Реклама

Реклама

Когда я была беременна, я много читала литературы о беременности, современных родах, о малышах. Мне казалось, раз сейчас столько современных методов, то нетрудные роды без последствий - это реально. Тем более что незадолго до меня моя подружка и двоюродная сестра родила дочку. Она на эту тему говорила так: "Главное - слушать врача, и всё пройдёт очень легко". О всегда подстерегающих трудностях я старалась не думать. Родов поэтому не боялась. Была уверена, что, раз я постоянно в движении, слежу за своим питанием и здоровьем - значит, всё будет хорошо.

О выборе роддома стала задумываться где-то перед декретным отпуском. Было несколько вариантов: остаться рожать в своём маленьком городке (дело в том, что мы с мужем родом из разных городов, но на тот момент жили там, где я работала, чтобы мне не увольняться); поехать к моей крёстной (она - главврач роддома в другом, ещё более маленьком городке); поискать платную клинику в столице. Но когда мы поехали на Рождество к маме мужа, она стала уговаривать нас приехать в их областной центр и мне остаться там для наблюдения и родов - якобы, у неё хорошие знакомые в самом роддоме и среди детских врачей, большой роддом, много врачей, "не то, что у вас провинции". Так я оказалась в городе, где никого не знала и где мы решили впоследствии остаться жить.

Сразу по приезду у меня начались какие-то странные кровянистые выделения. Больше никаких плохих симптомов, но я решила в тот же день пойти к врачу. Я опускаю мои многочисленные "походы" в женскую консультацию для того, чтобы встать на учёт - это было необходимо, но почему-то потребовало очень много времени. И вот я попала на приём. После осмотра врач сказала, что ничего страшного, это эрозия.

Прошло ещё какое-то время, я ходила на приём к врачу постоянно, всё было хорошо, только продолжались выделения. Но однажды у меня поднялось давление, врачу не понравилось поведение ребёнка по результатам КТГ, ещё она сказала, что я стала сбрасывать вес - значит, скоро роды, и меня направили в стационар. Начиналась 37-я неделя беременности. Мама мужа о своих знакомых в роддоме и не вспоминала.

Меньше недели я провела в стационаре, об этих днях вспоминаю с непередаваемым унынием. Тоска зелёная, белые стены и серые окна, шесть соседок по палате и их пугающие истории о всяких страшненьких случаях... Таблетки, настойка пиона и бесконечные анализы. Страшно неудобные кровати, в которых не то, что беременным на последних сроках - здоровому человеку не повернуться. И ожидание, что, может быть, когда-нибудь снимут карантин.

Соседка по койке всё вздыхала (у неё было 39 недель), хоть бы не в понедельник роды - день, якобы, тяжёлый. А я сказала, что мне всё равно, в понедельник так в понедельник, лишь бы скорей отсюда выбраться. Просто так сказала, будучи уверена, что до того дня ещё далеко.

В воскресенье под утро соседка стала собирать вещи - пришла пора идти в родильное отделение. Накануне ночью забрали девчонку с преждевременными родами, поэтому в воскресенье женщины в палате шутили: "Не вздумайте рожать следом, дайте хоть ночь поспать".

Следующая ночь прошла спокойно, но с самого утра я стала чувствовать боли в животе, несильные, примерно как в первые дни месячных, но частые. На завтрак не пошла - не хотелось есть. Позвонил муж, сказал, что будет ждать на первом этаже в женской консультации (мы туда пробирались тайком, чтобы встречаться с родными, ведь им нельзя было видеться с нами из-за карантина).

Вначале я ничего не заподозрила - для схваток ещё рано, была уверена. Но когда спускалась к мужу на первый этаж, боль была уже довольно сильной, и было трудно сдержаться, чтобы не подать виду, а говорить об этом не хотелось: зачем ему напрасно волноваться?

Вернулась обратно и поняла: надо идти к врачу (где-то после 12 дня). Схватывает хоть несильно, но довольно часто: минуты через 3-4. После осмотра мне сказали: собирайте потихоньку вещи, будем оформлять в родильное. А схватки уже стали такими, что и не до вещей-то. Дальше всё как в тумане: процедуры в приёмном покое, какие-то вопросы, забрали одежду, выдали сорочку.

В предродовом покое уже были две женщины. Пока осматривали их, я застелила постель, поставила пакет с вещами... Дальше - на кресло. Ничего не говоря, тут же вскрыли воды, как и предыдущим женщинам, но почему? Оказалось, что воды зелёные. Я - в шоке. "Вы ничем не болели?" - "Нет". "Наверное, придётся делать кесарево". О-па! Вот так начало! Стали колоть какие-то уколы. Спрашиваю: "Что за препараты?" - "Это для ребёнка", - и больше говорить не стали.

Отправили на кровать, положили под аппарат измерять сердцебиение ребёнка, сделали "горячий" укол и ещё какой-то укол... Ничего не зная о действии первого, я подумала: "Это что, наркоз?" - так стало плохо. Но потом пришла в себя. Какое-то время схваток не чувствовала, а потом... Несколько раз казалось, что теряю сознание, помню дикий холод и боль. Очень хотелось встать, но этот аппарат... И - нигде никого.

Уже потом я сообразила, что лежу в одной сорочке возле окна, из которого сильно дует (было начало весны). Сколько так прошло времени, не знаю. Наверное, много, потому что когда пришла врач (она только что приняла смену), было совсем темно. Она собралась меня осматривать, а я заплакала. И тут... Боже мой! Какой поток брани я услышала в свой адрес! Никогда ещё так меня не обзывали: и коровой, и дурой, и кем-то ещё... А я была совсем издёрганная и без сил. "Лежи тут! Пускай помирает твоё дитя, если хочешь!" - и ушла, закончив так свою тираду. Это мне, которая так его любила уже 9 месяцев и, кажется, даже раньше... Я разрыдалась.

Через некоторое время она вернулась: "Вставай! Иди, посмотри, как родили нормальные женщины! Да причешись". Встала - и как пелена упала с глаз. Легко стало, если это можно назвать легко. Потом почувствовала головокружение, стало рвать желчью - от глубокого дыхания пересохло в горле, я стояла и пила из-под крана холодную воду. Вышла на коридор, походила. Присела на корточки - ещё легче. Врач моя куда-то ушла из отделения, наказав слушать акушерку.

Акушерка пришла, чтобы положить меня снова под аппарат. Я стала просить этого не делать - страшно было снова лечь. Она согласилась, и теперь я только подходила, чтобы она послушала сердцебиение. Сказала, что очень холодно - она принесла мой тёплый халат. Объяснила, как я себя буду чувствовать, когда начнутся потуги. Сказала что-то хорошее. Стало спокойнее и как-то светлее. А ещё вот это: "Ну вот, скоро пойдём рожать", или "Не волнуйся, я постараюсь смотреть так, чтобы было не больно". Показалось, что она и есть наш с малышом ангел-хранитель.

Когда разрешила тужиться, стало ещё легче. Перешли в родзал. Акушерка велела умыться холодной водой и разрешила потужиться, сидя на корточках. На кресле всё пошло по ускоренному сценарию. Пришла врач, посуетилась вокруг, покричала естественно, резанули, навалилась на живот - и достали малыша одним махом. Он был небольшой - меньше 3 кг, 50 см ростом.

А как он красиво заплакал! Когда его показали мне - буквально на долю секунды - мне показалось, что я и внешность его давно уже знаю. И - Боже мой! - какая же ерунда всё, что было со мной в течение дня!

Было 10 часов вечера. Потом его унесли, а меня ещё долго штопали, смотрели. Но стало так хорошо! Когда оставили в полном покое одну, хотелось только пить и достать пакет с телефоном.

Вот такая ничем не примечательная история, из которой я сделала вывод: роды действительно не так страшны. Были бы. Если бы были соблюдены всего три условия: тепло в палате (а лучше - очень тепло), никаких вынужденных положений, чтобы можно было ходить, присаживаться, вести себя свободно, а не лежать (ни в коем случае не лежать!), и поменьше вмешательства в естественный процесс (уколы, вскрытие околоплодных вод).

А если бы ещё и моральная поддержка да стакан несладкого сока... тогда роды и вовсе были бы идеальными.

Ольга, Sautina@tut.by.