Реклама

Реклама

Часа в три ночи пробуждаюсь от ощущения влаги на ногах. ...С недоумением подумав, что в моем возрасте такие казусы излишни, я включаю свет, дабы убедиться или разубедиться в том, что я описалась. При свете лампы смотрю на свой изрядно увеличившийся за последние девять месяцев животище и перевожу взгляд на расплывающееся по простыне красноватое пятно. Муж просыпается, и с недоумением взирает на меня, моргая сонными очами: "Что стряслось?" "Если я все правильно поняла, то это отошли воды!" - я мягко плюхаюсь обратно на кровать.

- Что, схватки начались?!
Сергей, мечась по комнате, ищет очки, пытаясь окончательно проснуться.
- Нет, но думается, что до них уже недалеко. Короче, мне опять пора в роддом, - улыбаюсь я.
- Ты ж сбежала оттуда, как партизан, позавчера!

Муж начинает злиться.

- Это не роддом, а тюрьма, наполненная садистами. Врачи, ироды, кололи мне какую-то дрянь, усиливающую схватки. А мне еще неделю до родов! - тут же взвиваюсь я.
-Что-то неделя пролетела как один день! - ехидно парирует он.
- Так и будем до утра препираться? Давай лучше звони в "скорую", если не хочешь принимать роды в домашних условиях сам! - я смеюсь, пытаясь подавить накатывающую панику.
Схватив телефон и замерев с ним посреди комнаты, муж вопрошает:
- Дорогая, это точно совсем все? У тебя же в прошлый раз были ложные схватки.
Я, свирепея, смотрю на него:
- Ну, знаешь, ты в курсе, что такое плодный пузырь? Мне один "гениальный" врач сказал, что у меня там ребенок захлебывается от многоводия. Типа у меня там ванна. - Я нервно хохочу.
- Ну, в этот раз я совершенно точно рожаю!!!

После этого началось часовое шоу: муж упрямо набирал номер скорой помощи, который радостно и оптимистично отзывался короткими гудками. Я же заполошно металась по квартире, пытаясь собрать "спецкомплект" для родов. Собралась. Сидим. Тикают часики. Муж с маниакальным упорством предпринимает все новые и новые попытки дозвона до "нескорой беспомощности", высказывая подозрения в том, что ему придется изобразить из себя акушера, и что эти попытки обречены на провал. Я меланхолично пытаюсь убедить его, что он умный и находчивый и что все у него получится, думая заодно что-то очень хорошее и лестное про нашу скорую помощь. Наконец дозваниваемся. Муж рычит в телефонную трубку. Предполагая, что ситуацию надо объяснять менее эмоционально и вовсе не стоит провоцировать собеседника на такой поступок, как обрыв связи, я с трудом выхватываю у Сергея трубку и объясняю диспетчеру, в чем, собственно, дело, попутно отбивая хватательные движения мужа, направленные на то, чтобы завладеть телефонной трубкой.

Муж, проявляя рвение, набивается ехать со мной в роддом и обещает караулить под дверьми. Испуганно называя его сумасшедшим, я объясняю, что роды могут длиться очень долгое время, и бессмысленное его бдение под дверью на морозе ничего не изменит. Поцелуй напоследок. В роддом меня привезли в полпятого утра. Молодая чернявая акушерка старательно и, наверное, оттого долго, ковырялась в моих "родовых путях", высвобождая воды. В "предродовой" меня отправили тонюсенькой рубашонке на голое тело.

Холодно! Я покрываюсь гусиной кожей, и исподлобья глядя на окружающих, откровенно перестукиваю чечетку зубами, вынашивая планы мести.

На соседней кровати громко орет роженица в кондиции:
- Аааахх, мамочка!! Не могу!!! Хватит! Не могу!!! Бооооольно!

Я моментально забываю про холод и забираюсь с головой под одеяло, пытаясь абстрагироваться от звуковых и визуальных раздражителей. Крик роженицы неплавно перетекает в оглушительный прерывающий визг, что наполняет меня оптимизмом и предчувствием всяческих приятностей. По моим расчетам, вопли продолжаются пару часов... Меня колотит нервная дрожь, в ушах звенит. Внезапно внизу живота возникает тянущее ощущение. Вылезаю из-под одеяла и "по книжке" бегаю по помещению, приседая, пыхча и думая о том, какое зрелище из себя я сейчас представляю, пытаюсь подавить истерический смех.
- Ухх! Задерживаем дыхание. - Пыхтим, пыхтим... Приседаем... - ругаюсь, что не взяла с собой теплые носки. "В следующий раз возьму!" Хихикаю над этой мыслью.

Соседка справа заходится в визге, и, по-моему, очень близка к преодолению звукового барьера. Я с ужасом ныряю в туалет. Влетает акушерка и параллельно с руганью осматривает ее.

- Все! Маточный зев открылся, иди в родзал!
Она орет:
- Не могу, не пойду!!
Акушерка:
- А ну-ка, встать, дура! - И буквально пинками выгоняет роженицу. Я расширенными глазами наблюдаю из своего укрытия за этой очаровательной сценой. Теперь я поняла. Все это сон. Щиплю себя, пытаясь проснуться. Фиг вам: значит, не сон!

Пришла новенькая - я обрадовано машу руками:
- У тебя начались??"
- Только-только...

Лежим. Молчим. Думаем о вечном, о грядущем, наслаждаясь симфонией воплей, доносящихся из родзала. Вздрагиваем почти от каждого крика, опровергая теорию о том, что человек рано или поздно привыкает ко всему. Я начинаю доходить до кондиции. Полчаса. Двадцать минут. Я уже скриплю зубами, взглядом ища какой-нибудь тяжелый предмет. Медсестра загоняет меня на лежак и ставит капельницу. С руганью выдергиваю капельницу и бегаю по залу. Отпустило - Схватило - Отпустило...
- Аааааа ыыыыхххх! - Меня опять загнали под капельницу. Я спорю с сестрой доказывая, что ходить удобнее и не так больно. Она поругивается и говорит мне, что с капельницей не побегаешь. Схватки начались по полной... Ночная смена ушла, а моя акушерка еще не пришла. Я в прострации.
- Обезболивания!!! Дайте мне обезболивающее! - я жую простынь и хриплю - орать стыдно, но хочется. очень....
"Дышим, дышим, дышим... Задерживаем. Вздох".
Врача все нет. Я ударяюсь в панику, плаксиво переругиваюсь с сестрой.
"Ой, как хочется, ой как хочется поорать... да нельзя. Терпимо еще.
Пришла акушерка, милая пожилая женщина.
- Это что за истерики?? Прекратить быстро!
- Ничего не истерики!! Почему нельзя обезболивания? - скриплю я.
- На таком этапе это вредно для ребенка, - наставительным голосом отвечают мне. Как ни странно, но в присутствии спокойного и собранного врача я успокаиваюсь.
- Аааааыыыыыххххх! - опять жую простынь. - Ну когда же, когда?
Резко потянуло, и я почувствовала, как нечто стало выходить из меня наружу.
- Эй!! Эй!!! Да ребенок из меня уже идет.
Акушерка подходит, быстро осматривает:
- Все!! В родзал!!
Я расплываюсь в совершенно идиотской улыбке:
- В родзал!!! Наконец-то! Дождалась!

Меня взгромождают на совершенно кошмарное кресло, очень похожее на гинекологическое. Я не к месту смеюсь неожиданно возникшей мысли... это надо же! Неужто есть любительницы, чтоб на всю эту "красоту" вот так полюбоваться на пару с мужем?? Брррр. Пыхтим, задерживаем дыхание. "Ыыыыыыыыыххххххррррррр" Руки и ноги трясутся. Я чувствую, что безумно устала... Задерживаем дыхание.

Не выходит...

Опять по новой и опять... это уже кажется бесконечным... Опять не выходит...

- Задерживай схватки!
Врачи что-то там шепчутся и производят невидимые для меня манипуляции. Я отчаянно пыхчу и каждые полминуты спрашиваю:
- Можно? Ну можно же??!!! Эй!!! Да я лопну щааас!!!

Мне машут головой:
- Можно!
Я напрягаюсь и выпихиваю из себя ребенка, как жерло пушки - снаряд...
- Ыыыыыыааааахххххуууууу...

Льется что-то теплое... Я совершенно опустошенная. Все кончилось. Мокрый теплый комочек положили мне на грудь... Я ошарашено рассматриваю это чудо и думаю, а чего оно такое красное?

- Мальчик или девочка?

Услышав ответ, блаженно улыбаясь, проваливаюсь в темноту с мыслью: Я - мама!!!

Я не стала рассказывать о клизме, и о бритье перед родами в ванне. И о хамстве персонала... забывая плохое... видишь только хорошее... Рожайте с юмором... в конце концов, от родов никуда не убежишь... ;))

Нина, miss_xoum@mail.ru.