Содержание:

Быть красивой и преуспевающей молодой женщиной — и вдруг потерять все, кроме знания языков. Именно это случилось с Беатой Ардеевой: в результате автомобильной аварии она получила тяжелую травму мозга, и пришлось заново учиться дышать, ходить, говорить, строить фигуру. В своей книге Беата подробно рассказывает, какие именно методики реабилитации ей помогли.

Беата Ардеева, восстановление после травмы

В качестве лечебной физкультуры я попробовала очень многое: «ну вдруг поможет?!». Как мы знаем, «все очень индивидуально», и я надеялась найти волшебную для себя гимнастику — чтобы научиться ходить хорошо, а также похудеть и заодно почувствовать покой и умиротворение.

К содержанию

Координация

На одном из первых занятий инструктор ЛФК Дима уточнил: «Ты можешь спокойно пронести стакан с водой из кухни в комнату?». Конечно, я ответила, что «да, могу». Хотя не представляла себе такой необходимости, но была уверена, что если мне зачем-то нужно будет совершить такое дурацкое действие, то я однозначно это сделаю...

Уже потом я поняла, что имелось в виду... Поняла, когда заметила, что в доме была уже разбита почти вся посуда, которую я не то что в комнату, а даже до холодильника донести не могла. У меня были большие проблемы с удержанием равновесия, и я даже перестала пользоваться стеклянной посудой (потому что все равно уронила бы).

В то же время при ходьбе — и в процессе, и после занятий — мне приходилось думать о напряжении каждой конкретной мышцы, когда нужно было сделать шаг. Конечно, обычно мы о таких мелочах не думаем, научившись ходить в детстве, а мне пришлось все это сделать повторно.

Активные занятия лечебной физкультурой и ужасный бег за три года помогли мне снова научиться ходить нормально. Последним этапом стала работа с координацией движений: даже спустя три года я не могла спокойно пронести по кухне чашку с кофе и танцевать.

Операция с кофе проще: в конце концов, его могут и принести. Танцы были сложнее: я уже могла правильно двигать конечностями, но не могла попасть в ритм музыки, и движения получалось нелепыми и беспорядочными. Со временем наладилось и это; не знаю, что именно мне помогло — возможно, время.

Так, мучительно и старательно, я научилась ходить снова — уже с учетом всех медицинских рекомендаций по этому вопросу, и теперь даже иногда слышу комплименты в адрес своей походки. Например, недавно я привычно совершала многокилометровую прогулку, и на одном из поворотов меня обогнала проезжавшая на мотоцикле пара. Водитель эмоционально крикнул: «Красиво ходишь!» — о, он даже не представляет, какой это приятный комплимент!

К содержанию

Косметология

Еще одна глава моей истории — походы к косметологу... Все началось даже забавно: как некоторые в подростковом возрасте, я просто покрылась прыщами — хотя это было примерно раз в 10 хуже, чем бывает у подростков.

Так я оказалась у косметолога, но это было только начало ее консультаций... Следующим этапом был долгий курс уколов для удаления шрамов. Их было много (шрамов), меня они точно не украшали, но большую их часть я честно каждый день уже в течение года старалась удалить специальной аптечной мазью.

Итак, я была просто ужасна — толстая, хромая, шепелявая, вся в прыщах и шрамах. Это было страшно, и надо было с чего-то начинать... И, конечно, со всего сразу!

Сразу после аварии я провела в капсуле и с трубками больше месяца. В итоге на моей «гордой шейке» появился необычный, но все равно некрасивый шрам от трубки, через которую я дышала. С тех пор я полюбила носить бусы. В зеркало не смотрела, но шрамов было много не только на руках и ногах, но и на лице, и вот туда-а-а пришлось делать много уколов в течение многих дней (хорошо, хотя бы не ежедневно). Больно, но эффективно.

Эти уколы как нельзя кстати растянулись на все долгие месяцы моей депрессии, прекрасно ее усиливая. Наконец, они прекратились — и теперь можно было сосредоточиться на остальных шрамах! М-да... Многочисленные шрамы от ссадин на руках и ногах исчезали медленно, но верно: каждый день и каждый шрам необходимо было обрабатывать специальным аптечным кремом. Ну, теперь я просто решила делать это чаще — 3-4 раза в день, по две минуты. Каждый шрам...

К содержанию

Голос

Голос всегда был предметом моей гордости: перекричать меня было сложно, а потом я стала еще и зарабатывать деньги как «артист разговорного жанра». Да и вообще, вся журналистская профессиональная жизнь строилась на общении.

Еще в детстве я пришла поступать в хор русской народной песни. Прослушав мое выступление, педагоги громко и с грустью обсуждали: «Ну, слух, конечно, не идеальный, но... какой голос!». Ну, мне вполне хватало выступлений в пионерских лагерях — хор и певческая карьера не были необходимы.

С голосом и общением всегда была связана моя работа. После аварии и реанимации голос... пропал. Он не стал глуше или тише — просто исчез. Первое время и с большим трудом я говорила шепотом, потом громким шепотом — при этом очень медленно, забывая и путая слова. Даже пьяные говорят значительно быстрее и четче, и это было похоже на речь чудовищно пьяного или недоразвитого человека.

Совершенно рассеянный взгляд дополнял новый образ. Я привыкла чувствовать себя звездой, и вдруг все стали относиться ко мне с жалостью и отвращением. Я могла очень быстро и четко думать о неправоте своих собеседников — но медленным шепотом доказывать что-то бесполезно.

Мой диагноз «дисфония» мне ни о чем не говорил — я всем сообщала, что у меня просто сел голос, и скоро он восстановится. Этот процесс занял три года, подарил большой «логопедический» опыт и заставил уважать всех за умение говорить. Это только кажется простым делом...

С трудом я научилась озвучивать свои мысли и просьбы, вскоре познакомилась с реакцией незнакомых людей на свою речь, заранее готовила короткие ответы на идиотские вопросы. Они же не слышали моих мыслей, и это была большая удача.

Лучше всех на мой неразборчивую речь в телефонных разговорах реагировал отец: «Не понял — что нужно сделать?!».

Сначала были занятия с логопедами в постреанимационном отделении. Потом каждый день я пыталась произносить скороговорки, с выражением читала стихи... Это продолжалось три года: грустно, но некоторые истории я все равно вспоминаю с улыбкой.

На занятиях врачи компетентно сообщали, что мой голос теперь, даже после лечения станет другим. Это меня не удивляло, потому что он и так уже был «очень другим», и я надеялась хоть на какой-то...

Впрочем, уже скоро, услышав меня после интенсивных занятий, моя подруга сказала: «У тебя опять твой голос!». Конечно, он был несколько другим — хриплым и очень слабым, но, видимо, тембр остался тот же.

К содержанию

Гимнастика Стрельниковой

Еще в начале занятий у логопедов мой отец поинтересовался, не начала ли я делать дыхательную гимнастику Стрельниковой. Я ни разу не слышала таких слов от врачей — поэтому ехидно ответила, что «сейчас другие методы». Позднее, через полгода одна из логопедов решила провести эксперимент и попробовать эту гимнастику. После я консультировалась у фониатора в Боткинской больнице и занималась именно по методике Стрельниковой целый год, делая несколько сотен вдохов-выдохов по этой методике каждый день. Помогает фантастически.

Беата Ардеева, реабилитация после аварии

К содержанию

Караоке и Земфира

Все логопеды очень советовали караоке. DVD только появились, диски караоке — тоже. Раньше иногда я позволяла себе такое развлечение в барах и в компании подружек, перед которыми было не стыдно показаться неидеальной. Теперь я была бесконечно дальше от идеала и пела ежедневно и долго...

Я купила диск с популярными песнями и не успевала повторять ни за одной певицей, хотя сами слова хорошо помнила после работы на музыкальных каналах. Смысл текстов не переставал меня смущать, и в итоге я сдалась: решила купить специальный караоке-диск с песнями Земфиры. Все ее песни, с первых альбомов я давно знала наизусть, и это были единственные диски, которые я слушала.

После работы в громком шоу-бизнесе обычно я предпочитала дома тишину. Но теперь дома стало шумно и мелодично... После реанимации мое восприятие всех вещей сильно изменилось, но песни Земфиры, к моему удивлению, звучали в точности, как раньше. Только теперь я не могла их, как раньше, петь...

К содержанию

«Бодифлекс»

По привычке я сама нашла очередную «уникальную гимнастику» в Интернете. Это гимнастический комплекс «Бодифлекс» для похудения, который привлек меня непродолжительностью упражнений (15 минут в день) и удивительно удачным совпадением — это упражнения на диафрагму. Я плохо ее представляла, но уже хорошо помнила, что это что-то очень важное и нужное. Если ее представлять, то на DVD прекрасно показано то самое правильное «диафрагмальное дыхание». Сначала я делала его по этой схеме и со временем поняла, что, конечно, выдыхать можно не так громко — тише. Но я не представляла деталей, и «Бодифлекс» был быстро заброшен из-за нулевого эффекта. Через полгода я узнала, что такое диафрагма, и смогла оценить стремительные изменения.

К содержанию

Удивительная диафрагма

С самого начала все врачи утешали меня, что мы восстановим активность диафрагмы, давали мне специальные упражнения... Ну, конечно, я знала, что такое диафрагма! У меня же высшее образование, да и слово знакомое... Я точно знала, что «это где-то внутри, и это связано с голосом». Больше я не знала и не очень себе диафрагму представляла, а спросить не могла, потому что было неловко.

Приятный сюрприз случился через три года, когда я уехала жить в деревню: моей соседкой была опытный методист по лечебной физкультуре, и она мне все разъяснила.

Я поняла так: диафрагму можно представлять себе как мышцу, похожую на пленку, она находится на уровне нижних ребер. Эта пленка тонкая, но широкая, и при дыхательных упражнениях ее можно втягивать наверх, но еда ее опускает и обездвиживает.

И я узнала принципиально важную вещь: говорить стоит именно с помощью диафрагмы, а не так, как мы привыкли. На вдохе — живот надувается, на выдохе — напрягается пресс, а речь и ее звучание рождаются именно на уровне нижних ребер, делая голос объемным и глубоким. Сложные машины показали, что с моими связками ничего не произошло, но теперь я их не напрягаю, стараясь дышать и говорить с помощью диафрагмы.

К содержанию

Постановка голоса

На финальном этапе восстановления, когда помощь логопедов была уже не нужна, я сама нашла сайты и школы, занимающиеся постановкой голоса, которые мне очень помогли. Я обнаружила две школы: их создатели даже не подозревают о своем участии в моей вокальной судьбе, но на опыте я могу говорить об эффективности предложенных упражнений.

«Школа природного голоса» Кирилла Плешакова-Качалина. Анонс на сайте подчеркивает именно «развитие вашего естественного голоса», а это то, что мне было очень нужно. Выполняя предложенные на сайте упражнения ежедневно в течение года (по десять минут в день), я улучшила свой голос. И я всегда делала эти упражнения, планируя телефонные разговоры. Специальный курс помогает быстрее.

Мастерская «Академия речи» Александра Рандельфа — профессионального педагога, логопеда и музыканта. Он тоже проводит специальные курсы по постановке голоса и даже ораторскому мастерству, но я тоже ограничилась упражнениями, представленными на сайте — помогают прекрасно!

Сами авторы курсов очень вдохновляют звучанием своих голосов, и, конечно, я очень благодарна этим преподавателям — прекрасные результаты очевидны!