Стерев фигурное птичье гуано с монитора и клавиатуры (попугайчики незатейливо отомстили за наше отсутствие), докладываюсь.

Мы вернулись из отпуска. Совершенно все получилось не так, как планировали, но при этом все сложилось просто замечательно.

Собирались долго — на работе у всех выползали кучи проблем: сперва под вопросом висел отпуск у Женьки, потом — у Андрея. Прогнозы решения проблем были настолько туманны, что нас всех потряхивало нервной дрожью. В итоге собравшись выезжать рано утром в понедельник, мы поехали в ночь на вторник.

Добрались до Джубги часа в два ночи. Не рискнув уставшими и в темноте кружить по перевалу, подремали в машине (с разложенными двумя задними сиденьями у нас с детьми получился аэродром, а мужчины спали впереди, откинув спинки) и часиков в пять двинулись дальше.

От Лермонтово до Сухума...Первой по плану была остановка в Новомихайловском в палатке. Но... Море на горизонте появилось вместе с дождем на голову. С хорошим таким черноморским ливнем с громом и молнией... И все небо затянуто тяжелыми тучами. Поехали искать "выход" из дождя. Есть кемпинг под Лермонтово, но там дождь и не думал кончаться.

Поехали в Агой — и там поливает. При подъезде к Лазоревскому в тучах появился просвет. Мы обрадовались. Но в тех краях искать место, где поставить палатку — чтоб и море было, и людей немного — дело гиблое. Посему остановились у хозяйки, у которой были в позапрошлом году. Поскольку нас приняли за своих, вышло недорого.

Первый день — море, а после обеда на полюбившуюся с позапрошлогоднего отдыха полянку в горах жарить мяско. Под шумок мы с Женькой улизнули от мужской компании и рванули по тропке штурмовать какую-то горку. Добрались почти доверху, постояли, понюхали свежий лесной воздух и предварительно осознали, что мы в отпуске. Свершилось.

От Лермонтово до Сухума...На следующий день мы поехали в Головинку. Проскочив нужный поворот, мы сползли по раздолбанному проселку по направлению к морю, полчаса громыхали по крупной щебенке сквозь кусты ежевики, миновали производство этой самой щебенки или ее родственников и ... выползли к Тюльпанному дереву. Побродили вокруг, взяли местного винца и пошли изучать пляж. Мне понравилось — людей там практически нет, в отличие от Лазаревского, а море такое же. На берегу лодки валяются, якоря. Искупались, прокатились по долине Шахэ, насколько позволяла дорога. До водопадов не добрались, да и были мы уже там. На обратном пути остановились в Родничке перекусить. Познакомились с кавказской солянкой. Ничего общего с нашей местной, тоже вкусной, но совсем другой. У нас это больше похоже на борщ со всякой мясной нарезкой, лимоном и маслинами, а кавказская — скорее как поджарка в большом количестве подливы с кучей специй. Чуть тарелки не проглотили, хоть она и острая, даже Денька трескал за обе щеки. Вообще в эту поездку он ел как слон — я своего ребенка не узнавала. Вернулись и после ужина, бродили до ночи по Лазаревскому. Обнаружили по запаху массу цветущих магнолий. Красота.

Хозяйка рассказала, как доехать до конечной точки экскурсий "Мамедово ущелеье" и "Берендеево царство" — это был послеобеденный маршрут следующего дня.

До чего я люблю лесные речки в этих местах. Все такие похожие и такие разные — с водопадами, озерцами, водными чашами и пещерками. Для каждой у местного турбизнеса своя легенда придумана — тут окунуться, чтоб не болеть, тут желание загадать, там попить. Чтоб не скучно было, легенды и приметы периодически обновляются. А мы без экскурсовода сами попили, окунулись везде понемногу, по камням попрыгали. Детишки бутылку с квасом по речке пустили и гонялись за ней с воплями и брызгами.

Поскольку мы были недалеко от Абхазии (куда еще два дня назад не собиралсиь ни в коем случае) все-таки решили доехать. По дороге остановились, погуляли возле морвокзала в Сочи. Рыбаков там стоит много. При нас на пристани один из них выдернул из моря сверкающую рыбину килограмма на три — вроде бы кефаль. Денька тут же возжаждал порыбачить, но я показала, как у счастливца трясутся руки от счастья — видать, не часто такая добыча попадается.

Добрались до границы — очередина (вечер пятницы, народ на выходные рванул отдыхать), остановились переждать это безобразие в Веселом, в полукилометре от границы. Там, где в прошлом году жили. Цены на домики поднялись раза в полтора. И там, где в Лазаревском мы платили по 200 с человека, и душевая с санузлом были не дальше, чем в квартире, и все под навесом, здесь получалось по 300 — "туалет типа сортир" в другом углу базы, а в душевой был забит сток. А еще домики были с запахом сырости. Ко второму дню вроде выветрилось, но все равно не фонтан. Зато на море на второй день поднялись волны — балл - полтора, хорошо покататься и понырять. На "банане" прокатились — детям понравилось, но нам показалось скучно после прошлогодней "таблетки".

От Лермонтово до Сухума...Понедельник. С утра купаемся, обедаем — и на границу. Переход — около часа и то потому, что мы не знали, как правильно декларацию на машину заполнять, а отдельная очередь была не на границу, а за выяснением этих правил. И сразу как по волшебству за речкой меняется природа. Воздух чище, машин практически нет. Деревья... Пальмы вроде и в Сочи были, но совсем не такие. Эвкалиптов у нас я не видела вовсе, только в Ботаническом саду. А в "Cтране души" — стоят, лохматятся. Коров на дороге больше чем машин, они, не стесняясь, бродят, стоят и лежат в любых местах и даже рогом не ведут на сигналы — объедет, не трамвай. И объезжаешь — куда деваться. И народ другой — простой, открытый. Нас под Гаграми обогнала машина, просигналила что-то затейливое и затормозила впереди. Водитель выскочил — бежит, руками машет. Остановились и мы. Он в окошко всунулся, счастливый, словно друга дорогого встретил, извинился: " Простите, что задерживаю! Слушай, брат, скажи! Если она при торможении "ды-ды-ды-ды", а на поворотах "стук-стук-стук"... Что это? У тебя ж такая же!" Тут до меня дошло, что перед нами такой же Ниссан Серена стоит, только с левым рулем. За минуту этот "товарищ" успел получить у двух гордых своими знаниями водителей диагностику, примерную стоимость таких машин и запчастей в Ростове... И счастливый владелец стучавшего "товарища" укатил, оставив адресок, телефон и предложив в любой момент заехать в гости попить винца и переночевать, если что.

Искупались в Новом Афоне. По-прежнему пустынные пляжи. Под ноги лучше не смотреть, потому что у меня срабатывает детский условный рефлекс сбора раковин рапанов, а на абхазских пляжах такого добра можно мешок набрать, с места не сходя. Я и не глядя собирать умудрялась — на ощупь. Думаю теперь, какую дорожку такой красотой вымостить.

Доехали до Сухума. И тут нас проняло — на въезде несколько многоэтажек после бомбежки. Стоят с выбитыми окнами, как слепые. Передать ощущение трудно, за душу берет. И дальше по дороге — такие же. Рядом — жилые и заброшенные. Красивые и развалины. В некоторых домах в уцелевших кусочках живут люди. Фотографировать я не могла — просто рука не поднималась. Вовка с детворой остался охранять машину, а мы с Женькой и Андреем пошли искать, где б остановиться. В домах вдоль набережной не понравилось, и мы свернули в переулки. В одном тупичке за столом на улице сидели две женщины. На вопрос "а не сдает ли здесь кто-нить комнаты" одна предложила посмотреть. Нам предложили блок из четырех комнат. Одна больша проходная и по левую сторону от нее три двери в отдельные. В отдельных были огромные окна вдоль всей стены, а в большой — два обычных окна. Правда, среднюю хозяйка символически загородила стулом, подразумевая видимо границу территории, но оставшихся трех нам хватило. А среднюю Олежка нарек "Тайной комнатой" и заглядывал туда с сиющими глазищами.

Внизу, с другой стороны дома, в помещении летней кухни располагалась совмещенные ванная и туалет. Закрывалось это сооружение тяжелой металлической дверью, заунывно и громко скрипящей. Кухня была на хозяйской половине, но Марина (хозяйка) просто показала, где оставляет ключи от дома, когда никого нет. Надо сказать, их особо никто не прятал.

Мы перекусили в кафе на набережной и отправились спать. Полночи я ничего не слышала, потом проснулась от странных звуков — во дворе у соседей рыдала собака. Она не выла. Она жаловалась на жизнь как-то уж совсем по-человечески: "Ох-ох-оу-ой-уууу-ууух". Судя по голосу, жалующийся был, по меньшей мере, из овчарок. Где-то на горизонте совсем обыкновенно ему вторил собачий хор, но солист не обращал на него внимания. Через открытой окно в комнату влетал ночной свежий веторок, с шуршанием шевелил белые гардины в комнате. Сон у меня пропал. Только через час, под первые крики петухов, собака угомонилась и я задремала опять.

С сотовой связью в Абхазии не весело. Я рассчитывала на свой МТС корпоративный номер, с которым можно не волноваться об остатке на счете, но МТС как на моем, так и на Женькином и Володином телефоне умер через 15 км после пересечения границы. Денькино "Теле2" в районе Лазаревского подключилось к сети "Смарт", но де-то в районе границы тоже потерялось безвовзратно. Остался "Мегафон" Андрея. Он исправно нашел местный "Аквафон" и позволил звонить, только деньги брал совсем несусветные — что-то около 50 руб. за минуту. Поэтому на второй день я купила местный же "А-Мобайл", и мы звонили в Россию примерно по 7 руб. за минуту.

С утра мы застали хозяйку до работы, она сообщила, что, во-первых, в холодильнике для нас в качестве угощения приготовлена полторашка вина, а во-вторых, на втором этаже спит сын, так что если что — вы не удивляйтесь. Правда мы все равно удивились, когда к сидящей в кухне нашей теплой компании заглянуло лицо южной национальности. Мужчина был одет в черные брюки, за поясом которых торчал нож, пистолет и сотовый телефон. Окинув нас задумчивым сонным взглядом, он сообщил: "Доброе утро. Рафик". И удалился. Если он хотел произвести впечатление, то у него это получилось неплохо.

От Лермонтово до Сухума...До самого вечера у меня маячили мысли о его роде занятий: кто он? Представитель закона или бандит? Или тут просто так положено? Мы без цели бродили по городу, спустились к морю, искупались и пошли бродить дальше. По дороге встретили массу цветущих растений, которые поражали запахом и обилием цветов. Невзрачные кусты перед нашим домом благоухали, как парфюмерный магазин, а белые мясистые цветы на сочно-зеленом кустарнике легко давали фору запахам самой крутой кондитерской лавочки. А вечером, когда после долгой прогулки по городу (больше всего атмосфера Сухума мне напомнила наши края времен начала перестройки, только вот следы войны...) мы заглянули к Марине с вопросом "куда можно недалеко съездить вечерком с детьми — в Ботанический сад или в обезьяний питомник", она переадресовала нас к сыну. Рафик сообщил, что до дежурства у него есть немного времени, и он нас отвезет к горячим источникам на своей машине. Мы с удовольствием согласились.

Втиснувшись всемером в джип и утрамбовавшись, мы отправились. По дороге выяснилось, что наш проводник работает в местной госбезопасности. Вообще он рассказывал много и интересно, но я сидела сзади в противоположной стороне, поэтому слышала только тогда, когда ветер не дул в ухо. А ветер дул, потому что на входящей в поворот при 150 км/ч машине с открытыми окнами ему дуть больше некуда! Я знаю, что если лихого водителя попросить не спешить — он вряд ли исполнит просьбу, разве что прибавит газку, поэтому сидела и не вякала. Тем более, что скорость люблю. Машина шла очень устойчиво, коров водитель услужливо пропускал и объезжал, а движение, как я говорила, на дорогах практически отсутствует — одна-две машины в пределах видимости максимум. Поэтому к концу поездки переживать на эту тему я перестала.

От Лермонтово до Сухума...Горячие источники — это песня. Когда мы подъехали, то сразу увидели несколько гейзеров. Бьющие из земли естественные фонтаны мерно швыряли в воздух веера брызг и водной пыли. Рядом с ними громоздилась кучка желто-ржавых сталагмитов. Чуть подальше для воды были сооружены отстойнички (видимо, для остужения), а из них вода четырьмя водопадами стекала вниз. И вот под этими водопадами можно купаться. Массажные салоны отдыхают... Водопадики разной толщины, поэтому можно регулировать силу размятия мышц и прочего, переходя из одного в другой. Температура тоже немного разнится — в среднем градусов под сорок. Передышки можно устраивать в теплом озерце рядом. Ощущаешь себя принцессой в ванной, выглядишь — свиньей в луже... Остыть можно в ручейке в двух метрах дальше — там вода горная, холодная. Сказка... Навернув пару кругов вибромассажа, "откисания" и остужения, мы собрались обратно, потому что был шанс привыкнуть и отказаться ехать куда-либо. На обратной дороге Рафик показал местное хорошее кафе. Мы остановились там покушать. С дороги видно один столик и маленький домик, а когда проходишь мимо, выясняется, что за ним висячий мостик в бамбуковую рощу и разбросанные в ней деревянные столы под крышами. Территория кафе со стороны рощи обнесена забором — чтобы к посетителям не загляывали любопытные коровы. Когда нам, наевшимся от души, принесли счет, я выпала в осадок. Два килограмма вкуснющего шашлыка с двумя видами соусов, два тазика салата, тарелка местного сыра, хлеб, литр хорошей водки, два литра сока обошлось в смешную сумму 1200 руб. Кстати, за поездку с нас денег не взяли вообще. Через день Рафик пообещал нас свозить еще в одно сказочное место на шашлык.

От Лермонтово до Сухума...А пока Новоафонские пещеры. Я наслушалась отзывов заранее, поэтому вполне представляла себе экскурсию и особо удивлена не была. Но на самом деле очень красиво. Сперва просто громады залов, потолки и стены которых теряются в слабом свете, озерца на дне — все под мерный рассказ истории их исследования. Потом отдельные сталактиты и сталагмиты, потом их все больше и больше, они разнообразнее и в конце каскад сталагнатов — как каменный водопад, замерший на секунду.

Остановились под Красным мостом. С обеих сторон от него — мемориальные доски защитникам Сухума, а внизу до сих пор можно собирать гильзы. Высокие опоры и ограждение наверху в выбоинах от пуль. Под мостом ловят рыбу.

Цены в Сухуме смешные. Персики от 20 до 40 руб. за килограмм. Но можно выехать на трассу и купить по 60 руб. Маленькие пакетики соков и поллитровые бутылки газировки — по 10 руб., заводское хорошее вино — 120 руб за бутылку. Мясо — 180 руб.

А еще в этот вечер из деревни приехал отец Рафика, Нодар. Он ездил туда к своим родителям, его отцу 83 года, но он в основном сам управляется с хозяйством. Нодар угощал нас местной чачей, "совсем некрепкой, градусов 60". Выпив три солидных рюмки, он пожаловался на давление и перешел на домашнее вино. Три стакана и хватит. У хозяйки было вкусное закусочное блюдо — что-то вроде неотжатого сыра в смеси с местной аджикой и специями. Пальчики проглотишь.

Вечером, пока мы пили чачу, Андрей свалился с отравлением, а ночью я к нему присоединилась. Обвинив во всем овсяное печенье, утром мы были крайне кисло настроены и намеревались весь день просидеть на диете и поехать "на шашлык" только за компанию, с кефирчиком в обнимку. Фокус не удался. Рафик немного припозднился, и выехали мы около трех часов. На пятиместном УАЗике. Шестеро нас, Рафик с дочкой Аланой и другом Гамлетом.

Поездки в УАЗике, несмотря на плотность населения в нем, я обожаю с прошлого года. Когда смотришь на направление движения, то кажется, что пройти можно только пешком, а "горный козлик" скачет по камням и рытвинам, словно в собственное удовольствие. Переправа в нем через речку привела детей в бурный восторг, а нас слегка расстроила, потому что большую часть одежды сложили на пол в багажнике. Хорошо еще, что документы, с которыми я не расставалась, пожизненно лежат в непромокаемом пакете.

От Лермонтово до Сухума...Первая остановка — святой источник Иоанна Златоуста. Это родник, бьющий из-под скалы и холодное озерцо, им образованное. На дереве висит икона, под ней — свечные огарки. Чуть в стороне две таблички: "Осторожно! Вверх по склону не ходить. Ведутся работы по разминированию" и "Вечная память погибшим за освобождение Абхазии. Ново-Эшерский батальон". И черные стрекозы вокруг. Я таких никогда не видела. Вообще-то они темно-темно синие, с рельефными крылышками, как будто отчеканенными. Рафик сообщил, что с трижды окунувшегося в озерце смываются все грехи. К безгрешным себя отнес только Андрей, детям разрешили побродить по колено. Остальные полезли в ледяную воду целиком. Надо ж смыть старые грехи, чтоб новым было куда цепляться. Заходишь — дух захватывает. Такая холодная вода, что обжигает. Жалею, что с головой не нырнула — вдруг там какой старый грешок остался. После купания поехали дальше.

Прыжки по огромным булыжникам, еще одна переправа через речку, и мы выезжаем на большю поляну. С одной стороны — лес, с другой — отмель, образованная при повороте русла реки. На поляне пара машин. На одной из них — раньше приехавшие сослуживцы Рафика. С непривычки очень неуютно показалось нам с Женькой в окружении такого количества местных, да еще и совсем далеко от цивилизации. Но буквально через полчаса мы и думать забыли о плохом. Слишком много всего хорошего и приятного вокруг — зеленый лес, журчание реки, визг довольной детворы, исключительно вежливое обращение местных с нами, легкое вино, вкусный шашлык... Вояки (я так понимаю, они были на дежурстве) достали из машины АКС, отошли в сторону пострелять по камням на противоположном берегу. Я поперлась следом. Надо же послушать, как грохает настоящее оружие вблизи. Громко. Уши закладывает. Потом все желающие фотографировались с этим автоматом.

Когда шашлык был готов, мужчины сходили к реке и притащили большущие камни, чтобы не сидеть на траве. Я даже не представляла, что камни так долго могут хранить солнечное тепло. Мы сидели не меньше трех часов, и все это время каменюка была теплая. Вина я, кажется, никогда столько не пила — точно не меньше литра, но опьянения — ни в одном глазу. И похмелья никакого на утро не было. Воздух так действует? Сначала я с старалась не допивать до конца, но укоризненные замечания окружающих о том, что именно в этот тост (а тосты были все очень важные — и за хозяев, и за гостей, и за мирное небо над нашими странами, и за родителей, и за детей) нельзя оставлять недопитым стакан, наставили меня на путь истинный. Интересное отличие от знакомых мне возлияний в том, что, хотя тост говорил один человек, каждый, перед тем как выпить, обязательно добавлял что-то свое, и как правило не слово-два, а очередную небольшую речь. Мы выслушали массу местных баек, легенд, историй, узнали, что чуть выше в горах живет в одиночестве одна местная женщина (кстати, моя тезка — Ольга), промышляет в основном охотой, из леса никуда не уезжает, но гостей у себя принимает. Меня поразило, насколько эти люди любят свою родину. Они совершенно не устают о ней говорить.

Проходящие мимо рыбаки поделились с нами уловом, и мы быстренько пожарили его на шампурах. Детвора прыгала через затухающий костер, бродила по речке и окрестностям. Часиков в одиннадцать вечера мы собрались и поехали домой. Уже в последние минуты сборов на поляне неожиданно возникло стадо коров. Воздух наполнился хрустом, фырканьем и тяжелым дыханием. Кажется, зверюги долго ждали в засаде, когда же нам надоест болтать и палить костер, и дождались. Вели себя они как хозяева, вернушиеся в свою квартиру. И я почувствовала, что мы явно лишние.

Я ехала стоя... Ветер в лицо, россыпь звезд над головой (Млечный Путь было видно замечательно) и рычащая машина под ногами... Где-то далеко, как мне показалось, выл волк. Пару раз мы глохли и останавливались, но во мне была уверенность, что серьезного ничего случиться не может. Уже почти возле города у Рафика зазвонил телефон. Их сослуживцу, который с ранениями лежал в больнице, понадобилась срочная операция. Очарование поездки уползло, уступая место невеселым мыслям.

На следующий день мы собрались, затарились местным (правда, покупным) вином, аджикой, сыром и специями, поехали обратно. Ни единого неприятного происшествия на дороге (как и в предыдущие дни), остановка искупаться под Афоном... И вот граница. С абхазской стороны на нас даже не посмотрели, наши посмотрели одним глазом. Двадцать минут — и Россия. Адлер проскочили на удивление быстро, зато возле Сочи попали в противную пробку возле какого-то огромного строительства. Подготовка к Олимпиаде чувствуется — по Краснодарскому краю почти везде расширяются дороги (это они потом расширятся, а сейчас они стали вполовину меньше из-за обилия дорожной техники и рассыпанного гравия), по побережью стройки кипят, плакаты висят о стратегии развития.

Решили дотянуть до Лермонтово с ночевкой, но немного не рассчитали время и подъезжали уже в темноте. А тут еще позвонили знакомые, и нам захотелось заехать в лагерь "Ласточка". Пока искали дорогу, скакали козьими тропами, где-то стукнулись задней рессорой. Вовка стал жутко злой и, подозреваю, что именно поэтому начальник лагеря нас не пустил с машиной на территорию. Поехали в кемпинг по рекомендации Андрея. Въезд на территорию кажется по 50 руб. с носа — то ли на сутки, то ли на 12 часов. Но умные люди едут в машине вдвоем с грузом, а остальная компания заходит пешочком с обратной стороны кемпинга бесплатно. Мы же глупые или ленивые — оплатили за всех. Проверяют чеки об оплате при выезде, но мы свой ночью потеряли, никто и слова не сказал. Сначала от вида бурной тусовки с палатками и машинами вокруг грохающих дискотек, батутов, ларечков и кафешек меня замутило. После дороги хотелось тишины. Но когда я увидела длинный песчаный пляж за символическим ограждением, прислушалась к разговорам вокруг... Атмосфера вдруг напомнила мне студенческий лагерь, в котором я отдыхала на втором курсе, где народ весь разный, но в основном дружелюбный и веселый, каждый отдыхает, как ему хочется, и никто не шипит на соседей. И, поставив палатку, мы бродили по территории, пили пиво, смотрели по сторонам, и самым экзотичным ругательством, которое я услышала от молодняка, который собрался драться, но потом передумал, было высокоморальное "Ну ты диклофенак!" Музыку вырубили в два часа ночи.

С утра мы искупались в чистейшей прохладной воде, позавтракали в кафе (в восемь утра они уже работали, правда, официант ходил на автопилоте) и поехали дальше. За Джубгой набрали, как обычно, местных маринованных опят — нигде больше такого маринада не делают. Мед не брали — дома вкуснее. Фрукты тоже не стали, они ничуть не дешевле таганрогских. Вот и все. Домой!