, и зуб на зуб не поподает. Ну, где же Наталья Васильевна?! А вот и она. Теперь я в надежных руках. Пришла врач с тазиком и крючком для вязания. А нет вязать она не собирается, просто пузырь мне хочет этой штукой проколоть. Фу, как противно, что-то горячее из меня вытекло. Я поворачиваюсь на бок, не могу на спине лежать, боль ужасная и хочется, чтобы все поскорее закончилось. "Не тужься", - говорит мне акушерка. "Я не могу, не могу". "Тогда порвешься". Магические слова быстро приводят меня в чувство, и я начинаю правильно дышать.

Все, пора идти на кресло. "Я не могу". "Будешь на боку рожать - порвешься". "Хорошо, хорошо, иду. Ой, как же я пойду, когда уже головка торчит. Ладно, может, и кажется".

Я на кресле, мне делают какие-то уколы в вену, но я ничего не замечаю, я ору. "Ну что же ты так кричишь, ладно, давай, тужься". Ну, наконец-то разрешили. Я собираюсь с силами и... не могу, не получается. Ну и ладно, подождем следующую потугу.

Головка родилась, уверенным движением Наталья Васильевна вытаскивет одно плечико, затем другое... "Мяу!" Родился мой котенок. Все дети кричат, а мой сказал "мяу". Правильное имя выбрали. "Ну, кто?" Смысл вопроса не доходит до меня, и я, не задумываясь, отвечаю: "Василий Дмитриевич". "На тебя не похож". А на кого? А, ну да, раз не на меня, значит, на мужа, и как я сразу не догадалась. Один в один - Дима.

Малыша кладут мне на живот, и я боюсь, что не удержу его, меня все еще трясет. Красное, как у индейца, личико приподнялось, и Васька с неудовольствием посмотрел на меня. "Солнышко, это же я, твоя мама". Показал язык. Ну, понятно, проголодался парень, а я тут с разговорами своими. Грудь нашел сам. Вот и зачмокал зайка. Потом его измерили и взвесили и все такое. 3,200 вес, а рост - 51 см. Всего-то, почему же так больно-то было? Меня чуть-чуть зашили. Несмотря на обезболивание, приятного было мало. Машинка для шитья заедала, и я чувствовала каждый узелок.

Вот мы и одни на какое-то время. Ну что ты все язык показываешь, лучше улыбнись маме или скажи: "Привет!". Хмурится. Пришла акушерка и спрашивает, хочу ли я домой позвонить.

- Да, спасибо, я сейчас быстренько сбегаю.
- Лежать! Я тебя на каталке отвезу. Давай перелезай.
- Да ладно, я сама дойду.
- Ложись, кому говорят.

Наверно это был послеродовой шок. Хотелось бежать куда-то, чего-то делать. Звоню домой, сообщаю подробноси и то, что новоявленный папочка может приехать и увидеть сынульку.

Васюньку кладут мне под бок и нас везут в палату. Сгружают в кровать-люльку, но мне все равно, для меня это самая мягкая и удобная на свете постель.

Сынок время зря не теряет и сразу начинает жадно есть, потом засыпает, но грудь не отпускает. Заходит сестра.

- Вы не могли бы его в кроватку положить, а то я в туалет хочу.
- Конечно, если он уже поел.

При попытке взять Васька на руки, он снова начинает сосать.

- Он еще не доел.

Медсестра уходит. Ну что мне теперь в кровать писать, что ли.

Приходит моя акушерка и Дима. У него большой букет цветов в одной руке и ваза в другой. Вот молодец, что догадался, цветы-то здесь не во что ставить. Наталья Васильевна перекладывает Васю в кроватку и оставляет счастливое семейство наедине. Я иду в туалет. Меня шатает, в ушах колокольный звон, подкладной падает, весь пол в крови, муж в шоке. Обратно еле добралась, повисла на Диме, и он бережно опустил меня на кровать. Как же я в дородовое за оставшимися вещами пойду, если даже три шага для меня подвиг? Диме пора уходить, он ведь в неприемные часы пришел, спасибо Наталье Васильевне. Она просто чудо, и мне с ней повезло.

Опять сестра. Измеряет давление, оно снова повышенное, еще один укол, сколько же их было сегодня? Я засыпаю. Пробуждение прекрасно. Во-первых, рядом со мной малыш, во-вторых, меня уже не колбасит и соседку мою привезли, значит я могу сгонять за вещами, переодеться, перестелить кровать, заскочить в душ и наконец-то ощутить себя человеком.

Вечером пришли бабушки и дедушка и счастливый папа. Поздравления, поцелуи, объятия - как же все это приятно! Пора и памперс виновнику торжества поменять. Я волнуюсь - первый раз все-таки, а тут еще и воду горячую отключили. Ладно, справимся. Разворачиваю подгузник с темно-зеленым содержимым и краем глаза вижу, что муж белый как полотно и явно не в себе. А... я забыла ему про первую "каку" рассказать, и он решил, что с малышом случилось что-то ужасное.

- Все в порядке, так и должно быть.
- Смотрите, смотрите, Васенька покакал!

От радости Дима кричит на весь роддом. Я это называю - семейное счастье.

Так и закончилась эта история. Теперь-то я точно знаю, кто сказал "мяу".

Новикова Анна, annalexnov@mail.ru.