Содержание:

Рабочий день в разгаре, а я сижу и читаю рассказы... Многие вызывают улыбку, некоторые умиление, а есть и такие, от которых слезы наворачиваются на глаза. Или слезы грусти, или радости, или слезы сопереживания. В памяти всплывают воспоминания из моей жизни. И вот руки сами легли на клавиатуру, пальцы застучали по клавишам, буквы, слова, предложения, строчки... И вот что в итоге получилось. Сомневаюсь, что это окажется полезным для кого-нибудь. Ну, может будет интересно. Итак, начну...

К содержанию

Воспоминание первое

Новый 1995 год. Мне 19 лет, я на 38 неделе беременности. За столом шумная веселая компания из друзей и родных, все поднимают бокалы с шампанским, муж с опаской смотрит на мой огромный живот. И взглядом спрашивает, можно ли и ему тоже. А вдруг придется ехать этой ночью? "Все нормально," — успокаиваю я его.

Новогодние праздники остались позади (тогда их не праздновали как сейчас по 10-11 дней, а как положено 2 дня — и на работу) пришла я на очередной прием в ЖК. Мой врач неожиданно ушла в отпуск и направили меня к другому врачу. Она посмотрела на меня, обнаружила у меня какие — то страшные оттеки и отправила в роддом. В больницу я добралась ближе к вечеру, выяснилось, что в дородовом отделении нет мест, и положили меня в родовой зал, где на соседних кроватях корчились в схватках роженицы. Они кричали, стонали, ругали своих мужей. Одна девочка в перерывах между схватками, громко грозила: "Ага, теперь ты одной золотой цепочкой не отделаешься". Это она адресовала своему мужу.

Так прошла бессонная ночь, наполненная страхами перед родами. Утром переводят меня в дородовое отделение. Я поднялась и жду в коридоре, когда девушка соберет свои вещи, и тогда я смогу расположиться и наконец-то заснуть. И вот сижу я на стульчике, засыпаю, передо мной на столе лежит медицинская карта другой беременной женщины. Невольно кидаю взгляд, читаю фамилию и про себя улыбаюсь : "землячка". Тут надо пояснить, что внешность у меня азиатская. Ну и фамилия под стать — из трех букв. Вот сижу я и засыпаю, подходит врач, смотрит на меня, потом начинает листать карту и говорит, обращаясь ко мне:

— Готова?
— Да, — отвечаю ему, не понимая, о чем идет речь.

Он продолжает:

— Страшно?
— Нет, — опять с недоумением отвечаю ему.

Врач говорит: "Это хорошо, что не боишься, тогда пошли".

Я встаю и покорно иду за врачом. И почему-то не возникает мысли спросить, куда ведут. Идем по длинному коридору, подходим к двери с надписью "Операционная", он открывает дверь, проходит первый, и я уже почти переступила порог следом за ним, как вдруг сзади раздается крик медсестры:

— Доктор, вы не ту женщину взяли!

— Как "не ту"? — удивляется он и обращается уже ко мне:

— Ваша фамилия N?
— Нет, — изумленно отвечаю я.
— А куда ж ты тогда идешь за мной? — глаза его вылезли из орбит.
— Так вы сказали "пошли", я и пошла, — глупо улыбаясь, отвечаю ему.

Оказывается, той девушке, моей землячке, на утро была назначена операция кесарева сечения. Врач, увидев женщину с огромным животом азиатской внешности, подходящей под специфическую фамилию, решил, что это я, и повел меня на операцию, а я как телок на заклание, молча шла за ним. Вот так моя старшая дочь чуть не родилась на свет раньше на 12 дней.

К содержанию

Воспоминание второе

Февраль 2005 года, я на 40 неделе беременности, муж уезжает в командировку, и я ложусь на всякий случай в больницу, потому что до предполагаемой даты родов осталось 4 дня.

Муж волнуется, что приходится меня оставлять, а я его успокаиваю, что, мол, не бойся, дождусь.

22 февраля. Стою в столовой в очереди за ужином, как-то потягивает живот, я его наглаживаю и говорю: "Ты не торопись, еще 2 дня подожди, а там и врач наша будет. И папа приедет".

23 февраля в 6 часов утра проснулась от того, что как-то особенно мокро. Встала с кровати, и хлынули воды. Срочно вызываю медсестру, и в перерывах между клизмой и походом в туалет звоню мужу:

— Я рожаю! — кричу в трубку.
— Где? — не понимая спросонья, кричит муж.
— В больнице, — отвечаю ему.
— Как? — все так же недоумевает он.
— Надеюсь, что как и все, — уже раздраженно отвечаю ему.

Тут он наконец окончательно проснулся и срочно выехал в Москву.

Приехал он в больницу, когда я уже благополучно разродилась, проник за небольшое вознаграждение ко мне в палату, привезли ребенка, он держит кулек на руках, разглядывая толстые щечки, умиленно улыбается и говорит: "Эх, бабы! Единственный мужской праздник в году, и тот вы у меня отобрали".

Ну конечно, же 23 февраля у нас родилась вторая дочь. И вот уже на протяжении 5 лет 23 февраля у нас в доме всегда суматоха, шум, детский смех, мы дружно справляем день рождение нашей принцессы, не вспоминая, что это мужской праздник.

К содержанию

Воспоминание третье

2009 год. УЗИ. Наконец-то у нас будет мальчик, предполагаемая дата родов — 31 декабря, муж в панике: "Что, и на новый год меня никто не будет поздравлять и дарить подарки?"

27 неделя беременности, роддом, отделение патологии беременных. Ночь, тишина, все беременные мирно спят, в палатах темно, в коридоре тоже. И вдруг на улице начинают взрываться петарды, радостные крики людей, музыка. Подбегаем все к окну и видим веселую компанию на 3 машинах и радостного новоиспеченного папочку, который , ликуя, кричит: "Дорогая, спасибо, за сына". Дальше полилось рекой шампанское, танцы, а мы стоим, смотрим на все происходящее влажными глазами. И каждая думает о своем. И ни у кого не возникло желания возмутиться. Дальше тот папочка кричит: "Женщины, не бойтесь, сейчас вы все родите".

"Ой", — в страхе хватаюсь за свой живот. И шепчу: "Маленький, ты дядю не слушай, нам еще рано, ты посиди еще немножко, а потом, когда ты родишься прям в Новый год, папа притащит сюда целый оркестр, ансамбль песни и пляски Красной Армии, привезет автобус родных и близких, нас завалят цветами и игрушками, ты только подожди". Сыночек, соглашаясь со мной, легонько пнул меня изнутри. И прождал еще 4 недели. О рождении моего сына можно прочитать здесь.

Вот что еще приходит на ум, чтоб не было грустно. Благополучно родила (если это можно так назвать), лежу еще на кресле, сыночка унесли, а у меня не отходит детское место. Пришлось звать анестезиолога и удалять это все вручную под наркозом. Заходит врач — анестезиолог и спрашивает:

— Когда ела в последний раз?
— В обед, — отвечаю я.

Мой врач изумленно говорит:

— Это что, 2 часа назад?
— Ну да, — отвечаю я.
— И много съела? — смотрят на меня оба врача с интересом.
— Весь обед, что давали, — гордо отвечаю я.
— Так у тебя же схватки были, живот болел, ты же в родах была, как ты могла сидеть и обедать?
— Доктор, очень хотелось кушать, — мой ответ убил всех наповал, акушерки смеялись в кулаки, врач возмущался.

Последнее, что я услышала, улетая в Египет, а именно там я побывала во время наркоза, это недовольное бурчание врача: "Все-таки странные они, эти беременные женщины... У нее живот болит, а она сидит и ест обед из трех блюд".

Nonna Tsay, tnt75@mail.ru