Реклама

Реклама

Сейчас 4 утра, мне приснились роды, и я проснулась, стало не до сна. Через 3 с лишним часа вставать и ехать "планово ложиться" в роддом. Пошла в туалет и увидела, что вышла слизистая пробка - это, как я помню, предвестник родов в ближайшие сутки-двое, хотя в редких случаях бывает, что и неделя проходит с того момента, как она отходит... На всякий случай включила комп и перечитала - все верно. Боюсь, что про все мои надежды побыть на выходные с Женечкой вдвоем можно забыть! Такие были планы побыть вместе, поехать вдвоем на природу… Никто и никуда не отпустит в таком случае. Вот даже и совсем не страшно пока, только как-то грустно, хотелось, чтобы у нас были еще одни выходные...

"Пробки" настоящей я не видела, это был, скорее, какой-то слизистый сгусток с тоненькими вкраплениями крови. В общем-то, на этом и все, только спать вконец расхотелось. Написала письма подругам, дописала кусочек сюда. Пойду спать, что ли...

Господи, дай мне сил!

Продолжаю писать уже 5 недель спустя, пользуясь тем, что Ваденька пока спит.

Примерно в 6.20 я снова проснулась оттого, что что-то не так, почувствовала, как будто ребенок сильно поднырнул. Опять пошла в туалет, и там из меня хлынуло! Как-то сразу стало понятно, что это начали отходить воды, потом они все время продолжали подтекать. Я легла в постель, но уже особо не спалось - было ясно, что все случится именно сегодня. Женя открыл глаза и посмотрел на меня, я сказала: "На работу ты сегодня не идешь". Он сразу все понял и моментально проснулся.

Мы еще полежали, я рассказала, что и как произошло и что теперь нужно делать, и мы решили потихоньку собираться в роддом и в 7.30 позвонить акушерке. Потом я позвонила маме, которая сразу начала сходить с ума, звонить родителям мужа, чтобы его отец поторопился - он должен был быть у нас в 9 и все равно везти в роддом, только планово.

В общем, мы созвонились с Людмилой Васильевной, слегка поели и стали ждать папика. Настроение у меня было приподнятое, у Жени, по-моему, тоже. Папик примчался с Оболони в Голосеево за 11 (!) минут и мы поехали в роддом, были на месте где-то к половине 10, как и договаривались предварительно с Вадимом Борисовичем Панаитиди.

Когда я сказала, что у нас воды отошли в 6.30, быстренько начали оформлять. В приемном покое все были такие невеселые, напряженные, только мы с мужем радостно-просветленные почему-то. У меня ничего не болело, лишь слегка схватывало, как при месячных. После оформления у нас приняли вещи и выдали мне ночную рубашку и халатик, "костюм хирурга" для Жени был у нас с собой. Я переоделась, сделала клизму и подошла к зав. приемного отделения, который констатировал раскрытие 2 см.

Все такие же просветленно-радостные мы поднялись на 3 этаж, где нас уже ждал Вадим Борисович и отдельная предродовая палата. Палата очень понравилась - все новое, современное, симпатичное. Подошла Людмила Васильевна, поставила капельницу. От нечего делать мы считали интервалы между схваточками и их продолжительность - книги про имена и "В ожидании ребенка" мы, естественно, забыли взять и сдали вместе с ненужными вещами.

В итоге в предродовой оказались только с горой бутербродов и термосами :-). Схваточки были очень легенькие и абсолютно терпимые, с интервалами в 2 минуты и продолжительностью где-то по 10 секунд. Мы общались, правильно дышали, темпы нарастали, становилось немного неприятней, но было все еще абсолютно терпимо, пока... Пока не пришел доктор меня осматривать, производя попутно вручную раскрытие!

Уууууу... От неожиданной дикой боли при осмотре у меня аж в глазах потемнело, вырвался крик, и я поползла от него назад по кровати. Он, кажется, удивился. А Людмила Васильевна сказала, что это ничего страшного - видимо, имея в виду предстоящие роды. После ухода доктора, который пообещал осматривать меня раз в час, чем сильно подбодрил ;-) , шла кровь, и я еще некоторое время успокаивалась. Четко осознала происходящее, насколько сильно я влипла - ведь если это еще "цветочки", что же дальше, и как не умереть от этого...

Схватки становились все больней и правильное дыхание уже мало помогало, доктор приходил и мучил каждый час, как обещал, при этом шутил насчет моего поведения. Все это длилось и длилось, и сейчас последний период схваток вспоминается как что-то непрерывное, в горячечном бреду. Вроде бы как я обращалась к Богу с просьбами о помощи, пыталась правильно дышать. Где-то в глубинах сознания жила прочитанная информация о том, что самое сложное - это пережить схватки, а вот в родзале у женщины начинается важная работа, и это уже, скорее, физически тяжело - требует огромных усилий.

Поэтому слова доктора о полном раскрытии и о том, что сейчас, собственно, мы идем рожать, я восприняла почти радостно. Он попросил меня пробно потужиться, и тут меня ждало, мягко говоря, разочарование - это было намного хуже всех схваток!

Да, какой был прикол. Начитавшись литературы о том, что лучшие роды - вертикальные роды, я была несколько расстроена, что в 5 роддоме такой практики нет. Когда схватка прихватила меня прямо перед родильным креслом, я села возле него на корточки с мыслью - ура, сейчас я тут быстренько вертикально рожу :-). Ничего не вышло, пришлось лезть на кресло, и начался вообще ад по болевым ощущениям.

На каждую схватку нужно было делать по 3 потуги, реально из них у меня получалась всего одна, первая. Потом что-то произошло, мне начали говорить - "ребенку плохо" - и просить еще сильнее постараться, хотя большего реально я сделать не могла, старалась на максимуме. Тогда же я услышала слова об эпизиотомии и после этого стало больно просто невыносимо, до крика.

Как оказалось потом, местного обезболивания не делали, так как у малыша стремительно падал пульс и нужно было срочно что-то предпринимать, от разреза я дернулась и сама еще раз напоролась на скальпель, рядом с клитором...

Тут же вынули малыша, но легче не стало совершенно. Промелькнула мысль - ну вот, опять обман, все прочитанное мной о необыкновенном счастье, которое наступает у женщины после окончания родовых мук, все обман. Только боль и боль. Положили малыша мне на живот, я прикоснулась к нему. Он был совсем крошечный и мокрый. Я плакала и просила Женю - пусть меня усыпят, ну пожалуйста, пусть усыпят, пожалуйста... Он целовал меня, держал за руку и говорил, что вот сейчас сделают наркоз, еще немного.

Когда родилась плацента, я почувствовала некоторое облегчение, потому что знала - уже скоро, теперь мне точно сделают наркоз. Что-то спросили, сделали укол в вену, и кошмар закончился, все поплыло, пошли волны, как будто я ныряла вверх-вниз, смотрела из кабинки американских горок, все сплеталось, расплеталось, а потом начали появляться знакомые картинки этого мира, любимое Женечкино лицо.

Кажется, я плакала все время, пока была под наркозом. Говорят, что пока зашивали, ужасно кричала - ничего этого не помню. Нет, слезы помню, когда приходила в себя, все время повторяла Жене, что я его вижу, "я тебя вижу". Пришла в себя в той же предродовой, рядом со мной сидел Женя и в прозрачной тележечке лежал и спал запеленатый завернутый в одеяльце малыш. Мы назвали его Вадимом, это имя ему шло. Вот так закончилась эта история.

Или так началась новая история, как мы были в роддоме, привыкали друг к другу. Как он плакал, и я вместе с ним плакала, не зная, что делать. Как появилось молоко, и раздулась грудь, как помогала мне милая Людмила Васильевна, заходила ко мне по 2-3 раза на день. Как приходили под окна все, а я показывала масика и говорила с ними по мобилке, и как нас выписали домой! Домой, ура! С охапками белых роз и подарками, и милым белым сверточком. Прочь, прочь, прочь! Прочь от этого жуткого и в то же время счастливого места.

Марина, mfateyeva@ukr.net.