Содержание:

К содержанию

Лиссабон

А потом пошел дождь. Как по Хэмингуэю. Говорят, отправляться в дорогу в дождь - хорошая примета. Мы покидали Севилью чтобы начать еще один этап нашего путешествия. Мы оставляли Испанию, чтобы вернуться сюда вновь через некоторое время, за которое мы намеревались посмотреть Португалию, о чем давно мечтали, особенно Вера. Когда давным-давно она работала в турфирме в славном городе Перми, ей доводилось отправлять туристов в Португалию, а так как она сама там не была, то ей приходилось лишь слушать рассказы возвратившихся оттуда. Правда, народ ехал, в основном, отдыхать в Альгарве, а посему узнать компетентное мнение об остальной Португалии было несколько затруднительно. Ясно было, что страна интересная. Все страны <на отшибе> всегда по-своему интересны. Я думаю, даже Исландия интересна, хотя там кроме ледников и гейзеров, по-моему, особо смотреть нечего, да и холодно, однако. А Португалия - страна замечательная уже тем, что очень многое подарила миру и при этом почти ничего себе не оставила. Например, я считаю, что именно португальцы подарили миру футбол, а не англичане, как они сами (англичане) заявляют. Португальцы заселили Бразилию, а бразильцы - они, сами знаете, - футбольные боги. Индейцы-то не умели в футбол играть. То есть, сначала португальцы подарили человечеству Бразилию, а бразильцы, впоследствии, - нормальный футбол. Ну а про кофе я вообще не говорю, и так всс ясно.

Но самое главное, конечно, это портвейн. До его родины мы еще доедем, если дороги не размоет. Сразу вспоминается, что атлантический климат делает Португалию очень мокрым местом. Дождит здесь не меньше, чем в Туманном Альбионе, и даже по характеру и внешнему виду коренные португальцы, особенно старшего поколения, чем-то напоминают англичан или ирландцев, особенно клетчатыми кепками на седых головах. А может, все <народы моря> таковы: консервативны и суровы, по крайней мере, внешне. И городишки с деревнями, которые мы проезжаем, снаружи выглядят не очень весело. Но, скорее всего, это всс из-за погоды и из-за того, что районы эти бедные, <депрессивные> . Не в обиду португальцам будет сказано, но Испания выглядела куда ярче и наряднее (да и с экономикой у нее получше дела обстоят). Да и чего удивляться: лоск курортов Альгарве не должен вводить в заблуждение относительно реального положения вещей. Португалия - не самая благополучная страна ЕС. С такими мыслями я уткнулся в разговорник. Езды до Лиссабона - 6 часов, и есть время на то, чтобы выучить португальский.

Переезжаем Тежу по мосту, переброшенному через ее широченный эстуарий. Непонятно даже, над чем едем - то ли море, то ли река. Въезжаем в пригороды Лиссабона. Районы бедные, построены в шестидесятые годы и напоминают кварталы панельной застройки городов соцлагеря. От сырости стены <текут> , а выхлопные газы покрывают их налетом <патины> . По сравнению с сияющими испанскими <спальными> квартальчиками это - возвращение на 30 лет назад. <Неужели весь Лиссабон такой?> - думаем мы. Общую картину делает нерадостной то, что кроме развешанного белья окна и балконы практически ничто не украшает. Даже более богатые кварталы, в которые мы въезжаем, тоже особой красотой не блещут. Такое впечатление, что здесь повсеместно процветает функционализм. Какое счастье, что все это оказалось не так! Как нельзя судить о человеке по одежде, так и о городе нельзя составить правильного впечатления по первому взгляду на бедняцкие окраины. Также, например, по состоянию, извините, сортиров нельзя судить о культурном уровне страны (хотя об уровне экономики, наверное, можно). К примеру, в Индии сортиров вообще почти нет и народ справляет нужду где попало. Однако нельзя сказать, что индийские философия и искусство убогие; скорее наоборот. И программисты индийские заполонили собою США. А в иной стране уборных полно, пахнет в них хорошо и музыка играет, а культурный уровень населения падает. Задыхается народ от своей либерально-буржуазной бездуховности.

Поэтому мы решили, что самое лучшее в Лиссабон нас ждет впереди. А пока на автовокзале узнаю в справочной, где здесь поблизости недорогой ночлег. Мне сразу дают несколько визиток <резиденций> (аналог осталей) на улице Защитников Шавеша (это город такой на Севере Португалии), на которую, собственно, выходит автовокзал. Но ночлег в них кажется нам дороговатым, зато тут же, у вокзала, в переулке, перпендикулярном улице этих самых Защитников, находим резиденцию "Ideal", которая действительно идеально подходит нам по цене (35 евро) и по своему месторасположению: в двух шагах - автовокзал, в трсх - станция метро <Салданья> . Метро вообще незаменимая вещь в большом городе; это осознаешь, когда метро в городе нет. Кстати, купон на 10 поездок стоит всего 4,5 евро.

Как ни странно, хозяйка резиденции поняла то, что я ей говорил по-португальски, а я, в основном, понял, что она мне объясняла. Не правы те, кто считает, что все романские языки настолько похожи, что выучив, например, латынь, можно не пропасть на улицах Парижа или Рима. Конечно, итальянский и испанский очень даже похожи, но различия между испанским и португальским бывают очень даже существенны. В путеводителе <Бедекер> , который я возил с собой до Батальи, где я его случайно забыл в автобусе, справедливо замечают, что португальское произношение напоминает больше польскую или чешскую речь, нежели романскую. Это действительно так. Обилие <ж> и <ш> делает португальский язык очень похожим на славянскую речь наших западных братьев (хотя они нас уже братьями не считают; ну и Бог с ними: будем с немцами дружить, они нам троюродные братья). Иногда я лукавил и испанские слова произносил по правилам португальской фонетики, но португальцы это мое нововведение восприняли без энтузиазма и старались наставить меня на путь истинный, уча, как правильно называется та или иная вещь. А что, португальский язык может нам еще пригодиться. На нем в Бразилии говорят, в Анголе, Мозамбике, Гвинее-Биссау, островах Кабу-Верде и Сан-Томе и Принсипи. Конечно, кроме Бразилии все перечисленные страны относятся к местам малопосещаемым, хотя сами португальцы свои бывшие колонии очень даже любят. У них вообще своеобразный <комплекс> . Португалия была первой колониальной державой и первой, которая <сдала позиции> . Последние колонии ушли от Португалии в 1975 году, но, зайдя в любой книжный магазин, следует обратить внимание на обилие литературы, посвященной Africa Nossa - <Нашей Африке> , в том числе фотоальбомы, повествующие о старой колониальной жизни и военных кампаниях по усмирению чернокожих повстанцев. Такое впечатление, что португальцы переживают утрату своей страной статуса <мировой державы>. Но зато такая замечательная страна как Бразилия говорит по-португальски. И уже этим можно гордиться.

Мы приехали в Лиссабон днем, в час дня по-местному (разница с Мадридом - один час назад). Ночлег нашли быстро, так что есть время осмотреться в Лиссабоне. Едем на метро до центра и оказываемся в Байше, районе, застроенному по ректагулярному плану после того, как город был почти полностью разрушен землетрясением 1775 года. Нынешний центр Лиссабона несомненно красив, но уж слишком правилен, не в пример Альфаме, району, окружающему Старый Собор (Се) и расположившемуся у подножия замка Святого Георгия. На площади Россиу замечаю группу подвыпивших соотечественников с мутными глазами, которые о чем-то договаривались с группой чернокожих. Чего русским от негров надо в портовом городе, объяснять не надо. Наркота нужна. <Наверное, моряки; застряли в порту, вот и ширяются от скуки> , - подумал я, но ошибся. Просто я столкнулся с представителями двух основных групп рабочей силы в современной Португалии - гастарбайтерами с Украины и Молдавии и африканцами из Анголы и Мозамбика, коих в Лиссабоне не меньше, чем их собратьев из Гвинеи и Сенегала на улицах Парижа. Тяжкое наследие колониального режима. Но нужно ж кому-то на стройках работать и улицы мыть?

Сегодняшний вечер принадлежит Нике. Она играет в мячик на улицах и площадях. Она играет в мячик со всем Лиссабоном и редко кто не принимает в этом участия. Слухи о неприветливости португальцев оказываются необоснованными. Правда, воздушный шарик, врученный нам в закусочной, погиб под колесами автомобиля, а потому не обошлось без слез, но всс равно, первый вечер в Лиссабоне удался.

Если хотите оказаться в самом центре старого Лиссабона, езжайте до станции <Россиу> . Одинаково удобно и для того, чтобы попасть в Байшу, и для того, чтобы подняться в Альфаму. Чтобы добраться до Белена, нужно доехать до станции <Кайш ду Содре> , а там сесть на автобус, курсирующий по Авениде 24 Июля, идущей вдольТежу, хотя ее самой почти не видно из-за длинной вереницы складских помещений. На следующее утро мы отправляемся в Белен.

Все символы Лиссабона находятся в Белене. И сам он символ. Символ начала новой эры - великих мореплаваний. Конечно, полинезийцы начали свои походы по просторам Тихого Океана за 2000 лет до Колумба и Васко да Гамы, да и финикийцы, возможно, плавали вокруг Африки, но то были дела давно минувших дней, европейцам, к тому же, неизвестные. Еще Белен - символ того, как идея мечтателя-одиночки может воплотиться другими людьми с колоссальной силой. Принц Генрих Мореплаватель, брат короля Дуарте, за полвека до великих открытий бредил дальними морскими экспедициями. Этот <Циолковский Океанов> основал морскую школу в Сагреше и снарядил несколько экспедиций вдоль африканский берегов. Португальцы закрепились на Азорах и Мадейре. Сам он в дальних походах не участвовал, был идейным вдохновителем, так сказать. В Белене, напротив Собора и монастыря Иеронимитов, на берегу Тежу, которая здесь уже становится морем, стоит памятник <отцам-первооткрывателям> - Генрих Мореплаватель ведет за собой народ. Как бы не относиться к конечным итогам открытия новых земель, приведших к уничтожению целых народов, нельзя отказать этим людям в мужестве, независимо от того, с какими целями они отправлялись в путь. Как задумчиво сказала Вера, <они даже не знали, есть ли там, куда они плывут, люди, а если есть кто-то, то люди ли это вообще> . На площади перед монументом выложено панно в виде громадной карты мира, на которой обозначены земли, открытые португальцами. Впечатляет.

Здесь встретили весьма колоритный персонаж. Представьте себе: повозка, запряженная парой ослов, сзади бежит собака на поводке, на шатре надпись по-французски "Les Vents des Routes" - <Ветер дорог> . То есть, человек вот так путешествует по дорогам Европы, доехал аж до ее западных границ. Спит у себя в кибитке, осликов держит на подножном корму, благо, бензина не надо. Встретить его здесь - тоже символично; более подходящего места для перекати-поле всех мастей, чем Лиссабон, не найти. По крайней мере, так было в былом.

В кремово-белом Соборе, выстроенном в вычурном и изящном стиле <мануэлино> при короле Мануэле I Счастливчике, который отправлял Васко да Гаму в плавание к индийским берегам и у него здесь же принимал отчет о первом успешном путешествии, находится могила великого мореплавателя. Теперь на фоне его саркофага считают своим долгом сфотографироваться все пришедшие сюда. Внутренний двор, окруженный галереями (клаустро), очень хорош благодаря изумительной резьбе по камню. Тут же, в помещениях монастыря Иеронимитов, расположены Музей археологии и Морской музей. Отсюда можно минут за пятнадцать дойти до Беленской Башни (1515 г), которая уже стала символом Португалии (куда здесь голову не поверни, сплошной символизм). Если подняться по ее лестницам, то попадаешь на площадку, на которой стоит небольшая статуя <Мадонны Доброго Пути> . Рядом с башней, на набережной, аэроплан, на котором в 1922 году был совершен трансатлантический перелет в Нью-Йорк.

Когда выезжали из Белена, хотели заехать в Музей Старого Искусства, но помешала дурацкая забастовка трамвайщиков, в результате чего всех пассажиров, и нас в том числе, ссадили на боковых улицах. Потеряли часа полтора, но выручили штрейкбрехеры, которые вывезли скопившихся на остановках бедолаг в Лиссабон, прямо на площадь Комерсиу, то бишь, Торговую, которая выходит на набережную Тежу. Отсюда рукой подать до Собора (Се) и Альфамы.

Мы поднимаемся по довольно крутым склонам Альфамы у замку Святого Георгия, откуда виден весь Лиссабон. Как тяжело приходится любящим папам, толкающим в гору коляски со своими чадами впереди себя! А тротуары бывают узкие, да еще мощеные крупным булыжником: А какую хорошенькую картину мы представляем, когда идем с рюкзаком и коляской! Хотя видом рюкзачника никого в Европе не удивишь, я думаю, что мы втроем выглядели довольно экзотично. Лучше всего, конечно, Нике: ей-то всего забот, что смотреть вокруг, тянуться ручками к тому, что в сувенирных лавках низко висит и лежит и показывать пальчиком впереди себя, когда папа спрашивает, куда ехать.

По сравнению с андалузскими старыми городскими кварталами, Альфама выглядит несколько аскетично. Оживление привносят стены, облицованные керамической плиткой (можно назвать ее кафелем, а лучше - изразцами), многие из которых несут на себе целые монументальные панно. Эта плитка - азулежу- по существу, национальное искусство Португалии. Производство плитки, по своей цветовой гамме напоминающей нашу Гжель, было начато Маркизом де Помбалом в 1767 году. Теперь, правда, используются и другие тона - бежевые, салатовые, но в основном, конечно, преобладают традиционные цвета. А вот живых цветов на окнах очень даже не хватает. Непонятно, почему португальцы ими пренебрегают. Преобладающий цвет в Альфаме, да и в Байше - серый. Байша напоминает Париж, а Альфама - чисто португальская, ни на что не похожа. Пот улицам поднимаются и спускаются трамвайчики, которых здесь также любят, как и двухэтажные автобусы в Лондоне. Сверху, со стен замка Святого Георгия, Лиссабон кажется разноцветным, как лоскутное одеяло. Это его крыши пестрят. А вдали - белый пароход, входящий в Тежу. Кто знает, может, из Америки плывет.

Наша хозяйка - сама любезность. Мы разложили и развесили постиранное белье для сушки, так она его вынесла на балкон и обратно принесла. Подушки у нас большие, перина мягкая, так что чувствуем себя уютно, как дома. У нас в комнате - умывальник и душ; ванная и туалет - в коридоре. Вообще, полный набор удобств в номере бывал у нас не везде, но это не было неудобством. Во-первых, постояльцев всегда было мало, порою мы вообще были одни. Во-вторых, комнаты доставались нам всегда рядом с этими самыми <удобствами> , так что мы не ощущали их физического отсутствия в нашем номере, а так как мы были очень часто единственными постояльцами, то они были практически в исключительно нашем распоряжении. В третьих, всс очень чисто.

Николай Баландинский, veranika@nm.ru.