Реклама

Реклама
Когда я была маленькой,
я думала, что детей "кладет" в
мамин животик бог. Я очень
боялась, что вдруг мне не
положит...

Мне было лет 16, когда мама сказала мне, что у меня отрицательный резус-фактор крови, и поэтому я должна очень серьезно отнестись к своему будущему: абортов не делать и мужа найти по возможности с таким же резусом. Первый наказ выполнить было не сложно, а вот со вторым - не получилось, видимо минус к плюсу сильно притягивает.

И вот она, долгожданная беременность. Я была так взволнованна, взбудоражена, что даже не успела понять, ощутить, насладиться ожиданием чуда... Выкидыш на 12-й неделе, и я в шоке. Мне было тогда 26 и казалось, что жизнь ничего не стоит, раз я не могу родить детей.

Вторую беременность я встретила очень осторожно, с опаской, мне все время казалось, что у меня болит живот, я в страхе ждала 12-ую неделю, и когда она прошла, я все не могла поверить, что дохожу до срока. Я никуда не ходила, старалась больше лежать, всего боялась. В 32 недели я попала в роддом с выделениями, но все обошлось. Первый раз я вздохнула спокойно и ощутила себя счастливой, когда на 37 неделе на УЗИ мне сказали, что у меня мальчик (я хотела именно сына), здоровенький, хорошенький, уже готов! Радость моя продолжалась недели две, зато какие это были недели! Я шила, вязала, готовила детскую комнату и в 39 недель явилась в роддом.

Но все оказалось не так просто: плацента была уже перезрелой, кровоток в пуповине снижен, сердце ребенка давало сбои, а моя матка как будто отказывалась отдавать мне моего ребенка! Никакие вызывающие не помогали, шейка и не думала раскрываться, анализы ухудшались. Мне предложили кесарево. Но я отказалась. Я ревела в палате и думала, что это ненормально, я хотела родить сама - ведь я здоровая женщина, занималась спортом, я так готовилась к родам, читала книжки, делала упражнения, училась правильно дышать - и вдруг все зря? Дни шли, на операцию я не соглашалась. На очередном обходе врач мне сказала, что ждать больше нельзя, у ребенка кислородное голодание, что они могут проколоть пузырь и вызвать схватки, но плацента может задавить ребенка во время родов. И я вдруг прозрела: моему сыночку плохо, разве я имею право на эксперименты и прощу ли я себе, если с ним что-то случится во время родов???

Операцию сделали на сроке 40 недель 14 декабря 1996 года, в 8-30. Первое, что я спросила, очнувшись: "Как ребенок?" Мальчик, 3500, 51 см, все в порядке, 7/8 баллов. Я успокоилась. Все. Все. Я - мама. У меня сын, Степа, Степочка, Степан, сынок, которым я бредила столько лет... Когда очнулась снова, это был кошмар. Нестерпимая боль, пересохшие губы, гул в голове, никого рядом - так прошли сутки. Вторые сутки ничем не отличались от первых, к тому же весь живот покрылся волдырями - аллергия на лейкопластырь. Я проклинала все на свете, совершенно искренне думала, что если бы до беременности мне хоть на минутку можно было бы побыть в таком состоянии, я ни за что не решилась бы иметь детей. И только на третий день я захотела подержать сына на руках. Представляете?

Годы шли, мой сынок рос чудесным здоровым мальчиком, я снова начала работать, все было прекрасно. Когда Степе исполнилось 4 года, он стал просить братика. Я объясняла ему, что это невозможно, что мне больше нельзя рожать. При воспоминании о роддоме меня бросало в дрожь. К тому же я читала, что для женщины с отрицательным резусом (если у мужа он - положительный) велика вероятность второго ребенка не выносить. Так случилось с моей свекровью - мой муж единственный сын. Свекровь рассказывала мне, как прервалась ее вторая беременность на пятом месяце. Я не хотела, чтобы подобное повторилось со мной.

Один случай изменил все. Как-то я зашла в комнату сына пожелать ему спокойной ночи. Я удивилась - рядом с ним в кровати лежали две большие куклы. Когда я попыталась убрать их, он со слезами (!) попросил: "Не убирай! Это мои братик и сестренка".

Ту ночь я не спала... и решилась: будь что будет! Но теперь это будет не так! Теперь я была старше, опытнее и увереннее в себе. Первое, что я решила: будем делать девочку, ведь муж еще в первый раз мечтал о дочке. Как-то прочитала показавшуюся мне очень убедительной теорию о том, что для зачатия мальчика сперма должна быть свежей и сперматозоиды быстрыми - значит, зачатие должно произойти непосредственно в день любви. А для девочки нужны сперматозоиды медленные, то есть заниматься любовью надо дня за два до овуляции, и потом - ни-ни. Так как цикл у меня постоянный, то рассчитать все было не сложно, и...

Через три недели после дня "Х" я возвращалась на автобусе из командировки и вдруг почувствовала легкую тошноту... Ну точно... неделя задержки... сердце забилось. И тут пришло SMS-сообщение от мужа: "Как дела?" Я ответила: "Скоро буду, что-то меня тошнит", и через несколько секунд увидела на экране телефона "ПОЗДРАВЛЯЮ!" Началось.

Эта беременность была совсем другой. Я ничего не боялась, я будто летала на крыльях, я радовалась каждому дню. Я продолжала работать, хотя как раз в то время работы было по 14 часов в сутки. Я читала лекции в университете, работала в оргкомитете международной конференции, писала и говорила на английском, готовила научный доклад, ходила в музеи, на концерты, я была уверена, что все это нравится моей дочке ничуть не меньше, чем мне. Я в меру позволяла себе работать за компьютером, есть любимый шоколад, пить сухое вино, танцевать и плавать. В общем, я не отказалась ни от одного любимого занятия - только машину не водила. На пятом месяце мы втроем отправились в путешествие на машине в Санкт-Петербург - город, который я очень люблю (сами мы живем в самом благоустроенном городе России 2002 года Чебоксарах). Ехали осторожно, три дня по 7-8 часов в день, заезжали в очень красивые города - Суздаль и Тверь. В Петербурге провели неделю, с утра до вечера гуляли по божественным паркам Пушкина, Павловска, Петродворца. Там, в Петербурге, на 18-й неделе я впервые почувствовала шевеление моей малышки.

Конечно, как прилежная мама, на 10-й неделе я встала на учет в женскую консультацию при роддоме. Я сдавала все анализы, для меня это не было это тяжелым трудом, как описывают многие беременные женщины, мне повезло - клиника через дорогу от моего дома. Кроме того, у нас работает система записи по времени: пришел-сдал-ушел. Почему раньше не додумались до этого? Как вообще медицинские учреждения могут допускать, чтобы беременные женщины стояли несколько часов в очередях? В первую беременность я пропускала сдачу анализов только из-за этого. В женской консультации на приеме у нас система такая. Сначала принимает акушерка: делает всевозможные замеры, опрос, заполняет табличку, вклеивает анализы, отдает карточку, и отправляет к врачу. Перед тем, как зайти к врачу, я просматривала анализы, цифры, и приходила к выводу, что все в порядке. Заходя в кабинет врача, я не задавала вопросы типа "Как моя беременность?", я говорила "Мои дела идут хорошо. Что-нибудь добавим в лист назначений?" Врач всегда прислушивалась к моему мнению. Каждое назначение врача тщательно обдумывалось, обсуждалось с мужем, мамой (она у меня фармацевт), знакомыми врачами (одна голова хорошо, а много - лучше) и только потом выполнялось. Например, первый раз УЗИ я сделала на 23 неделе вместо 12-й. Ну не верю я, что на ранних сроках УЗИ никак не влияет на ребенка и беременность. У меня вот на УЗИ матка всегда в тонусе, это же факт. Конечно, если есть показания, то никуда не денешься - надо делать. Но я была уверена, что все в порядке. Только очень хотелось убедиться, что там девочка. "Скорее всего, девочка" - сказала мне УЗИстка, а я лежала такая счастливая... Потом я делала УЗИ на 32-й неделе на степень зрелости плаценты. Картина повторялась - плацента уже состарилась. Но зато за те шесть лет, что прошли после предыдущей моей беременности, появился "Актовигин": 5 раз прокапали - и нет волнений. Третий раз я делала УЗИ на 38-й неделе, перед операцией. Конечно, каждый месяц я сдавала кровь на антитела - но они так и не появились.

Но и эта беременность не обошлась без испытаний. Было уже шесть месяцев, когда на моих глазах Степа сломал руку. Был сложный перелом, операция длилась 2 часа, хирурги говорили, что, возможно, рука не будет разгибаться и не все пальцы будут работать. В больнице, у кровати сына, я не могла держать себя в руках и плакала постоянно. Впервые я забыла о своей малышке и молилась лишь за сына, я даже мысленно была готова к тому, что беременность может прерваться из-за моих переживаний. Но тут моя малышка будто почувствовала, что без ее помощи нам не обойтись, и вела себя тихо-тихо. Днем я не ощущала ее, но каждый вечер, ложась спать, я чувствовала ее шевеление, она как будто говорила мне: "Обо мне не беспокойся, со мной все в порядке, позаботься о моем брате". Поражаясь тому, какая же она у нас молодец, я тоже решила быть молодцом, и все пошло на лад - через два с половиной месяца рука Степы разогнулась, пальцы шевелились, а мой животик стал совсем большим.

Я стала готовиться к операции. Первое - правильно питалась, особенно тщательно следила за меню: чтобы не набрать лишний вес и получить все то, что нужно мне и ребенку, продолжала пить хорошие витамины, много гуляла (хотя была морозная зима) - минимум час ходьбы на воздухе. Второе - я обратилась к моему знакомому, который на момент моей первой операции был еще студентом медфака, а теперь работал анестезиологом в Республиканском Перинатальном Центре, он дал мне нужные рекомендации, я договорилась, что наркоз будет давать мне он так, чтобы я очнулась сразу после операции и потом не ощущала последствий наркоза. Третье - я нашла в аптеках дорогой хороший антибиотик, который мне вводили после операции раз в день внутривенно (вместо четырех уколов в сутки), гипоаллергенный лейкопластырь, линекс и лактобактерин для себя и малышки - в противовес антибиотику.

Операцию сделали на сроке 39 недель 16 января 2003 года в 10-40, первое, что я спросила, очнувшись: "Как ребенок?" Девочка, 3200, 51 см, все в порядке, 8/9 баллов. Ну вот, сбылось. Дочка, Лидочка... Под блаженный восторг своей души я уж было приготовилась опять уйти в спячку, но не почувствовала такого желания - и поняла, мой анестезиолог меня не обманул. Меня перевезли в палату реанимации, переложили на кровать с удобным поручнем - держась за него можно было переворачиваться с боку на бок, а потом и вставать, поставили капельницу, взяли анализы, а чуткая медсестра Наташа сказала, что будет все время рядом. Через полчаса после операции я разговаривала по мобильному телефону с мужем, а еще через полчаса мне принесли мою дочу - такую красавицу, курносенькую голубоглазую блондинку. Я приложила ее к груди и заплакала от счастья.

На третий день меня перевели в обычную палату, я уже вполне нормально ходила, мою дочуню переселили ко мне, и я обнаружила, какая она активная - лежа на животе практически уже ползала. Недаром так часто активно пиналась. Детский врач на первом обходе изрекла: "А вот и наша девочка-юла. Вам уже в садик пора, не то, что на выписку". Я тоже поправлялась быстро. Молока было много, один день моего терпения, и моя малышка научилась его кушать. Швы сняли на 7-й день, выписали - на 8-й. "Приходите за третьим, - в один голос говорили все врачи, - все бы так операции переносили и таких деток рожали". Знали бы они про мой первый раз. Но на то он и первый... На выписке Степа шел мне навстречу впереди папы с огромным букетом. Увидев, как детская медсестра несет малышку, нетерпеливо сказал: "Дайте мне на сестренку посмотреть". Посмотрел и важно обратился ко мне: "Что ж, мам, хорошая сестренка, теперь братика давай". А я рассмеялась: "Может, я сначала домой ненадолго съезжу?"

Сейчас Лидочке 8 месяцев, Степе скоро 7 лет. Каждое утро перед школой он бежит к сестренке, треплет ее за пухленькую щечку и говорит: "Доброе утро, медведь-ворчун". Лидочек кокетливо улыбается ему в ответ, а я смотрю на них и думаю, разве можно было не родить такое чудо?

В заключении хочется сказать всем, кто не может решиться на второго - ничего не бойтесь, решайтесь! Второй раз обязательно все будет лучше. Никакие проблемы никогда не перевесят ту чашу счастья, которое войдет в ваш дом вместе со вторым ребенком.

Дашук, sda@chuvsu.ru.