Содержание:

Многие убеждены, что им не нравится заниматься спортом. Но чаще всего те, кто считает себя неспортивным, просто не занимались физическими упражнениями достаточно долго, не нашли подходящий вид физической активности или хорошую компанию для занятий. Когда все эти факторы соединяются, даже те, кто никогда не занимался спортом, становятся преданными его фанатами. Как это происходит?

Нора Хефеле

Нора Хефеле из города Стоу занялась бегом спустя несколько лет после того, как ей исполнилось пятьдесят. Сейчас ей шестьдесят три года. Она участвовала более чем в 200 забегах и пробежала 85 полумарафонов. При этом Хефеле не ставит себе цели прийти к финишу первой. "В начале забега, после того как прозвучит выстрел, я остаюсь одна уже через пять минут и до финиша бегу в одиночестве", — говорит она. Нора часто приходит последней и заметила, что зрители сильнее поддерживают таких бегунов. "Я не против быть последней: лучше я, чем кто-то, кому этого совсем не хочется".

Она гордится своей настойчивостью. На полумарафоне в Харрисбурге из-за сильного дождя натекли лужи по щиколотку, и многие сошли с дистанции. Хефеле пришла последней, но заняла первое место в своей возрастной группе, потому что все остальные в ее категории не добежали до финиша.

К содержанию

Как заняться бегом в 50 лет

Нора работает бухгалтером. Сначала она пробовала ходить на беговой дорожке, но вскоре пришла к выводу, что ей не нравится заниматься в помещении. Ей хотелось выбраться на воздух, и она открыла для себя фолкс-спортинг (от нем. Volkssporting — народный спорт). Это занятия ходьбой по пересеченной местности, велоспортом, плаванием и беговыми лыжами на открытом воздухе. Это не соревновательный спорт: на мероприятие можно явиться в любое время (заявлено время начала и окончания), участвовать в своем темпе и просто наслаждаться природой и компанией единомышленников.

Хефеле начала участвовать в 10-километровых походах в разных частях США; ей нравилось путешествовать по стране и встречаться с новыми людьми. Желая повысить планку, она зарегистрировалась на первое пятикилометровое соревнование по ходьбе на время. "Поначалу я очень боялась, — вспоминает она. — Я думала, что в соревновании будут принимать участие только высокие молодые люди; они посмотрят на меня и скажут: что тут делает эта толстая старуха?" К счастью, все оказалось не так. Хефеле почувствовала себя среди друзей, прошла марафон и поняла, что это ей по силам.

Получив этот опыт, она записалась на полумарафон в Бирмингеме "просто ради любопытства". К ее удивлению, марафон ей понравился, и она решила попробовать заняться бегом. После семьдесят пятого полумарафона Нора поставила себе следующую цель — сто полумарафонов. "Для меня марафоны — источник радости. Не каждый человек в шестьдесят один год может сказать о себе такое".

Когда я спросила Нору, с чем она может сравнить ощущения, возникающие во время марафонов, она сразу ответила: "Это похоже на то, что происходит на церковных службах. Я радуюсь миру. Мы все радуемся и восхваляем то, что у нас есть; мы благодарны за это".

Затем она добавила: "А еще это похоже на эйфорию. После марафона меня переполняет любовь ко всем людям, и иногда это длится целый день. По пути домой я всегда покупаю кофе у продавца в магазине, и мне хочется воскликнуть: "Я люблю этого парня!" Все в мире кажется прекрасным, все люди — замечательными".

В прошлом Хефеле страдала от алкогольной зависимости, она не пьет с 1988 года. "Теперь спорт — мой наркотик, — признается она. — Он восполняет ту же потребность, но без вреда для здоровья".

К содержанию

Спорт не для меня: я девочка и я толстая

Увлечение марафонами стало для Хефеле полной неожиданностью. Она родилась в 1957 году и училась в школе еще до принятия поправок в Закон об образовании 1972 года, согласно которым мальчикам и девочкам стали преподавать одинаковую программу по физкультуре.

"Мне всегда казалось, что спорт не для девочек. Если бы в старших классах мне сказали, что я буду участвовать в марафонах, я бы не поверила. Я считала, что мне это делать нельзя, что спорт не для меня.

Я была толстой, а людям с лишним весом часто кажется, что мир спорта не для них, что они не имеют права туда даже соваться, — рассказывает она. — Но в какой-то момент я решила: кто устанавливает эти правила? Я буду делать что хочу. Зачем я себя ограничиваю? После пятидесяти мнение окружающих становится неинтересным. Не знаю, зачем я потратила всю свою жизнь понапрасну, думая, что мне нельзя заниматься спортом, потому что я девочка и я толстая".

Теперь, услышав, что кто-то хочет пробежать свои первые пять километров, но волнуется, что не дойдет до финиша или его не примут в "тусовку", Хефеле всегда старается поддержать начинающего спортсмена. "Я рассказываю о том, как пробежала свой первый марафон, как боялась, как это в буквальном смысле изменило всю мою жизнь. Если получается, предлагаю пробежать марафон вместе. Когда я вижу, что у кого-то хватает смелости начать, это трогает меня до слез. Если найти в себе мужество сделать первый шаг, все изменится".

К содержанию

Как возникает привычка и желание двигаться

Когда Нора Хефеле проезжает мимо того места, где проходил марафон, она чувствует, как ее переполняет радость и по телу разливается приятное тепло. "Я вспоминаю тот день, когда бежала марафон, погоду, людей, с которыми встречалась, вспоминаю, как чувствовала себя после забега", — рассказывает она.

Реакцию Норы на место проведения марафона вызывает гормональный вброс, происходящий в ответ на сенсорные стимулы. Ученые называют его "отраженным удовольствием". Когда один или несколько органов чувств постоянно стимулируются в контексте, вызывающем удовольствие, эти ощущения записываются в памяти как приятные. В конце концов ощущения начинают восприниматься мозгом как очень приятные сами по себе, вне контекста, хотя изначально они могли быть нейтральными и даже негативными.

Стоит сформироваться подобной ассоциации, как обычные сенсорные стимулы становятся настоящими "бомбами" удовольствия и провоцируют мощнейший выброс эндорфинов и дофамина. Люди, увлекающиеся фитнесом, говорят о том, что любые ощущения, связанные с тренировками, начинают казаться очень приятными; объекты, места и прочие "ключи", имеющие отношение к любимому занятию, вызывают сильнейшее желание двигаться.

Когда я просила знакомых привести пример, многие вспоминали запахи: например, хлорки в бассейне, свежескошенной травы на футбольном поле, даже запах навоза на ферме, где они катались на лошадях. Мой бывший ученик рассказывал, что запах коврика для йоги пробуждает в нем массу приятных эмоций; при этом когда я спросила, чем пахнет коврик, он ответил: "резиной и химикатами". Это ли не доказательство, что наш мозг может счесть приятным любой сенсорный стимул!

Кому-то нравятся звуки: хлопок, который издает при открытии банка с теннисными мячиками; звук, с которым ноги встают на педали велосипеда. Источником удовольствия может быть даже вещь: так, многие признаются в своей любви к коврикам для йоги ("когда я вечером кладу коврик в сумку, я ощущаю радость от того, что завтра пойду на тренировку"). Какими странными, должно быть, кажутся такие отзывы тому, кто еще не подсел на тренировки. Все эти примеры свидетельствуют: физическая активность действительно задействует систему вознаграждения в мозге.

К содержанию

Удовольствие от тренировок обязательно появится!

У меня тоже есть "ключ", заставляющий предвкушать предстоящую тренировку: это ощущение и звук кассеты, когда ее вставляют в видеомагнитофон. Я открыла для себя аэробику в третьем классе: мама стала приносить домой кассеты с упражнениями, которые покупала на гаражных распродажах. Сначала она приобретала их для себя — видимо, планируя заняться фитнесом, но так и не сделав это.

Увлеклась фитнесом в итоге я: звуки музыки и синхронные движения меня пленили. На школьных уроках физкультуры и на детской площадке я всегда была неуклюжей. Но для занятий аэробикой требовались совсем другие навыки, чем для волейбола и эстафет: способность двигаться под музыку и повторять движения инструктора. Оказалось, это отлично у меня получается, в отличие от волейбола и кувырков на брусьях, в которых я терпела унизительное фиаско. Делая махи ногами, я чувствовала себя танцовщицей из блистательного бродвейского мюзикла, куда нас с сестрой водили бабушка и дедушка, когда мы ездили с ними в Нью-Йорк.

За годы у меня накопилось множество видеокассет. Я занималась каждый день до старших классов: перед занятием осматривала свою коллекцию, выбирала видео, доставала кассету из картонного футляра. Когда я вставляла ее в видеомагнитофон, раздавался приятный щелчок и звук поднимаемого защитного клапана. К тому моменту, как на экране появлялась надпись с предупреждением о нарушении авторских прав, мои мозговые клетки уже купались в дофамине.

Сейчас у меня нет видеомагнитофона, но если бы у меня в руках оказалась одна из моих старых видеокассет с аэробикой, мой мозг немедленно бы вспомнил об удовольствии, а сердце забилось бы быстрее в предвкушении тренировки.

Один из моих друзей так описал "отраженное удовольствие": "В академии боевых искусств, где я занимаюсь уже пятнадцать лет, очень своеобразный запах — смесь пота, резины и бог знает чего еще. Когда я уезжаю путешествовать и потом возвращаюсь, мое тело реагирует на приход в зал так, будто я оказался дома после долгого отсутствия". Так сенсорные стимулы усиливают удовольствие от тренировок и привязанность к ним.