В день рождения каждый ждет слов любви и подтверждения своей нужности. Но бывает так, что те, кому человек дорог, находятся далеко от него. А случается даже так, что на всем белом свете нет никого, кому человек был бы нужен. Хотя нет, не так. Случается, что человек не сразу находит тех, кому он нужен.

Всю ночь моросил дождь. Казалось, с прогнозом погоды на сегодня все было ясно. Потом, словно вспомнив, что на дворе — февраль, утром небо стало вываливать тяжелые серые хлопья снега. На тротуарах пешеходы передвигались зигзагами, пытаясь найти места, где грязной жижи было поменьше. На любые метеорологические катаклизмы город отзывался пробками и полной неразберихой на дорогах.

На работу я уже точно опоздала. Сделала музыку погромче, откинулась поудобнее. В соседней машине мужик тоже скучал. Может, у него тоже грустный день рождения?.. Каждый раз красный свет на светофоре сменялся зеленым всего на 10 секунд, пересечь дорогу успевала одна машина.

Зазвонил телефон:

— Да, мамочка, привет! Спасибо! Нет, я поздно вчера прилетела, но идти на работу нужно... Даже в день рождения... Да, конечно, большое спасибо! Как ты? Хорошо, я позвоню тебе вечером. Целую!

Я вспомнила наш маленький город, дом, маму, папу (его с нами не было уже два года). В детстве родители готовились к моему дню рождения задолго до знаменательного дня. Подарков было несколько, один большой и много маленьких. Они аккуратно собирали в течение несколько месяцев мои пожелания, случайно оброненные в разговорах. "Эх, вот сегодня у Вальки были такие красивые заколочки, сердечком, представляешь?" — говорила я папе. А в день рождения находила на кресле красивые резиночки и заколочки. "Как ты думаешь, я сумею научиться кататься на велике?" И вот уже раскрасневшийся папа бежит по двору за мной, выписывающей кривые каракули на велосипеде.

С утра, в пижаме, я выпрыгивала из постели и бежала по дому искать подарки. Они могли быть где угодно. Ночью отец расставлял и прятал их по всему дому. Подарки находились до самого вечера. Это было здорово. Я всегда знала, что мой день рождения — особенный праздник. И всегда была уверена, что и я — особенная девочка. Для папы. Делая счастливой меня, он был счастлив сам.

Стало грустно. Папы нет. Мама после смерти папы потухла. И я перестала быть особенной девочкой.

Когда я наконец добралась до офиса, мне уже четыре раза позвонила секретарь, два раза напомнили о себе партнеры, один раз шеф поздравил с днем рождения и обрадовал тем, что в офисе ждут клиенты. Еще поздравила одноклассница Ленка, мы с ней дружили с самого первого класса, были как сестренки. Теперь и она далеко, в Америке.

Возле офиса меня чуть не сшиб с ног здоровенный детина с букетом цветов и огромным плюшевым зайцем. Заяц был смешной — очень мягкий, сливочного цвета, радостный такой, хотя и сильно косой.

— Евгения Александровна, с днем рождения вас!

Букет заберу с собой в офис, а зайца придется оставить в машине, все-таки клиенты и все такое...

В лифте снова зазвонил телефон:

— Солнце, прости! Сам не смог приехать, у меня совещание. С днем рождения! Тебе понравился заяц? Подарок я подарю тебе вечером сам. Ты же помнишь, мы сегодня ужинаем в "нашем" ресторане?..

Я вздохнула. А для кого-то я была особенной девочкой, и он не спал всю ночь, чтобы увидеть, как начинается мой день рождения...

В офисе полдня было некогда вздохнуть — звонки сменялись письмами, письма совещаниями...

На двенадцать часов был назначен визит в детский дом. Парень из инициативной группы организовал поездку в детский дом депутатов и юристов, разработчиков поправок в закон об усыновлении в надежде, что после этого дело пойдет быстрее.

Снег так и валил. Серый день. Почти такой же серый, как мой день рождения...

Сначала я долго не могла найти детдом. Наконец, в тупике маленьких улочек вдруг уткнулась в глухой бетонный забор. У входа меня ждал тот самый парень. Он оказался не таким мальчишкой, как я представляла себе. Молодой мужчина, симпатичный. Зачем это ему?

Заходить внутрь вдруг расхотелось, стало неловко.

Артем оживленно рассказывал мне про то, как группа волонтеров устраивала для ребят в воскресенье праздник, размахивал руками, жаловался, что хотели детей повезти на горки кататься, да одеть им нечего, многие на зиму остались в кроссовках и осенних курточках. Я косила на него, своих проблем мало, что ли, у человека...

Мы только поднялись на второй этаж, как из дверей одной из комнат к нам выкатился мальчишка. Бежал, роняя тапки. Подбежал, увидел, что Артем с кем-то незнакомым, остановился. Тапки-то были очень велики, потому и терялись на бегу. Мальчишка был такой маленький, лет пяти-шести, хотя я плохо разбираюсь в возрасте детей. Лопоухий, с огромными глазищами в ресницах... И ямочки на щеках. У меня такие же. Трико, свитерок какой-то зеленый с пятнышками на груди. Худенький. Стоял, переминался с ноги на ногу.

— Женя, привет! С днем рождения!

Тоже Женя? Тезка...

Артем наклонился ко мне:

— Мы поздравляем детей с днями рождения. Ведь у каждого ребенка должен быть день рождения, правда? Женька думал, что это уже гости к нему. Наши придут к нему вечером, торт принесут, подарок... Ну, в общем, все как положено... Правда, с игрушкой он играть сам будет только сегодня, завтра она станет общей. Здесь все общее...Ну, кроме дня рождения, разумеется...

Малыш понял, что ошибся, торопливо пошел по коридору. Из одной из комнат были слышны голоса детей и женщины, которая собирала детей на обед.

Почему-то стало стыдно. Я тряхнула головой. В конце концов, у меня есть очень важные дела.

Круглый стол проходил как всегда. Депутаты клялись сделать все возможное и невозможное для сироток, чтобы как можно больше деток нашли свои семьи. Общественные фонды и благотворительные организации предъявляли претензии. Рядом со мной сидела какая-то дамочка. Неприятная. Смотрела на меня с брезгливостью, сердито. Я подумала, что какая-то чинуша из районо или что-то вроде того. Женщина была красивая, молодая, с гладко зачесанными назад темными волосами.

— А сейчас послушаем мнение, так сказать, из первых уст, про то, как нелегко в нашей стране усыновлять... И что нужно сделать, чтобы помочь тем, кто хочет дать семью брошенному малышу...

Вдруг неприятная дамочка встала, строго глянула на меня.

— У меня пятеро детей, двоих мы принесли из роддома, а троих — отсюда, из этого детского дома. Нам долго пришлось ждать и многое пережить, прежде чем мои дети смогли отправиться домой...

Опять стало стыдно. Что же это такое?

Я вылетела в коридор, забежала в туалет, прижала руку ко рту, хотелось плакать. Я взяла себя в руки. Как это будет выглядеть?!

Случайно увидела: в пустой игровой комнате на стуле перед окошком — Женька. Ведь ждет. Интересно, сколько ему лет? Что же он — и обедать не пошел? Так и будет сидеть до вечера, смотреть на серую улицу? Маленький, щупленький, одинокий человечек.

Через две минуты я, довольная, уже стояла рядом с Женькой, который крепко обнимал огромного косого зайца, оказавшегося выше него ростом.

— Спасибо! — выдохнул он.

Зайца заботливо усадил на стул, потянул ручки. Зачем это? Секунда неловкого молчания. Ах, вот я балда! Я присела. Худенькие ручки обняли за шею. Я клюнула его в щеку. Можно было и без нежностей... Ручки холодные.

— Ты, Женька, хоть бы кофту теплую надел... И вообще, иди на обед, тебе кушать надо — вон, какой худенький!

Я повернулась и, не оглядываясь, ушла. Потому что боялась посмотреть ему в глаза.

Часов в шесть, проводив очередную партию клиентов, я подошла к окну, снег так и валил. Один за другим со стоянки перед бизнес-центром отъезжали дорогие автомобили. Люди спешили домой, к своим семьям, детям. Надеялись успеть проскочить домой, пока река людей не выплыла из офисов на дороги. Вдруг подумалось: "А как же там Женька, поспал уже, наверное?" Я решительно взяла в руки телефонную трубку.

— Нет, я не смогу сегодня, у меня встреча, очень важная, допоздна. Давай сходим в ресторан в другой день? Да, конечно, в субботу будет очень удобно. Нет, что ты, я не обижаюсь...

На второй этаж я поднималась с сильно бьющимся сердцем. Вдруг кто-то остановит, спросит: "Вы куда?" Что я скажу?

Из той комнаты, где в обед Женька сидел, глядя в окно, была слышна музыка.

Я приоткрыла дверь. Пятеро взрослых и куча детей играли в какую-то игру, бегая по кругу. А сам именинник — в центре круга.

Я хотела захлопнуть дверь. Пакеты в руках зашуршали. Глаза радостно расширились, Женька бросился ко мне:

— Эта тетя ко мне пришла!

На детских столиках стояли пластиковые тарелочки с небольшими кусочками торта и стаканчики с соком.

Женька стал вытаскивать на столы из принесенных мной пакетов сладости, фрукты, игрушки.

— Вот, видите, сколько тетя принесла подарков для меня!

Я не знала, куда деть руки-ноги. Дети смотрели на меня со всех сторон. Утренняя неприятная дамочка тоже была тут, хлопала в ладоши, смеялась, как девчонка, и смотрела на меня уже почему-то по-другому.

Подошел Артем, протянул руку:

— Хорошо, что вы пришли. Мы всегда рады новым друзьям. Женька уже заждался вас.

А потом малыш долго сидел у меня на коленях и гладил мои руки и волосы, гордо посматриваю на остальную малышню.

Вечером, уже засыпая, я все еще чувствовала, как Женька обнимает меня, я нюхаю его худую шею, приглаживаю мягкие пушистые волосы... Отпустят ли его со мной в субботу в цирк?..

***

— Прошу тебя не спорь со мной, рожать мы будем только вместе! Еще не хватало, чтобы я пропустил день рождения своей собственной дочери!

Артем наклонился к животу и легонько постучал по нему пальцем.

Живот отозвался мягким приятным толчком: "Папа, я согласна!"

— Хорошо, хорошо, только не горячись, а то разбудишь Женьку!

Ну, вот, она еще не родилась, а они уже спелись — улыбнулась я.

— Зато как сын похож на меня, — я подошла к кроватке, где, закинув ногу на сливочного сильно косого зайца, разметав руки, спал лопоухий особенный мальчишка...

Буржик, burgik@mail.ru