Я почуяла неладное, когда начала всхлипывать при виде голливудского красавчика Эштона Кутчера в костюме гигантского цыпленка на экране телевизора. У него были такие несчастные глаза... А потом заставила Адри купить и сварить мне картошки с квашеной капустой. Адри закатывал глаза, зачем-то варил капусту, но, как признался позже, ничего не заподозрил, так как привык к «странным поступкам этой идиотской, но любимой русской жены» (перевод дословный).
Говорят, на первом УЗИ все плачут. И будущие мамы, и папы, и медсестры. Не в нашем случае. Ведь там не было Эштона Кутчера, зато была медсестра Майоляйн с усами и голосом Армена Джигарханяна.
Медсестра (хрипло): Поздравляю! Сердечко бьется! Срок 7 недель! Ориентировочный ПДР — 4 декабря.
Я: Кто бьется? Ребенок? Что — всего один?
Адри (разочарованно): Мы троих хотели... Я уже дополнительные стулья купил! И что делать теперь? Возвращать?
Я: А покопайтесь еще? Поищите там вокруг? Может, они еще где-то, ну, сидят?
Медсестра (непонимающе): Мефрау Хоогланд! Я вас уверяю, я хорошо посмотрела!
Я: Четвертое декабря... вот блин! (5 декабря в Голландии — день вручения детям рождественских подарков.) Бедный малыш!
Адри (с надеждой): Вот и хорошо! Один подарок в год вместо двух. Сэкономим!
Я: Ну один так один... Кто хоть, мальчик или девочка?
Усы в нервных конвульсиях, занавес.
Вместо женской консультации: акушерка и ведение беременности в Голландии
После того как конвульсивная медсестра выгнала нас из кабинета УЗИ, мы отправились на поиски врача и нашли мне прекрасную акушерскую практику. В Голландии нельзя выбрать специалиста: кто в этот день дежурит, тот и проведет прием и позже примет роды. Моей любимой акушеркой была и есть большая жизнерадостная женщина Лике, и я надеюсь, что именно она мне и попадется в тот самый день икс.
Мне очень нравится к ней приходить. Это просто праздник души какой-то. Приходишь и каждый раз слышишь, что беременность протекает идеально, ты прекрасна и все, что с тобой происходит — норма.
После моего бодрого приветствия Лике ласково улыбается и интересуется, как у меня дела. Я отвечаю, что вроде хорошо. Потом она мне меряет давление точно таким аппаратом, какой есть у меня дома. Давление оказывается точно таким, каким было дома пару часов назад, то есть низким. Лике облегченно вздыхает и приносит аппаратик, прослушивающий сердцебиение малыша. Такой у меня тоже есть. Попутно я раздумываю, не открыть ли собственную акушерскую практику, раз все необходимое оборудование я по случаю уже прикупила.
После этих процедур мы минут пять болтаем. Как правило, у меня нет никаких жалоб, а если они есть (например, твердый живот, головокружение, сильное сердцебиение), то мне советуют побольше отдыхать в течение дня и в самом крайнем случае принять парацетамол. Весь визит занимает минут десять, после чего меня отпускают на месяц.
За всю беременность делают три-четыре УЗИ. Веса набирать, кстати, можно сколько хотите, хоть двадцать, хоть тридцать кило — никто не взвешивает и не следит.
Анализы во время беременности берут только один раз, только в самом начале, и только кровь. В моем случае это не имело значения, так как результаты все равно потеряли, нашли только на пятом месяце, позвонили и радостно сообщили что можно расслабиться: сифилис обошел меня стороной.
А вообще все идет хорошо. Все можно. Велосипед — прекрасно, любой другой спорт — еще лучше. Только вот учтите (тут Лике серьезно смотрит на меня сквозь очки), что вам в вашем нынешнем состоянии нельзя есть сырую рыбу и водить грузовик. Вот незадача, подумала я, а ведь прямо на роды собиралась пригнать на фуре, груженой свежим норвежским лососем, и сожрать его весь прямо в палате.
Голландия: отношение к боли и домашним родам
Если голландские врачи странные, то медсестры пр