Семья моего сына Лёни включает жену Юлю, двух дочек — Майю (3 года 10 месяцев) и Эми (8 месяцев), а также двух домашних животных — кошку Ли и кота Эли. Котам в этой семье повезло — их любят, балуют и заботятся не меньше, чем о девочках. И они пользуются этим в полной мере — спят со взрослыми на одной кровати и вообще ведут себя в квартире как хозяева. К девочкам они относятся настороженно и фамильярностей с детьми не позволяют. На этом краткое вступление и представление некоторых действующих лиц можно заканчивать.

В конце января Лёне с Юлей представилась необыкновенная возможность отдохнуть неделю на курорте в Мексике за счёт их фирмы. На время их отдыха мы с Юлиными родителями — Анной и Лёвой — обещали обеспечить жизнедеятельность "космического корабля и его экипажа", то есть приглядеть за внучками и квартирой. Подготовке были посвящены последние перед отлётом выходные. С нами провели "курс молодого бойца" и показали, где что находится и как включается в квартире, а также как и куда надо обращаться в экстренных случаях.

Информации было предостаточно, но мы усвоили основную, а с мелочами решили разбираться на месте. Что мы, в конце концов, своих детей не вырастили? Тем более что "первым номером" играла Анна — безупречная и всеведущая бабушка. На её плечах на то время было четверо внуков (ещё двое от Юлиной сестры) и непререкаемый авторитет в вопросах питания и ухаживания за детьми дошкольного возраста. Словом, мы с Любой должны были выступать вторым составом и слушаться Анну.

Дети улетели ночью, а уже утром — 18 января — мы прибыли на их квартиру. Она напоминала цыганский табор... С той лишь разницей, что музыка и танцы носили еврейский оттенок и были предназначены для стимуляции пищеварения наших внучек. Сваты с бабушкой переехали туда на время операции. Девчонки вели себя прилично, несмотря на отсутствие родителей и столпотворение остальных родственников на каждом квадратном метре жилплощади.

Всё шло более-менее по плану, пока где-то около 10 часов утра сватья не задала мне провокационный вопрос:

— Саша, а ты не видел кота? Я его нигде не могу найти. Ночью он попытался пройтись по моей голове, и я его, кажется, куда-то послала во сне. Может быть, он обиделся?

Сватья Анна никогда не была высокого мнения об интеллектуальном уровне кота Эли и за глаза называла его дебилом. Она придавала этому слову ласковый оттенок, опасаясь, что кот или его хозяева, не обладая достаточным чувством юмора, могут не согласиться с её диагнозом. Я заверил, что кот никуда не делся, но пошёл проверить его наличие. На всякий случай.

На стандартном месте в двуспальной постели хозяев животное не обнаружилось. Я проверил ещё несколько потайных мест, нежно произнося фразу "Эли, кис-кис...".

Кот как сквозь землю провалился. Убедившись, что хотя бы вторая кошка на месте и ведёт себя вполне спокойно, я продолжил поиски, подключив к ним Любу. Минут 15 мы шныряли по всей квартире в надежде, что таинственная пропажа обнаружится. Тщетно и бесполезно. А в это время сватья вышла на балкон и сообщила приятную новость:

— Вот он, бедненький. Сидит, как ни в чём не бывало, внизу...

Я пулей выскочил туда же и увидел следующую картину: Эли сидел на карнизе каменной ограды квартиры на первом этаже и поглядывал на нас с улыбкой Моны Лизы. Квартира наших детей находится на втором этаже, и он, видимо, выскочил утром на балкон, а потом спрыгнул вниз, не имея возможности вернуться обратно. Упомянутый сценарий побега казался вполне возможным, так как сват Лёва утром перед работой выходил на балкон, где зачем-то решил навести порядок с зелёными насаждениями. Всё складывалось в правдивую и драматичную историю. Кота надо было возвращать, иначе дети перестали бы пускать нас в свой дом. И это ещё в лучшем случае.

Я, как единственный мужчина в доме среди пяти женщин, должен был взвалить решение этой задачи на свои плечи. Мой небогатый опыт общения с такими домашними животными ограничивался совместным проживанием в детстве на даче с дедушкиным котом Чарликом. С ним у нас был молчаливый договор о неприкосновенности типа "Я не претендую на твою рыбку, а ты не трогаешь мои шоколадки".

Итак, я взял горстку кошачьего корма и вышел на двор с твердым намерением вернуть блудного сына в родные пенаты. Не знаю, почему, но я почти был уверен, что кот увидит меня и сразу бросится мне на шею или, в крайнем случае, послушно пойдет за мной домой, виновато повесив хвост. Эли тем временем сменил дислокацию и обнаружился уже в кустах под оградой, окружающей дом. Я приблизился к месту засады, распевая "Эли, котик, кис-кис-кис, пошли домой!" Кот смотрел на меня с недоверием и испугом, перебегая с одного места в другое. Я высыпал кошачий корм около кустов, и кот с удовольствием им полакомился, что, впрочем, не изменило его отношения ко мне.

Так мы играли с ним минут 15-20. Я взывал к его совести, а он менял позицию, игнорируя мои призывы. Тем временем во дворе стало интересно. Все окрестные коты и кошки, черные и рыжие, хромые и бесхвостые, упитанные и тощие прибежали посмотреть на бесплатный спектакль, что только осложнило наш с Эли процесс примирения.

Не выдержав напряжения момента, на подмогу вышла жена Люба в надежде удвоить наши усилия. Теперь уже двое ненормальных взрослых людей бегали вокруг дома и призывали кота вернуться на родину. Какое там! Кот ловко прятался то в кустах, то под машиной, а то и вообще исчезал из поля зрения. Так прошло ещё около получаса, и наши надежды на "мирное урегулирования конфликта дипломатическим путем" начали таять.

Потеряв терпение, Люба позвонила нашей дочке Ане и сообщила о ЧП. Аня обозвала нас каким-то неприличным словом, но пообещала приехать на подмогу вместе со своим кавалером. Они появились через полчаса, предусмотрительно прихватив с собой пустую картонную коробку и кусок солёной рыбки.

К моменту прибытия подкрепления мы вообще потеряли кота из виду, и потребовалась помощь сватьи с балкона, как с капитанского мостика, чтобы установить его местонахождение. Дочь Аня велела нам не приближаться, засучила рукава и... повторила уже пройденный нами путь со всеми его надеждами и разочарованиями. Так прошло ещё более получаса.

К этому времени уже весь микрорайон (во всяком случае, все уборщики и дворники) были в курсе нашей проблемы. Они попеременно сообщали нам, что то в одном, то в другом конце двора видели того или иного кота. Это нам мало помогало, но соучастие грело душу.

Тут наша мудрая и находчивая дочка подала гениальную идею. Надо позвонить в муниципалитет, где должна быть соответствующая служба спасения домашних животных. Идея сработала. Справочная выдала телефонные номера спасателей.

Обзвонив несколько таких специалистов, Анька договорилась с одним из них, предварительно убедившись, что оплата за услуги будет лежать в разумных пределах и не вынудит нас обращаться за банковской ссудой. Такса за поимку кота составила 350 шекелей, в противном случае — только 100 за потраченное специалистом время. Эти расходы были нам по карману, учитывая безысходность ситуации и страх перед грядущим гневом наших детей. После этого Анька посчитала свою миссию завершенной и уехала на занятия в университет.

Специалист прибыл на место происшествия через 40 минут после пятикратного подробного описания адреса, дома, улицы, перекрестка и прочих окрестностей по мобильному телефону. Его звали Менахем, и по внешнему виду он скорее напоминал Санта Клауса, чем котолова. Достав из машины специальную клетку для отлова кошек, сачок, кожаную перчатку и потребовав от нас банку рыбных консервов, он решительно отправился на поле сражения. Мы последовали за ним, уповая на опыт и мастерство.

На первом этапе нам надо было показать нашего кота, чтобы Менахем его хотя бы увидел своими глазами. На тот момент во дворе скопилось множество котов, заинтересованность которых в происходящем была вполне понятна. Эли среди них не было и в помине. Минут 15 мы просто ходили, как обреченные, в надежде его запеленговать в каком-нибудь укромном уголке двора. На вопросы Менахема про других котов мы убежденно и отрицательно качали головами. Наконец нам повезло. Эли сидел под машиной, где мы не раз его уже заставали. Указав Менахему на предмет поисков, мы скромно отдалились, предоставив возможность действовать профессионалу. Не прошло и пяти минут, как Люба радостно позвала меня к месту событий.

Вот что значит мастерство и опыт. В клетке крутился и извивался наш кот, не имея уже возможности выбраться наружу. Голод сыграл свою роль. Операция подошла к своему апогею. Теперь нам нужно было идентифицировать и подтвердить личность пойманного зверя.

И тут впервые мы задали себе вопрос. А что нам, собственно, известно о нашем скромном герое? Информации было до смешного мало.

Во-первых, он — это он, то есть кот, а не кошка. Таких во дворе было не меньше половины.

Во-вторых, он обычный домашний кот коричневого цвета в темную полоску. Такого раскраса было тоже штуки 3-4.

В-третьих, ему лет 6-7, он очень толстый и кастрированный. О! Это уже были конкретные данные, существенно снижающие вероятность ошибки.

Менахем умудрился разглядеть в вертящемся в клетке животном все приметы и предложил отнести его в квартиру, выпустить там и проследить за дальнейшей реакцией.

Он, да и мы прекрасно понимали, что кот перенес серьезный стресс. Сначала его хозяева уехали из дома, и там появилось множество непривычных ему людей. Потом его занесло на балкон, он оказался фактически на улице. Затем его 3 часа гоняли с места на место какие-то придурки, то есть мы. А в конце его просто заманили в клетку. Какая уж тут нормальная жизнь! В общем, кот находился в полном шоке, и только домашняя привычная среда могла постепенно вернуть в норму его кошачий рассудок. Мы согласились и поднялись в квартиру, полные надежд на лучший исход.

В квартире кот в клетке был встречен приветственными возгласами всех присутствующих, что только усилило его беспокойство. Повторная идентификация с участием новых лиц тоже дала не 100%-ный, но вполне положительный результат. Уверенности добавило то, что большинству домашних котов при кастрации ещё подрезают край уха. Зачем это делают с бедными животными, мы не знаем, но наличие обрезанного уха внесло в нас дополнительную уверенность. Кроме того Менахем убедил нас тем, что по его 30-ти летнему опыту таких упитанных и кастрированных уличных котов в природе не бывает. Кот домашний. И точка! Для пущей убедительности Менахем предложил закрыть все двери и оставить открытой лишь ту спальню, где кот обычно и обитает. Мы отошли в сторонку, и Менахем в полной тишине, почти под барабанную дробь, как в цирке, открыл дверцу клетки...

Эли выскочил, как ненормальный, сделал несколько прыжков в разные стороны, словно не веря в свою свободу, и дернул в спальню. Публика дружно выдохнула. Там, в спальне, кот сразу спрятался под своей любимой кроватью и, не вступая в конфликт с находившейся там в этот момент кошкой, затих. Кошка Ли тактично вышла в салон, давая беглецу время на приведение в порядок нервов и пошатнувшегося здоровья.

Все сомнения отпали. Аплодисменты, возбужденные и радостные приветствия сопровождали последнее действие. Мы тепло поблагодарили Менахема, выплатили его гонорар и выслушали последние наставления. Кот сильно испуган, но теперь всё в порядке, скоро он успокоится и вернется к нормальному образу жизни. Мы согласились и тоже начали постепенно приходить в себя. Нашу радость дополняло то, что мы могли ничего не сообщать детям Лёне и Юле, которые всё это время были в воздухе на пути в Нью-Йорк, где им предстояла 4-х часовая пересадка на рейс в Мексику. Пусть они не волнуются и спокойно отдохнут, решили мы коллективно.

Жизнь в квартире медленно возвращалась в норму. Мы все вместе покормили девочек, перехватили сами. Я жутко проголодался за время операции и тоже запихнул в живот какую-то пищу. Кот всё еще сидел под кроватью. Далее мы поиграли с внучками, которые до этого были явно обделены нашим вниманием. К тому времени сват Лёва вернулся с работы, и мы ещё раз пережили вместе с ним все перипетии прошедшего утра. А вскоре и погода улучшилась на столько, что я вышел с Майечкой на прогулку во двор.

Мы просто гуляли, качались на качелях и прекрасно проводили вторую половину дня. Около 16-ти часов раздался звонок мобильника — это звонила жена Люба. После стандартного вопроса она произнесла фразу, смысл которой дошел до меня далеко не сразу.

— Саша, в доме три кота! Что делать?!

Я на какое-то время потерял дар речи, а затем попросил повторить. В надежде, что ослышался.

В доме три кота! И я, и Анна видели двух очень похожих котов в спальне, и это притом, что кошка всё время сидит в салоне!

То, что творилось в это время в моей голове, не поддается описанию. Смысл сказанного ме-е-е-е-дленно доходил до моего разума. Похоже, что все наши неимоверные усилия привели к тому, что мы притащили в дом чужого кота!! Я скомандовал Майе идти домой, и мы поплелись назад в квартиру для окончательного решения кошачьего вопроса.

По приходе я ещё раз уточнил где, кто и кого видел. Лёва снова ушел на работу, и в доме опять остались одни женщины. Мне повторили то, что я уже слышал. Растерянность на лицах родственников только подтверждала очевидное. Я велел перекрыть все двери и смело вошел в спальню, как дрессировщик в клетку со львами. Под кроватью в той же позе и на том же месте сидел кот, которого мы с таким трудом отловили во дворе. Больше в спальне котов не было. Я вышел в салон, закрыв дверь спальни. В салоне, как ни в чем не бывало, сидела кошка Ли. И это всё... Я насчитал только двух...

— Ну, и где же третий? — спросил я с издевкой. — Пока вы не покажете мне третьего, я палец о палец не ударю.

Женщины снова поклялись в один голос, что было три кота.

Мне пришлось им поверить. И я понял, что одного из котов придётся выгонять. Но какого? Вот в чём вопрос. Шансы 50 на 50. Хорошо, если я выгоню чужого. А если своего?

Проблема казалась почти неразрешимой. Кажется, подобная ситуация в шахматах даже носит особенное название. Позже, обратившись к справочнику, я нашел этому подтверждение: Цугцванг (нем. Zugzwang "принуждение к ходу") — положение в шашках и шахматах, в котором любой ход игрока ведёт к ухудшению его позиции.

Что делать и как ходить, я не знал... Спасительное решение неожиданно пришло само собой. Позвонили по скайпу из Нью-Йорка наши дети. Времени у них было много, и они решили нас проведать. Я принял разговоры на себя и сделал вид, что у нас всё хорошо, хотя на душе у меня скребли кошки в прямом и переносном смысле слова. К компьютеру, через который мы общались, подходили все члены семьи по очереди и улыбались, как могли. И тут не выдержала Анна.

— Саш!.. А, черт с ними. Расскажи им всю правду и, может, они нам чем-нибудь помогут.

Дети сразу поняли, что у нас на борту нештатная ситуация, и приготовились выслушать наши показания.

Пока я им вкратце повествовал о событиях утренних часов, лица их принимали разнообразные формы и выражения. Однако, дослушав меня терпеливо, они в ужасе переспросили:

— Так вы что, притащили с улицы в дом чужого кота?!

А дальше последовала череда не вполне цензурных выражений в адрес нашего коллективного разума. Нам оставалось только согласиться с их предположением.

— Немедленно перекройте все двери и окна, изолируйте котов по комнатам и выгоняйте этого самозванца. Микробы, прививки и вообще здоровье обоих детей под большой угрозой. Потом смените всё постельное бельё, тщательно вымойте полы и всё, к чему прикасался этот кот.

Я в целом согласился с дальнейшим планом, но потребовал уточнений, где же может прятаться настоящий кот и как его, наконец, отличить от поддельного.

Оказалось, что Эли и раньше в присутствии хозяев мастерски прятался в разные малодоступные места квартиры. То ли из-за природной застенчивости, то ли в силу игривого характера. В шкафах, на полках с одеждой, за холодильником, в ванной комнате и многих других местах, куда нам и в голову не приходило заглядывать. Кроме того — и это оказалось решающим аргументом — у нашего кота уши были в полном порядке. Никто ему их не подрезал. Кастрировать — кастрировали, но уши не трогали! Вот какие гуманные у нас детишки!

Всё встало на свои места, и я пошел в обход по потайным Элиным местам. Что вы думаете, уже в первом же месте я услышал странное урчание из глубины встроенного шкафа в кабинете. Обнаружив место засады, я обрадовался и, потирая руки, уже начал задвигать дверцу шкафа. Дверца, естественно, заела, и кот с неимоверной скоростью выскочил оттуда и снова исчез в неизвестном направлении.

"Ну, и хрен с ним,"- решил я. Надо выгонять третьего, а там разберемся. Вся эта история начинала мне порядком надоедать, и я принял твёрдое и окончательное решение. Захватив с кухни метлу, я вошел в спальню и закрыл за собой дверь. Клетка захлопнулась. Убедившись, что тот самый кот по-прежнему сидит под кроватью, я открыл пошире окно и засунул метлу под кровать. Кот выскочил, как угорелый, и почти сразу прыгнул на подоконник. Там я ещё раз нежно ткнул его метлой в попу, после чего он исполнил свой заключительный прыжок на волю. Занавес? Нет, это ещё не всё...

Через несколько минут снова позвонили слегка обалдевшие дети в надежде выяснить обстановку. Я гордо доложил о выполнении задания и успешном завершении операции. После чего меня резонно попросили убедиться, наш ли кот всё ещё в доме. Найти его на сей раз оказалось несложно. По совету детей, я приподнял одеяло на их кровати, под которым, как ни в чем не бывало, сидел испуганный толстый полосатый кот с целыми ушами, а значит, наш настоящий Эли!

Я подтвердил детям его наличие и пошел в салон попить водички или чего-нибудь более крепкого. Все были неимоверно рады, и Люба с большим воодушевлением принялась за мытьё полов. Вскоре пришел с работы Лёва, который снова пропустил всё самое интересное. А остаток дня меня все спрашивали, уверен ли я, что выпрыгнул из окна тот кот, а не другой. Я ни разу не дал повода усомниться в правильности моего решения. Солнце уже закатилось, и наступил вечер, который принес нам всем успокоение.

Потом мы ещё долго обсуждали все нюансы прошедшего дня, не зная, смеяться нам или плакать по поводу произошедшего. В одном все были согласны — этот безумный день надолго останется в нашей памяти.

Дальше всё шло по плану и без приключений. Дети благополучно вернулись из своего путешествия. Они хорошо отдохнули, а главное — набрались интересных впечатлений и положительных эмоций. Мы тоже.