Реклама

Реклама

Я помню этот день, когда меня положили в больничку со сложно выговариваемым диагнозом: "Гипоталамо-гипофизарная дисфункция периода пубертат. Ювинильное кровотечение". Мне было тогда 13 лет. Я ничегошеньки не понимала в том, что происходит, и вообще в больницу ложилась впервые в жизни. Помню, как с мамой зашли к врачу: "Деточка!" - сказала она (врач) мне тогда. "Как же ты еще ходишь?!" А я ни сном, ни духом. Критические дни я тогда в шутку называла годовыми. Потому как продолжались они у меня по месяцу, два или даже три. Отругав мою побледневшую маму за нерасторопность, меня направили в этот же день в больницу на две недели. В итоге, пролежала я больше месяца, и ничего в моей жизни не изменилось, только что таблетки гормональные назначили.

Я помню этот день. Просыпаюсь в холодном поту и резко сажусь на постели. Мне 16 лет. Больничные стены. Смотрю на часы – 16-30. Скоро! Уже скоро приедут ко мне родители!!! Этот сонный кошмар с беготней по больничным лабиринтам от какого-то маньяка снится мне уже с завидным постоянством. Я уже месяц в больнице, а где-то мои сверстники сидят за школьной партой и пишут контрольные. Мой диагноз я уже выговариваю без запинки и с улыбкой.

Я помню этот день. Снова я, снова мама и снова тетенька-врач. Я помню эту фразу: "Если еще раз такое повторится, то зачатие ребенка станет под вопрос. Я помню, как резко изменилась в лице мама. Моя мамочка... она молча встала, взяла меня за руку и вышла из кабинета. Я плакала, помню, но не из-за этих бездушных, жестоких слов, а за нее, мне было ее жаль. А про себя я тогда еще не думала. Что я понимала в таком возрасте? Мне было 17. Походы к гинекологу стали для меня тогда делом привычным. А вопрос, когда у вас были последние месячные, до сих пор вводит меня в замешательство: ну, не было у меня никогда регулярного цикла и все тут!!! Только с гормонами и прочими медицинскими прибамбасами.

Я помню этот день. День моей свадьбы. Подвенечное платье, переживания по поводу задержки свадебного кортежа с женихом. Море любви и счастья. Нежность в глазах моего мужа, моего любимого Андрюши. Я знала, как он хотел малыша. Я знала, что возможно, у меня его или их никогда не будет, но верить не хотела. Еще я страдала собственной неполноценностью. Прошел год, но результата не было.

Я помню этот день... Я стою в ванной комнате с очередным тестом в руках, в глазах слезы, в душе полный мрак. Выхожу и заявляю мужу, что, если у меня не получится забеременеть, то он может уйти и оставить меня - не женщину, не мать. Он смотрит на меня внимательно и сообщает, что у меня не все дома, так как ребенок у нас будет и он даже не сомневается во мне. И вновь я долго не могу заснуть, переживая за свое будущее и перебирая в памяти прошлое. Я читаю молитвы каждый день, смиренно ожидая решения свыше.

Я помню этот день... Снова я, снова тест в руках. Прошло еще полгода, но ничего не изменилось. И тут что-то сломалось во мне, надломилось и никак уже не склеить. Я иду в комнату и снимаю с себя крестик... и объясняю Всевышнему, что он тоже ведь человек!!! Что я не хочу больше его знать, раз он ТАК со мной поступает!!! Я перехожу на крик, слезы по щекам, но я упрямо твержу, что больше он мне не нужен!!! НЕ НУЖЕ-е-ен... Он молчал в ответ, наверное, задумался над собственным поведением. Со стороны смотрелось, наверное, дико: я орала, топала ногами, требовала, да! именно требовала себе ребенка. Когда муж пришел, я ему спокойно сказала, что я поругалась с Всевышним и надену крест только после того как узнаю, что жду ребенка. Андрей осмотрительно промолчал, решив не вмешиваться в наши разборки. Может, многие скажут, что не стоит так с Ним. Но я возражу, и аргумент будет веский.

Я помню этот день... Это был выходной. Вторая полосочка ясно заявила о своем существовании. Выхожу и не верю почему-то... Да мало ли что!? Может тест не исправный!!! Может.. может... А где-то внутри стало тепло так.. Выхожу с видом победителя, размахивая, как флагом, кусочком бумаги и посматриваю на него с осторожностью... вдруг в глазах двоится Андрей, как видно, с первого раза не просек в чем тут фишка. Пришлось тащить его на УЗИ, где он ничего не понял, кроме одной вещи – у меня в животе хорошенький, здоровенький малыш! Я стойко держалась все время, пока нам показывали наше Зернышко, а вышла из кабинета и превратилась в Ниагарский водопад. Я плакала от счастья и еще потому, что представляла, как скажу об этом маме.

Далее моя изрядно забарахлившая память отдельных дней не припомнит Но все протекало успешно: токсикоза у меня не было, с работы я уволилась уже давненько. В общем, в большинстве своем я валялась на диване и плювала в потолок. Пару раз мне приспичило пиццы среди ночи и еще, не смотря на диеты, я лопала пирожные "Корзиночка" с белковым кремом в устрашающих количествах. Врач в ЖК, войдя в ритуал, строчила мне в карту про водянку, которой у меня не было и про угрозы, выписывала море таблеток, которые я не пила. Вообще, я договорилась со знакомой, акушером-гинекологом М.Ю., о родах, сейчас закидаете меня помидорами, в 40 роддоме. Я, в общем, не решала, врач как мне говорили, отличный, а инфекцию можно в любом роддоме, типа, подцепить. Я покорно соглашалась...

Измучив всех вопросами о схватках, я и в ус не дула... Живот у меня был что надо: большо-о-й и красивый Все говорили, что я рожу девочку в середине февраля. Ну, что ж тут говорить, девочку так девочку! Ведь два раза УЗИ показывало нам здоровенькую девчушку. Но вот насчет срока: я была уверена, что рожу в самом начале марта.

И снова... Я помню этот день... Последнее УЗИ и бах! Сюрпрайз-з-з-з! Оказывается моя девочка вовсе не девочка, а моя девочка на самом деле мальчик!!! Вот где был стресс на протяжении восьми месяцев!!! Мы с мужем были в шоке. И вы спросите: а что тут такого? Мальчик – это же прекрасно!? Да! Мальчик – это супер! Вот только девочку мою куда девали? У меня было чувство, что у меня украли дочу. Я уже все про нее знала и решила, как мы с ней будем секретничать, как я буду ее наряжать и заплетать ей косы, и вдруг такое... Это сейчас кажется все весело, а тогда мне было не до шуток...я рыдала целые сутки, хотя мне было жутко стыдно перед моим малышом. Андрей, мой муж, очень помог мне тогда одной фразой: "Ведь он любит тебя, он совсем беспомощный, такой маленький. Он не понимает почему его мама перестала с ним разговаривать". Теперь я уже плакала и просила прощения у моего мальчика. Я поняла, что люблю его, именно ЕГО, того малышкА, который весело брыкался у меня в пузике, прислушивался к папиным поглаживаниям и жевал со мной "Корзинки".

Я помню этот день – 26 февраля... Мы едем в роддом. Я перед этим выполнила все гигиенические процедуры (надо сказать, что это приятней делать дома, под чутким руководством мужа). У меня было какое-то странное ощущение приближающегося праздника. Приехали, оформились, я осталась, муж уехал. Времени было 18-15. Прищла в предродовую и родовую. Это одна комната в 40. Вообще-то, я хотела рожать сама, без проколов пузыря и стимулирования. Может это было хорошо, а может плохо. Я не знаю. А знаю я вот что. Мне выдали симпатичную рубашечку, голубенькую и прозрачную – кусайте-локти-дома-моды. Пришла моя врач, представила мне акушерку, проткнула пузырь. Вот кто-то говорит, что это не больно, а мне было больно, даже, пожалуй, было больнее, чем сами роды. Короче, я вопила от души. В соседней родовой лежала девушка, которая рожала с обеда, она тоже покрикивала, но у нее то уже схватки начались, а я даже не знала еще что это за зверь – схватки. Сначала я ходила по коридору, потом хрумкала орешки и даже читала книжку.

Схваточки начались через минут 20. Легкие такие, секунд по десять. Времени было около 19 часов. Тут во мне взыграл исследовательский интерес. Стоя около огромнющего кресла, лежать мне как-то не хотелось, я следила за секундомером на сотовом телефоне. Он мне исправно показывал продолжительность схватки - 30 секунд и периодичность – через минуту. Я уже подвывала, но тихо, чтобы никого не напугать. Так я промаялась час: читала книгу, что мне в общем то удавалось и названивала мужу с требованием приехать, а то мне как-то уже не очень хорошо. Пришла сестричка и заинтересовалась тем произведением искусства, которое я с увлечением рассматривала – книга "Мой ребенок", автор Устинова! Даже фамилию помню!!! Я же, в свою очередь, пыталась добиться от нее рассказа о моем ближайшем будущем. Она ловко увильнула от ответа и скрылась в коридоре. Пришла врач и пообещала мне капельницу. Вопросов я уже не задавала, только попросила заслать ко мне мужа со стороны потерпевшей, то есть меня. М.Ю., посмотрев на меня и оценив, видимо, силу схватки, милостиво согласилась. Капельницу мне воткнули и теперь я могла только лежать , что явно ограничивало свободу моих передвижений или даже перевёртов.

Время 21-00, ура! Пришел Андрей. Я к тому моменту уже просила кого-нибудь родить за меня, его, к примеру!!! Он ведь тоже в этом замешан!!! Ко всему прочему, у меня начались потуги. Пообещав сейчас же превратить их казеное кресло в уборную, если они от меня все не отстанут, я уходила в себя, в свою боль. Между схватками, на мой взгляд, проходило секуд 15-20, но и эти секунды, казались мне вечным отдыхом. Помню, зашла М.Ю. и сообщила мужу, что сейчас я между схватками буду спать... Ха!!! Какой может быть сон!!! Я попыталась опротестовать ее бредовое заявление, но сил мои больше не было. Потуги начались слишком рано, а частота схваток и время в родах – говорили о том, что все продвигается слишком быстро. Я, помню, думала, как же это терпеть еще восемь часов!? Ведь первые роды длятся часов 14. Мне поставили еще одну капельницу с обезболивающим и обкололи шейку, видно, для мягкости, так как она у меня не готова была: ни предвестников не было, да и рожать я должна была в марте. Андрей, старательно, как потом выяснилось, записывал наиболее впечатляющие моменты на камеру.

Пришла акушерка и сказала, что будем пробовать тужиться. Я попробовала, но у меня не получилось, получилось только кряхтеть, что делать категорически запрещается. Она сказала: "Лежим еще". Я жутко обиделась. Я ведь старалась, и мне никто до этого ничего не объяснял... Пришлось учиться на месте Наконец все участники действа были в сборе. Мне начали что-то объяснять, я слушала, как могла и одновременно, как сказал после муж, глаза у меня были пустые и выглядело это жутковато. Вообще это прикольно, когда разрешают тужиться. Нельзя, нельзя и вдруг! Можно!!! Я сообщила врачам, что сейчас потеряю последние проблески сознания. Самое интересное то, что я все помню до мельчайших подробностей, хотя состояние в тот момент к этому не располагало. Все, что вокруг, стало не важно, будто абстракция какая-то, словно это не со мной. Меня схватили за нос и сказали тужиться, так как головка уже видна! Ура! М.Ю. потребовала, чтобы я сползла пониже, так как меня, видно, тянуло к звездам и повыше. Героическими усилиями я спустилась на грешную землю и вот тут, чего я не ожидала и о чем меня не предупредили – мне сделали эпизиотомию. Я помню, что кричала и удивлялась одновременно, так как мой голос, изрядно охрипший, издавал совершенно варварские интонации, что-то из серии передач о диких животных. Ух! Несправедливо!!!

Я помню этот час 23-20... 26 февраля 2004 года!!! Как Новый Год, Новый Век, Новая Жизнь... Малыша подняли повыше и молодой папа издал восхищенный выдох. А я смотрела во все глаза на моего, моего, крохотулю! Я не плакала... я вся превратилась в слух и глаз Единственный вопрос, который я задала "У него все пальчики?" Обхахочешься!!! Потому как я в свое время абсолютно не понимала, КАК можно задать такой глупый вопрос! И вот на тебе. "Смотри какой мальчик, Юля! 3317, 52 см" – говорили мне все. Мужу водружили детеныша на руки и он безмерно счастлив и горд собой до сих пор и, думаю, навсегда. Малыша приложили к груди, он, видно, был в стрессе, так как есть отказался. На втором плане я слышала, как врач с акушером обсуждают то, что я для первородящей развила очень сильную родовую деятельность, а малыш шел как на пролом, даже головку пришлось поправлять. Я очень гордилась собой, когда М.Ю. сказала мне: "Ты молодец! Ты достойно провела роды". Конечно, столь стремительное желание моего малышика поглядеть на маму с папой не прошло бесследно для меня: 4 шва и разрыв на шейке.

После родов меня вывезли на каталке в коридор, и чувство у меня было такое, будто я и не рожала. Меня колбасило по полной, хотелось петь, танцевать и обзвонить всех, кого возможно. Мальчушика моего куда-то унесли, пока я зашивалась (буду рожать еще, ни в жизнь не отдам никуда!). Вкатили мне димедрола и... до утра я не могла сомкнуть глаз...

Я помню этот день, когда мне в палату принесли запеленутого мальчика, сына... Он серьезно смотрел на меня, а я во все глаза на него. Такого сходства я не ожидала Это была моя уменьшенная копия!!! Сердце мое не выдержало и теперь мой сынуля держал его в своих маленьких ручках. Я осторожно взяла его на руки, в первый раз! И слезы сами собой навернулись. Я вдруг поняла, какое это Счастье!!! Именно тогда я поняла, что хочу еще детей и побольше-побольше. Что те часы, которые я провела в родовой, стоят вот этого единственного мгновения, когда ты начинаешь чувствовать себя Мамой. Меня переполняли такая Любовь и такая безграничная Нежность, что сложно описать ее на бумаге. Я благодарна Богу за то, что у меня есть Тимофей: улыбчивый, хитрый Мышонок, я благодарна своему мужу Андрюше за его терпение и любовь, за то, что он хотел посмотреть, как на свет появляется его сын и помочь мне стойко все вынести. Вот и вся история о том, как мы ждали Тимошку.

Я помню этот день... Утром меня разбудило радостное гукание Тима и открыв глаза, я увидела его счастливую улыбку. Вот это и есть смысл моей жизни, подумала я.

Sailor, timon@pm.convex.ru.