Содержание:

Почему мы не даем пятилетнему малышу повозиться с завязыванием шнурков, а школьника не отпускаем гулять во двор? Как получилось, что дети не делают сами домашние задания, а к окончанию школы не могут выбрать себе занятие или профессию? Наконец, когда и сколько свободы надо, скрепя сердце, предоставить ребенку, чтобы он вырос ответственным и самостоятельным?

Загрузить или отпустить: сколько свободы нужно ребенку

К содержанию

Прыжки с двухметрового мостика

Мне кажется, обычно дети хорошо понимают, чем они уже готовы заниматься самостоятельно, а чем еще нет. Пятилетний ребенок вряд ли скажет отцу: «Папа, дай мне денег, я схожу в магазин за мороженым». Потому что ему это пока страшно. А вот восьмилетний — уже вполне. Зато пятилетний может сказать: «Папа, а можно я на лифте сам поеду? Я нашу кнопку знаю». Значит, он уже готов к этому.

Маме с папой бывает страшно что-то разрешить, мы обычно не поспеваем за скоростью развития наших детей, но все же нужно, оценив ситуацию, позволить ребенку сделать следующий шаг. На самом деле у него все равно остается какое-то внутреннее сомнение, и если мы часто повторяем, что он еще мал, что пока рано, то он начнет играть в эту игру, и тогда и в семнадцать лет будет говорить: «Ну, я не знаю, куда поступать. Пусть мама с папой решают».

Бывают, конечно, случаи, особенно в подростковом возрасте, когда ребенок переоценивает свои возможности. Но до двенадцати лет этого обычно не происходит, чувство безопасности у детей хорошо работает. Мне кажется, если до подросткового возраста давать ту свободу и ответственность, которую дети готовы взять, то потом все будет гораздо легче.

Важно, чтобы все нужные самостоятельные шаги были сделаны вовремя. Если малыш говорит вам: «Я сам завяжу шнурки» — и занимается этим очень долго и неумело, то, если время позволяет — а хорошо бы, чтобы позволяло, — не дергайте его. И когда через минуту эти шнурки развязались, не говорите: «Ну вот видишь! Надо было мне завязать». Это, собственно, и есть начало обретения свободы и ответственности.

К слову, я на собственном опыте убеждался, что, как только мы говорим детям: «Вот видишь, я же тебе говорил!», как только мы пытаемся возвыситься над ними, тут же сами начинаем куда-то опаздывать и о чем-то важном забывать. У меня в жизни не раз так случалось — скажу своему ребенку: «Ну как такое можно забыть?!», после этого прихожу на работу в школу и понимаю, что не взял из дома стопку тетрадей...

— Значит, надо просто отпустить, — горячится Маринина подруга. — А то он привык, что мама всегда спасет и соломки подстелет.
— А как, как я его отпущу? — восклицает Марина. — Ну хорошо, вот я не буду заставлять его делать уроки. Останется на второй год.
— Ну и поймет, что это его проблемы, и начнет с ними разбираться.
— Его проблемы? Это мои проблемы, это меня будут в школу вызывать, я буду искать репетиторов и их оплачивать.
— Пусть сам зарабатывает. Не учился — прекрасно, теперь вместо каникул ты учишься и зарабатываешь на репетиторов. Отпусти его, перестань за него жить.
— Где он будет зарабатывать в 13 лет? Куда я его отпущу-то?
— Ну так он у тебя вообще никогда не научится за себя отвечать.

Как понять, нормален ли груз ответственности, возложенный на ребенка? Мне кажется, по его эмоциональному состоянию. Нормально, если ему страшновато, но он делает, потому что у растущего человека есть внутренняя потребность «поднимать планку». Не знаю, как у девочек, а для мальчишек это важно: спрыгнул сначала с такого мостика, потом — с более высокого... Страшно — но ты прыгаешь. Преодоленный страх — это опыт настоящего успеха. Ты спрыгнул с двухметрового мостика — ничего особенного, все взрослые прыгают, но ты внутренне очень сильно вырос. Если же ребенок слишком напуган, он, возможно, не скажет этого словами, но по его виду будет понятно, что его перегрузили. Это заметно даже по мышечному напряжению.

Когда ребенку трудно, взрослый должен это видеть и быть готовым ему помочь. В любом возрасте ребенок должен знать: если что, взрослые где-то рядом, есть у кого спросить, они помогут и в случае чего можно сказать: «Я вот этот этап прошел, а дальше пока не могу. Давайте вы меня все-таки за ручку возьмете». Стресс возникает тогда, когда поручили и оставили одного.

К содержанию

Бросит — утешим, родит — воспитаем...

В современной жизни одна из главных сфер свободы и ответственности ребенка — это школа, с которой сопряжено множество родительских страхов. Нередко ребенок не делает уроки самостоятельно, потому что в семье негласно установлено: это — ответственность родителей. Как родителям переложить ее на детей?

Прежде всего им надо научиться получать удовольствие от того, что они эту ответственность с себя сняли. У нас должны быть приятные ожидания, что в какой-то момент ребенок будет сам завязывать шнурки, в какой-то — приготовит ужин для всей семьи и так далее. И не надо ждать с ужасом, что это никогда не наступит.

В одной моей знакомой семье сын очень долго ходил с пустышкой. Ему уже было два с половиной года, он уже разговаривал вовсю: вынет соску, что-то скажет — и засунет ее обратно. Мама очень переживала и пошла к психологу. Та ей сказала: «Вы когда-нибудь видели семнадцатилетнего юношу, который ходит с пустышкой?» — «Нет конечно». — «Значит, когда-то это кончится».

Это кончилось ровно через неделю. Как только мама сняла с себя этот стресс, ее ребенок вдруг понял, что соска ему больше не нужна. Так что любая подобная проблема — это прежде всего проблема взрослого.

У дочери моей подруги в одиннадцатом классе случился бурный роман, и вся семья страшно переживала: и к поступлению в институт она толком не готовится, и вообще чем все это может кончиться? Особенно переживали бабушка с дедушкой. И тогда мама в какой-то момент решила, что надо с этими переживаниями покончить. Она села и сказала: «Так, ну чего вы боитесь-то? Бросит — утешим, родит — воспитаем!». Роман, надо сказать, вскоре закончился.

Загрузить или отпустить: сколько свободы нужно ребенку

К содержанию

Прекрасная встреча с реальностью

На самом деле человеку надо чаще получать прямые сигналы от реальности, а не от родителей. Потому что, когда родители говорят: «Если ты не будешь этого делать, то будет плохо», они лишь сотрясают воздух. Но вот если ты не делал, не делал и, наконец, получил две двойки в четверти — ты сам это испытал.

По поводу школьных дел у родителей должна быть позиция очень простая: если тебе нужна помощь, я готов (готова) помочь. Но дело это твое, и ответственность тоже твоя — с первого класса.

Конечно, иногда ребенок понимает, что все запустил, но ему как-то страшно начать разговор и попросить о помощи. Но это опять-таки видно по его состоянию. Вы чувствуете, что он чем-то угнетен, и если причина кроется в школьных проблемах, то прежде всего нужно объяснить ему (а перед этим себе!), что никакой катастрофы не произошло.

В школьных неудачах нет ничего страшного. Во взрослой жизни разве не бывает так, что мы взялись за несколько проектов сразу, пропустили сроки сдачи и стесняемся сказать начальнику: «Извини, дорогой, я не справился!» Бывает сплошь и рядом. А тут ту же ситуацию можно проиграть в мягком, щадящем режиме, пока человек еще не взрослый...

Родительский страх (не осторожность, связанная с безопасностью, а именно страх) — непродуктивная вещь, он очень мешает ребенку развиваться. Понятно, когда малыш бежит на дорогу, мы его хватаем за шкирку, но такие ситуации бывают редко. А в основном это страх перед каким-то выдуманным будущим: «Если сейчас, в восьмом классе, он не сдаст хорошо зачет по биологии, то будет...» А что, собственно, будет? Правильно: не поступит через четыре года в медицинский институт и пойдет в армию.

Родительский невроз — тяжелая болезнь интеллигентных родителей нашего времени. И как многие болезни, она заразна. В Москве так просто эпидемия этого заболевания.

В сущности, именно наш страх лишает детей свободы и мешает им стать ответственными людьми. Множество взрослых не могут найти себе любимую профессию, не могут занять правильную позицию в семье, потому что в детстве разными способами им говорили: «У тебя же ничего не получится!».

Сколько энергии уходит у ребенка, чтобы преодолеть негативный сценарий, написанный их родителями! Начиная с того, что ребенок бегает, а мама говорит: «Упадешь!» Значит, надо падать, ведь маму нужно слушаться...

На самом деле, если мы хотим помочь нашим детям, мы должны бороться со своими страхами и говорить, как моя подруга: «Чего бояться-то? Бросит — утешим, родит — воспитаем!» При такой доверительной родительской позиции, как правило, наши дети пользуются своей свободой с разумной ответственностью.