Содержание:

Для того чтобы начать работать на себя, недостаточно уволиться с нынешней должности. Придумать, чем вы хотели бы заниматься – тоже недостаточно. В идеале надо создать свою новую работу. Для этого понадобится профессиональный опыт – о нем мы говорили в прошлый раз – и еще две важные составляющие.

К содержанию

Какие проблемы вы способны решить?

Если про востребованность я знала всегда, то вторую составляющую – связку с реальностью - я осознала неожиданно и считаю, что это была лучшая подсказка на самом старте моего нового витка.

Дело было восемь лет назад в Лондоне, куда я приехала на семинар, причем для нас это были времена большой финансовой неопределенности, когда ты едешь учиться, но при этом не можешь позволить себе отель (спасибо, что есть друзья) и нормальный обед (сэндвичи тоже вариант).

На семинаре надо было выполнить упражнение в паре, и моим партнером оказался Джон, который работал со стартапами. Нам нужно было ответить на вопрос, какой у нас сейчас самый большой challenge (вызов), услышать, был ли у партнера подобный опыт и как он его преодолел.

Я решила не строить из себя преуспевающего профессионала и призналась, что сейчас самый большой вопрос — это вопрос денег. Как проложить к ним путь, со всем моим багажом?

Джон выслушал меня и сказал: если есть багаж, с этим все просто. Есть прямой путь. Solve a problem. Решать проблему? Что, так просто? Но чем больше я об этом думала, тем четче видела связь.

  • Если вы накопили профессиональную ценность: знания, навыки, опыт, но непонятно, куда их применить, то все это станет мертвым профессиональным грузом.
  • Если благодаря профессионализму вы научились решать проблемы или задачи, актуальные для других, у вас появилась вторая составляющая востребованности — связка с потребностями внешнего мира.

Доктор-блогер Настя, о которой я рассказала в прошлый раз, это сделала. Она нашла проблему, которую ей хотелось решать, — железодефицитная анемия. Она была к ней профессионально подготовлена и извлекла ее не из своей головы, а из практики. И все получилось.

К содержанию

Что значит заработать репутацию

Старое доброе слово "репутация" лучше отражает суть третьей составляющей, чем словосочетание "профессиональный бренд", как мы его привыкли воспринимать, — результат продуманных коммуникаций и пиар-технологий.

"Репутация" не равно "известность" и "лицо с обложки". Иногда это известность в настолько узких кругах, что, пока не начнете тщательно искать, не найдете информации о профессионале. Два психолога, которых я чаще всего рекомендую, не имеют даже приличного сайта, но запись к ним заполнена на месяц вперед. Всех специалистов, к которым я обращаюсь и которых очень ценю, я узнала не через раскрученность, рассылку или рекламу. Я находила их по рекомендациям.

Репутация прирастает с каждой решенной задачей, с каждым "спасибо", с каждым достигнутым результатом, и я не могу представить, как ею можно управлять напрямую. "Когда у вас спросят о хорошем дизайнере, расскажете обо мне?" — это не работает. О вас не расскажут, если не захотят.

Я даже рискну предположить, что если бренд профессионала построен не на репутации, а просто на пиар-технологиях, то рано или поздно случится коллапс.

К содержанию

Востребованность как путь к свободе

Итак, формула востребованности такова: профессиональная ценность + связка с реальностью + репутация.

Свобода без востребованности — история Кати, о которой мы говорили в прошлый раз. Однажды это чуть не стало историей Максима, операционного директора небольшой производственной компании.

Максим ощущал симптомы профессионального кризиса во всей их красе. Он захотел уволиться и стать независимым консультантом для стартапов. Он собирался сделать это в ближайшем будущем: подготовил документы на регистрацию ИП, уже заказал сайт. Первое время собирался работать из дома, потом обязательно снять офис, возможно, набрать команду.

Он написал мне об этом в письме и добавил: так как он отвечает за финансовое положение семьи, то переживает, и "кажется, мне нужен последний стимул перед тем, как решиться". На вопрос, какую проблему стартапов он готов решать и как часто он имел с ней дело, Максим ответил, что это вопрос операционной эффективности и он в этом ас, хотя со стартапами имел дело лишь однажды (помогал другу). Это неважно, добавил он, ибо стартапы ничем не отличаются от других компаний, и он справится.

Последнего стимула, за которым пришел Максим, не случилось: я порекомендовала ему не спешить с уходом, а больше поработать со своей будущей аудиторией и понять, действительно ли у них сломано то, что он собирается чинить. Стоило бы понять эту среду и разобрать реальные кейсы, чтобы оценить применимость своих знаний, — и только после этого принимать решение.

Максим так и сделал и вскоре отправился в стартап-инкубатор предложить свои услуги безвозмездно, чтобы погрузиться в тему и наработать именно тот опыт, который он собирался применять в будущем.

Максим собирался пуститься во все тяжкие, не имея востребованности. Он чуть не совершил классическую ошибку — побег на свободу ради свободы.

Еще один пример: сыровар Ирина полтора года варила сыры по вечерам и выходным, параллельно работая в банке. Проводила дегустации, делала пробные заказы для ресторанов, участвовала в гастрономических мероприятиях — и ушла с работы, только когда спрос на ее продукт вырос настолько, что потребовалось ее полное включение и другие масштабы производства.

Вот каким образом она обеспечила себе востребованность:

  • ценные знания по сыроварению она приобрела на обучениях в сыроварнях Европы (это происходило во время отпусков),
  • ее продукт был понятен и нужен,
  • а репутация выросла благодаря тому, что люди пробовали ее сыры, слушали ее рассказы о сырах, посещали сырно-винные дегустации, которые она организовывала.

К содержанию

Почему не стоит уходить в никуда

Одно из открытий про свободу в моей практике звучало так: абсолютная свобода может парализовать. Когда в 2011 году мы переехали в Париж и вся моя жизнь стала принадлежать только мне, я никак не могла понять, почему мне так тревожно. Я так об этом мечтала, но почему-то ощущения были не из приятных.

Намного позже я увидела те же "симптомы" в историях других профессионалов. И наконец встретила объяснение в книге социального психолога, философа и психоаналитика Эриха Фромма "Бегство от свободы". Он пишет, что абсолютная свобода и уход от всего — непосильное бремя для человека.

Он называет это негативной свободой, и она выглядит как "бессилие и неуверенность изолированного индивида, который освободился от всех уз, некогда придававших жизни смысл и устойчивость. …Индивид не в состоянии вынести эту изоляцию. В результате его одолевают сомнения: он сомневается в себе самом, в смысле жизни, а в конечном счете — в любом руководящем принципе собственного поведения" 1.

Абсолютная свобода может восприниматься как полная неопределенность; именно это я тогда ощущала вместо воодушевления.

Вскоре я увидела, что люди по-разному переносят такое состояние: кто-то адаптируется к нему, а кто-то приходит к выводу, что работа в формате "все зависит только от тебя" — не для него. Можно ли это проверить до того, как принимать судьбоносное решение?