Содержание:

Домовой Иван Иванович сидел на кухне у помойного ведра, вздыхая, вытаскивал оттуда картофельные очистки, брезгливо жевал их и беседовал с моим котом Василием.

- Эх, Василий, ну что за жизнь настала? В прежние-то времена нам, домовым, хозяйки каждый вечер плошку с кислым молочком или с кашкой выставляли, да еще уговаривали покушать! А теперь? Тьфу! - тут он замолчал, чтобы перевести дыхание, затем продолжил:
- А работы сколько было? Всю скотину умой, причеши, приласкай! А теперь что делать? Может, тебя Василий, причесать или, домовой хихикнул, - вымыть? - Василий недовольно фыркнул. - Ладно, ладно, пошутил я. Не обижайся, - тут домовой заметил меня и горестно вздохнул. - Ну вот, остатки ума теряю, человека не вижу.

Я сделала вид, будто ничего не замечаю, а Иван Иванович медленно, как будто с трудом, прошел сквозь стену.

Нельзя сказать, чтобы появление домового было для меня неожиданным: странные шорохи на кухне повторялись так часто, что я давно решила: дело тут нечисто! Я взглянула на помойное ведро и от всей души пожалела Ивана Ивановича (почему-то я сразу догадалась, что его так зовут): бедный, бедный! Какую гадость ему приходится есть! А ведь во всех сказках написано, что домовой охраняет дом от несчастий. Ну что ж, значит, надо ему кислое молочко ставить!

*****

Какое-то время Ивана Ивановича совсем не было видно. Правда, молочко он выпивал исправно и, как потом выяснилось, оно ему очень нравилось.

На кухне у меня время от времени происходили настоящие чудеса: посуда сама собой мылась, а пол стал таким чистым, что на нем есть можно было. Но сам домовой не показывался, лишь изредка мелькал кончик его серого плаща. Однако все это было только началом нашей истории.

*****

Однажды, вернувшись с работы, я узнала, что у нас появилась новая соседка. Ее звали Магда Кузьминична. Это была высокая блондинка лет сорока. Вместе с ней поселился странный зверь, не похожий ни на одно известное мне животное: уши у него были круглые, как у хомяка, хвост крючком, как у собаки, морда, как у обезьяны, но с подвижным крысиным носом, а лапы когтистые, как у кошки. Хозяйка утверждала, что это пес редкой породы и любовно величала его "Пупсиком". Но мы с Василием решили: не бывает таких собак! И оказались правы, потому что в придачу ко всему это существо передвигалось то на задних, то на передних лапах, лазило по деревьям и корчило отвратительные рожи. В общем, нам оно не понравилось.

Не прошло и трех дней с их приезда, как все соседи стали жаловаться, что в их квартирах творится что-то неладное: то двери ни с того, ни с сего скрипеть начинают, то мусор из ведер высыпается. А одна соседка вышла утром на кухню, а там весь пол клеем залит! Пока она его отмывала, три тряпки испортила! Очень едкий клей оказался.

У меня пока ничего такого не случалось, но зато я снова увидела Ивана Ивановича. Он сидел на кухне и поджидал меня.

- Хозяюшка, собаку в дом надо, сторожа. Один я с Паршивцем не справлюсь.
- А кто это - Паршивец?
- Да вон он, на дереве сидит, - домовой указал на окно. Я выглянула и увидела того самого мерзкого зверя нашей соседки.

"Так он - Паршивец?" - хотела, было, спросить я, но Ивана Ивановича уже нигде не было.

Я решила послушаться домового, ведь он лучше меня в таких делах разбирается. Только какую собаку выбрать? Иван Иванович сказал - сторож нужен, а я злых собак не люблю.

Все решилось само собой. Вечером мы с Василием гуляли в парке. Вдруг он свернул в боковую аллею и исчез. Не было его так долго, что я уже начала волноваться, но тут увидела, что Василий возвращается бок о бок с огромной черной собакой. Так и стала жить с нами еще и Герда.

Паршивец невзлюбил ее с первого дня. Стоило нам появиться во дворе, как он взбирался на вершину самого высокого дерева и орал оттуда диким голосом. Безобразничать у соседей (как вы, несомненно, догадались, это было его лап дело) он стал реже, но если уж забирался к кому, то все вокруг портил до невозможности: бил стекла, раскурочивал водопроводные краны, ломал мебель, рвал занавески, гадил повсюду. А когда пытались жаловаться его хозяйке, та только пожимала плечами и говорила:

- Не понимаю, при чем здесь мой Пупсик?

*****

Однажды разразилась страшная гроза. Ветер выл и изо всех сил пытался распахнуть окна. Молнии вспыхивали каждую секунду. Я с трудом заснула, но проспала недолго. Меня разбудил страшный крик. Я выбежала на кухню, но не смогла рассмотреть ничего, кроме странного серебристо-серого комка, перекатывавшегося из одного угла в другой. От страха я не могла шелохнуться, но при вспышке очередной молнии увидела, что Василий с Иваном Ивановичем сидят, обнявшись, на холодильнике и внимательно следят за происходящим.

Снова сверкнула молния, комок разлетелся в разные стороны, и оказалось, что это Паршивец и Герда. В тот же момент домовой вскочил на стол, схватил приготовленную веревку и заарканил Паршивца. Василий прыгнул зверю на голову и стал отчаянно царапать и кусать его, а Герда - самая добрая собака, какую я встречала, - оскалила зубы и снова бросилась на Паршивца.

Тут раздался оглушительный раскат грома, на несколько секунд все погрузилось в полную тьму, а когда посветлело, оказалось, что гроза кончилась.

Я взглянула на пол и увидела, что вместо Паршивца там лежит куча вонючей грязи. Не успела я расстроиться, что придется все это убирать, как Иван Иванович дернул меня за рукав и протянул прутик от веника.

- На-ка, хозяюшка, стукни эту пакость три раза.

Я послушалась домового - ведь он лучше меня знает, что делать в таких случаях, - и грязь исчезла.

Исчезли также Паршивец и Магда Кузьминична. Но память они о себе оставили крепкую: в ночь, когда на моей кухне разразилась битва, во всем подъезде разбились стекла, а лестницу залила вонючая жижа, точь-в-точь такая, с какой я быстро справилась благодаря Ивану Ивановичу.

К великому моему огорчению, в ту же ночь пропала и Герда.

Но через два дня все загадки разрешились. Мы с Василием сидели на кухне. Я пила чай, а он - молоко. Вдруг кто-то позвонил в дверь. Я пошла открывать. На пороге стояла высокая брюнетка.

- Здравствуйте, можно войти? - от неожиданности я растерялась, не знала, что и сказать. Поэтому просто впустила незнакомку. Она уверенно прошла на кухню, оглянулась по сторонам и позвала:
- Иван Иванович!
- Здесь я, Гердушка! - отозвался Иван Иванович, который, видимо, только этого и ждал. - Хозяюшка, что же ты стоишь? Гостей ведь угощать надо!

Я быстро накрыла на стол и через пять минут мы уже вместе пили чай, и Герда с Иваном Ивановичем рассказывали мне все с самого начала.

*****

Когда-то давным-давно, когда на свете еще не было ни машин, ни железных дорог, ни самолетов, у Белой Ведьмы Магды родился сынок. Был он ведьмак-не ведьмак, домовенок-не домовенок, - черт-те что! И маленький - не больше кошки ростом. Все его жалели, баловали, а он стал пакостником, каких мало. Вот и прозвали ведьминого сынка Паршивцем. Но он на такую кличку не обижался - знай себе свинничал. И вот не выдержала нечисть, собралась, пришла к Магде и говорит:

- Забирай своего Паршивца и убирайся, куда хочешь!

Обиделась Магда, но подчинилась. И с тех пор то в одной, то в другой деревне начинали всякие пакости происходить, вроде тех, что у нас в доме. А потом времена сменились и Магда с Паршивцем притаились где-то, выжидали. Никто бы о них и не вспомнил, если бы они не поселились в нашем доме, а Иван Иванович не подслушал бы их разговор и не узнал, что эта парочка хочет устроить здесь поганое болото. Потому что на том самом месте, где я сейчас живу, рос лес, из которого их когда-то выгнали, и теперь они решили вернуться в родные места и стать там хозяевами.

Тогда домовой передал с Василием послание Герде-хранительнице, доброй ведьме, потому что она одна знала, как справиться с Паршивцем. Известно было, что у этого недоведьмака душа кошачья, и справиться с ним сможет только собака. Поэтому Герда обернулась собакой и оставалась в ее облике, пока не справилась со своим делом.

Конечно, если бы Магда от старости не начала глупеть, Герде пришлось бы труднее, но Белая Ведьма до последнего не понимала, что ее Пупсику грозит опасность, которую он сам сразу почуял - вы помните, как Паршивец орал при виде собаки.

Так и закончилась эта история. Герду с тех пор я ни разу не видела, а с Иваном Ивановичем мы теперь каждый вечер на кухне сидим, разговариваем. Я чай пью, они с Василием - молоко.

*****

А еще я слышала, что где-то видели женщину, очень похожую на Магду. На поводке она вела точную копию Паршивца. И вот… Совеем забыла - это уже другая история!

К содержанию

2. Паршивец и желтая собака

Теплым солнечным утром Паршивец вылез из окна их с Магдой новой квартиры и взобрался на дерево, чтобы вдоволь поорать:

- У-у-у! О-о-о! Хи-хи-хи! Угу-гу-гу!

Увидев, что из соседнего двора пришла старая желтая собака, он вскарабкался еще выше и завопил еще громче:

- У-у-у-ужас! Ой-ей-ей! Ай-яй-яй!

Тем временем желтая собака подошла к дереву и села рядом. Она подняла сперва одно ухо, потом другое. Затем так же по очереди их опустила и вздохнула - ей явно надоело слушать вопли Паршивца.
- Ты чего орешь? - спросила она. От неожиданности Паршивец чуть не свалился с дерева.
- Ты что-то сказала? - удивился он.
- Во-первых, к старшим нужно обращаться на "вы", - начала желтая собака.
- Это еще вопрос, кто из нас старше!
- Во-вторых, не перебивай старших, - невозмутимо продолжала она. - И, в-третьих, я спрашиваю, почему ты орешь?
- Я не ору, - почему-то обиделся Паршивец. - Я кричу от страха.
- Кого же ты боишься?
- Тебя.
- Меня? - удивилась желтая собака.
- Да, тебя. Я всех собак боюсь.
- Позволь спросить, почему?
- А-а... а потому что вы злые и кусючие, - нашелся Паршивец.
- Спускайся вниз, - потребовала желтая собака.
- Не-а.
- Спускайся, спускайся, не укушу.
- А точно не укусишь?
- Точно, точно. Спускайся.

Паршивец спустился и робко подошел к желтой собаке. Она обнюхала его, фыркнула и спросила:

- А ты кто такой?
- Я - Паршивец, - гордо ответил Паршивец.
- Паршивец... Мда-а... - задумалась желтая собака. Она думала так долго, что Паршивец забеспокоился:
- Ты чего молчишь? Язык проглотила?
- Во-первых, я, кажется, уже говорила тебе, не перебивай старших и не груби!..
- Это еще вопрос...
- И, во-вторых, не перебивай!
- А что - в-третьих? - поинтересовался Паршивец.
- А, в-третьих, я думаю, нужен ли мне Паршивец?
- Подумаешь! - обиделся Паршивец. - Ты мне тоже не больно-то нужна!
- Тем лучше, - ответила желтая собака и скрылась в соседнем дворе.
- Эй, постой! - разочарованно крикнул Паршивец и бросился вдогонку. Но желтой собаки уже нигде не было: ни в соседнем дворе, ни на улице.

Целых три дня Паршивец сидел во дворе дома в ожидании желтой собаки - даже про пакости на это время забыл, но та не появлялась. На четвертый день странное происшествие стало казаться Паршивцу всего лишь сном, и он с новыми силами взялся за свои делишки, чтобы наверстать упущенное. И вот, неделю спустя соседка вышвырнула Паршивца из окна кухни, где тот устроил настоящий кавардак: побил посуду, загадил пол и перевернул вверх дном кастрюли с супом, молоком и овощами. С криком:

- Караул! Убивают! - он свалился прямо на спину Желтой Собаки.
- Держись крепче, - спокойно сказала она и побежала прочь. Собака бежала так быстро, что через минуту они были уже за городом.
- Куда ты меня тащишь? Я есть хочу! Я к маме хочу!
- О Господи! - вздохнула Желтая Собака. - Говорила им - старая я уже с младенцами возиться! Нет - послали меня. Ох-ох-ох-о… Ну, а что ты ешь?
- Кашу! Манную! С вареньем! С клубничным!

Желтая Собака посадила Паршивца под куст, а сама убежала. Через несколько секунд она вернулась, держа в зубах тарелку, поставила ее перед Паршивцем, затем сбегала еще куда-то, принесла бумажный пакет. Откусила от него один уголок, ухватилась зубами за другой и ловко высыпала содержимое пакета в тарелку. Паршивец с удивлением понял, что перед ним манная каша с клубничным вареньем.

- Ешь. А я пока расскажу, зачем ты мне понадобился.

Паршивец с жадностью набросился на еду, а Желтая Собака рассказывала:

- Мы направляемся с тобой в Царство Собачьих Грез. Каждый год так рождается новая Великая Собачья Греза, и так уже повелось, что распознать ее среди других, более мелких, грезок может только кот. Но в этом году должна родиться очень странная Великая Собачья Греза, и узнать ее обычный кот не сумеет. Поэтому нам и нужен ты - недокот-недопес-недоведьмак.

Тем временем Паршивец доел кашу и стал с восторгом вылизывать тарелку. Он слышал, что говорила Желтая Собака, но смысл ее слов, казалось, обходил стороной его маленькую головку.

- Ну, поел? Теперь садись на меня и держись крепче, - велела Желтая Собака. Паршивец послушно сел и они понеслись...

*****

Когда Желтая Собака и ее спутник приблизились к Царству Собачьих Грез, до полуночи оставалось лишь пятнадцать минут. Паршивец с удивлением заметил, что огромные стражи-доберманы у ворот почтительно поклонились им и дали войти. Но еще больше он был поражен тем, что оказалось за воротами: огромные собачьи будки парили над землей, вокруг них летали сахарные косточки, резиновые мячи и другие игрушки. Сами Собачьи Грезы были большими и полупрозрачными. Они спокойно кружились вокруг будок, а кости, палочки, мячики проходили сквозь них.

- Вот и добрались, - сказала, наконец, Желтая Собака, и Паршивец обнаружил, что они стоят возле огромного фонтана в виде плошки, в которой лежит розовая сосиска. Вокруг фонтана стояли двенадцать колыбелек, покрытых одинаковыми зелеными покрывалами, расшитыми великолепными косточками.
- Вот двенадцать грез этого года, - сказал кто-то за спиной Паршивца. Оглянувшись, он увидел огромную белую собаку ростом, наверное, с пятиэтажный дом. - Ты должен узнать, которая из них - Великая Собачья Греза.
- А-а ты... а вы, вы - кто? - спросил Паршивец.
- Я - Царь Собачьих Грез, - гордо ответила белая собака. - Ну, начинай же. До полуночи только три минуты. Если ты за это время не узнаешь Великую Собачью Грезу, мы все погибнем. Царство Собачьих Грез не может существовать без новой Великой Собачьей Грезы.

Паршивец неуверенно подошел к одной колыбельке, потом - к другой, к третьей… Они были совершенно одинаковые. Что делать?

"И зачем я только полез сегодня к этой соседке? Сидел бы себе дома, спал бы", - подумал он.

- Торопись, осталась одна минута, - напомнил Царь Собачьих Грез.

Паршивец все еще стоял в нерешительности, когда вдруг заметил, что одна из колыбелек начала еле заметно раскачиваться и послышался тихий собачий лай.

- Вот она! Вот! - радостно воскликнул Паршивец, указывая на раскачивающуюся колыбельку. И в этот самый момент часы пробили полночь.
- Ура! Ура! - послышалось со всех сторон. В небо взлетели тысячи фейерверков, а из колыбельки показалась... Самая обыкновенная, настоящая собачка! Да-да! Великой Собачьей Грезой в этом году стала Живая, не волшебная собака. Ведь любой мечте хочется воплотиться в жизнь.

- Проси чего хочешь! - сказал Паршивцу Царь Собачьих Грез. - Мы может подарить тебе лучшие сахарные косточки, сделать тебя самым сильным и красивым. Или еще лучше - ты станешь Верховным Искателем Грез. Правда, для этого тебе придется остаться с нами, - чуть смущенно добавил Царь.

Паршивец зевнул и сказал:

- Я домой хочу. К маме. И еще. Пусть соседка больше не сердится, а то она обещала хвост мне оторвать.
- Будь по-твоему. Только помни, когда ты опять полезешь пакостничать, мое колдовство потеряет силу, и соседка опять выбросит тебя из окна.

"Если поймает, конечно", - подумал Паршивец, засыпая на мягкой спине Желтой Собаки. Он спал так крепко, что не заметил, как очутился дома. И утром долго вспоминал Царство Собачьих Грез как чудесный сон.

К содержанию

3. Паршивец и Речное Чучелко

Паршивец удобно устроился среди прибрежных камней и печатал на машинке свои мемуары. Вечерело, над водой стелился туман. Приближающаяся темнота не смущала нашего героя, ведь будучи одним из представителей семейства кошачьих он ночью видел так же хорошо, как и днем. Время от времени Паршивец отрывался от своего занятия, мечтательно закрывал глаза и с наслаждением вспоминал самые радостные моменты последних трехсот лет жизни. Он и сам не знал, зачем взялся за мемуары, ведь потомков у него не было, а с правилами вежливости состоял в натянутых отношениях, и, значит, не мог надеяться, что его творение кто-нибудь захочет опубликовать. Но сама мысль "я пишу мемуары" наполняла его душу сознанием собственной значимости. Паршивец от упоения своим новым занятием даже не разбил за весь день ни одного окна, не показал язык ни одному прохожему и ни разу не завопил дурным голосом. Между тем заметно похолодало и, с сожалением задвинув машинку в кусты, он уже собирался уйти домой, как вдруг услышал странный шум, оглянулся и увидел у самой воды непонятное существо с двумя рыбьими хвостами, перепончатыми, как у лягушки, лапами и поросячьей мордой. Паршивец от удивления раскрыл рот и уставился на незнакомца.

- Привет! - радостно хрюкнуло существо.
- Привет, - все еще не придя в себя отозвался Паршивец. - Ты что, речная русалка?
- Вот глупый! - засмеялось существо. - Какие могут быть русалки в такой грязище?! Я - Речное Чучелко! - хрюкнуло Чучелко и скорчило рожу (как вы уже догадались, наше новое знакомое и Паршивец были просто родственными душами).
- Здорово! А я - Паршивец! - крикнул Паршивец и от избытка чувств завопил: - Угу-гу! Ого-го!

Чучелко от души расхохоталось:

- Какой же ты смешной!
- И ты тоже!

Теперь они смеялись вместе.

- Чему это вы так радуетесь? - раздался скрипучий голос откуда-то из-за кустов. - Можно подумать - друзья навек...
- А тебе-то что? - возмутился Паршивец. - Да и вообще, ты кто такой?!
- Береговой я, - ответил тот же голос.
- Кто-кто? - одновременно переспросили Паршивец и Речное Чучелко.
- Береговой, - повторил голос, и тут из-за кустов вышло нечто мохнатое, обвитое водорослями. - Бывают водяные, бывают лешие, а я - Береговой.
- А с чего ты взял, будто мы друзьями быть не можем? - поинтересовался Паршивец. - По-моему, мы так похожи, что только друг с другом дружить и сможем.
- Нет, не сможете! Хотя и, правда, похожи, очень, что от одного, что от другого только пакостей и жди! - хихикнул Береговой. - А друзьями вам все равно не быть, потому что один в воде живет, а другой - на суше. А значит, пакостничать вместе вы не сможет.
- Ну и пусть не сможем! - фыркнуло Водяное Чучелко. - Мы будем без пакостей дружить.
- А там глядишь - и сюда кто-нибудь придет, - добавил Паршивец. - И вообще, мы не пакости делаем, а развлекаемся, ничего ты не понимаешь, - ему вдруг стало обидно, что его так низко ценят и, вместо того, чтобы порадоваться его дару юмориста, называют пакостником.
- Ладно, весельчаки, поживем - увидим, - хмыкнул Береговой и скрылся в кустах.

Тут Паршивец вспомнил, что уже собирался домой.

- Ну, я пошел, - вздохнул он. - Меня мама-Магда ждет. До завтра. Ты ведь придешь завтра?
- Ну конечно, - радостно ответило Чучелко. - Мы ведь теперь друзья.

*****

Так прошел целый месяц. Паршивец каждый день приходил на берег и продолжал писать мемуары. Затем приплывало Чучелко, и они вместе развлекались: рисовали углем на камнях смешные картинки, строили замки из песка и просто разговаривали. Иногда к ним приходил Береговой и рассказывал разные интересные истории. И хотя он продолжал посмеиваться над нашими друзьями, они очень к нему привязались.

И вот однажды Паршивец, как всегда, отправился к реке. Дорога занимала у него обычно уйму времени - ведь еще не все в городе привыкли к его странной внешности, и Паршивцу приходилось уворачиваться от любопытных, которые хотели схватить его и утащить в зоопарк. Когда кто-нибудь протягивал к нему руки, Паршивец моментально забирался на дерево и принимался корчить рожи, затем скрывался так быстро, что прохожий в недоумении потирал глаза и шел дальше, думая, что ему померещилось.

Наконец, он добрался до берега. Речное Чучелко уже дожидалось его.

- Где ты ходишь?! Тут такое творится!!! - воскликнуло Чучелко, едва завидев Паршивца.
- А что стряслось? - забеспокоился Паршивец: он заметил, что морда у Чучелка вся в синяках.
- Меня хотели схватить и утащить в зоопарк!
- Ну и денек! Меня всю дорогу пытались поймать, добираться пришлось дольше, чем всегда, и тебе, оказывается, досталось!
- Да, чуть-чуть не схватили, хорошо хоть Береговой помогать кинулся… Они меня отпустили, а на него набросились, - Чучелко всхлипнуло.
- И что же?! - глаза у Паршивца стали круглыми, как блюдца.
- Утащили!
- Куда?!
- Да в зоопарк же!
- Берегового - в зоопарк? Но ведь мы не звери, мы - нечисть, нас никого нельзя в зоопарк отправлять, если нас запереть - весь мир рухнет!
- Разве они понимают?!! Люди ничего не понимают, они глупые, а сами думают, будто самые умные, все знают, все понимают, поэтому и в нас не верят. А теперь без Берегового берег обрушится.
- Вот ужас-то! - Паршивец обеспокоился не на шутку, он сразу подумал, что другого такого удобного места, где можно писать мемуары, он не найдет.

Речное Чучелко вздохнуло, плюхнулось в воду, чтобы немного охладиться, затем снова вылезло на камень.

- И что теперь делать? - горестно вздохнуло оно и хрюкнуло.

Паршивец задумался. Вообще-то он иногда обижался на Берегового и в глубине души считал его занудой, но ни на минуту не усомнился, что хозяина берега нужно спасать. Паршивец помнил, что если люди одерживают верх над нечистью, начинают твориться разные жуткие вещи. И хотя он был жутким пакостником, разгула кошмаров не любил и даже боялся. Неожиданно его глупенькую головку посетила блестящая идея:

- Мы сделаем пакость! - радостно воскликнул Паршивец.
- Что-что? - удивилось Чучелко.
- Пакость! - повторил Паршивец. - Ведь зоопарк стоит на берегу реки, правильно?
- Да...
- Так вот... - и Паршивец рассказал Чучелку свой гениальный план.

*****

В тот день директор зоопарка засиделся на работе дотемна. Ему пришлось немало повозиться, описывая, а затем запирая в клетку новое беспокойное и очень шумное животное. Он устал так, что ему показалось, будто берег реки слегка подрагивает, как во время землетрясения. Директор решил вернуться в свой кабинет, выпить чаю и только потом идти домой.

Он уселся на диван напротив окна и прикрыл глаза. Вдруг раздался такой страшный вой, что привычный к любым звукам директор зоопарка подскочил. Но воем дело не ограничилось. Внезапно погас свет, за дверью послышался топот, и в кабинет ворвалось привидение - во всяком случае, директор подумал именно так. Привидение оскалило зубы и стало медленно приближаться к своей жертве. Оно уже протянуло к бедняге когтистые лапы, и в свете луны можно было увидеть его премерзкую рожу, когда директор преодолел свой страх и бросился к окну. Привидение - за ним. Директору не оставалось ничего другого, кроме как выпрыгнуть на улицу. Привидение с криком, визгом, гиканьем и улюлюканьем гнало его прямо к реке. Перепуганный директор готов был броситься в воду, как вдруг увидел, что по реке плывет еще одно привидение и громко хрюкает. Он остановился, как вкопанный, не зная, что делать и куда бежать. Тут Паршивец (а за директором гнался именно он) вытащил из кармана директора ключи от клеток и дал этому важному человеку такого пинка, что тот сначала плюхнулся в воду, а затем что было сил побежал к выходу из зоопарка. Паршивец же помчался к клетке, куда запрятали Берегового.

Не буду утомлять вас длинным рассказом о том, как эта троица под покровом ночи добиралась до своего любимого места на камнях, замечу только, что все, кто отправился этой ночью на рыбалку, видели на берегу в свете луны какие-то неясные фигуры, одна из которых время от времени вопила, другая - хрюкала, а третья - охала. И что жена директора зоопарка не поверила ни единому его слову и долго ругалась из-за испачканного костюма.

*****

На следующий вечер, когда Паршивец прочитал Речному Чучелку новую главу своих мемуаров, к ним подошел Береговой и сказал:

- Ну ладно, предположим, друзьями вы все-таки стали. Но кроме пакостей от вас точно ждать нечего! - и довольно захохотал.

Паршивец и Речное Чучелко с удовольствием присоединились к нему - ведь первый раз в жизни их совсем не ругали за пакости.

Варвара Галицкая, varvara@dtc.syzran.ru.