Он шел по темной, плохо освещенной улице. Высокий, седой мужчина. Размашистая походка, прямая спина. И похожее на маску, застывшее лицо. Лицо больного или смертельно уставшего человека. Воротник куртки не спасал от холодных капель дождя. Придорожные кусты гнулись от ветра, били по ногам. Остановился у двери крошечного, на несколько столиков кафе. Решил зайти. "Эх, как вас угораздило в такую непогодь пешком-то идти. Такси бы вызвали", — посочувствовала ему немолодая официантка. Только тут до него дошло, а ведь приехал он на вокзал на машине. Заказал рюмку водки. Выпил, и не почувствовал. Заказал еще. Полез в карман за сигаретами. Белая бумажка упала на пол. Машинально поднял. На его крупной ладони лежало крошечное бумажное сердечко. На нем было написано ручкой: "Люблю тебя".
...Он хорошо запомнил тот день. Начальник был в настроении. Сообщил, что отправляет в командировку на завод в город N. Город — громко сказано — городок. "Работы там немного. Сделаешь, отдохнешь дня два. С твоей-то мымрой, сильно не разгуляешься. Ты на меня, надеюсь, за эти слова не обидишься. Специалист она классный, но характер... да ты сам знаешь". Он не обиделся. Жена работала с ними на одном предприятии. Начальником отдела. Ее боялись и ненавидели. Язык — как жало. А его жалели, подкаблучником считали. О том, что он — подкаблучник, ему сообщил закадычный друг. Он промолчал, а в душе согласился. Когда-то тоненькая изящная, зеленоглазая девушка превратилась в гром-бабу. А красивые глаза, о которых песню хотелось петь, уж и не разглядеть на оплывшем лице. Любви давно не было. Но привычка — вторая натура. Жил и жил. Взрослый сын в чужой стране, приезжал редко.
На заводе встретили хорошо. Показали все, ничего не утаили. Выйдя за проходную, решил пройтись. Дошел до реки. И тут увидел ее. Она шла по тропинке навстречу ему. Первая мысль: "Красивая". Вторая: "Молодая". А дальше все мысли покинули его голову. Легкая походка, пшеничная коса до пояса. И синие озерные глаза. Она шла и улыбалась. Он оглянулся. За его спиной никого не было. Значит, ему. Поравнялись. И с ним случилось нечто странное: он заговорил с ней.
Он что-то спросил. Она ответила. Все, что случилось с ним дальше, можно назвать наваждением. Она жила одна. Он набился в гости. Он помолодел, нет, он стал молодым. Глаза его заблестели, в них зажегся давно потухший свет. На губах появлялась улыбка. "Видели бы его сейчас знакомые", — возникла мысль — и больше не появлялась. Он полюбил. Так сильно, так страстно. Он растворился в ней. Он понимал: скажи она ему сейчас "сделай что-нибудь необычное" — и он сделает, не задумываясь. Командировка закончилась. Он позвонил начальнику, сообщил, что заболел. Когда позвонила жена, он сломал телефон. Но всё когда-нибудь заканчивается. Он храбрился. Говорил: приедет, объяснится, разведется. Все казалось простым и реальным. Он не хотел уезжать — она втолкнула его в поезд. Они обменялись телефонными номерами. А потом она засунула ему в карман крошечное бумажное сердечко.
Работа затянула сразу, жена была подозрительно ласкова. Про любимую он вспоминал только когда ложился спать и закрывал глаза. Они перезванивались. Слушая ее голос, хотелось бежать, кричать. Наступало сумасшествие. Потом проходило, отступало. У него не хватало мужества объясниться с женой.
А вчера она позвонила: сообщила, что едет к нему. Что жить без него не может. У него затряслись руки. Поезд приходил вечером. Он что-то несуразное сочинил жене. Побежал, купил букет цветов. И... стал ждать. Подошел поезд. Она вышла, такая родная и невозможно прекрасная. А он спрятался за киоск с газетами. В глазах потемнело, ноги стали напоминать гири. Как ему показалось, его временно парализовало. Он стоял, как статуя. Не двигаясь с места. Она долго оглядывалась, звонила. А потом, опустив голову, медленно, еле переставляя ноги, побрела куда-то. Вот и все.
...Мужчина крепко зажал сердечко в кулаке. И вышел из кафе. Какое-то время он стоял, держась за ручку двери, а потом пошел. Крупные капли соленого дождя стекали по лицу. Утреннее солнце разбрасывало золотые лучи. Немолодая официантка закончила свою смену. Закрывая дверь в кафе, увидела бумажное сердечко, лежащее на сырой траве. Слова "я люблю тебя", написанные ручкой, размылись, и их невозможно было прочитать.
