На вопрос, какую женщину можно без оговорок назвать красавицей или просто красивой, не ответит, наверное, никто. Понятно, что у разных социальных групп, в разных странах, у разных народов свое представление о прекрасном, но вот мнения трех знаменитых ценителей женских прелестей — людей одного времени, одного дружеского круга.

Александр Сергеевич Пушкин образцом "чистейшей прелести" считал свою жену Наталью Гончарову. Однако он не смог уговорить живописца Карла Брюллова написать ее портрет. Брюллов отнекивался под благовидными предлогами, но своему брату признался, что "бледная немочь" мадам Пушкиной его не вдохновляет. Его восхищала цветущая, "итальянская" красота графини Самойловой, которую Вяземский, между тем, называл "черномазой и толстой, как кухарка". Вот так.

И все же я рискну сказать, что красивой считается та дама, чья внешность соответствует моде. Что модно, то и красиво. Спорить с этим бесполезно.

В угоду изменчивой моде женщины подгоняют под модный стандарт не только платья и шляпы, но лицо и фигуру. Как они умудряются это делать, мужчинам лучше не знать, потому что, когда они это узнают, дело кончается плохо... Например, в ХVII веке европейские женщины так меняли внешность, что собственные мужья не узнавали их, встречая в свете. Собираясь в гости или на прогулку, дама сначала покрывала лицо смесью из взбитых белков и рисовой пудры. Когда "основа" застывала, на ней прорисовывали голубые прожилки — словно сквозь тончайшую кожу просвечивают сосуды. Потом наносили румяна, подводили глаза, красили ресницы, губы. Если не устраивала округлость щек, подкладывали ватные шарики. Брови в моде были густые, поэтому часто поверх наклеивали полоски из мышиных шкурок. Волосы скрывал парик. Фигуру "корректировали" корсет и высокие каблуки. И вот, женившись на модной красавице, молодой муж вдруг обнаруживал в спальне совсем другую женщину!

Таких случаев было так много, что почти одновременно в разных странах появились королевские указы, разрешавшие разочарованным мужьям возвращать "искусственных" красавиц родителям. В Англии в подобных случаях мужьям в качестве компенсации даже разрешалось оставлять себе приданое. Женщин, привлекавших мужчин искусственными прелестями, кое-где считали ведьмами и даже сжигали на кострах. Но ничто не останавливало красавиц перед желанием выглядеть сногсшибательно и модно!

Мода требовала высокого лба — и они напрочь выбривали брови и волосы чуть не на полголовы! Нужна была бледность — пили уксус и мазались белилами. Ну, ладно, лицо еще можно изменить с помощью косметики, но ведь и фигуру меняли. Тут идеальным помощником был корсет. Он мог сделать талию тонкой, бедра пышными или напротив — плоскими, грудь высокой, плечи покатыми. Существовали еще фижмы, подплечники, специальные чашечки для увеличения груди. Высокие каблуки удлиняли ноги.

В школьные времена, не зная еще ухищрений моды, я, глядя на портреты дам любимого мною пушкинского времени, думала: "Вот были женщины! Все как на подбор с тонкими талиями, с маленькими ручками. А какие же густые были у всех волосы, если на такие прически их хватало?!" Я тогда еще не знала, что все эти букли и украшенные цветами пучки были накладными, что популярные в то время тюрбаны с гроздьями локонов, ниспадавших из-под них, так вместе и продавались. И даже знаменитая очаровательница Натали Гончарова писала в письмах к брату, чтобы привез ей с ярмарки "модные прически".

Страшные муки терпели женщины, желавшие соответствовать моде. Представьте себе, что в пушкинские времена в моде была талия 56 сантиметров, а в эпоху модерна у светских львиц существовало негласное правило: объем талии должен равняться объему шеи любовника! Талия в 40 сантиметров была обычной для бального платья. Но как при этом они, бедняжки, дышали? Не удивительно, что на балах дамы то и дело падали в обмороки, однако и это они заставили служить себе на пользу: мол, обмороки случаются от нежных чувств, от тонкой трепетной натуры!

Трудно сказать, что первично — платье или фигура, модные платья требуют определенного абриса или наоборот, но без одного нет другого. А если случается, что женщина с неподходящей фигурой надевает модное платье, то выглядит она просто уродливо. Еще на рубеже ХIХ и ХХ веков модные журналы пестрели карикатурами типа: "Одно и то же подходит не всем", высмеивающими дам, слепо повиновавшихся моде. Но все равно все носят одно и то же. Недалеко ходить: кому к лицу, вернее, к попе, низко-низко посаженные брюки? Только очень-очень худеньким, с абсолютно плоскими бедрами женщинам. Но носят-то их сегодня все, не обращая внимания на наползающие на пояс жирненькие складочки и животы. Даже весьма зрелые и полные дамы не стесняются надевать такие брюки и короткие маечки. Что ж, так всегда было.

Когда в конце ХVIII века пришла мода на легкие античные платья, их носили все. Известный мемуарист того времени Ф.Ф.Вигель вспоминал: "...На молодых женщинах и девицах все было так чисто, просто и свежо; собранные в виде диадемы волосы так украшали их молодое чело. Не страшась ужасов зимы, они были в полупрозрачных платьях, кои плотно охватывали стан и верно обрисовывали прелестные формы. Но каково же было пожилым и дородным женщинам? Им не так выгодно было выказывать формы; ну что же, и они из русских Матрен перешли в римские матроны". К слову, Екатерина Великая, в конце правления которой появились такие платья, очень их критиковала, возможно, потому что сама уже не смела особенно оголяться. Она называла их "ночными рубашками". И как в воду глядела! В Париже законодательницы мод на пари выходили на прогулку в одной сорочке, утверждая, что никто этого не заметит, и выигрывали спор. Против нагой моды резко выступали блюстители нравов, но дамы не спешили отказаться от нее, так как она была чрезвычайно сексуальна и неотразима. Даже врачи не могли убедить их отказаться от античных нарядов. И только наглядный страшный пример подействовал: на Монмартрском кладбище появились целые большие участки с могилами женщин, умерших от различных простудных заболеваний в возрасте 15-30 лет.

Всем известное выражение "мода требует жертв" обернулось новой стороной. Да, конечно, можно, жертвуя моде, потерпеть неудобные, на слишком высоком каблуке туфли, или тугой корсет... Но мода превратилась в Молоха, потребовавшего настоящих, кровавых жертв. Это — сегодняшняя мода на худобу.

Если, скажем, в ХVIII веке красивой считалась женщина с красивым лицом (по тем меркам — белым, румяным, с соболиными бровями и томными с поволокой глазами), то сегодня законодатели моды провозгласили: дайте нам фигуру, а личико мы нарисуем. Но и от фигуры требуется одно — быть удобной "вешалкой для платья". Чтобы считаться красивой, женщина должна быть высокой и худой. О дефектах лица при нынешних достижениях косметологии и пластической хирургии вообще можно забыть. С ростом, увы, ничего не поделаешь, разве что каблуки или "платформы" чуть помогут, а вот худоба в наших руках.

Такая постановка вопроса — рай для "торговцев худобой". Я не представляю, как можно похудеть за сорок минут на шесть килограммов? Даже если можно, то что будет с нашими почками-печенками, привыкшими находиться в определенном положении?

Не стану перечислять сотни чудодейственных средств и способов, которые нам предлагают для избавления от лишнего веса, но знаю, что чудес не бывает, а вот что девушки, поверившие в эти чудеса, болеют и умирают — знаю.

Только под пыткой соглашусь, что быть толстой хорошо. Это — очень плохо, и для здоровья и для моды. Но когда вопрос: что лучше — жить полной или умереть худой, решается в сторону смерти, я все-таки за жизнь. Со мной согласна и специалист в области изучения проблем ожирения, ведущий научный сотрудник Московской медицинской академии имени Сеченова Людмила Баль:

— Увлечение модными диетами, пищевыми добавками и таблетками для похудения заканчивается, как правило, потерей здоровья, — утверждает она.

— А чем модная диета отличается от диеты вообще?

— Диета — это метод лечения той или иной болезни с помощью специального лечебного питания. А модная диета — это способ сбросить вес любой ценой. Однако излишняя худоба тоже опасна. Женщины из уст в уста передают "секреты похудения" — есть один рис или одно мясо, или исключительно ананасы, а потом удивляются, откуда вылезают болячки. Диета, допустим, раздельного питания или по группам крови и так далее, должна быть хорошо изучена, но мы можем изучить ее только теми методами, которыми располагаем на данный момент. Появляются новые, и отношение даже к отдельным продуктам меняется. Так, нам еще недавно настоятельно советовали заменять сливочное масло маргарином, а теперь выяснилось, что он куда опаснее масла. Долго могу рассказывать о болезнях, вызванных вакханалией диет, но самая ужасная — анорексия: психическое нарушение, которое выражается в стойком отвращении ко всякой пище. Это уже прямая угроза жизни. Страшнее всего, что, как правило, анорексия развивается у молодых девушек.

— Насколько опасны пищевые добавки и таблетки для похудения?

— На сто процентов. То, что пропагандируется как "пищевые добавки", на самом деле фармакологически активные препараты. Часть из них просто-напросто угнетает аппетит. Это может привести к тяжелым психическим расстройствам. А есть таблетки, которые препятствуют всасыванию жира а кишечник. Казалось бы, как хорошо и просто! Но не худо бы знать, что вместе с жиром в организм человека поступают многие жизненно необходимые витамины.

— Какой же выход, если все же хочется похудеть?

— Простой — умеренность в еде. И не надо жить одним-единственным стремлением — к худобе. Думайте прежде всего о здоровье и удовольствиях. Да, да! Не надо ходить злой и голодной. Хочется шоколада? Пожалуйста! Но не заглатывайте плитку второпях, съешьте две-три дольки медленно, наслаждаясь каждым кусочком.

В эпоху нагой моды доктора сумели убедить модниц в ее смертельной угрозе. После этого античные платья почти моментально сменились закрытыми, с косыночкой или даже меховым боа, закрывавшими шею. Вошли в обиход теплые ботинки на застежке, пальто и ротонды на меху. Сегодня, напуганные результатами "похудений", законодатели мод решили запретить слишком худым манекенщицам участвовать в показах, дабы не подавали "дурной пример".

Пока трудно предположить, чем закончатся эти благие намерения, но боюсь, что желание женщин быть на пике моды и золотая середина невозможны, особенно у нас. Ведь давно еще один французский путешественник подметил: "Русские женщины больше модницы, чем сама мода".

Татьяна Басова