Содержание:

К содержанию

Желтые ландыши

- Андрей, почему ты рисуешь ландыши желтыми?
- Потому что они такие...

На всякий случай я сводил сына к окулисту. Мало ли, вдруг у него какие-то проблемы со зрением? Но врач, внимательно его осмотрев, пожала плечами:
- Да нет, всё нормально. Ваш ребенок точно не дальтоник.

И тогда я догадался спросить Андрея:
- Послушай, а где ты видел жёлтые ландыши?
- Как где? На картинках...

И, правда, он показал мне книжку, в ней иллюстрации - только не цветные, а чёрно-белые. И ландыши тоже чёрно-белые.

- Я свой рисунок специально в жёлтый цвет выкрасил. Ландыш - майский цветок. А в мае почти все цветы жёлтые - и одуванчики, и лютики, и мать-и-мачеха...

Вот оно что! Мой городской сын никогда не видел настоящих ландышей. А живём-то мы в краю, можно сказать, заповедном. Лес подходит порой прямо к городским кварталам. И в нём смешались юг и север: здесь растут деревья, напоминающие пальмы, - аралиями называются, а высокие угрюмые ели обвивают виноград и лимонник. И чего только нет в лесу: маньчжурские орехи, похожие на грецкие и видом, и вкусом; груши - мелкие, кислые, но если их прихватит морозец, то они становятся сладковатыми; клюква, голубика, брусника, морошка и даже абрикосы в лесу растут! А сколько в нём водится разных птиц и зверей - не счесть!

Но Андрей этого не знает. А у меня в его возрасте уже была своя тропинка в лес. Впрочем, это и неудивительно: я родился в маленьком дальневосточном селе. Люди там жили, что называется, по народному календарю. Бабушка учила: "Морозы не ругай, а то земля промёрзнет - соку летом не даст".

Морозы в нашем Святогорье не любили, но уважали. У каждого из них своё имя было - крещенский, рождественский, никольский и другие. А бабушка, знай, себе приговаривала: "Снег мужику серебра дороже", "Холод уважать надобно", "Снег глубок - хлеб хорош".

В самую стужу она устраивала праздник каши, который в старину, оказывается, был в обычае - проводили его восьмого января. А каши готовили разные - из кукурузы, пшеницы, овса, гречки. И, наконец, 31 января бабушка говорила: "Ну вот, пришёл день-ломонос. Уходит от нас январь - весне дедушка, скоро потеплеет! Да ты не бойся, побегай на коньках-то, пусть тебе морозец уши накрутит, нос маленько поломает. На прощанье любит шутить январь". И весело улыбалась.

А потом приходила весна. Прав Андрюша: многие цветы старались хоть чуть-чуть походить на веселое, ласковое солнышко. Заполоняли лужайки адонис и хохлатка, пробивались из-под пожухлой листвы прострелы (их у нас подснежниками называют), рассыпались в зелени одуванчики и лютики.

Мы снимали ботинки и робко, пугливо спускали босые ступни к земле. Сами на всякий случай сидели на высоком крылечке: если земля холодная, тут же отдёрнешь от неё ногу и обуешься, а тёплая - спрыгнешь и так уж до поздней осени и пробегаешь босиком!

А там незаметно подходил и Кирилл - "Конец Весны - Начало Лету", так назывался день 22 июня. К этому времени наш огородик так зарастал сорняками, что приходилось, не покладая рук, бороться с ними. От прополки пятерня становилась тёмно-зеленой, и травяная краска долго не смывалась.

На 7 июля бабушка всегда становилась строгой, задумчивой, спать ложилась рано, а вставала до света. Всё объяснялось просто: "Сильная роса в Иванов день - к урожаю огурцов". Бабушка её и ходила проверять с утра пораньше. И вообще, с этим днём много каких примет связано. Коли на Ивана просо в ложку*1, то будет и в ложке. После Ивана не надо жупана. На Иванову ночь звёздно - будет много грибов. Корми пчелу до Ивана - сделает из тебя пана.

А осенью бабка самолично водила меня по лесу. Учила: "С дерева лист опадает чисто - легко всему: хлебу, людям, скоту". Или примечала, допустим, белочку-рыжулю, которая копошилась в ветвях деревьев. Подзывала меня: "Глянь-ко! Белка строит гнездо на дереве низко - к морозной, знать, зиме". И тут же находила этому прогнозу другое подтверждение: "Перед строгой зимой на рябине ягод много. Смотри, какие рясные*2 ветки-то, надли от ягод надломились ..."

А падал первый снег, бабушка выходила во двор, бросала на него соломинку: если она провалится в снег - значит, быстро сойдёт, а не провалится - надолго улёгся.

И как при такой бабушке не знать мне было названий разных травок, цветов и зверушек?

А сын мой не знает. Непорядок! И решил я взять его с собой в маленькое лесное село. Отдохнули мы с ним славно, повидали много чего интересного. Об этом я вам и расскажу.

*1 просо в ложку - имеется в виду высота растения
*2 рясный - т.е. густой, обильный (говор)

К содержанию

Гриб Бабы Яги

Надо же, Андрей всю неделю вёл себя отвратительно: кашу есть не хотел - гречневую, рассыпчатую кашу! Стянул из буфета шоколадку, а вину свалил на Прошку. Этот мышонок, и правда, был необыкновенно нахален: ни капельки нас не стеснялся - шмыгал по вечерам на кухне без всякой оглядки. Но при всём своём нахальстве дверцу буфета он всё равно открыть не смог бы!

И совсем я рассердился на Андрея, когда увидел, как он учит плавать Маркизу. Привязал кошке веревку на хвост - и кувырк её в ванну. Маркиза быстренько выгребалась из воды, но перевалить через борт ей не удавалось: Андрей дёргал веревку - Маркиза снова оказывалась в ванне. Особой радости в такой науке она не видела и размяукалась на всю улицу.

- Всё! Кончилось моё терпение! - объявил я. - Придётся тебя отдать на перевоспитание бабе Яге.

- Чего? - удивился Андрей. - Ты маленьких пугай бабой Ягой. А я знаю: её не бывает!

- Ладно, - буркнул я и зловеще сощурил глаза. - Вот нынче вечерком и выясним, бывает она или не бывает. Ух, и воспитает она тебя!

- Скорее бы! - откликнулся Андрей и, уже не обращая на меня внимания, бросил камешком во взъерошенную Маркизу. Она сидела на крыше и ожесточенно себя облизывала.

А вечером, как и обещал, повёл я Андрея в лес. Думал: он у первых же кустов раскается, извинения попросит и вообще скажет, что Прошка никакой шоколадки и в глаза не видел - это он, Андрей, не смог побороть соблазна ею полакомиться. Но сын упрямо шёл за мной и, похоже, темного леса не особенно-то и боялся.

Ладно, подошли мы, наконец, к заветной полянке.

- Ну, - я постарался придать голосу как можно больше серьёзности, - ещё раз тебя спрашиваю: без помощи бабы Яги исправишься или как?

- Или как, - нахально ответил сын. - Пусть баба Яга воспитывает, или, - хитро на меня посмотрел, - всё-таки не бывает бабы Яги, а?

- Что ж, смотри: вот её избушка!

И отогнул еловую ветку. В глубине полянки на куриной ноге стояла малюсенькая избушка. Единственное оконце жутко мерцало в темноте.

- Ох! - выдохнул Андрей, прильнул ко мне и выпалил: - Папочка, миленький, что это такое?

- Не видишь? Избушка! И хозяйка дома, свет у неё горит. Позовём, что ли? Избушка- избушка, стань к лесу задом...

- Не-е, не надо! Я всё скажу. Это не Прошка шоколад стащил, и Маркизу купать не буду, и кашу съем, я хорошим-хорошим буду?

- Так и быть, поверю, - улыбнулся я. - Ладно, избушка, не поворачивайся...

И отправились мы домой. Андрейка всё по пути назад оглядывался, руку из моей ладони не выпускал.

В общем, он стал не просто послушным, а прямо-таки образцовым мальчиком: чуть ли не по одной половице ходил, дружбы с чумазыми деревенскими мальчишками не водил, и даже кашу съедал без остатка.

Маркизу, к тому же, холил да лелеял, и та до того обленилась, что Прошка шмыгал прямо перед её носом без всякого для себя ущерба.

В общем, стал сын образцово-показательным ребёнком. Но при этом он был скучным и грустным. Да и мне как-то не по себе: разве мальчик должен быть таким? Дело неладное. Как бы не заболел мой Андрюша!

И однажды, когда он чинно сидел у телевизора, я подсел к нему:
- Скажи честно, поверил ты в бабу Ягу?

Андрей кивнул, подумал о чём-то и тихо-тихо сказал:
- Но почему эта баба Яга есть? Другие яги в сказки ушли. А эта - что? Не захотела? Осталась мне на вред?

И стало мне перед сыном стыдно и неудобно. Будто бы я что-то у него бессовестно отобрал.

- Андрей! А ведь бабы Яги нет. Это я всё выдумал.
- А избушка на курьей ножке? Я сам её видел! Она не выдуманная...

Конечно, не выдуманная. Просто когда-то давньм-давно в здешних местах стояла непроходимая тайга. Звероловы срубали дерево, на высоком пне надстраивали клетушку. Это сооружение называли лабазом. В нём хранили добычу, пережидали непогоду.

Один из лабазов мало-мальски сохранился. На нем живут особенные грибы-светляки. Очень редкие. Облепили они оконную раму - вот и светится она по ночам, детей пугает.

Не поленились мы с Андреем сходить к тому лабазу, и я соскоблил один грибок, показал его сыну. Ничего особенного: маленький, сморщенный, больше на комочек паутины походит. Но сын бережно положил его в карман и потом, дома, не однажды рассматривал его вместе с другими мальчишками под одеялом.

Сначала гриб светился, и мальчишки даже дули на него, чтобы загасить. Потом, видно, его силы иссякли, и гриб перестал светиться.

Так что, когда мы вернулись в город, "светляк" никакого впечатления на андрюшиных друзей не произвел. И пришлось сыну высунуть голову из-под одеяла, под которым велись опыты с грибом и призвать меня на помощь:
- Папа, ну скажи им, скажи, что это настоящий гриб бабы Яги!

К содержанию

Дедушкин табак

-Ай-яй-яй, - засовестил нас дед Николай. - Разорили гнездо! И без стыда-совести в открытую идете. А птице каково, а? Поди-ко, бедная, по лесу мечется, убивается...

Сначала я ничего не понял. Какое гнездо? Какая птица? И даже на всякий случай в корзинку заглянул - вдруг Андрюшка и вправду разорил тайком кладку какой-нибудь птички, ничего мне не сказал И положил яйца поверх грибов?

Однажды, в самом деле, он набрел в траве на гнездо жаворонков и хотел взять их яйца с собой. У нас Хохлатка как раз заквохтала - собралась цыплят выводить. Вот сынишка и решил поставить эксперимент: а жаворончат она высидит или нет?

Хорошо я вовремя к нему подоспел, не дал гнезда тронуть.

- Не, папа, никого я не зорил! - Андрюшка посмотрел на меня честными словами. - Видишь, в корзинке только грибы...

- Будет вам! - дед Николай сердито махнул рукой. - А то я без глаз! Что это, по-вашему?

Я и моргнуть не успел, как он проворно выхватил из корзинки белый шарик. И тут же его лицо из торжествующего превратилось в удивленно-растерянное:
- Ох! Никак "дедушкина табака" набрали?

Он помял шарик, раздавил его и буркнул:
- Так и есть - "дедушкин табак"! Полную корзину набрали. Вот люди! Нешто за грибы считаете? И не вздумайте их жарить-парить. В момент отравитесь!

"Дедушкин табак" - так в народе называют дождевики. Пока молоденькие, мякоть у них белая. Как состарятся, превращаются в сморщенные коричневые мешочки: нажмёшь - и хлопнет в нос темная струйка спор. То-то расчихаешься! Как от табака.

- Ничего, дедушка, не отравимся. - весело сказал я. - Приглашаем вечерком на жаркое из грибов!

Дед Николай покачал головой - отказался, и еще долго слышали мы его ворчанье:
- Хе! Вот-те раз - грибы, хы-хы! Рази ж едят дождевики? Отродясь, хэ-хе, не слыхивал даже. Не-е, не было грибов и это не грибы...

Дед Николай ходил по своему двору, он - наш сосед, и нам хорошо было слышно, как он продолжает бурчать себе под нос: "Ну и грибники, хе-хе!"

Слушая его, я посмеивался и промывал дождевики холодной колодезной водой. Потом накрошил грибы в картошку. Минут через пять она заскворчала, маслом забрызгалась - хорошая у нас печка, знатная сковородка!

Добавил я в жаркое сметаны, посыпал укропчиком да луком - и не заметили мы с сыном, как уплели всю сковородку.

А наутро только вышел на крылечко - дед Николай туг как тут. Перевесился через изгородь, сует бутылку темной жидкости:

-На-ко, выпей елексиру! Отвар дуба, череды, конского щавеля - верное от желудка средство.

- Да в порядке у меня живот, с чего вы взяли! - говорю. - И у Андрея все в порядке. С утра из пластилина что-то лепит...

Недоверчиво так дед Николай взглянул, от изгороди отошел, но бутылку "еликсира" все ж у забора оставил. Может, подумал: деликатничает сосед?

Настоящие грибы - подосиновики, боровики, подберезовики - еще не пошли. Зато дождевиков было видимо-невидимо. Как пробежит по лугу стремительный ливень, глядишь: то там, то тут высыпают в траве плотные, тугие шарики, да такие ровные, круглые, хоть в теннис ими играй!

Деревенские жители их не брали, как впрочем, не собирали они и рядовки, белые навозники, вешенки, которые тоже можно и варить, и жарить. Они их почему-то называли "собачьими грибами". И ни за что не хотели верить, что те же дождевики - вкусом лучше шампиньонов!

Вот до обеда и решили мы сбегать в соседний лесок, сразу за огородами. Там-то Андрюша и заметил: в орешнике что-то белеет. Вроде как шляпа. Нет, пожалуй, панама. Ну, если шляпа или панама, надо обязательно ее из кустов достать и на сук повесить. Вдруг хозяин волнуется, ищет пропажу?

Раздвинули мы ветки и ахнула: не шляпа это и не панамка - дождевик! Таких больших никогда мы еще не видели - полкорзины занял.

Пришли домой, расположились за столиком во дворе и принялись резать дождевик кубиками - на сушку. Дед Николай тут как тут. Смотрит на наш гриб-великан со своего крылечка, ладошку лопаткой ко лбу приставил:

- Нешто в сушку "дедушкин табак" крошите?
- Ага, - киваю. - Замечательные супы зимой готовить будем!
- Кхе-кхе, - дед кашлянул и деликатно усомнился: Да ведь высохнут - "табаком" сделаются...
- Не-е, - говорю. - Проверено: отличные грибы!

Ушел дед Николай к себе в дом, а мы оставили грибы на солнышке сохнуть да и отправились полоть грядку с морковью.

Вернулись, глядь: бутылки с отваром у забора нет, и деда Николая дома тоже не наблюдается, и вообще - замок на дверях болтается. То все сиднем сидел, разве в огороде что наспех поделает и скорей-скорей к скамеечке у ворот. Сидит и смотрит на жизнь сельскую: как куры в пыли порхаются, воробьи дерутся, кто и с кем по улице идет.

Часа через два я выглянул из окошечка, смотрю: идет наш сосед, что-то в ведре тащит - ох, тяжело, на левый бок перекосился! А что несет, не разглядеть: травой сверху прикрыто.

Поглядел дед в мою сторону да быстренько и взлетел на свое крылечко, дверь за собой - хлоп! Откуда и прыть-то у него взялась? И с чего это щеколдой забрякал - то дверь у него нараспашку, а то вдруг запереться решил. Что это с ним?

А дня через три все и прояснилось.

- Ну, высушили свои дождевики? - спросил нас дед.
- А как же! Мы их в тот же день в духовке подсушили. По всем правилам.
- А покажьте, - попросил дед.
- А пожалуйста...

И принес я пригоршню дождевиков. Повертел их сосед, покрутил, даже понюхал и расстроился:
- А у меня-то - натуральный "дедушкин табак" получился.

Оказывается, сосед набрал полное ведро грибов. Те, что изнутри белые и крепкие, он с картошкой пожарил - вкусно, ничего не скажешь!

А те, что пожелтее, на сушку определил. Неловко ему совета было спросить. Ведь до последнего не верил, что дождевики едят. На всякий случай даже тот самый отвар из трав у кровати держал.

- Да ведь брать-то, дед Николай, нужно только молоденькие дождевички, - объясняю. - Высыпьте, дорогой соседушке, "дедушкин табачок" на грядку - авось на следующий год народятся там грибы. Всё польза, не надо будет в лес за ними тащиться...

И точно, следующим летом собрал наш сосед неплохой урожай дождевиков на своем персональном участке.

К содержанию

Еловая нянька

Взяли мы корзинку и пошли в осинник. А грибов там видимо-невидимо! Только успевай им поклоны бить, из земли вывертывать. Ножик-то специально не брали, и вам не советуем.

Срежешь подосиновик - корешок, как пенек, в траве останется. От росы ли холодной, дождя ли проливного намокнет - загниёт, и вместе с ним вся грибница может погибнуть. Так что лучше ухватить ножку двумя пальцами, осторожно повернуть - гриб и вытащится. А гнездышко, в котором он сидел, тут же надо запорхать листочками да мхом, чтобы не высохла грибница на солнышке.

Некоторые грибники, правда, считают, что вряд ли лучше грибы "рвать", чем срезать их ножом. Но в нашем селе поступают именно так. И не потому ли не переводятся вокруг него грибы?

Быстро мы наполнили корзинку красноголовиками, и еще бы можно шляпы да карманы ими набить, да зачем жадничать? В карманах помнутся грибы - так и так выбрасывать придётся. А придут в осинник другие грибники - то-то радости у них будет!

Говорили мы, значит, об этом под осинкой сидючи, грибы перебирали, да перестук дятлов слушали. Вдруг Андрейка и показывает мне:
- Что это? Елочка! А вон ещё растет! И ещё!

Я-то елочки ещё раньше приметил. Всё ждал, когда сын на них внимание обратит. Осинник для елочек - все равно, что детский сад. Не любит еловая поросль прямых солнечных лучей - тень ей нужна. Вот и растет-развивается под осинками без забот. А как окрепнут елочки, осины выпускают их на волю вольную.

- Выходит, осина - еловая нянька? - сделал заключение Андрей, послушав мой рассказ.- Так осинку и лесники величают, - подхватил я. - Но говорят это ради красного словца. Потому что осины на самом деле ни за что не уступили бы своё место под солнцем. Просто ели теневыносливые, и как ни глушат их берёзки да осинки, - победить не могут! Вот хвойные леса зачастую и сменяют лиственные, потому что выдерживают борьбу за существование и вытесняют более слабые деревья...

Может быть, лет через десять мы придём сюда собирать маслята. Очень уж они любит в молодом ельнике селиться!

К содержанию

Зимние цветы

На стеклах распустились морозные узоры. Чудятся в них листья пальм, роскошных папоротников, всякие диковинные цветы. Каждое утро Андрейка, как встанет, сразу к окнам подходит: что нового Дед Мороз нарисовал?

И в тот раз долго рассматривал он узоры, потом приставил палёц к стеклу и держал его до тех пор, пока не вытаяла дырка. Вроде как глазок получился, посмотрел через него Андрейка: что там, на улице делается? А чтобы мне не скучно было, об увиденном вслух рассказывает:
- Сорока летит, низко-низко, над самыми сугробами. На старой груше сидят воробьи. Дружок куда-то побежал, хвостом след заметает. Ой, цветы! Папа, иди, посмотри: полынь расцвела!
- Да что ты такое говоришь! - удивился я. - Виданное ли дело: полынь - и расцвела? Да еще зимой!
- Иди, иди, - торопил Андрейка. - Очень красиво, просто замечательно!

Прильнул я к глазку. Точно: сухие метёлки полыни, запорошенные снегом, украсились нежными розовыми цветами с серебристым отливом. Но что это? Один цветок вдруг шевельнулся и перенесся на соседний куст репейника. Следом - остальные.

- Это не цветы, - разочарованно протянул Андрейка. Он успел сделать ещё один глазок и тоже видел этих красивых серебристо-розовых птах. - Папа, это - снегири?

И, правда, птички были похожи на снегирей пунцовые грудками.

Но в сравнении с ними - малыши, а вот хвосты, пожалуй, подлиннее будут. Что за птахи такие?

Птички тем временем весело перепархивали по веткам растения.

Какая-нибудь из них, прицепившись к сухому шарику репейника, качалась туда-сюда, внимательно рассматривая его со всех сторон. Поизучав, принималась теребить шарик - доставала из него семена...

Так мы, наверное, ещё долго бы наблюдали за красивыми птичками, если бы их не испугал Дружок. Птахи вспорхнули и, ныряя в утреннем серебре, брызнули ярким фейерверком. Вскоре они скрылись с наших глаз.

Рассказал я об этих птичках знакомому леснику. Поудивлялся: вроде, на снегирей похожи, а всё ж не они!

- Урагусов вы видели, - улыбнулся лесник. - Второе их название, между прочим, - длиннохвостые снегири. И как это вы их летом не приметили? Урагусы селятся вместе с чечевичками у речек, озёр - так, где кустарники, травы высокие. А поют, любо-дорого послушать: точно ручеёк журчит. И человека не пугаются - совсем близко подпускают. Потому зимой безбоязненно и прилетают в города и сёла - тут легче прокормиться...

А вечером стайка урагусов снова прилетела в наш сад. Покачались птицы на ветках репейника, пообщипывали с них семена, да и вспорхнули не старую грушу. Устроились рядышком, втянули головки в перья, распушились шариками, да так и остались на ночлег.

Утром выглянули мы на улицу: скучные сухие кусты снова украсились цветами!

Николай Семченко, semchenko@toz.khv.ru.