Вот уже второй год я вожу сына в группу раннего развития. Когда мы впервые пересекли порог учебного центра, Артемке не исполнилось и полутора лет. Как и многие мамы, изначально я была настроена несколько скептически, но интерес взял верх, и мы начали посещать занятия. Уже спустя месяц я окончательно определилась: групповым занятиям – быть!

Уроки длились по часу дважды в неделю, в группе было не более восьми детей и столько же взрослых, так как в школе практиковалось не только совместное пребывание мам и малышей, но и их совместная деятельность. К моей радости, занятия вовсе не предполагали форсирования естественного возрастного развития, а способствовали мягкому, деликатному раскрытию индивидуальных способностей малышей.

Артемка оказался очень отзывчивым к музыке, он с таким удовольствием отплясывал ритмичные народные танцы, что другие детки мгновенно заряжались его энергией, и урок превращался в веселый детский балаганчик с писком и визгом, разносившимся по всему коридору. Конечно, дома мы тоже регулярно танцевали, но именно наличие партнеров по хороводу и благодарных зрителей в образе родителей действовало на сына самым лучшим образом.

Надо сказать, что для меня целью посещения школы раннего развития было именно пребывание сына в коллективе ровесников. Детский сад по ряду причин, в том числе и по состоянию Артемкиного здоровья, в ближайшие годы нам не светил. Длительные прогулки и игры на площадке с ребятишками в зимнее время тоже были весьма проблематичны. Оставались только развивающие центры.

Обремененная педагогическим образованием, я стала тщательно оценивать подходы и методики современных школ для малышей. И если мне в рекламном буклете попадалось что-то, типа: "Ваш ребенок после наших занятий станет выгодно отличаться от сверстников...", я безжалостно выбрасывала этот буклет в мусорное ведро. Вскоре я нашла подходящий для меня психолого-педагогический центр, к тому же находящийся рядом с нашим домом.

Первое занятие Артемка провел у меня на коленях. Более шустрые малыши здоровались за ручку с мохнатым зайцем – перчаточной куклой, надетой на руку психолога. Темка же готов был вот-вот расплакаться. Кроме моего, в группе было еще парочка таких детишек с глазами на мокром месте. Их впоследствии на занятиях я больше не видела – несмотря на уговоры психолога, мамы не рискнули приводить своих малышей на занятия.

Я же решила не принимать скоропалительных решений и сделала скидку на адаптацию. Как оказалось, это было довольно разумно – через пару-тройку занятий Артем уже свободно общался с другими детьми и их мамами. Просто ему нужно было время привыкнуть – до этого большую часть времени мы с сынишкой проводили вдвоем, многочисленные гости и шумные компании в нашем доме были большой редкостью.

Каждый урок условно делился на несколько блоков: предметно-манипулятивная деятельность (собирание картинок, паззлов, различных рамок и т.д.), сюжетно-ролевая игра (игры с куклами, посудой), художественная деятельность (рисование пальцами, кистями, лепка из пластилина лепешек и колбасок, наклеивание аппликаций) и музыкальная часть. Внимание детей полуторагодовалого возраста очень кратковременно, и занятия быстро сменялись одно за другим. С виду урок не очень-то походил на урок в том смысле, который мы привыкли вкладывать в это понятие, а все происходящее скорее напоминало веселую детскую возню.

Некоторым родителям это как раз и не пришлось по душе. Тема родительских ожиданий – это предмет отдельного разговора. Наблюдать за мамами оказалось делом не только интересным, но и весьма полезным. Глядя со стороны, невольно замечаешь какие-то неприглядные моменты в общении мам с малышами, анализируешь, и с ужасом ловишь себя на мыслях, что порой и ты поступаешь точно также.

В этом году в нашу группу пришла мама с двухгодовалым мальчиком. Многие ребятишки ходят в группу уже второй год, есть и новенькие ребята. Каждый ребенок по сути своей уникален, и недаром главное пожелание психолога на родительском собрании было: "Никогда не сравнивайте своего ребенка с другим". Но мама мальчика, назовем его Антон, была настроена по отношению к своему ребенку очень критично. Что бы он ни делал, она постоянно одергивала его недовольным голосом: "Ну не так! Антон! Посмотри, как делают другие!"

Неудивительно, что малыш так и не смог адаптироваться в группе, все меньше и меньше проявлял интереса к чему-то ни было, и, в конце концов, его перестали водить на занятия вообще. Думаю, через пару лет, с легкой руки мамы, ярлык "неспособный" ребенку будет обеспечен.

Другая мама, интересная молодая женщина, приводит в группу сынишку, всегда одетого с иголочки, в дорогих импортных костюмах, хотя заранее обговаривалось, что дети будут и рисовать, и пользоваться клеем, и лепить из пластилина. Как только доходит до творчества, мама с напряжением начинает следить, чтобы руки сына оставались безукоризненно чистыми. Это напряжение передается малышу. В итоге ребенок наотрез отказывается рисовать пальцами.

И каждый раз, как только мне хочется возмутиться:" Артем, нельзя ли поаккуратнее", мне вспоминается этот мальчик, и я автоматически закрываю рот. Аккуратность – это конечно, хорошо, но стоит ли ругать двухлетнего ребенка, испачкавшегося на отдыхе или на прогулке?

А порой на уроках невольно открываются интересные подробности внутрисемейных отношений. На занятиях существуют определенные правила для всех детей. Например, нельзя залезать на столы, высыпать фасоль или горох на пол, трогать магнитофон. Однажды вместо мамы в группу девочку привела ее бабушка. С мамой девочка спокойно следовала общепринятым правилам, хорошо общалась с другими ребятами, с интересом выполняла предложенные задания. Но с бабушкой... Сложилось впечатление, что ребенка словно подменили.

Девочка, назовем ее Олей, демонстративно стала сыпать фасоль на пол, задирать ребятишек, капризничать. Бабушка ни на что не реагировала. Мы, по сути, чужие тети, вынуждены были делать малышке замечания и подбирать за ней разбросанную крупу. А бабушка только невозмутимо наблюдала, как мы ползаем по полу, убирая рассыпанное на место. Отношениям, царящим в этой семье между свекровью и невесткой, остается только посочувствовать.

Еще интереснее, чем за взрослыми, наблюдать за нашими детьми. В прошлом году, когда средний возраст участников был в районе полутора лет, наши ребятишки, казалось, вовсе не были заинтересованы в обществе. Между собой малыши общались мало, им гораздо больше нравилось делать что-то со своими мамами.

Кстати, еще один плюс совместных занятий с малышами – мама на этот час принадлежит своему ребенку полностью. Чего греха таить, дома мы часто пренебрегаем полноценным общением с детьми, собирая мозаику с ребенком, смотрим любимый сериал, от чтения сказки на самом интересном месте нас отвлекает телефонный звонок подруги, между Интернетом и кипящим супом на плите мы строим с ребенком башни из кубиков. Дети очень хорошо чувствуют, что мысли наши витают где-то далеко, и требуют от нас настоящего, внимательного к себе отношения, обижаясь и капризничая, казалось бы, на ровном месте. А в группе мама действительно сосредоточена на своем ребенке, посторонние разговоры между родителями во время занятий не очень-то приветствуются.

Так вот, в этом году, вернувшись с летних каникул, малыши так обрадовались другу другу, что практически все время проводят в совместных играх. Наши ребятишки повзрослели и теперь учатся строить дружеские отношения. У Артемки тоже появился друг Илюша – мальчик, с которым он предпочитает общаться больше всех. Как-то в их тандем вклинился Семен, ему тоже захотелось поиграть с мальчишками в машинки. Но наши клопы были настроены решительно – никого в свою дружбу не пускать. Семену пришлось спасаться бегством от быстрых кулачков Илюши.

А в поведении своего сына я все больше узнаю себя. Все ребята склонились над новой игрушкой, каждый хочет первым взять недоступную ранее вещь. А Темка в это время болтается на спортивном комплексе, ему словно дела нет до остальных. Но вот ребятишки наигрались и переключились на другую деятельность. Тогда уже Артем слезает с комплекса и устремляется к покинутой игрушке.

Не буду скрывать, что поначалу меня это беспокоило – сынок не добивается своего в числе первых, спокойно ждет, берет то, что достанется. Я, чуть не плача, рассказывала об этом мужу, очень уж меня волновало будущее нашего ребенка. "Не драматизируй, - успокаивал меня супруг, - он просто не любит быть в стаде". И я вдруг вспомнила первое родительское собрание: "Никогда не сравнивайте своего ребенка с другими".

Есть и еще один момент, ради которого многие мамы водят своих детей в школу. И я тоже в данном случае не исключение. Мы – мамы – сами хотим ходить в школу. В институт. На работу. Но у нас нет возможности или желания отдавать своих детей в ясли – а "ходить" очень уже хочется. Туда, где есть постоянный коллектив, где можно поболтать о том, о сем, где оценят новое платье или прическу. Поэтому цель у нас с детьми общая – все мы идем в школу социализироваться :-).

Напоследок еще один маленький ответ на вопрос: "Зачем нам школа раннего развития?" Как сказала одна мама: "Дома я не даю ребенку горох – его потом выметать из всех углов приходится. Я не даю ему краски – он рисует на обоях. Я не даю ему пластилин – у нас пушистые ковры". И, несмотря на весь абсурд этой фразы, я где-то в глубине души все же вынуждена согласиться: ведь, правда, бывает, мы ограничиваем детей в творческих порывах как раз по той самой причине, что нам не хочется в третий раз за день доставать пылесос и хвататься за половую тряпку. Поэтому добро пожаловать в школу!

Лариса Балан, la792005@yandex.ru.