Реклама

Реклама

Я всегда любила читать журналы для родителей. Листаешь красочные страницы и видишь: счастливые мамы, счастливые детки, заботливые врачи, прекрасные больницы... Чувствуешь: да, так и должно быть, как же может быть иначе? Как горько, что все же бывает иначе.

Этот зимний вечер был особенным. Как-то необычно искрились снежинки и танцевали в свете фонарей. А главное подтвердилось то, о чем я догадывалась уже несколько дней: у нас будет малыш! Все вокруг казалось прекрасным, я улыбалась, хотелось всему миру сообщить эту новость, чтобы все радовались вместе со мной. Не тут-то было!

Окружающие, как и предполагалось, разделились на три лагеря: первые радовались за нас, вторые принимали все, как есть, но без особого энтузиазма, а третьи откровенно крутили пальцем у виска. Конечно, третий ребенок! Зачем???

Тем, кто так думает, объяснять бесполезно, все равно ничего не поймут. Но было обидно. Еще обиднее было от того, что не понимали не только чужие, но и близкие. Теперь я прощаю их, потому что поняла - они беспокоились за нас. По-своему, конечно: "Трое детей - это так трудно, вы хоть представляете, что вас ждет?". Впрочем, то же самое они говорили, как только узнали, что мы ждем второго малыша...

Беда пришла неожиданно. В одно мгновение я оказалась в другом мире. Сначала страх, сковавший все тело. Потом ясные, четкие действия. Скорая. Приемный покой. Я хочу только одного: "Быстрее! Помогите мне!". Но никто не спешит. У них своя размеренная жизнь. Наконец, пришли врачи. Заполняют карту. "Третий ребенок? И Вы хотите сохранять? Вам точно это надо?". От такого вопроса я немею... Наконец, я в палате. Получаю свои уколы и жду. В отделении пусто. Я никому не нужна со своей бедой. Ночь. Я не сплю, я смотрю в темноту и уговариваю своего малыша не оставлять меня... Утром - обход. Врач даже не подошла к моей кровати, оказывается, вновь поступивших смотрят отдельно. Устав ждать, я нахожу ее в коридоре. В ответ раздраженное: "Вы же не одна, ждите!" За мной приходят только к четырем часам...Осмотр. Ничего нового. Я прошу сделать мне УЗИ. Ответ меня просто потрясает: "А вы что не знаете, что тогда надо было еще вчера записаться у старшей сестры?". Откуда мне знать, я же здесь впервые. "У вас же есть соседки по палате!". Тут я взрываюсь: "А кто меня лечит? Соседки по палате?". Но это крик в пустоту. Никогда в жизни не чувствовала себя более бесправной.

В ночь с пятницы на субботу у меня начинается легкое кровотечение. Сразу предлагают выскабливание, но я отказываюсь делать его без УЗИ. Отказываюсь, потому что знаю, что и в таких случаях ребеночек может быть жив. Надежда, пусть и очень маленькая, не покидает меня. Но никому до этого нет дела. "Лежите, если хотите. Мы никого насильно не выскабливаем. Все равно, если что, то выскоблим по жизненным показаниям. А УЗИ у нас только в понедельник!" - дежурная врач поворачивается на каблуках и уходит. Я для нее всего лишь проблема, которая портит ей дежурство.

Я лежу. В палате никого больше нет - все разошлись на выходные. Вставать нельзя, есть ничего нельзя, потому что если что, то "по жизненным показаниям" придется делать "на живую". Но я готова сделать все, что угодно, только бы сохранить маленького. Я лежу. Мне кажется, что я начинаю слышать ход времени: " Тик-так, до понедельника, до понедельника..."

Соседка по палате у меня появилась неожиданно. Сердобольная бабушка-санитарка привела ее ко мне в палату со словами: "Что ж вы, доченьки, по одному-то сидеть будете, так хоть поговорите". Ее записали на УЗИ аж на вторник, сами понимаете, что такое ждать целых четыре дня! Но история оказалась банальна: кто-то из родственников моей новой соседки был лично знаком с одним из "первых лиц" больницы. Стоило ей позвонить, как уже через час примчалась врач, кабинет УЗИ открыли и пригласили нас...

Моим надеждам не суждено было сбыться. Я поняла это сразу, как только увидела, какими глазами врач смотрит на монитор. Но как я ей благодарна за то, что она поговорила со мной и объяснила все, что увидела. Потом были наркоз, выскабливание. Когда я пришла в себя, в первые секунды никак не могла понять, где нахожусь. По щекам текли слезы, а голоса вокруг упрямо повторяли: "Господи, что же ты расстраиваешься, у тебя ведь двое уже есть!".

Боже мой, какая разница - первый, третий, десятый…Это же мой ребенок, моя частичка. Я мечтала о нем, ждала его. И горе мое - это горе матери, потерявшей ребенка, неважно какого, первого, второго или пятого. Некоторые из знакомых (слава Богу, не из друзей) решили, что я сделала аборт, и встретили меня с вопросом: "Ну, как, удачно избавилась?" Они просто не могли понять, как можно хотеть третьего ребенка.

Да, мне было легче вернуться к жизни, потому что дома меня ждали мои малыши, которым нужна мама. Всю ту неделю, что я еще провела в больнице, все мои мысли были о доме. Я лечилась, вязала детям свитера и думала о будущем. Я обязательно встану на ноги, и моя мечта сбудется: у моих мальчишек обязательно появится братик или сестричка!

P.S. Когда я уже была дома, мне сообщили, что еще одна девочка из нашей палаты через два дня после выписки снова оказалась в больнице. УЗИ, которое она потребовала сделать, показало, что ее выписали с уже погибшим ребенком. Теперь все врачи ходят перед ней на цыпочках, боятся.

Качевская Ирина, kachevskaya@mail.ru.