Иногда бывает так приятно посидеть на тёплом мягком песке. Но только тогда, когда ты, согнув ноги в коленях, руками зачерпываешь мелкие частички счастья, которые стремительно ссыпаются сквозь промежутки между пальцами ног. Да, я не на море. Я сижу на волейбольной площадке молодёжного лагеря в Болгарии. По сравнению с Сибирью здесь просто душно. Когда собираешься поехать в такую жаркую страну, не забывай об этом, а ещё о том, что твоим постоянным и неизменным спутником будет солнце. Здесь оно светит особенно отчаянно.

Ребята носятся с парой-тройкой солнцезащитных очков, жмурятся и фотографируются. На улицу вывалило несколько подростков в купальниках и с полотенцами. Моя соседка Аня, девушка с раскосыми малахитовыми глазами, молочной кожей и кудрявыми чёрными волосами, шла навстречу мне, повиливая стройными бёдрами.

— Эй! Ты что не идёшь на пляж? — спросила она, поправив розовое парео. Разумеется, это был риторический вопрос. Она бы всё равно меня заставила передумать, поэтому я коротко согласилась.

Могучие волны хлестали, бились со шлёпающим звуком об озорных детей. Это невольно вызывало улыбку. Море здесь тоже особенное. По-особому голубое, прозрачное, наивное, но отчётливо чувствуется сила стихии. Берег сплошь забит туристами, которые лежат на животе и, наверняка, наслаждаются бликами солнца. Возможно, это черта моего характера, но тем не менее я не люблю загорать. Разве не лучше плескаться в ласковой воде и, встречая волну, ложиться на спину, дабы качнуться под её силой. Плаваю я не особенно хорошо, да и волну встречаю под ней, гневно пуская пузыри носом, я ведь не успела задержать дыхание.

— А давайте все вместе под водой пообщаемся?

— Давай. На счёт три, — утвердительно кивнула рыжеволосая китаянка. Как же её зовут? Аля? Я спохватилась вовремя:

— Подождите, у нас же нет очков. — Мне они вообще не нравятся. В них все страшные.

— А ты что без них не можешь глаза открыть? — улыбнулась Аня.

— Нет, конечно. Глаза затуманивает сразу. Я в ванной пробовала.

— Когда ныряешь долгое время, как, например, я, с восьми лет, всё становится чётче намного. Привыкай. Это "айс"! Раз, два, три!

Последние несколько слов прозвучали слишком быстро, послышался жадный всплеск воды вокруг меня. Все ныряли. Я медленно набрала в лёгкие воздух и присела в воду. Тьма тьмущая. Ничего не видно. Хотя нет, это кулак. Передо мной кулак. Что за шутник такой нашёлся? Вылезу — плавки спущу с него. Это не кулак, стоп. Большой палец поднят вверх. Розовый купальник, похоже. А! Аня говорит, что у меня получилось. Я попыталась показать то же самое, но мои глаза защипало. Я встала и вздохнула полной грудью.

— Да хватит тебе! — услышала я голос подруги и поняла, что растираю глаза уже минуты две. Пойдём. Все уходят. Мы едем в Несебр.

Милые дома этого уютного городка простирались от улицы к улице. Чайки сидели на яхтах, катерах и прочих чудах. Крики чудных птиц раздавались во все концы города. Автобус остановился на стоянке, дети вооружились фотоаппаратами, да и я не исключение. Дома были плетёными и райскими, как на картинках гугла. Всё это так не похоже на Россию, с её многоэтажками и натянутым воздухом.

Через десять метров группа увидела статую девушки, которая тут же мне напомнила американскую Статую Свободы. Гордо возвышаясь, она смотрела на море, вдаль. Камни стены были тщательно утрамбованы. Жёлтая высокая стена заканчивалась зубчиками, как у шахматной ладьи. Сбоку располагался подъём, но не официальный, а для экстремалов. Конечно, около шести человек задержались здесь.

— Давай поднимемся. Я первая. Достань фотоаппарат, — попросила Аня.

Я послушалась. Моя подруга грациозно лавировала между камнями. Глядя на неё, можно было удостовериться, что проход не обвалится. Ох, адреналинщица. Зря я так думала. Мне всё же пришлось подняться, и фотографии получились, как говорит Аня, просто "айс". Я прыгала, смеялась, позировала и обнималась с друзьями.

Спустившись, я услышала раздавшийся хохот ребят. Что за чёрт? Все они уставились на табличку. Я подошла ближе. Фраза была переведена на несколько языков. "Трогать запрещено. Штраф 100 левов". И вправду забавно, но нас не застукали.

— Айда на экскурсию.

Мы с Аней остались. Культура и обычаи — это, конечно, интересно, но вот сувениры как-то лучше. Избавиться от шопинга не поможет даже другая страна. Мы обошли все магазины на побережье. Я купила очаровательный календарик на 2 года, 3 варенья из роз и сладостей. А чем питаться в лагере, когда тебя кормят салатами, картошкой, рыбой? Только трёхлитровой газировкой и кучей батончиков из белого шоколада. В России таких нет. Мы регулярно снимали этикетки с еды на память. Фотографировались со всякими вкусностями.

На следующий день нас встречал Созополь. Волшебный город, так напомнивший мне о любимой Греции. Экскурсовод что-то говорил про связь между этими странами, но я прослушала, болел живот. Девушка в очках с золотой оправой и рыжими вьющимися волосами проносилась туда-сюда по залу мгновенно. Молодой гид. Лет двадцать. Музей отличался культурным наследием, вазами древних греков, хрустальной посудой, картинами. А самое главное, нам разрешили бродить, где мы захотим. Это избавляло нас от необходимости догонять рыжую девушку. Мы сами читали подписи, смеялись, комментировали.

Но на меня это производило большее впечатление, чем на остальных. Я с ранних лет увлекаюсь мифологией древней Греции. Это действительно интересно — знать кучу мифов о волшебных героях. Гением я считаю и Гомера, написавшего "Илиаду", в то время как Аня знает только героя мультфильма "Симпсоны".

После этого следовал поход по рынку, который уже успел порядком надоесть. Но я всё же купила серию косметики для мамы "Болгарская Роза". Такие продаются на каждом углу неизмеримых просторов Болгарии, страны роз.

Вечера на базе лагеря проходили так же весело, как путешествия по культуре. Для нас были приглашены аниматоры с глупыми, если честно, шутками, которые даже Петросян не одобрил бы. Мы развлекали себя сами: игрой в волейбол на вечернем пляже, гончарным кругом, которым руководила женщина, хорошо понимающая русский язык. На мой день рождения, который мне пришлось провести в чужой стране, она подписала мне открытку на болгарском. Я обещаю сохранить её.

С этой женщиной с желтоватой кожей, худым телосложением, кудрявыми русыми волосами мы постигали основы забавного языка. Нет, это конечно дело серьёзное, но мы и оттуда почерпнули утехи. Мы говорили "Здравейте" или "Здрасти" каждому прохожему, а они лишь мило улыбались и отвечали не менее приветливо. Со стороны меня везде посчитали бы дурочкой и послали. Но этот народ слишком дружелюбный и доверчивый.

На четырнадцатилетие ребята сделали мне из глины томик "Мифов Греции" и оплатили наш наивкуснейший в мире обед.

Да хватит обо мне. Я хочу рассказать ещё один захватывающий момент путешествия за границу. В 23:00 нашу группу загрузили в автобус. Странно, но за неделю пребывания даже я перестроилась на это время. Понемногу меня клонило в сон, и я зевала, совершенно не отличаясь от доброй половины пассажиров. Спустя час пути автобус остановился, и мы медленно сползли с тёплых синих сидений в холодную безмолвную ночь.

Но только поначалу было безмолвно. Я натянула кофту и пошла за Аней. Зазвучала музыка на индийский манер. Сразу за нашими спинами располагался гость праздника — серый ослик. На его тележке возили за деньги. Сегодня я не в том настроении. Потом мы заметили стены из светлых брёвен. Это было похоже на большую беседку без потолка. У входа стоял толстый болгарин, что-то одобрительно повторяя. Должно быть, "добро пожаловать". Его окружали две тёмноволосые женщины в длинных цветных платьях.

К ним выстроилась целая толпа людей. Я тоже была обязана встать в строй. Когда мы дошли до этой беседки, прошло три минуты. Приветливый болгарин что-то сказал, и две женщины обняли нас. Я удивлённо посмотрела на них, но всё же улыбнулась. Что-то вспыхнуло. Фотоаппарат. Они снимали нас. Далее стоял молодой смуглый парень с каштановыми волосами. Он нас чем-то посыпал.

— Что это? — Я задала глупый вопрос. Он меня не понял и продолжал улыбаться.

— Парень не любит соль, — засмеялась Аня. — Успокойся уже.

— У них ритуал такой, — высказала догадку я. — Что-то он не "айс".

Все места за деревянными столами были заняты. Это место просто кишело засыпающими подростками. В центре танцевали девушки с добровольцами. Забавные костюмы. К тому же там ещё ожерелья из цветов надевали на всех. Это ведь не остров в Новой Зеландии. Странно.

В конце концов, нам нашлось место. Все поели. Скамейки были такими твёрдыми, что поспать на них было просто невозможно. После этого началось шоу. Все вышли на улицу и заняли самые престижные пеньки возле площадки. Взрослый мужчина сидел в позе йоги и пел что-то. Ему подпевали. Затем он принялся танцевать на углях. Потрясающее мастерство.

Эти религиозные праздники мне всё больше нравятся. Люди подбадривали его, садились к нему на ручки, когда он носил их через поле углей. Это было так таинственно, непонятно, загадочно. Ведь это был не парень, который косит под Алладина и ложится на битое стекло. Нет, здесь не было пафоса и иронии. Это была вера. Вера болгарина, которую он демонстрировал.

Я аплодировала, но вскоре мне просто отказали ноги. Пришлось слезть с пня и сесть на корточки. Разумеется, ничего не было видно. Для меня представление окончилось рано. Мы умоляли уехать пораньше и добились своего. Дальше я помню только сигнал автобуса, который так нахально разбудил меня в три часа ночи.

Это был последний день "айса" и эмоций. На горизонте возвращение в Россию. Тем путешествие и хорошо, что когда-то кончается, и ты начинаешь уставать от удивления соседними державами и скучаешь по Родине.

Даша, dikkinz@mail.ru