Содержание:

Я прочитала на 7е множество рассказов о беременности и родах, но когда решила написать свой, не смогла отделить одно от другого. Ведь беременность логически завершается рождением ребенка: первое предопределяет второе…

К содержанию

Беременность

Конец лета 2002 года. Ночь. Я дремлю в ожидании мужа из гаража. Вот он пришел, лег рядом. От него резкий запах бензина, гаражной сырости и парфюма. Никогда так остро не чувствовала ароматы. А "красные дни календаря" задерживаются на неделю. И именно в этот первый момент я точно знала уже, что беременна.

Утром сделала тест – четко положительный.

– Дорогой, я беременна, у нас будет ребенок... – сообщила мужу.

– Прекрасно! У нас будет сыночек!

Мой любимый не растерялся и ни разу ни в чем не усомнился, чего нельзя сказать обо мне. С одной стороны, пресловутая неуверенность: мне 21, никто из нас не работает, остался последний курс института, муж через этот год должен вернутся домой в Ливан... А с другой – обоюдная любовь и его желание иметь ребенка. И все-таки колебания уступили место уверенности: у меня будет ребенок!

Забегая вперед, скажу, что беременность была достаточно нервной по многим критериям. Даже разборки с ЖЭУ по поводу забитой канализации и то пришлись на этот период.

После всех волнений пришел момент посетить ЖК. Я обратилась в ту, что по месту моей фактической прописки.

Зашла в кабинет, села перед врачом.

– Что вас беспокоит? – спросил эскулап.

– Доктор, по-моему я беременна.

– Да? И что делать будем?

Повисла пауза. Далее осмотр на кресле и комментарий: "Сейчас сказать трудно, точно ли наступило зачатие. Вы приходите через недельки 3-4". Попросту говоря, врач не хотела ставить меня на учет на ранних сроках, а то вдруг что… Это же плохая статистика для медучреждения.

Но мое же любопытство не удовлетворено. Тогда я обратилась к частному гинекологу, у которой проходила профилактические осмотры. Врач откровенно посмеялась над своей коллегой и безапелляционно заявила о сроке в 3-4 недели. Дала рекомендации. И не раз в последствии консультировала.

Далее предстоял разговор с моими родителями. Новость имела эффект разорвавшейся бомбы. Аргументы были железные и во многом подчинены рационализму. Отношения были испорчены почти на весь период беременности. Моим родителям потребовалось почти 9 месяцев, чтобы смириться с моим выбором.

Скажу отдельное слово о токсикозе. Меня он мучил до 20-й недели. Причем это не просто приступы дурноты и тошноты, а безудержная рвота в любое время суток. Каждое утро начиналось с обнимания "белого камня" Спровоцировать могло что угодно: запахи, еда, транспорт, непотребный вид чего-либо. Это очень выматывает.

Наступила 10-я неделя беременности. Нужно было все-таки становится на учет. Теперь я уже пошла в ЖК по месту проживания. Но так как с врачами не заладилось с самого начала, то чего уж ожидать... Мне досталась врач лет 55, казалось бы, за плечами солидный опыт. Ан нет. Тактика запугивания присутствовала во всем. Угроза выкидыша у меня, по-моему, была непрекращающаяся. И это притом, что чувствовала я себя прекрасно, анализы в норме, не отекала. Инфекции не выявлялись. Правда, вес после 20-й недели, когда закончился токсикоз, рос стремительно. Становилась на учет с 55 кг, а рожала – 70 (!). Это сказалась вторая смена в институте, объедалась на ночь. Время от времени мучила изжога. А на 15-й неделе жутко болел копчик – ребенок рос, раздвигая кости таза. Были жуткие судороги, и врач разрешила таки пропить месяц препараты, содержащие кальций, помогло. Всю беременность я плохо спала – это уже глубокая психология. Жуткий сон помню до сих пор. Трижды меня пытались уложить на сохранение, но я храбро сопротивлялась.

Когда заходила в кабинет, разговор между врачом и медсестрой был исключительно о раковых больных на участке. Но зато рассказы о нашем межнациональном браке, такой редкости для провинциального Курска, могла бы слушать часами. А что расскажешь-то, все как у всех, ну, может быть, с некоторыми вариациями.

Напоследок перлы. На мой вопрос "Можно ли принимать витамины для беременных?" было получено: "Нет! Еще неизвестно, как они (витамины) влияют на развивающегося ребенка".

В 20 недель ребенок лежал в тазовом предлежании. "Ты кандидат на кесарево сечение", – компетентно заявила доктор. Вышла из кабинета даже не помню как. Позвонила знакомому врачу-гинекологу с этим вопросом. Она ржала в голос.

Одежду для беременных я никакую специально не покупала, да и магазинов тогда как-то не было. Сначала долго не было видно живота, а потом к Новому году купила обычные брюки на 2-3 размера больше. Блузки свободного покроя висели в шкафу, да и удобная обувь тоже нашлась. Единственным специальным приобретением стал универсальный бандаж, который очень выручал, ведь спина болела нешуточно.

Время шло, и нужно было определяться с роддомом и врачом, который примет роды. Так как муж являлся студентом мединститута, то быстренько подыскал подходящую кандидатуру – Елена Николаевна. К тому же у нее рожала наша знакомая, осталась очень довольна. По совместительству она еще и врач-УЗД. Последние исследования проводила моя врач. Она-то и сообщила, что у меня будет мальчик. На подсознательном уровне я всегда знала это. Даже одежду и принадлежности покупала только для масиков.

В приметы особо не верила. За беременность один раз стриглась. Для ребенка купила все, на свой вкус и разумение. И сколько было радости от покупок! Пеленки, распашонки и чепчики сама кроила из ткани. А подружка оверложила. Постель пошила тоже сама. Коляску купили. Кровать и стульчик для кормления остались еще мои. Так что слишком затратно не было.

В феврале я шла из больницы, но не по тротуару, а по дороге – было все занесено. Слышала, что сзади ехала машина. Посторонилась. Но... машина слегка поддела меня бампером. Когда падала, только и думала: только бы не на живот. Упала на четвереньки. Водитель выскочил из машины молниеносно.

– Девушка, что с вами? – цеплялся за руку.

– Мужчина, подождите, дайте определиться, что со мной.

Последствий никаких не было. Но это я восприняла как знак: то, что далось так легко, так же может и потеряться. То есть я недооцениваю свое интересное положение, своего малышка.

Еще скажу об учебе в институте. Да, было сложно, но мы справились. Более того, закончила высшее учебное заведение блестяще, с красным дипломом. Это очень приятно, так еще оправдала надежды родителей. А родился мой малыш аккурат после госэкзамена, но перед защитой диплома.

К содержанию

Роды

6 мая 2003 года, 37 недель. Раннее утро, около 03.30. Стал прихватывать живот с периодичностью где-то час, но как-то очень слабенько. Проспала до утра.

Это был первый рабочий день после майских праздников. В моих планах была поездка в институт для сдачи последней части диплома на проверку. Уже закрались сомнения, а вдруг рожу. Но как-то все смазано. Да еще живот расстроился, а организм уже сам начал чиститься перед сложной работой. При утреннем туалете увидела вывалившуюся слизь с прожилками крови.

Но все-таки собралась и поехала через весь город. Работу сдала, все нормально, терпимо. Зашла к дипломному руководителю, но ее замечания слушала уже с трудом.

Вышла около 12 дня и сразу позвонила врачу.

– Елена Николаевна, по-моему, я рожаю.

– Ну приезжай, к 15.00, посмотрим.

Перезвонила мужу. Но почему-то отказалась, чтобы он за мной приехал на машине. Загадка. До дома я добралась в коматозном состоянии.

Дома был уже муж, Он что-то поел, а я выпила чашку зеленого чая. Пыталась подремать, но меня уже колбасило по полной.

Пакеты были собраны задолго до часа Х. Поехали.

В приемной меня сразу встретила моя врач, провела в смотровую и сказала: "Поздравляю, ты в родах. Почти полное раскрытие!" Боже, а я столько каталась.

Пока мужу выносила вещи, слышу, Е. Н. говорит ему: "Далеко не уходи, она скоро родит". Меня это обнадежило.

Далее сделали мне все положенные моционы: бритье, клизма, выдали страшненькие такие халат и рубашку.

Отвели в предродовую. Здесь стояло 3 кровати, в смежной комнате гинекологическое кресло. Я была единственной роженицей на тот момент. Е. В. пришла с заведующей отделения, чтобы провести еще осмотр. Сказали, что сейчас проколют плодный пузырь и это не больно, после этого схватки пойдут активнее. Действительно, было не больно, и из меня потекла тепленькая водичка. Воды были светлые.

Заведующая еще сделала комплимент мне: мол, почти полное раскрытие, а ведет себя достаточно тихо. Но на тот момент я и не знала, что будет так больно. Следующие два часа я плакала. Плакала от боли, одиночества.

Е. В. периодически заходила. Мне разрешила посидеть на судне. Я еще после клизмы (пардон) заметила, что на унитазе схватки легче переносятся. После последнего осмотра мне была прочитана врачом лекция о важности происходящего момента. Рождается человек!

Потом меня переодели в одноразовую рубашку и провели в родильное. Это было большое помещение. Стол меня сразу насторожил: дурацкие поручни. Которые к тому же переставили дальше от рук и велели держаться за них. Я плохо представляла, как в такой позиции можно вообще лежать, не то что рожать.

Схватки стали ослабевать, Е. В. щипала за живот. Велели "какать". Это получалось плохо, напряжение шло в лицо. Но более того, никаких потуг я вообще не чувствовала. Сначала акушерка хотела меня разрезать, но потом передумала и сказала врачу: "Она сама, сама". Дело не продвигалось. Акушерка даже предлагала потрогать волосатенький затылочек, что бы хоть как-то мотивировать. На тот момент я отказалась от столь экстремальных побуждений. Ребенок застрял и не продвигался. Е. В. легла на мой живот и выдавила сыночка. Но он не закричал, повисла тишина... Оказалось, что у моей лапушки 2-е тугое обвитие пуповиной. Закряхтел он только после того, как почистили дыхательные пути. Время 18.30.

Показали сразу после этого. Он точный папа! Обработали, запеленали. Приложили к груди, а я все приподнимала голову, стараясь его получше рассмотреть. Акушерка отпустила комментарий: "Ты думаешь, мы неправильно приложим его к груди?" Ребенка отнесли в детское отделение, а мной занялась Е. В. Оказалось, что я все-таки разорвалась, вверх. Разрыв около 2 см. Пришел анестезиолог… Пришла я в себя где-то минут через 10. Голова мотается, как у куренка, а я все спрашиваю: "Ну все?" Е. В. отвечает: "Все, все".

Перегрузили на каталку и вывезли в коридор, там я отлежала положенных 2 часа. За это время успела всех обзвонить, поделиться счастливой новостью. Около 21.00 перевели в палату. Там я сразу и заснула.

На следующий день встала бодрячком, если это можно так назвать, в 6.00 и пошла искупалась. Пришло время осваиваться. Нас в палате было трое. Свой душ и туалет. И к тому же первый этаж располагал к общению с родственниками прямо через открытое окно. Благо было достаточно тепло. Пришел муж. Поздравил. А у меня от натуги в лице полопались мелкие капилляры. Муж догадался, что было тяжело, но все-таки спросил: "Ну что, больше рожать не будешь?"

Конечно, на первые сутки ребенка на кормление не принесли. Но и на вторые тоже. Ответ медсестер был один: "Придет после обхода педиатр, все скажет".

Неприятно холодило сердце. Детский врач заявила, что ребенок срыгивает водами и кровью, пока под наблюдением в детской реанимации. Вечером можно посмотреть. Но сказала она это так, как будто это я за ним не досмотрела и упустила.

Вечером пришла посмотреть на своего мальчика. Он лежал около окна, в кювезике неподключенном, в одном памперсе. Мы с ним поздоровались, разрешили подержать за ручку.

На следующий день мне так и не удалось попасть в реанимацию, говорили, что педиатр занят. А потом выяснилось, что у моего сыночка левосторонняя пневмония с высоченной температурой. Правда, посмотреть можно было. Он грелся под лампами, уже одетый, и кушал. Головка с запекшимися корочками от иголок капельниц.

Врач похвалила масика: "Хоть и высокая температура, а кушает хорошо". Я погладила свою кровиночку по головке, а он перестал сосать, испугался. Ведь он не знает моего запаха, прикосновений.

А дальше лечение, дорогостоящие антибиотики: от простейшего гентамицина до фортума. На кормление мне так его не разу и не принесли.

Почти пред выпиской мне сделали УЗИ. Диагноз: воспаление полости матки. То есть послед вышел не весь. Требовалась чистка. Е. В. задаю вопрос: "Чем будете обезболивать?" Ответ: "Димедролом". После манипуляций врач быстро ретировалась, а я навела ревизию: вместе с инструментами в тазу были 2 больших куска последа.

Я и это пережила, и только потому, что моего ребенка переводят в детскую больницу долечиваться и я просто должна уйти с ним.

Выписали на 7-е сутки. Кое-что удалось записать на видео, есть фото. Когда мужу вручили ребенка, он так трогательного его рассматривал. А когда позже его спросила: "Тебе страшно было брать ребенка на руки?"

– Нет. Мне просто хотелось забрать его домой, а еще он так похож на тебя!

Перевозили нас на "скорой помощи", с нами было еще 2 малютки. Это утро около 9.00. Дороги достаточно заполнены. С мигалкой "скорую" не пропустил никто!

Лечение в больнице – это другая история, о ней расскажу позже.

С врачом честно расплатились, просто оказались в зависимости: муж сдавал у Е. Н. госэкзамен.

Но до сих пор остались вопросы. Почему при достаточно нормальном протекании беременности мы имеем такие последствия? Почему нельзя было сразу отделить хорошо послед? Наверное, ответов нет.

Кто-то, прочитав, скажет, что это очередные страшилки. Нет. Просто это мой опыт, правда, уже имеется и другой.

P.S.: Сына зовут Али. И нам уже скоро 5 лет!

Ольга Колпакова, olga_barakat@yahoo.com.