Содержание:

Многодетная мама Лена Алексеевна Никитина представляется большинству из нас очень умелой, не боящейся никакой работы, очень оптимистичной и опытной. Однако и ее не обошла стороной растерянность первых дней после рождения первенца. Чего не хватало молодой матери Лене Никитиной — и можно ли «не наступить на те же грабли»?

Что делать после рождения ребенка

В первые минуты — усталость и растерянность: что делать, за что хвататься, кормить ли, пеленать ли? Да его и развернуть страшно! И страшно подумать: когда же он теперь вырастет? Начался тот самый кропотливый, однообразный материнский труд, который хоть кого повергнет в уныние и отчаяние.

Я скисла в первые же дни. Еще бы: ни опыта, ни знаний, к тому же мало молока, зато много настойчивых советчиков, противоречащих друг другу. Трудно. И не нашлось ни одного человека, который бы сказал: «Оставьте мать в покое, дайте ей опомниться и самой разобраться, ей надо приноровиться к ребенку. Это главное сейчас».

К содержанию

Кошмар первых месяцев: как пережить

Золотой этот совет я даю дочерям в наследство. Кто и что бы ни говорил матери, главное для начала именно это — приспособиться матери к малышу, малышу — к матери, а отцу — помочь им в этом своей заботой, ласковой поддержкой даже в мелочах. Особенно в первые месяцы, когда маме так трудно. Не кормление по часам, не стирка и глажение пеленок, не суета с прогулками и купаниями — не это должно быть главным.

С самого начала надо учиться наблюдать, приглядываться и стараться понять, что малышу нужно, что хочется, а что ему неприятно, что значат его вопли, кряхтения, гримасы, чихания и т.д.

А с другой стороны — обязательно! — что нужно самой матери, как облегчить, упорядочить вереницу дел, как высыпаться, когда почитать или выбраться в кино, как, наконец, привести себя в порядок: мать должна быть прекрасной, как мадонна!

Это время первых «диалогов» со своим малышом, первых контактов и первых открытий — одно из счастливейших в жизни матери и отца. Оно потом не повторяется никогда.

Знаю, девяносто матерей из ста обвинят меня в преувеличении. Все они согласятся, что, конечно, счастье, когда здорового малыша кормишь и ласкаешь, когда ре-бенок первый раз улыбнулся, потянул к тебе ручки, когда его пушистая головка щекочет тебе шею и подбородок, когда он первый раз скажет «ма-ма!». Это действительно незабываемые мгновения жизни, как бы награда за все труды. «Но то мгновения, а что между ними? Особенно первые месяцы — кошмар! Эти бессонные ночи, бесконечные пеленки, соски, прогулки, болезни, крик этот невозможный, и одно и то же, одно и то же — невыносимо. Даже подумать страшно, что это может повториться. Ни за что!» — сколько раз я слышала это от матерей.

Ну как с этим спорить — все так. И все не так!

Все может быть не так — вот в чем дело! Во-первых, изменив стиль обращения с малышом, можно значительно облегчить жизнь матери, а ребенка сделать намного крепче и здоровее. А во-вторых, очень многое зависит от отношения самой женщины к своему материнству.

К содержанию

Молодые мамы: две встречи

Вспомнились сейчас две случайные встречи. Первая надолго оставила во мне странный, тревожный след, хотя была совсем короткой и мимолетной. Я увидела в скверике нескольких молоденьких мам с колясками и неожиданно почувствовала, что жалею их: «Бедные... сами еще девчонки...».

Это было так непривычно для меня, что я даже остановилась и долго смотрела им вслед: что это со мной? Когда-то и я слышала в свой адрес: «Бедная, куда ж такая обуза?» — но только смеялась в ответ; даже если было очень трудно, никогда несчастной себя не считала, и вдруг сама...Что это? Старею, что ли?

После этого случая еще несколько раз при виде молодых матерей ловила себя на том же тягостном чувстве жалости и печали. И огорчалась: да что же это такое?

Потом была встреча другая. Запомнилась она до мелочей. Стоит перед глазами и тесный дворик, и простенькая немодная коляска, и мама в опрятной яркой косынке... Я забрела сюда в тень отдохнуть — уж очень тяжелы были сумки с покупками. А солнце так припекало.

Молодая мама - как все успевать

Сижу, блаженствую, вдруг слышу звонкий, вроде девчоночий голос: «Сейчас я тебя на солнышко!» — и катится коляска, а в ней крохотный еще — месяцев трех — малыш в одной распашонке: шевелит себе голыми ножками и ручками и таращит на белый свет глаза-пуговки. А за коляской торопится худенькая девушка, скорее, даже девочка. Поставила коляску под дерево, сказала: «Ты не шуми тут, я сейчас белье вынесу» — и вприпрыжку к подъезду. И полминуты не прошло, а она с большим тазом и ожерельем из прищепок уже назад мчится.

Весело было смотреть, как мелькало в ее быстрых руках пестрое бельишко. Вот уже одна веревка полна, перешла к другой, коляску передвинула поближе. Сама белье вешает, сама разговаривает с малышом, да еще и песенку какую-то мурлычет — вот прелесть-то!

Я не выдержала:

— Славный малыш. Братишка?

Она рассмеялась.

— Сын! Правда, хороший? — она ловко вынула ребенка из коляски и начала его тетешкать на руках. Тот заулыбался беззубым ртом.

— Он меня уже знает! — глаза ее сияли.

— Простите, — смутилась я, — да сколько же вам лет?

— Девятнадцать. — Она говорила просто, без смущения и жеманства.

— Учитесь?

— Нет, работаю. Сейчас пока дома. Да еще выучусь! Вот подрастет наш Петр Петрович — тогда уж.

— Трудно вам с ним? Или кто-нибудь помогает?

— Да нет, мы отдельно от родителей живем, сами управляемся. Папа у нас молодец, правда, Петушок? Мно-о-ого зарабатывает, — вдруг протянула она и засмеялась.

Я не уловила иронии в этом одобрительном «мно-о-ого».

— Ну это хорошо, вам хоть спокойно год можно дома побыть.

Она фыркнула:

— Ой, да он студент, ему еще год учиться. Но он и правда подрабатывает — ночным сторожем.

Я не удержалась от маленькой «провокации»:

— А в ясли не хотите отдать? Вам бы легче было.

— Что вы! Он там плакать и болеть будет. Я знаю: он без меня не может.

Я смотрела на нее и любовалась. «Интересно, — подумалось мне, — тоже ведь девчонка совсем, а разве скажешь про нее — бедная? Впору позавидовать этой маленькой маме — так и светится вся».

Я шла к метро не торопясь — хотелось подольше сохранить в себе эту нечаянную радость. Бывают же такие подарки судьбы — даже сумки стали легче...

Стоп! «Светится вся» — да ей же нравится быть мамой! Ничто ей не в тягость: ни куча белья, ни возня с малышом, ни 110 рэ на троих, ни стоптанные босоножки. «Золотая девчонка, — думала я с нежностью, — хоть бы и Петя ее был ей под стать. Да будет! С такой женой у любого парня все путем пойдет. А потом она за любого и не пошла бы, дождалась бы своего...Повезло Петру Петровичу на маму...».

Вот и задача: возраст один, а мамы разные. Значит, не в слишком юном возрасте дело, а в том, с чем они к этому возрасту пришли.