Содержание:

По мере своего развития тема благотворительности начинает обрастать непростыми вопросами. Как отличить по-настоящему эффективную помощь от прожектёрства или, того хуже, мошенничества? Об этом — Людмила Петрановская, семейный психолог, специалист по семейному устройству.

Благотворительность: как лучше помогатьЕщё лет десять назад благотворительность оценивалась обществом как явление однозначно позитивное, сегодня же хватает и скептиков, рассуждающих в парадигме "кормить бездомных — плодить нищету", и просто разуверившихся — тех, кто и рад бы помогать, но никому не доверяет.

Проблема объективной оценки благотворительной деятельности состоит в том, что критерии суждения здесь сложны и нередко неочевидны.

Когда возникает нужда в благотворительности? Когда есть кто-то, кому плохо, при этом сам он по тем или иным причинам себе помочь не может, а устойчивые механизмы помощи (семья, община, государство) тоже почему-либо не справляются. Может быть, случай сложный и редкий. Может, сами механизмы находятся в кризисе (так, при смене места жительства теряется социальная сеть и частично семья). Может, нужные механизмы не имеют достаточно ресурсов (у государства нет денег; нет технологий помощи в таких случаях — или нет осознания, что эти люди нуждаются в помощи). Тогда люди или организации, у которых ресурсы есть, оказывают помощь.

Таким образом, в процессе благотворительности можно выделить три составные части: получатель (тот, кому нужна помощь), благодатель (тот, кто делится ресурсом) и собственно ресурс. Рассмотрим все три по порядку.

К содержанию

Получатель

Помощь получателю может быть разовая. Перевести старушку через улицу. Сдать кровь. Дать денег на лекарство. Есть ситуации, в которых такой вид помощи ближнему — самый разумный.

Но бывает и так, что проблема единовременной помощью не решается. Болезнь серьёзная и долгая. Старушек приходится переводить в этом месте постоянно, потому что светофора нет, а на другой стороне поликлиника... Понятно, что помощь будет тем качественнее, чем полнее она решит проблему получателя в целом. Лучше дать денег не на упаковку лекарства, а оплатить весь курс. А ещё лучше собрать на операцию, которая сделает ненужным приём лекарств. А ещё лучше — добиться, чтобы такие операции делали всем, кому надо, без всякой благотворительности. Лучшим результатом с точки зрения получателя будет то, что он перестанет нуждаться в помощи. Либо проблема решится полностью, либо он начнёт справляться посредством традиционных механизмов (ближайшее окружение и государство).

К содержанию

Благодатель

Есть точка зрения, согласно которой благодатель должен присутствовать в процессе минимально: дал денег по принципу "чтобы левая рука не знала, что делает правая" и ушёл. Он — лишь средство. А если есть малейшие подозрения, что он тоже чего-то хочет, значит ему нужен пиар, самоутверждение, отпущение грехов и вся его деятельность — от лукавого, даже если он уже тысячи детей от смерти спас.

Мне этот подход совершенно не близок. Благодатель — значимый субъект процесса. Нормально, что он не желает быть использованным. Нормально, что он хочет убедиться в эффективности вложений. Нормально, что он получает репутацию, авторитет и уважение — и самоуважение в том числе. Нормально, что для кого-то помощь со временем становится работой.

По моему убеждению, чем "тоньше" вклад благодателя, чем больше он вникает в детали, устанавливает непосредственные отношения с получателем, использует в процессе не только свои деньги, но и свои знания — тем, в конечном итоге, лучше. Тем выше вероятность, что он пойдёт дальше, от разовой помощи к постоянной, а от неё — к системному решению проблем, в том числе на уровне государства. Тем ближе ему становится получатель, а значит есть вероятность, что последний перейдёт со временем в "ближний круг" благодателя: ребёнка возьмут в семью, старушку станут опекать регулярно — и благотворительность как таковая станет не нужна.

К содержанию

Ресурс

Ресурс в благотворительности — штука коварная. Поначалу кажется, что чем больше ресурс (чем больше, к примеру, денег), тем лучше. На поверку всё сложней. Например, благодаря прививкам на средства благотворительных организаций снижается детская смертность — а через поколение возрастает смертность от голода. Дарим подарки сиротам — тем самым формируем в них потребительское отношение...

Понятно, что оптимально, когда ресурс используется с максимальным КПД, но вот просчитать этот КПД бывает непросто. И очень часто со стороны не очевидно, что важнее с точки зрения КПД.

К примеру, довольно сложно бывает объяснить среднестатистическому спонсору, что провести для воспитателей приюта курс "Как протекает детское горе" (а в приюте все дети в состоянии острого горя — только что потерявшие родителей или разлучённые с ними) гораздо важнее, чем вывезти детей в цирк. Они же детям хотят помогать, а не "тёток" учить и каким-то непонятным психологам платить неизвестно за что. Так что обычно дети в этом своём состоянии покорно едут в цирк: не отвертишься, автобус оплачен и билеты куплены. И ведь спонсоры, как правило, — довольно толковые менеджеры, которые в своём бизнесе способны здраво оценить эффективность вложений. Но как только речь идёт о благотворительности — всё. В цирк — и точка.

Одновременно многие проблемы в благотворительности решаются нематериальными ресурсами: они зависят от квалификации специалистов, от их системы ценностей, от законодательной базы, системы принятия решений.

К содержанию

Три критерия

Как же грамотно оценить благотворительную деятельность? Все наверняка знают притчу про рыбу и удочку: суть её в том, что можно помочь голодному, каждый день делясь с ним рыбой, которую ловишь ты, — и это будет хорошо — но гораздо лучше подарить ему удочку и научить ловить рыбу. В оценке КПД разных благотворительных схем эта притча может стать своеобразным эталонным метром.

Итак, рассмотрим различные благотворительные схемы с трёх разных ракурсов:

  • с точки зрения получателя — "рыба или удочка";
  • с точки зрения благодателя — в зависимости от степени компетентности, "вклада души";
  • с точки зрения ресурса — с точки зрения КПД и системных решений.

1. Безадресный сбор денег

Примеров много: браслеты в Макдоналдсе, ящики для пожертвований в супермаркетах, подаяние на улице...

  • Обычно "рыба".
  • Вклад души если и есть, то со стороны организаторов. Общественный контроль минимальный.
  • КПД: порой просто глупость (игрушки в детский дом), чаще всего — "затыкание дыр" (памперсы, сборы в пользу жертв катастроф), редко — что-то более существенное (игровые комнаты в больницах, няни для детей и т. п.).

На что-то сложное и системное так собирают редко, однако для разовой помощи метод вполне подходит — если есть доверие к собирающей организации и достаточная уверенность, что она потратит ресурс с толком.

2. Адресная материальная помощь

Сбор денег на операцию ребёнку, поддержку конкретной семьи, учреждения.

  • "Рыба": в следующий раз придётся собирать снова.
  • Вклад души чуть больше, чем в первом случае: есть сведения о ребёнке, иногда сбор денег сопровождается конкретными действиями — передачей лекарства, например.
  • Вынося за скобки результат лечения (тут понятие КПД не применимо), в целом, КПД относительно высок: создаются зачатки самоорганизации, использования социальных сетей, сеть доверия, репутации. Уровень общественного контроля довольно высокий.

Благотворительность: как лучше помогатьВыбор здесь сложен: собирают много на что, и, выбирая одного, неизбежно оставляешь без помощи другого. Я для себя проблему решаю через осознанное доверие. Есть несколько людей и организаций, которые я знаю: знаю их въедливость, честность, внимательность к людям. Если они просят, я по возможности участвую.

Здесь могут быть и иные критерии выбора: кто-то помогает детям, кто-то взрослым, кто-то самым тяжёлым, кто-то — тем, кому никто не помогает. Любая из названных схем имеет полное право на существование.

3. Создание механизма постоянной поддержки

Фонды, которые регулярно решают проблемы учреждения или определённой категории получателей: приобретают оборудование, занимаются обучением специалистов, изданием литературы, созданием условий для обучения и работы людей с ограниченными возможностями и т. п. Поддержка может быть не только материальной.

  • Чаще всего "рыба" — для учреждений: стоит потоку иссякнуть — всё вернётся на круги своя. Для конкретных получателей нередко "удочка".
  • Вклад души организаторов — очень большой, обычно они становятся профессионалами. Вклад тех, кто поддерживает их деньгами, существенно меньше.
  • КПД при разумном подходе довольно высокий: не только осуществляется первичная помощь, но и создаётся инфраструктура, сайты, система регулярных акций и т. д. К сожалению, на системном уровне проблемы чаще всего консервируются: раз есть фонды, в бюджеты памперсы можно не включать. Уровень общественного контроля невысок — он отдан на откуп государству.

Имеет смысл всячески поддерживать команды и фонды, которые вы знаете как честные и эффективные. Например, на моих буквально глазах из группы девочек-студенток в мощную команду превратилась "Старость в радость" — очень быстро. Я им доверяю совершенно, девчонки знают, что делают. Или фонд "Здесь и сейчас" — пример очень грамотной стратеги поддержки учреждений. Есть много небольших, но разумно и усердно работающих региональных фондов, с которыми можно быть уверенными, что ваш ресурс будет использован с толком.

4. Конкретная непосредственная помощь

Стать волонтёром в больнице, шефом ребёнка из детдома, переписываться с бабушкой из дома престарелых, помогать знакомой малоимущей семье и т. п.

  • На первый взгляд — чистая "рыба", однако само общение с людьми "из большого мира" для многих категорий получателей — единственный способ раздобыть хоть немного "удочки".
  • Вклад — большой. В нём — и сила, и слабость: люди эмоционально выгорают, отчасти и потому, что слова одобрения они слышат редко, а вот что-нибудь вроде "тебе что — больше всех надо?" — сплошь и рядом.
  • КПД внешне не очень впечатляет. Но при большом распространении имеет кумулятивный эффект: проблемы получателей становятся частью общественной жизни, их обсуждают, о них думают, а опыт показывает, что, если общество о чём-то всерьёз думает, оно с этим что-нибудь да сделает. Есть много неочевидных составляющих КПД: например, если ребёнок общается с постоянными волонтёрами, ему всегда есть кому пожаловаться, а значит многократно возрастает его защищённость от насилия. Из слабых мест: много организационных трудностей, связанных как с ограничивающим законодательством, так и с отсутствием в стране такой специальности, как социальный менеджмент.

Если есть ресурс — участвовать, если нет — поддерживать. Катастрофически не хватает инфраструктуры поддержки волонтёров, супервизий, групп по профилактике выгорания, конференций по обмену опытом, премий и других символов общественного признания.

5. Развитие инфраструктуры социальной деятельности

Создание сайтов, СМИ, центров, мест встреч, систем грантов и фандрайзинга, систем обучения волонтёров и т. п.

  • "Удочка", и в этом главная сложность: поскольку акт "угощения рыбой" не проявлен, очень неохотно поддерживается спонсорами. Со стороны вообще не понятно, зачем "кормить фонды".
  • Вклад — большой. Участники профессионализируются и раздавать "рыбу" больше не хотят (нередко это происходит после острого кризиса разочарования в "простой" помощи).
  • КПД — разный, от очень большого до не очень. Часто невысокий КПД связан именно с недостатком профессионализма и понимания, что не всё и не всегда хорошо делать на волонтёрских началах (а приходится, потому что деньги на это находить очень трудно). Ну и государство затрудняет всё и вся. Очень важная часть КПД — само по себе становление третьего сектора, которого в стране практически не существовало при СССР, в 1990-е мы наблюдали его хаотичный рост — и период тяжёлого выживания при путинском правлении. Но кто-то всё же прочно встал на ноги и уже научился всё преодолевать.

Если бы те, кто способен оценить важность создания инфраструктуры, поддерживали прежде всего этот уровень, было бы здорово: для спонсоров-корпораций деньги, которые нужны на поддержку, невелики, а эффект от неё большой. Но спонсоры пока хотят рыбой кормить.

6. Новые технологии социальной деятельности

Создание и распространение новых технологий социальной деятельности, системно решающих проблемы получателей: экспериментальные площадки, аналитические группы по подготовке изменений в законодательстве, программы переобучения специалистов социальной сферы, исследования и т. п.

  • Это даже не "удочка", а мастерская по их производству.
  • Вклад — большой. И не только души, но и ума, и опыта. И его всегда мало, сколько ни вложи, потому что масштаб задач очень велик. А вот денежные вложения обычно требуются довольно скромные, но их почти невозможно раздобыть.
  • КПД потенциально самый высокий. Когда Боулби (Эдвард Боулби, 1907–1990 — английский психоаналитик, специалист в области психологии детского развития, семьи), сумел донести до сознания членов английского правительства и общественности, чтó именно происходит с маленькими детьми в условиях депривации, дома ребёнка в Англии были заменены профессиональным семейным устройством в течение пары лет. На Украине ряд изменений в законодательстве и тотальная переподготовка специалистов на основе другой системы ценностей сделали то, с чем не справились бы сотни фондов и тысячи волонтёров: ополовинили сиротские учреждения. К сожалению, у нас это всё очень тяжело идёт, и очень высок риск, что всё наработанное будет уничтожено.

Будем надеяться, такой "путеводитель по благотворительности" поможет сделать собственный выбор тем, кто сейчас размышляет, как лучше распорядиться теми или иными ресурсами, как сделать так, чтобы оказываемая помощь стала по-настоящему действенной и эффективной.