Содержание:

Я прочитала на 7е множество рассказов о беременности и родах, но когда решила написать свой, не смогла отделить одно от другого. Ведь беременность логически завершается рождением ребенка: первое предопределяет второе…

К содержанию

Беременность и врачи в женской консультации

Конец лета 2002 года. Ночь. Я дремлю в ожидании мужа из гаража. Вот он пришел, лег рядом. От него резкий запах бензина, гаражной сырости и парфюма. Никогда так остро не чувствовала ароматы. А "красные дни календаря" задерживаются на неделю. И именно в этот первый момент я точно знала уже, что беременна.

Утром сделала тест – четко положительный.

– Дорогой, я беременна, у нас будет ребенок... – сообщила мужу.

– Прекрасно! У нас будет сыночек!

Мой любимый не растерялся и ни разу ни в чем не усомнился, чего нельзя сказать обо мне. С одной стороны, пресловутая неуверенность: мне 21, никто из нас не работает, остался последний курс института, муж через этот год должен вернуться домой в Ливан... А с другой – обоюдная любовь и его желание иметь ребенка. И все-таки колебания уступили место уверенности: у меня будет ребенок!

Забегая вперед, скажу, что беременность была достаточно нервной по многим критериям. Даже разборки с ЖЭУ по поводу забитой канализации и то пришлись на этот период.

После всех волнений пришел момент посетить ЖК. Я обратилась в ту, что по месту моей фактической прописки.

Зашла в кабинет, села перед врачом.

– Что вас беспокоит? – спросил эскулап.

– Доктор, по-моему я беременна.

– Да? И что делать будем?

Повисла пауза. Далее осмотр на кресле и комментарий: "Сейчас сказать трудно, точно ли наступило зачатие. Вы приходите через недельки 3-4". Попросту говоря, врач не хотела ставить меня на учет на ранних сроках, а то вдруг что… Это же плохая статистика для медучреждения.

Но мое же любопытство не удовлетворено. Тогда я обратилась к частному гинекологу, у которой проходила профилактические осмотры. Врач откровенно посмеялась над своей коллегой и безапелляционно заявила о сроке в 3-4 недели. Дала рекомендации. И не раз в последствии консультировала.

Далее предстоял разговор с моими родителями. Новость имела эффект разорвавшейся бомбы. Аргументы были железные и во многом подчинены рационализму. Отношения были испорчены почти на весь период беременности. Моим родителям потребовалось почти 9 месяцев, чтобы смириться с моим выбором.

Скажу отдельное слово о токсикозе. Меня он мучил до 20-й недели. Причем это не просто приступы дурноты и тошноты, а безудержная рвота в любое время суток. Каждое утро начиналось с обнимания "белого камня" Спровоцировать могло что угодно: запахи, еда, транспорт, непотребный вид чего-либо. Это очень выматывает.

Наступила 10-я неделя беременности. Нужно было все-таки становится на учет. Теперь я уже пошла в ЖК по месту проживания. Но так как с врачами не заладилось с самого начала, то чего уж ожидать... Мне досталась врач лет 55, казалось бы, за плечами солидный опыт. Ан нет. Тактика запугивания присутствовала во всем. Угроза выкидыша у меня, по-моему, была непрекращающаяся. И это притом, что чувствовала я себя прекрасно, анализы в норме, не отекала. Инфекции не выявлялись. Правда, вес после 20-й недели, когда закончился токсикоз, рос стремительно. Становилась на учет с 55 кг, а рожала – 70 (!). Это сказалась вторая смена в институте, объедалась на ночь. Время от времени мучила изжога. А на 15-й неделе жутко болел копчик – ребенок рос, раздвигая кости таза. Были жуткие судороги, и врач разрешила таки пропить месяц препараты, содержащие кальций, помогло. Всю беременность я плохо спала – это уже глубокая психология. Жуткий сон помню до сих пор. Трижды меня пытались уложить на сохранение, но я храбро сопротивлялась.

Когда заходила в кабинет, разговор между врачом и медсестрой был исключительно о раковых больных на участке. Но зато рассказы о нашем межнациональном браке, такой редкости для провинциального Курска, могла бы слушать часами. А что расскажешь-то, все как у всех, ну, может быть, с некоторыми вариациями.

Напоследок перлы. На мой вопрос "Можно ли принимать витамины для беременных?" было получено: "Нет! Еще неизвестно, как они (витамины) влияют на развивающегося ребенка".

В 20 недель ребенок лежал в тазовом предлежании. "Ты кандидат на кесарево сечение", – компетентно заявила доктор. Вышла из кабинета даже не помню как. Позвонила знакомому врачу-гинекологу с этим вопросом. Она ржала в голос.

Одежду для беременных я никакую специально не покупала, да и магазинов тогда как-то не было. Сначала долго не было видно живота, а потом к Новому году купила обычные брюки на 2-3 размера больше. Блузки свободного покроя висели в шкафу, да и удобная обувь тоже нашлась. Единственным специальным приобретением стал универсальный бандаж, который очень выручал, ведь спина болела нешуточно.

Время шло, и нужно было определяться с роддомом и врачом, который примет роды. Так как муж являлся студентом мединститута, то быстренько подыскал подходящую кандидатуру – Елена Николаевна. К тому же у нее рожала наша знакомая, осталась очень довольна. По совместительству она еще и врач-УЗД. Последние исследования проводила моя врач. Она-то и сообщила, что у меня будет мальчик. На подсознательном уровне я всегда знала это. Даже одежду и принадлежности покупала только для масиков.

В приметы особо не верила. За беременность один раз стриглась. Для ребенка купила все, на свой вкус и разумение. И сколько было радости от покупок! Пеленки, распашонки и чепчики сама кроила из ткани. А подружка оверложила. Постель пошила тоже сама. Коляску купили. Кровать и стульчик для кормления остались еще мои. Так что слишком затратно не было.

В феврале я шла из больницы, но не по тротуару, а по дороге – было все занесено. Слышала, что сзади ехала машина. Посторонилась. Но... машина слегка поддела меня бампером. Когда падала, только и думала: только бы не на живот. Упала на четвереньки. Водитель выскочил из машины молниеносно.

– Девушка, что с вами? – цеплялся за руку.

– Мужчина, подождите, дайте определиться, что со мной.

Последствий никаких не было. Но это я восприняла как знак: то, что далось так легко, так же может и потеряться. То есть я недооцениваю свое интересное положение, своего малышка.

Еще скажу об учебе в институте. Да, было сложно, но мы справились. Более того, закончила высшее учебное заведение блестяще, с красным дипломом. Это очень приятно, так еще оправдала надежды родителей. А родился мой малыш аккурат после госэкзамена, но перед защитой диплома.

К содержанию

Роды: что-то пошло не так

6 мая 2003 года, 37 недель. Раннее утро, около 03.30. Стал прихватывать живот с периодичностью где-то час, но как-то очень слабенько. Проспала до утра.

Это был первый рабочий день после майских праздников. В моих планах была поездка в институт для сдачи последней части диплома на проверку. Уже закрались сомнения, а вдруг рожу. Но как-то все смазано. Да еще живот расстроился, а организм уже сам начал чиститься перед сложной работой. При утреннем туалете увидела вывалившуюся слизь с прожилками крови.

Но все-таки собралась и поехала через весь город. Работу сдала, все нормально, терпимо. Зашла к дипломному руководителю, но ее замечания слушала уже с трудом.

Вышла около 12 дня и сразу позвонила врачу.

– Елена Николаевна, по-моему, я рожаю.

– Ну приезжай, к 15.00, посмотрим.

Перезвонила мужу. Но почему-то отказалась, чтобы он за мной приехал на машине. Загадка. До дома я добралась в коматозном состоянии.

Дома был уже муж, Он что-то поел, а я выпила чашку зеленого чая. Пыталась подремать, но меня уже колбасило по полной.

Пакеты были собраны задолго до часа Х. Поехали.

В приемной меня сразу встретила моя врач, провела в смотровую и сказала: "Поздравляю, ты в родах. Почти полное раскрытие!" Боже, а я столько каталась.

Пока мужу выносила вещи, слышу, Е. Н. говорит ему: "Далеко не уходи, она скоро родит". Меня это обнадежило.

Далее сделали мне все положенные моционы: бритье, клизма, выдали страшненькие такие халат и рубашку.

Отвели в предродовую. Здесь стояло 3 кровати, в смежной комнате гинекологическое кресло. Я была единственной роженицей на тот момент. Е. В. пришла с заведующей отделения, чтобы провести еще осмотр. Сказали, что сейчас проколют плодный пузырь и это не больно, после этого схватки пойдут активнее. Действительно, было не больно, и из меня потекла тепленькая водичка. Воды были светлые.

Заведующая еще сделала комплимент мне: мол, почти полное раскрытие, а ведет себя достаточно тихо. Но на тот момент я и не знала, что будет так больно. Следующие два часа я плакала. Плакала от боли, одиночества.

Е. В. периодически заходила. Мне разрешила посидеть на судне. Я еще после клизмы (пардон) заметила, что на унитазе схватки легче переносятся. После последнего осмотра мне была прочитана врачом лекция о важности происходящего момента. Рождается человек!

Потом меня переодели в одноразовую рубашку и провели в родильное. Это было большое помещение. Стол меня сразу насторожил: дурацкие поручни. Которые к тому же переставили дальше от рук и велели держаться за них. Я плохо представляла, как в такой позиции можно вообще лежать, не то что рожать.

Схватки стали ослабевать, Е. В. щипала за живот. Велели "какать". Это получалось плохо, напряжение шло в лицо. Но более того, никаких потуг я вообще не чувствовала. Сначала акушерка хотела меня разрезать, но потом передумала и сказала врачу: "Она сама, сама". Дело не продвигалось. Акушерка даже предлагала потрогать волосатенький затылочек, что бы хоть как-то мотивировать. На тот момент я отказалась от столь экстремальных побуждений. Ребенок застрял и не продвигался. Е. В. легла на мой живот и выдавила сыночка. Но он не закричал, повисла тишина... Оказалось, что у моей лапушки 2-е тугое обвитие пуповиной. Закряхтел он только после того, как почистили дыхательные пути. Время 18.30.

Показали сразу после этого. Он точный папа! Обработали, запеленали. Приложили к груди, а я все приподнимала голову, стараясь его получше рассмотреть. Акушерка отпустила комментарий: "Ты думаешь, мы неправильно приложим его к груди?" Ребенка отнесли в детское отделение, а мной занялась Е. В. Оказалось, что я все-таки разорвалась, вверх. Разрыв около 2 см. Пришел анестезиолог… Пришла я в себя где-то минут через 10. Голова мотается, как у куренка, а я все спрашиваю: "Ну все?" Е. В. отвечает: "Все, все".

Перегрузили на каталку и вывезли в коридор, там я отлежала положенных 2 часа. За это время успела всех обзвонить, поделиться счастливой новостью. Около 21.00 перевели в палату. Там я сразу и заснула.

К содержанию

Новорожденный в реанимации

На следующий день встала бодрячком, если это можно так назвать, в 6.00 и пошла искупалась. Пришло время осваиваться. Нас в палате было трое. Свой душ и туалет. И к тому же первый этаж располагал к общению с родственниками прямо через открытое окно. Благо было достаточно тепло. Пришел муж. Поздравил. А у меня от натуги в лице полопались мелкие капилляры. Муж догадался, что было тяжело, но все-таки спросил: "Ну что, больше рожать не будешь?"

Конечно, на первые сутки ребенка на кормление не принесли. Но и на вторые тоже. Ответ медсестер был один: "Придет после обхода педиатр, все скажет".

Неприятно холодило сердце. Детский врач заявила, что ребенок срыгивает водами и кровью, пока под наблюдением в детской реанимации. Вечером можно посмотреть. Но сказала она это так, как будто это я за ним не досмотрела и упустила.

Вечером пришла посмотреть на своего мальчика. Он лежал около окна, в кювезике неподключенном, в одном памперсе. Мы с ним поздоровались, разрешили подержать за ручку.

На следующий день мне так и не удалось попасть в реанимацию, говорили, что педиатр занят. А потом выяснилось, что у моего сыночка левосторонняя пневмония с высоченной температурой. Правда, посмотреть можно было. Он грелся под лампами, уже одетый, и кушал. Головка с запекшимися корочками от иголок капельниц.

Врач похвалила масика: "Хоть и высокая температура, а кушает хорошо". Я погладила свою кровиночку по головке, а он перестал сосать, испугался. Ведь он не знает моего запаха, прикосновений.

А дальше лечение, дорогостоящие антибиотики: от простейшего гентамицина до фортума. На кормление мне так его не разу и не принесли.

Почти пред выпиской мне сделали УЗИ. Диагноз: воспаление полости матки. То есть послед вышел не весь. Требовалась чистка. Е. В. задаю вопрос: "Чем будете обезболивать?" Ответ: "Димедролом". После манипуляций врач быстро ретировалась, а я навела ревизию: вместе с инструментами в тазу были 2 больших куска последа.

Я и это пережила, и только потому, что моего ребенка переводят в детскую больницу долечиваться и я просто должна уйти с ним.

К содержанию

В детской больнице с пневмонией и родовой травмой

Выписали на 7-е сутки. Кое-что удалось записать на видео, есть фото. Когда мужу вручили ребенка, он так трогательного его рассматривал. А когда позже его спросила: "Тебе страшно было брать ребенка на руки?"

– Нет. Мне просто хотелось забрать его домой, а еще он так похож на тебя!

Перевозили нас на "скорой помощи", с нами было еще 2 малютки. Это утро около 9.00. Дороги достаточно заполнены. С мигалкой "скорую" не пропустил никто!

Лечение в больнице – это другая история, о ней расскажу позже.

С врачом честно расплатились, просто оказались в зависимости: муж сдавал у Е. Н. госэкзамен.

Но до сих пор остались вопросы. Почему при достаточно нормальном протекании беременности мы имеем такие последствия? Почему нельзя было сразу отделить хорошо послед? Наверное, ответов нет.

Кто-то, прочитав, скажет, что это очередные страшилки. Нет. Просто это мой опыт, правда, уже имеется и другой.

Пока писала о беременности и родах, поняла, что есть еще о чем рассказать... Этим же заголовком можно назвать и первый год моего сыночка.

Вот и детская больница, приемное отделение. Уже заранее нам удалось договориться с заведующей отделением недоношенных Логачевой Ириной Викторовной. После предварительного осмотра и ознакомлением с выпиской она к нам вышла. Оказалось, что в тот день, когда меня не пустили в детскую реанимацию и врач со мной не встретился, шла борьба за жизнь — остановка дыхания. Кроме того, И. В. посетовала, что все возможные антибиотики были применены, а на их долю не остается ничего.

Нашего малыша положили в отделение, а нам было велено идти домой и приходить завтра, чтобы отнести ребенка на обследование.

После обеда поехали за выпиской в роддом. И когда выдали обменную карту с заключением, я чуть не задохнулась от возмущения:
оценка по Апгар 8/9
без патологии
выписан домой!

Наверное, если бы это произошло сейчас, то я бы это просто так не оставила. Но тогда... другие приоритеты.

Обследование показало следующее. Внутренние органы в норме. Точечные кровоизлияния в мозг, ВЧД. Подвывих 5 и 6 шейных позвонков. Этот рентген буду помнить всегда. Я в "бронежилете", ребенок лежит на столе. Предупредили, что голову и тело нужно держать хорошо, то есть крепко. Иначе будут переделывать, значит, снова облучать. Мне казалось, что голова оторвется. Он же такой маленький!

Лечение в основном сводилось к физиотерапии, ликвидации кровоизлияния. Ребенок спал на специальной подушке – бублике.

Находиться в больнице вместе с ребенком было нельзя. Для родителей отдельная комната, там стоят кровати. На каждую – по 3 мамки! Кто приезжий, остается там ночевать.

Каждое утро я привозила сцеженное молоко, но через несколько дней врач сказала: "Не вози молоко, он его не ест". Сколько ни старалась сохранить лактацию: сцеживалась каждые 3 часа и ночью, но увы… Сказались нервы.

Потом каждый день в 18:00 можно было прийти посмотреть на ляльку. В боксе 2 кроватки и 2 кювеза. Какие же малютки там лежат, их кормят через зонд. Но наш кушал уже сам.

В больнице мы провели 17 дней. Али выздоровел. Для детей, конечно, условия хорошие. Врач, И. В., действительно на своем месте. При выписке часть диагнозов была снята, остались ВЧД, подвывихи.

Уже саму выписку записали на видео. И. В. при этом присутствовала и сказала: "Али целый день молчит, знает, что сегодня поедет домой".

Вот мы и дома. Потихоньку привыкали друг к другу. Долечивались, принимали порошки от ВЧД. Проходили курсами массаж.

За это время я защитила диплом, выпускные успели пройти.

Так незаметно пролетел еще месяц. Настало время расставаться с папой, он уезжает в Ливан. Вот тут-то я узнала все прелести. Я осталась с ребенком одна. Жили мы тоже отдельно. Уставала жутко. И днем и ночью на посту. Мой мальчик за ночь ел по 8 раз, и я засыпала, кормя его.

В 6 месяцев сделали прививку АКДС, да еще под выходные. Али температурил 3 дня, причем помочь ему не особо удалось. А ровно через неделю – бронхит. Умудрялась одна, без посторонней помощи колоть уколы. Он плачет, и я с ним. Доживалась до того, что на утро даже корки хлеба не было. Сама в магазин не ходила, принести некому. Родители помогали по мере сил, но они оба работают. То есть это только выходные. Все обошлось. Только с прививками стала аккуратнее. Проконсультировалась с невропатологом, рекомендация была разделить полиомиелит и АКДС, в день прививки еще инъекция Дексометазона. За эти пять месяцев как было тяжело и морально, и физически…

28 декабря 2003 года — ура, папа возвращается. Папе пришлось заново к нам привыкать. Но уже было намного легче. Можно было хоть куда-то отлучиться, даже на аэробику стала ходить. Почувствовала себя не только мамой, но и женщиной, в общем, человеком!

И вот уже мы в тесном семейном кругу отмечаем целый год нашего зайчонка. Сколько за этот год всего произошло, и сразу вспоминается, как сынок родился.

Как говорят, не было бы счастья, да несчастье помогло. Но я, например, не знала, что такое послеродовая депрессия. Хотя... Моему мальчику пришлось с самого начала бороться, надеюсь, победил, ведь родился он на Георгия Победоносца и в преддверии 9 мая.

В конце хочу пожелать всем, кто попал в затруднительную ситуацию, справиться. Все получится!

P.S.: Сына зовут Али. И нам уже скоро 5 лет!