Реклама

Реклама

Приближалась полночь, наступление Нового года. За столом сидела вся моя семья и гости, работал телевизор, но мне не хотелось идти туда, где было шумно и весело, хотелось побыть одной.

Я сидела в уютном кресле около украшенной елки. Эту елку купил отец, огромную, пушистую, с такой густой темно-зеленой хвоей, что не было видно ни пола, ни балконной двери. Рядом с моим креслом стоял пластмассовый круглый столик, и на нем горели свечи. Было тихо и удивительно хорошо. На улице черного неба почти не было видно из-за сильной вьюги, а я так люблю вьюгу!..

Вдруг форточка с шумом распахнулась, и в комнату ворвались клубы морозного воздуха и вихрь снежинок. Я невольно вздрогнула, и мне почему-то показалось, что среди снежной ленты вьюги мелькнуло мужское бородатое лицо, где все: и волосы, и глаза, и контуры носа и рта – все было из мельчайшей снежной пыли. Пламя свеч затрепетало, задрожало, и одна свеча погасла. Я кинулась к окну и быстро закрыла форточку, удивляясь, как ветер и снег преодолели замки.

Я взяла спички, вновь зажгла третью свечу, но в это время с елки свалилась игрушка, моя любимая – огромный желтый сияющий шар-солнце, и закатилась по ковру к балконной двери. Раздосадованная тем, что в последние минуты Старого года я вынуждена метаться по комнате и наводить то там, то тут порядок, я полезла под нижние ветви за шаром, но тут с руки слетел браслет.

Проползя два шага вперед, я почему-то оступилась и куда-то упала, в мягкое, холодное, морозное... Это был снег, глубокий, чистый снег. Над головой я увидела черное небо, дрожащее сквозь морозный воздух, усыпанное яркими колкими звездами, полную, ослепительно-белую, сияющую луну и, как ни странно, хотя не было ни одной тучки, в воздухе кружились снежинки. Вокруг не было ни души, ничего, одно снежное поле. Я обернулась, наивно надеясь увидеть свою комнату, но, конечно, ничего позади не было, кроме этого снежного поля. Мне ничего больше не осталась делать, как идти вперед.

Шла я довольно долго и, наконец, увидела перед собой еловый лес, где каждая елка сверкала под луной снежными серебряными искрами, а на верхушках горели разноцветные большие звезды: синие, розовые, желтые, сиреневые, красные... Раздался легкий звон, и от луны на землю протянулась бледно-желтая дорога, как полупрозрачный шлейф, через нее пролетали снежинки, словно через луч.

Из леса вынырнула золотая колесница, запряженная тремя серо-голубыми оленями, и взлетела по лунной дороге, выбивая снопы зеленых и красных искр, взметнулась разноцветной вспышкой и полетела к созвездию Кассиопеи. С силой, наполняя весь лес, зазвучала музыка. Невозможно было определить, откуда исходили звуки. Казалось, они рождались в ветвях елок. Наконец я опомнилась и почти бегом продолжала свой путь. Ноги утопали в снегу, но я не чувствовала холода. Как только я ступала в снег, след от моего тапка наполнялся розовым светом.

Лес вот-вот должен был кончиться, когда за деревьями я увидела свет. Едва я обошла последнюю на моем пути елку, как увидела перед собой старика в коричневой хламиде с деревянным посохом в руке.

- Здравствуйте, - растерянно пробормотала я, не успев ничего сообразить. Он не ответил и внимательно, строго смотрел на меня.

- Что тебе нужно здесь? - холодно спросил он.

- Я искала елочный шар и браслет...

- Как вы все мне надоели со своими вещами! - раздраженно сморщился старик. - Просто удивительна ваша любовь ко всей этой чепухе! Учти: достанешь свой шар, вернешься обратно – никому не говори об этом. А, впрочем, если кто-то ради любопытства захочет сюда проникнуть, ничего не получится. Здесь можно побывать один раз в жизни, когда что-то уронишь под елку, здесь проверяется суть человека, и это может быть только внезапно. Человек не проникнет сюда с какой-то обдуманной целью.

Старик взмахнул посохом и перед нами появился большой волк с серебристо-серым мехом. Я испуганно сжалась.

- Не бойся. Он проводит тебя ко дворцу, где возьмешь свои вещи, - сказал старик и исчез.

Я посмотрела на своего спутника. Волк пошел вперед, я зашагала рядом. Поле было длинное и однообразное. Небо по-прежнему сияло от множества звезд, но луны уже нигде видно не было. Наконец вдали показался дворец. Подойдя поближе, я увидела, что он весь из белого мрамора, с ледяной резьбой балконных решеток. Арки серебристых и розовых колокольчиков украшали переходы между тремя башнями, которые заканчивались разноцветными шарами: красным, зеленым и желтым.

Мы остановились перед мраморной лестницей, украшенной с обеих сторон фонтанами. Вода в них замерзла причудливыми фигурами, искрящимися под лунным светом. Волк стоял, как-то обреченно опустив морду.

- Спасибо, - сказала я, невольно сомневаясь, стоило ли благодарить животное. Волк вздрогнул и посмотрел на меня внимательным взглядом печальных глаз. Я вдруг почувствовала, что не смогу уйти просто так. Если этот странный волк понимает человеческую речь, то...

- Вам что-нибудь нужно? - спросила я. Он продолжал на меня смотреть, и я прочитала "да" в его глазах.

- Что? Вы ждете помощи?

Волк кивнул.

- Но что я могу сделать?

- Я хочу... Я должен стать человеком, - прозвучал бас в ответ. - Вам это будет трудно...

Волк замолчал, опустив морду, словно отдыхал.

- Мне больно говорить... Вы должны для этого оставить вещи, которые уронили.

"Мамин серебряный браслет и мой самый любимый шар, - с огорчением подумала я. - Но если после этого волк станет человеком, как хочет... Это просто ничтожная плата."

- Хорошо, пусть остаются, - ответила я.

- Но это еще не все...

- Не все? А что еще?

- Вы должны ответить на три вопроса. Если ответите так, как надо, я стану человеком.

- А где мне на них отвечать, кому?

Он прервал меня.

- Идите во дворец. Там найдете...

Я еще раз посмотрела на большого волка с серебристой шерстью и стала подниматься по ступенькам. Отворив тяжелую дверь, вошла в холл. Две белые мраморные лестницы слева и справа вели наверх. Я вновь поднялась и очутилась перед массивной дверью, отделанной золотом. Я храбро отворила ее и увидела огромный зал. С потолка свисали хрустальные месяцы, пронзающие мягкими лучами стены из оранжевых и сиреневых полупрозрачных камней. На хрустальном полу дрожали зеленоватые тени. В противоположном конце зала стоял трон, устланный золотистыми дубовыми листьями.

Но вокруг - ни души, хотя, похоже, совсем недавно здесь были люди. Стулья стояли в беспорядке, возле одного на полу лежала розовая лента. Я в нерешительности приблизилась к трону. Вдруг из окна с шумом ворвалось снежное облако, обвило трон и превратилось в грозного старца в парчовой одежде и с золотым жезлом в руке.

- За вещами пришла? - почти сердито спросил он.

- Нет, - робко ответила я. - Это вы задаете вопросы?

Он внимательно посмотрел на меня.

- Да, я.

Он вновь окинул меня взглядом.

- Слушай первый вопрос: в чем должна быть суть жизни человека?

В чем суть жизни! Да кто же может ответить на такой вопрос! Некоторое время я стояла и напряженно думала. Но не в первый раз я встречалась с этим вопросом... В конце концов, от меня никто не ждет аксиомы, да и есть ли она?

- Суть жизни во взятии и отдаче. Чем больше отдаешь, тем более глубоким, бездонным становится сердце, тем шире распахивается мир вокруг.

Старик пронзил меня взглядом.

- Второй вопрос: назови три самых важных качества характера человека.

Я вновь задумалась, пытаясь выделить главное, отбрасывая второстепенное.

- Доброта, сила воли и фантазия.

- Объясни, почему ты так думаешь, - сказал старик, продолжая смотреть мне в глаза.

- Если человек добрый, то он не причинит другому боль ни физическую, ни душевную. Сила воли поможет бороться со своими темными сторонами. А если у человека богатая фантазия, то он сможет увидеть в повседневном необычное, любую обстановку он превратит в волшебную страну.

- Ну и последний вопрос: если бы волшебник мог исполнить три твоих желания, что бы ты попросила?

- Первое: чтобы люди научились слышать друг друга. Второе: чтобы каждый стал мыслить самостоятельно, не ожидая, что это за него сделают другие. И третье, это...

И тут я вдруг вспомнила, зачем я здесь нахожусь. Меня охватил ужас -- я ведь чуть было не брякнула последнее желание, совсем позабыв о просьбе волка.

- Третье – это чтобы волк снова стал человеком, - сказала я и взглянула в глаза старику. Тот неожиданно улыбнулся, стукнул о пол своим золотым жезлом и рассыпался в облако мелких снежинок, которое, обогнув трон, вылетело в окно.

После огромного напряжения и волнения в теле почувствовалась слабость. Я пошла к двери, открыла ее дрожащей рукой. Около лестницы волка не было, не было его и нигде поблизости. Вдруг чья-то тяжелая рука легла мне на плечо. Я обернулась и увидела молодого мужчину лет двадцати восьми в серебристо-серой шубе, который посмотрел мне в глаза благодарным взглядом.

- Спасибо вам, - сказал он, и я узнала мягкий, теперь уже не сдавленный бас. - Не знаю, как и благодарить. Подождите, я постараюсь что-нибудь придумать.

- Да не надо, ничего не надо, - залепетала я от растерянности. - Если можно, скажите: почему вы были волком?

Он помолчал, а затем начал свой рассказ.

- В пятнадцать лет я особенно много наблюдал за людьми, но мои знания меня не устраивали. Я пошел к Королю времени и спросил, что мне делать. Он посоветовал превратиться в волка и в неделю рождественских праздников провожать людей к этому дворцу. Старик сказал, что я узнаю их как нельзя лучше. Но снова стать человеком я мог бы только при посторонней помощи, к тому же речь будет доставлять мне большую боль.

Это был огромный риск, но понял я это позже, а тогда думал пожить волком года два. Превозмогая боль, я разговаривал с людьми, которых провожал, вернее, пытался разговаривать: они пугались одного моего вида, не говоря уже о голосе. Те же, которые не боялись меня, восхищались дворцом, выражали желание жить в нем. Но я-то знаю, как скучна и пуста в нем жизнь.

Некоторые девушки, начитавшиеся сказок, в надежде найти во мне прекрасного принца соглашались помочь, но когда узнавали о том, что нужно для этого оставить свои вещи, восклицали:"А зачем тогда я здесь потратила столько времени?" Тем более что я никакой не принц.

Один парень согласился оставить здесь свой редкостный нож, но на вопросы, видимо, не ответил и вышел из дворца с опущенной головой и с ножом в руке. А потом мне все надоело, и я замолчал. В глаза мне никто не смотрел, за показанный путь ко дворцу не благодарил. Я потерял надежду, что когда-нибудь вновь смогу стать человеком.

А как здесь грустно жить! Каждую последнюю неделю месяца все звери волшебного леса превращаются в людей и устраивают балы во дворце. Каждые два года дворец меняется. Но развлечения, балы и праздники все те же. К тому же я как заколдованный не мог стать человеком даже раз в месяц.

- Но теперь-то вы можете уйти отсюда?

Небо над головой стало светло-синим, а на горизонте уже разливалось алое пламя встающего солнца, отбрасывая розовые и малиновые краски на облака. По снежному полю летали синие тени.

Он молчал, задумчиво глядя вдаль, где показался уже кружевной лес волшебных елок, озаренный нежным золотистым светом.

- Здесь много работы. Люди должны верить в чудеса, в Новогоднюю ночь. Они не видят окружающую их красоту, так хоть здесь они раз в жизни обращают внимание на зимний лес, на небо...

Мы вошли в лес. В воздухе кружились снежинки. Касаясь ветвей елок, они тут же превращались в серебряные звездочки и застревали в хвое. Мой спутник долго молчал и вдруг воскликнул:

- Десять лет!.. И только сейчас вы первая... Я готов снова превратиться в волка, чтобы убедиться, что вы не одна такая, не музейная редкость, а нормальный человек, человек... Иначе в голове возникают очень тяжелые думы.

Мы подошли к пещере, которую я не видела раньше.

- Но неужели для этого вам нужно быть обязательно здесь, а не там, где я, где все?

- Да, мне нужно быть здесь. Я ведь не только изучаю людей. Я слежу за порядком, убираю дворец. Здесь идет своя жизнь, необходимая для людей. Хоть один раз в жизни человек должен поверить в чудо, побывать в сказке.

Стало совсем светло. Зимнее бледно-желтое солнце обливало лучами холодные снежные равнины.

- Мне давно уже пора быть дома, - улыбнулась я.

- Спасибо вам еще раз, - тихо сказал он. - Все же я отблагодарю вас. Я бы не хотел, чтобы вы забыли об этой новогодней ночи.

- Я и так никогда не забуду, - так же тихо ответила я. Он больше ничего не сказал, только взял с елки две маленькие звездочки, в секунду сделал из одной тонкую цепочку, оставив другую кулоном, и надел мне на шею. Последний раз взглянув на меня, он исчез за деревьями. Я шагнула в пещеру. Пришлось долго карабкаться в потемках по каким-то ступенькам, возвышениям, каменным выступам. Я уже еле держалась на ногах, когда вдруг сильный столб воздуха поднял меня и с силой выбросил из мрака...

Очнулась я на ковре возле елки в своей комнате. За стеной смеялись, звенели бокалами, шуршали бумажными обертками и фольгой шоколада. Пытаясь понять, что происходит, я первым делом посмотрела на себя: на тонкой цепочке, серебристой нитью обегающей шею, сияла звездочка, переливаясь снежными, молочными, лунными огнями. Ни браслета на руке, ни шара на елке не было...

Элиза, eliza@almega.lv.