Содержание:

К содержанию

Сын третий

Вообще-то я хотела еще одного ребенка. Конечно, девочку, так как двое мальчишек уже были (плюс у мужа от первого брака тоже был сын), но, как я всем говорила, лет этак через пять. На тот момент моему второму сынульке исполнился годик, мне стало полегче, я активно занялась собой (салон красоты, спортзал 6 раз в неделю, подумывала еще записаться на танцы). И просматривала вакансии, поскольку моя мама прекрасно управлялась с внуком и была не против заниматься им в случае моего выхода на работу. В середине ноября мы весело и шумно отметили мой день рождения (29 стукнуло), а в первых числах декабря у меня не пришли месячные...

Почему-то я была уверенна, что это просто задержка, хотя был один раз, когда мы с мужем забыли об осторожности. Даже тесты не стала делать и на все шуточки мужа, что это «оно», смеялась и разуверяла его. Прошло две недели, ничего не случалось, и я пошла в аптеку. Первая же попытка увенчалась двумя полосками, вторая на утро была уже как констатация факта. У меня было реальное состояние шока, но мыслей об аборте ни у меня, ни у мужа в этот раз даже не возникало. Конечно, рожать! Не могу сказать, что я прямо была счастлива, несмотря на то, что второй сын, как, впрочем, и первый, был достаточно спокойный, хорошо спал, хорошо кушал, практически не плакал и совсем не болел. Все-таки я чувствовала некоторую физическую и моральную усталость, никакой депрессии, но замкнутость на быте несколько утомила, еще жалко было терять хорошую физическую форму, в которую я себя привела путем достаточно жестких тренировок. И третий раз рожать казалось еще страшней, несмотря на практически идеальные и беспроблемные первые и вторые роды. Почему-то всю беременность меня преследовал страх, что в этот раз все так гладко не пройдет.

Муж меня окружил заботой, убедил, что почти погодки — это замечательно. Что, когда я рожу, наймет няню и, если я захочу, то даже оплатит мне пластические операции, если у меня будут такие-то проблемы с фигурой, которые я не смогу исправить в спортзале. В общем, пошла я удивлять своим прибытием для постановки на учет своего врача в ЖК. Третью беременность ходить, конечно, было тяжелее: организм еще недостаточно восстановился после предыдущих родов (ну, это я так чувствовала). Маленький сорванец, который не прочь вскарабкаться маме на ручки, то передвигается по детской площадке со скоростью света, бытовые заботы которые никто не отменял... И все это на фоне постоянного желания лечь и поспать. Хвала небесам, я так и не узнала, что же такое токсикоз! Правда, почти всю беременность проходила с повышенным тонусом, а под конец испытала впервые, что такое отеки. На первом УЗИ в 12-13 недель пол малыша, конечно, не определили, а вот в 21-22 недели УЗИ мне пришлось делать аж 4 раза в течение 2 недель, потому что ребенок так крутился, что врач не могла рассмотреть его сердце, и для исключения патологий процедуру мне пришлось приходить несколько раз. С сердечком все оказалось нормально, и еще за 4 сеанса врач уж рассмотрела во всех подробностях, что у меня снова будет сын. Никто не верил, но мы с мужем нисколько не расстроились, а, наоборот, расхохотались: «А кто же еще у нас может быть!» Со сроком ПДР получилась путаница, по УЗИ ставили конец августа, врач — середину, а я думала, что в первых числах.

Рожать решили в том же роддоме и с тем же врачом, что и второго сына. В конце июля, в четверг, приехали к ней на осмотр, живот уже был сильно опущен, врач как всегда очень аккуратно посмотрела и сказала, что раскрытие 1 см — я даже до конца недели не дохожу. Велела, как только почувствую схватки, тем более, если отойдут воды, не медля ехать в роддом и вызывать ее, так как велика вероятность стремительных родов.

Ну, еще неделю я отходила, даже пришлось еще в ЖК наведаться, откуда меня уже с пожеланиями благополучных родов проводили. А жара стояла жуткая, живот к земле тянет, в общем, я уже жаждала родить. И 3 августа, в субботу, как раз был назначен осмотр у моего врача, затеяла «гнездование»: все перемыла, перестирала, наготовила еды, затарила холодильник продуктами и стала ждать мужа с работы, собираясь вечером ехать к врачу (она как раз дежурила). У меня, конечно, была подспудно мысль, что я этими хлопотами спровоцирую приближение родов, но в первую очередь меня что-то как толкало заняться хозяйством именно в тот день. Вечером около 18 ч мы с мужем не спеша поехали в роддом к нашему врачу, затем, как всегда, осмотр. И тут она у меня удивленно так спрашивает: «А ты ничего не чувствуешь?» Я говорю: «Нет, ну живот немножко потягивает, да это я сегодня наубиралась, набегалась». И тут вроде и ожидаемо, но в то же время неожиданно она меня огорошивает: «Да ты рожаешь, у тебя уже почти 5 см открытие, идем оформляться и в родовую». Я и обрадовалась и испугалась одновременно, еле уговорила меня отпустить за вещами домой (мы, когда на прием ехали, ничего с собой не брали). Она кое-как согласилась, благо живем мы недалеко от роддома (5 минут на машине). Во дворе встретили мою маму (они с папой живут в соседнем подъезде), предупредили ее и бегом домой. Будете смеяться, но я первым делом помыла голову, причесалась, сделала легкий макияж... Как говорится, к встрече с сыном во всеоружии, хотя к врачу я тоже, естественно, ходила в приличном виде, но тут мне показалось, что я недостаточно хороша. Муж на меня так несколько странно посматривал — бабе рожать, а она ресницы красит! Ну, беременная женщина, что с нее возьмешь! За 30-40 минут я управилась, вещички подхватила и поехали мы снова в роддом. Во дворе у нас летом народа полно гуляет, и меня все соседи провожали как на подвиг.

В роддоме, как обычно, переодевание, прощание с мужем, клизма и вперед — рожать. Когда в родильное отделение поднялась, болей так и не было, хотя время было уже около девяти вечера, и раскрытие было уже 8 см. Попала я в туже отдельную платную родовую палату, она мне даже какой-то родной показалась. Лежу на кровати, живот глажу, мысленно с сыном разговариваю, как я его люблю, как мы все его ждем. Схватки усиливаются потихоньку, в перерывах засыпаю почему-то, хотя общее состояние у меня довольно-таки нервозное и возбужденное. Через час, в десять вечера, боль становится довольно ощутимой, и я понимаю, что отделаться как в прошлый раз (когда за весь период родов реально больно было только последние 30 минут) не получится. Стараюсь продыхивать схватки, ищу удобное положение для тела, давлю на точки на пояснице, пытаясь не стонать. Звоню мужу, ною и жалуюсь, что очень больно, он, как может, поддерживает и пытается рассмешить, начинаю смеяться, и почему-то становится еще больнее. Приходит врач и утешает, что скоро рожу. Да я, в общем-то, понимаю, что скоро, но терпение заканчивается, хочется поорать, но как-то неудобно. Продолжаю терпеть. Почти в половине одиннадцатого отходят воды, я радуюсь, потому что в предыдущие два раза это происходило за 30 минут до появления малыша на свет, но в эти роды мне приходится ждать еще больше часа. Наконец, в 23-30 начинает сильно тужить, мне разрешают не сдерживаться и переводят на родильное кресло.

И тут — внимание! Во всем роддоме отключают электричество! Свет гаснет, я в полной темноте на родильном кресле, потуги, роды полным ходом! Врач командует принести резервные лампы, приносят одну, которая через минуту гаснет, как мне объяснили, не успела зарядиться, и другой у них нет. В коридоре на посту по телефону ругаются с организацией, которая ответственна за подачу света, я почему-то почти спокойна и сосредоточена на своих ощущениях, хотя все наперебой меня пытаются подбодрить, что свет сейчас дадут. Но время не ждет, и процесс родов я уже остановить не в состоянии, хотя меня виновато спрашивают, могу ли я не тужиться какое-то время.

Когда понимают, что не могу, звучит новая команда: «Всем принести сотовые телефоны, включить их и направить сами понимаете куда!» Я, обалдевая от всего происходящего, вижу, как полукругом, напротив моих ног, выстраивается человек пять с включенными телефонами, слышу, что врач жалуется, что света не достаточно, кричу, что бы взяли с кровати мой сотовый (у него очень большой экран). К всеобщей иллюминации присоединяют свет от экрана моего мобильника, краем уха слышу, что, действительно, он один светит, как их пять, и чувствую, как на очередной потуге рождается головка... Почему-то вдруг проваливаюсь в сон, мне кричат: «Не спи! Не отключайся!» С трудом открываю глаза, накатывает сильная хватка, тужусь и чувствую, как ребеночек выскальзывает из меня. Снова чуть не засыпаю, и тут вдруг дают свет. Все радостно галдят и хвалят меня, что хорошо рожала и без разрывов. Слышу, как кричит мой сын, поворачиваю голову и вижу его белобрысую макушку и крошечные ручки. Меня спрашивают, каким днем записать ребенка, потому что он родился в 23-55 третьего августа, я, конечно, говорю, что раз родился в последние минуты третьего числа, значит, так и записывать. В этот раз мне его сразу не дали, потому что у меня плацента отошла не полностью, и врач долго с этим возилась, в итоге, как потом выяснилось, в матке все равно остался кусочек, и мне через несколько дней пришлось пройти процедуру чистки.

Сыночек родился здоровый, вес — 3350 гр. и 52 см рост. Дали мне его только после всех процедур со мной и с ним, его мыли, взвешивали, обмеряли, а я наблюдала. И так хотелось рассмотреть его как следует, взять на руки. Наконец, его запеленали и отдали мне, грудь брать он не захотел и почти сразу заснул.

Потом нас спустили в послеродовое отделение, сыночка забрали на ночь. Было жалко отдавать, но я чувствовала, что на самом деле устала. Вышла какая-то накладка, и мне сутки пришлось провести в общей палате на шесть человек — это жесть! Особенно, когда всем принесли детишек! Только один затих и заснул, тут же орет другой, и так без перерыва. Наконец, мне выделили отдельную палату, и я стала наслаждаться тишиной и спокойным общением с ребенком.

Дома управляться с тремя детьми оказалось не намного сложнее, чем с двумя. Тем более, я еще не успела отвыкнуть от ухода за малышом, от жизни в недосыпе и от всего того, что сопутствует появлению в доме новорожденного. Через два месяца появилась чудесная няня, и у меня стало находиться время на свои дела. Да и третий сынок практически с рождения прекрасно спал, с двухмесячного возраста засыпал вечером часов в девять и просыпался утром около семи. Я сама удивлялась. Правда, в полгода, когда у него полезли зубки, он все-таки дал нам испытать хронический недосып. Если второй сынишка — копия папа, то младший — это я в детстве. Вот так у нас получилось.

Сейчас младшенькому полтора года, и муж начинает спрашивать, когда пойдем за дочкой или сыночком, но я пока не хочу. Обожаю своих мальчишек, но быть еще несколько лет домохозяйкой — это не для меня. Хотя я не против еще раз родить, но лет через пять, а возможно, но тоже не сейчас, мы усыновим малыша из дома ребенка.

Если меня спросить, какие дни были самыми счастливыми в моей жизни, то это точно будут дни рождения моих детей, несмотря на боль, страх. Все это быстро забывается и сглаживается, а счастье, которое дают тебе дети, — это ни с чем не сравнимое чувство.

Ирина Голованова, golovanova7777@mail.ru