Содержание:

Сейчас я репетитор с 15-летним стажем работы и кучей учеников, свободно болтающих по-английски и оставляющих благодарственные отзывы в мой адрес. Но когда-то все было совсем по-другому...

В 1998 грянул дефолт и на фирме, где я работала переводчицей, в одной из крупнейших в мире американской компании ACNielsen, начались сокращения. Попала под сокращение и я. Засевши дома, я вскоре поняла, что надо как-то приспосабливаться к изменившимся условиям и зарабатывать на жизнь, и набрала учеников. Надо сказать, что репетиторством я занималась и до этого, но все попытки кого-то обучить английскому заканчивались неудачей. Это притом, что я сама отлично знала язык. Из этого я сделала для себя первый вывод: если человек хорошо знает язык, это еще не значит что он может научить тому же другого. Например, мы все свободно говорим на своем родном языке — русском. Но вот, например, вам предложили завтра встретиться с группой студентов из-за рубежа и провести с ними урок русского языка. Многие ли решатся на это, не зная методики, принципов обучения, техники? Даже если и решатся — что из этого получится на практике? В том-то все и дело...

Успех в обучении языку, как известно, складывается из обоюдных усилий ученика и преподавателя. И для того, чтобы все получилось, каждый должен выполнять свою работу на отлично. Так вот, со стороны преподавателя первое условие — глубокое понимание того, как построить урок и преподнести материал, чтобы ученику было легко, интересно и эффективно. Чтобы был результат: свободное общение и понимание языка. Как же этого достичь?

Возвращаясь к нашей истории, надо сказать, что опыт приходил по крупицам. У всех моих учеников была одна проблема: они как собаки — все понимали, а сказать ничего не могли. Они знали сложнейшие временные конструкции, аналогов которым нет в русском языке. Они знали такие тонкости и могли объяснить такие нюансы, которые не смог бы объяснить — почему именно так — ни один носитель языка. Но когда дело доходило до общения на английском — они превращались в мужественных партизан, давших обет не сказать врагу ни слова.

С очень похожей ситуацией сталкиваются выпускники отечественных школ и ВУЗов. Вроде что-то долго и нудно учили в школе, затем — то же самое в институте, но в результате — каша из обрывочных знаний и страх говорить.

Почему же так происходит? Просто для того, чтобы хорошо научиться говорить на языке, надо научиться мыслить на нем и творить на нем, то есть создавать фразы, предложения, конструкции. А в наших совковых учебниках были в основном длинные скучные тексты про Родину и партию на английском языке, которые мы переводили всем классом. Конечно, мы научились читать. Научились что-то понимать. Получили базовый запас слов. Но излагать свои мысли на английском нас почти не учили или учили совсем мало. Да и времени на каждого в классе не хватало. Тут не до индивидуального разговорного тренинга — 30 гавриков сидят и еле-еле «догоняют», о чем учитель им говорит.

Был у меня даже один анекдотичный случай. Немец, работающий в России, пригласил меня в качестве преподавателя английского для своей русской жены. Немецкий она не знала вообще, а по-английски с горем пополам они объяснялись. Ну, для любви, как известно, слова — не самое главное, а все-таки через несколько месяцев семейной жизни становится скучно и охота поговорить. Вот он и решил ее приобщать к грамотности. Надо сказать, что его жена говорила по-английски много и охотно, при этом, мешая в кашу все грамматические конструкции, какие только есть. Она почему-то особенно любила глагол to be, вставляя его в непредсказуемых формах в любых частях предложения, где ей нравилось. Ну, взяли мы с ней учебник по грамматике Мерфи (Raymond Murphy English grammar in use) и давай его штудировать. А учебник-то хороший, advanced. В общем, через пару месяцев наших занятий она прекрасно знала, чем отличается Present Continious от Present Perfect Continious (что не каждый учитель сходу скажет), как образуется и когда употребляется Past Perfect, зачем нужен Future Perfect Continious и т.д. И все это с успехом использовала в своей теперь уже витиеватой английской речи, похожей на изречения древних английских рыцарей и королей. В общем, кончилось все тем, что прибегает ко мне ее муж с вытаращенными глазами и кричит: «Пожалуйста, сделай обратно, как было. Это же ужасно! Так ведь никто сейчас не говорит!»

Вот с таким багажом неудачного опыта я пришла к новому этапу своей жизни. И после очередной неудачи хотела, честно говоря, все это дело забросить, но в нужный момент пришел Его Величество Случай.

Как раз в это время ко мне на занятия пришла еще одна жертва увольнения эпохи кризиса, которая решила не терять время зря и подтянуть английский. Она настояла на занятиях по своему учебнику (и оказалась права). Это был оксфордский учебник Streamline; она уверяла, что хочет заниматься только по нему, и рассказала вот какую историю. 15 лет, с детства, она учила французский: сначала в школе, а затем в институте и в аспирантуре. И только год занималась с репетитором английским по Streamline. Но когда она выезжает за границу, в магазинах, в отеле — везде — она говорит по-английски, потому что по-английски ей говорить гораздо легче после обучения по Streamline в течение 1 года, чем по-французски, который она учила 15 лет по советским учебникам. Этот факт казался мне ошеломляющим и неправдоподобным, но подозревать ее в обмане не было оснований: она действительно уверенно говорила по-английски и категорически настаивала на занятиях по Streamline. Мне было все равно, по чему преподавать (я по всем учебникам преподавала одинаково безрезультатно), а это предложение меня очень заинтриговало, так что я согласилась. После первых занятий по Streamline я поняла, в чем фишка. В учебнике нет практически ни одного текста! Весь учебник от начала до конца построен на диалогах и живой английской речи, то есть на том, что вам как раз и пригодится при поездках за границу и в общении с англоговорящими. Ведь, на самом деле, основная цель изучения любого языка — это свободное общение на нем, а не перевод текстов, не знание заумных грамматических конструкций и т.д. И авторы Streamline пошли к этой цели кратчайшим путем: они обучают именно тому, что людям больше всего (и в первую очередь) нужно. Причем новая лексика и грамматика вводится очень постепенно, дозировано, поэтому заниматься легко и не напряжно. Везде используется методика «drilling» — то есть многократное повторение до усвоения материала. И получается, что и учиться по такому учебнику очень легко, и преподавать — в удовольствие. А самое главное — у всех очень хорошие результаты. Все начинают говорить быстро, буквально с первых же уроков, так как разговорные конструкции многократно отработаны («отдриллены») на уроке. А дома закреплены в упражнениях по рабочей тетради (Work Book).

Когда мои ученики едут за границу, у них нет проблем в общении. После двух-трех месяцев занятий они говорят на уроках по-английски так же бегло и быстро, как и по-русски, хотя может и не совсем идеально правильно. Но это теперь — дело времени и практики.

Вот тут-то я и увидела «свет в конце туннеля», когда уже почти решила поставить крест на репетиторстве. Теперь никто из моих учеников не отказывался, не бросал занятия. Никто не уставал, не пропускал (до этого это была обычная практика, а занятия по Streamline, как я говорила — не утомляют и не напрягают). У всех процесс обучения шел быстро и эффективно. Ученики радовались, что у них все получается, что они уже сами говорят, и еще больше загорались желанием заниматься языком. В народе и среди преподавателей бытует мнение, что Streamline — устаревший учебник. Может, это и так (он написан в 70-х годах), но я бы сказала, что он скорее забавный. Любимые герои его авторов — английский бомж и поп-звезда, на которых отрабатывается различная лексика. Единственное, что я знаю точно: занятия по этому учебнику — очень эффективны, дают быстрые положительные результаты, нравятся ученикам и превращают работу преподавателя едва ли не в развлечение.

Я бы даже сказала так: обучение по другим учебникам, которые я пробовала, можно сравнить с дорогой в дремучем лесу, которая ведет в темную чащу, где и обрывается. Обучение по Streamline — не ходьба, не езда, а скорее полет, полет птицы над бескрайними цветущими лугами; она парит, радуется, поет, и путь ее лежит в бескрайнее голубое небо...

Как я строю уроки по Streamline? Все просто. Мы читаем диалоги по-английски и переводим. «Дриллим» несколько раз, подставляя различные слова и выражения (они тоже даны в учебнике рядом с диалогами). Затем я беру учебник, произношу пройденный диалог по-русски и прошу ученика переводить на английский. Трудные места мы опять «дриллим». Затем смотрим грамматику по Work Book (рабочей тетради), или я объясняю ее в процессе перевода диалогов и даю упражнения на дом, с которых мы начинаем следующий урок (также читаю домашние задания по-русски, а ученик переводит на английский).

Почему занятия по Streamline так эффективны? Как я уже говорила, мы учим то, что действительно нужно и пригождается в первую очередь в ежедневном общении. Это разговорные фразы, речевые конструкции, которые используются в живой разговорной речи. Кроме того, на занятиях мы учимся мыслить и творить на английском; обязательная часть всех занятий — перевод этих же конструкций с русского на английский. Чем больше мы сами переводим на иностранный язык — тем легче нам мыслить, говорить, творить на языке.

Почему учиться легко? В процессе преподавания я поняла для себя еще один важный принцип: прежде, чем что-то взять с полки, надо это туда положить. Приведу пример. В советские времена учителя часто заставляли учеников самих разбираться с грамматикой, задавали по домашнему чтению читать нудные книги с кучей непонятных слов. Кроме зубрилок их мало кто читал и старался понять. Потом на уроках требовали с учеников то, чего сами не объяснили и не дали. Ученики не знают — скандал, двойки, отвращение к учебе. Учиться тяжело и неинтересно.

Для себя же я вывела такой принцип: прежде, чем что-то спрашивать с ученика, ему это нужно разжевать, до полного понимания объяснить и в рот положить. Затем много раз отработать на практике. А потом уже ненавязчиво спросить. И даже если он и после этого ошибется — то не ругать, а похвалить за старание и начать все снова. Вот такой вот подход. Ученикам нравится. А результаты и посещаемость занятий говорят сами за себя.

К содержанию

Что еще важно знать, чтобы учиться было легко и интересно?

Недавно прочитала анекдот. Приходит мужик в автосервис — мотор заглох. Мастер ходит вокруг машины, открывает капот, долго смотрит, с одной стороны заходит, с другой. Потом берет кувалду и ударяет по мотору. Мотор заводится, машина поехала. Мужик счастлив, спрашивает: «Сколько с меня?» Мастер говорит: «Сто долларов». Мужик: «Что? Да за сто долларов я сам могу кувалдой стукнуть!» Тогда мастер выписывает чек: «Удар кувалдой — 1 долл. Знал, куда стукнуть — 99 долл».

Так что же еще нам надо знать, чтобы наша машина ехала легко и красиво — не ехала, а летела? Итак, раскрываю секреты мастерства: это дело техники. Нужно вспомнить о последовательности изложения материала и методике выведения конструкций в речь. Тут главный принцип можно сформулировать так: обучение должно быть построено последовательно: от простого к сложному. Обучение само по себе не должно быть стрессом и сверхзадачей для ученика.

Что для этого нужно? Начинать задания с самых простых. Например, прочитать диалог по-английски и перевести на русский язык. С доброжелательной помощью учителя — это не так уж и сложно. А в Streamline, как я уже говорила, задания усложняются постепенно. Итак, читаем и переводим до тех пор, пока ученик не привыкнет к данной конструкции и новой лексике. Затем «дриллим» (многократно повторяем то же самое), подставляя различные новые слова. А в конце уже — переводим эти же диалоги с русского на английский. Опять же при условии, что учитель всегда готов помочь, подсказать, дать подсмотреть в учебник — то есть всячески содействует тому, чтобы ученику учиться было легко и приятно. Такая методика доказала свою эффективность по сравнению с «церберской», когда у ученика в результате строгости и нападок учителя возникает страх допустить ошибку, затем — стопор, и как следствие — прекращение занятий.

На моих уроках, парадоксально, но ученики протестуют — «Не подсказывайте», «Не помогайте», «Хотим сами» — а я, как заботливая курица-мамаша, их успокаиваю: «Мы ведь только учимся», «Это же не экзамен»...

Однако, как показала практика, Streamline показан не всем. Кому же он подходит, а кому нет? Оказалось, что идеально этот учебник подходит тем, у кого уже есть плохонькая, но все-таки какая-никакая школьная база английского, или школа плюс институт, пусть даже на самом низком уровне. Почему? Да потому что Streamline — учебник чисто английский, то есть произведение иностранных авторов, и ни слова по-русски, ни каких-либо подробных объяснений там нет. А, наоборот, есть с места в карьер: с первых уроков полные речевые конструкции, фразы, высказывания, которые мы «дриллим» и «дриллим». И, согласитесь, для человека, который не знает даже английский алфавит — это сверхзадача. А вот для человека, имеющего даже худую школьную базу, это просто находка. Элементарную грамматику он знает (или понемногу вспоминает). Словарный запас у него есть, и мы его потихоньку расширяем, одновременно вспоминая старое. Учиться не слишком просто и не слишком сложно. Дают как раз то, чего не хватало в школе: практику. Человек быстро учится общаться и выражать себя в разговорной речи.

А вот если вообще никакой базы нет и начинать надо с алфавита — тогда все обстоит по-другому. Однажды я попробовала заниматься с такой ученицей с полного нуля по Streamline. И ничего из этого не вышло. В Streamline подробного объяснения элементарной грамматики просто нет, и мне приходилось все растолковывать самой. А уж про упражнения для закрепления и говорить нечего: не буду же я специально для нее составлять учебник с упражнениями по грамматике. Все-таки Streamline — он для мало-мальски «продвинутых». У этой ученицы получилась такая каша в голове, и для нее это было так сложно, что через три занятия она пропала на три недели — как сквозь землю провалилась. И я призадумалась...

Вообще, когда случаются неприятные ситуации, я не имею привычки их драматизировать или винить во всем окружающих, а вместо этого скрупулезно анализирую возможные причины происходящего. Когда в своих рассуждениях я нахожу наиболее достоверный ответ, и интуиция внутренне подсказывает — да, это так — я принимаю меры и нахожу позитивный выход.

Так же и в этот раз. Интуитивно почувствовав, что с ней происходит, и мысленно поставив себя на ее место, я поехала в книжный магазин и нашла... учебник английского для малышей «Английский с удовольствием» (Enjoy English) нашего отечественного автора Биболетовой. Это было как раз то, что нужно: куча пояснений и все на русском языке; начинается с элементарных азов, множество цветных картинок — слоников, обезьянок и поросят, обучение построено в форме игры: зверюшки играют в театр. Все весело, занимательно, легко и увлекательно.

И хотя моей ученице было под полтинник, занятия ей очень понравились. Вызвонив ее, я сначала услышала дрожащий голос («мучителка звонит»). Когда пришла к ней и предложила сменить учебник и показала его — она очень обрадовалась. А когда в следующий раз посмотрела на часы — оказалось, что полтора часа пролетели как один миг, а она совсем не устала, ничего не боится, занимается с удовольствием и готова так заниматься сколько угодно.

Кстати, впоследствии с ней мы использовали оба учебника — и наш русский Enjoy English, и выборочно некоторые несложные, но очень полезные диалоги из Streamline, так как она сказала, что вскоре ей нужно ехать за границу и там общаться в магазинах по-английски.

Поэтому преподавание для разных уровней учащихся очень отличается. Но в любом случае спасает наш принцип: последовательность, постепенность, отсутствие стресса и сверхзадачи...

Что нужно, чтобы достичь успеха в жизни, зная английский язык? В эпоху капитализма английский нужен всем и везде. Ни один процветающий бизнес не обходится без иностранных партнеров (хотя и здесь есть свои исключения). И, конечно, как мы уже говорили, конечная цель изучения языка — не знание сложных правил, а умение свободно общаться по-английски. Ведь с иностранными партнерами нам придется общаться вживую, и не по книжке, и рядом не будет палочки-выручалочки — доброго учителя. Поэтому для многих, кто решил сделать карьеру в международном бизнесе, во главу угла встает умение свободное общение на английском языке.

При этом замечено, что у разных по уровню учащихся — разные запросы на разговорную практику. И обучать их нужно по-разному. Если с «нулевиками» нужно общаться понемногу, не перегружая, в рамках курса (иначе перегрузишь, напугаешь, и пропадет желание учиться дальше), то с теми, кто имеет уже базу, надо стараться разговаривать как можно больше, в том числе и на свободные темы. Тут, опять же, есть свои тонкости и секреты мастерства.

Примерно в то же время, когда в моей жизни появилась ученица, принесшая мне Streamline, ко мне на занятия пришла еще одна молодая дама. Она учила английский к тому времени пару лет на курсах. Говорила много, охотно, со скоростью, как говорят в народе — 300 слов в минуту, конечно, с ошибками, но так бойко и уверенно, что поправлять ее было даже как-то неловко. Она имела базовое экономическое образование и собиралась работать в крупной иностранной компании. А уроки разговорной практики она брала, чтобы «развязать язык» при приеме на работу. Как сейчас помню, ее звали, как и меня, Наталия. В общем, после нескольких занятий я ей сказала, что она спокойно пройдет любое собеседование (с ее-то самоуверенностью и не пройти!). И так оно и получилось — вскоре она устроилась на работу в крупную международную компанию без всяких проблем.

А ко мне пришла на занятия еще одна Наталия, которая знала английский... намного лучше меня. Она имела академическое образование, связанное с языком, и много лет проработала в издательстве переводчицей художественной литературы. Как она говорила по-английски! — просто песня... Но, к сожалению, вытянуть из нее хотя бы слово было крайне трудно. Ее характер — природная робость, застенчивость, боязливость и неуверенность в себе — сыграли с ней злую шутку. Она все время чего-то боялась, говорила робко, тихо, неуверенно и мало, все время мямлила, боялась допустить ошибку, хотя в ее идеальной с точки зрения грамматики речи не нашел бы ошибок ни один профессор. Пределом ее мечтаний было место секретарши в самой захудалой турецкой фирме. Я пыталась ее разговорить, но — тщетно. Тогда я ей сказала, что ее проблемы лежат не в области языка, а области психологии, и ей надо менять характер. Что и подтвердилось. Когда она пришла на собеседование в турецкую фирму, ей отказали — знаете по какой причине? — из-за плохого знания английского. Хозяева компании, граждане Турции, сами неважно говорили по-английски (даже на бытовом уровне). А ведь дело было вовсе не в английском, а, скорее, в ее застенчивости, зажатости, неуверенности, неумении преподнести себя.

Кстати, когда я сдавала экзамен на Кембриджский сертификат, англичане нам ставили оценки, в том числе и за «interactive ability» — то есть за умение, способность общаться с людьми вообще, и эта оценка влияла на общие результаты теста. В общем, из этих двух историй я сделала для себя вот какой урок.

Не так уж важно, как правильно ты говоришь по-английски.

Не так уж важно, насколько хорошо на самом деле ты знаешь язык.

Для достижения успеха зачастую важнее, насколько ты уверен в себе, насколько не «циклишься» на своих ошибках, как умеешь себя преподнести.

И практика показывает, что именно такие люди и достигают успеха в жизни.

Эти две истории я часто рассказываю неуверенным в себе людям, и это очень помогает им в жизни...

К содержанию

Как же правильно построить урок для тех, кому нужен английский для работы?

Составляя программу, помните, что вам нужно на уроке объять необъятное, а именно: расширить словарный запас, изучить речевые конструкции, отшлифовать грамматику и вывести ее в речь, а также развить навыки свободного общения на различные темы... Вот пример того, как я составляю урок для тех, кому нужен английский для работы. В зависимости от начального уровня, я подбираю основной учебник, по которому мы будем начинать занятия. Например, имеющим базовые знания я предлагаю Streamline. Правильнее сказать, что начинаем мы занятия с проверки домашнего задания по рабочей тетради (Streamline. Work Book). Произносим упражнения по-русски, а ученик воспроизводит домашнее задание по-английски. Затем изучаем очередную главу по Streamline (методика подробно описана выше). Затем я обычно беру учебник Любимцевой «Деловой английский», где тоже много диалогов и разговорной речи — но в основном на рабочие и используемые в деловом общении темы. Там много деловой лексики и, в общем, есть все, что нужно знать для работы в бизнесе. Затем мы берем какой-либо специализированный учебник по профилю бизнеса клиента (например, «Английский для бухгалтеров» — если ученик работает бухгалтером, «Английский для медиков» — если учится или работает в медицине, и т.п.). Сейчас в книжных магазинах множество специализированных учебников. А в конце мы обязательно оставляем время для свободного общения (методика практики разговорного английского, которую я применяю, описана ниже). Я начинаю разговор с общих вопросов: “Где был?” “Что делал?” “Как провел время?” А чем закончится беседа — никогда не известно, потому что общение — это всегда живо, всегда интересно, непредсказуемо и, как сказал кто-то из великих — «человеческая роскошь»...

К содержанию

Что такое языковой барьер? И как же его все-таки преодолеть?

Многих выпускников советских школ и ВУЗов волнует проблема языкового барьера, а именно — отсутствие опыта, неумение общаться по-английски, грамотно и свободно выражать свои мысли. Что же такое языковой барьер? Откуда он берется? Можно ли его преодолеть вообще и, если можно, то как?

Ответы на эти вопросы я нашла, когда стала заниматься кинезиологией и психотерапией. Когда на консультации люди ставили проблему языкового барьера — у всех всплывали похожие стрессовые ситуации из детства. Например, на уроках в школе отругали за ошибки, посмеялись одноклассники, поставили плохую оценку, грубо обрывали и поправляли на каждом слове и т.д. Все это вроде бы осталось далеко в прошлом и давно забыто и, как в той песне, «память покрыта такими большими снегами...». Но на самом деле, как свидетельствуют результаты научных исследований, пережитые стрессы никуда не делись и навсегда остаются жить внутри нас, в глубинных уровнях нашего бессознательного, даже если мы о них ничего не помним. Дело в том, что мозг фиксирует в клетках памяти каждое мгновение нашей жизни, и, даже если мы давно и прочно забыли какие-то события, информация о них хранится в клетках памяти мозга и подспудно влияет на всю нашу жизнь. Кстати, этим объясняются многие наши неосознанные страхи, комплексы, неуверенность, обиды, неприязнь, а также наш выбор в той или иной ситуации. Психика на 90% состоит из бессознательных побуждений, основанных на давно забытом прошлом опыте, иногда и самого раннего детства.

Что же получается? Мы давно забыли о стрессах, пережитых во время учебы в школе, о грубых учителях и двойках по английскому, но все это продолжает подспудно жить в нас. И страх сделать ошибку глубоко живет в нас еще с тех пор, и даже спустя много лет не дает нам свободно выражать свои мысли и говорить на иностранном языке. И только избавившись от этого страха, выплеснув отрицательные эмоции и заменив их на положительные, можно вновь обрести способность говорить на иностранном языке легко и свободно; также как мы учились говорить по-русски и выражали себя, когда мы были совсем маленькими — легко и непосредственно, до того, как пришли учиться в школу.

Таким образом, можно снять проблему, страх, комплекс, раскрыть заблокированные способности. Как же это сделать? Я делаю это с помощью психотерапевтических коррекций: нахожу стрессовую ситуацию, заблокировавшую вас, разряжаю отрицательные эмоции в этой ситуации, переписываю сюжет на позитивный — и в результате таланты раскрываются, проблема уходит, способности раскрываются. Но часто бывает, что за свою жизнь мы нажили не один, а множество стрессов и блоков. Тогда приходится их всех понемножку разгребать. И, в конце концов, результат всегда положительный.

Тем, кто не очень хочет углубляться в психотерапию, я предлагаю следующий способ преодолеть языковой барьер. Представьте, что вы встретили англичанина или любого англоговорящего, который недавно живет в Москве, изучает русский язык и русский для него не родной. Конечно же, он будет допускать ошибки, говоря по-русски. Но будете ли вы смеяться над ним? Будете ли обижать его? Конечно, нет. Мы все понимаем, что это не родной для него язык, что выучить русский сложно. Мы, наоборот, скорее всего, похвалим его за желание и стремление выучить язык. И, конечно же, если это интересный человек и говорит интересные вещи — нам будет вскоре совсем не важно, в какую грамматическую форму он облекает свои мысли. Мы будем слушать его и оживленно поддерживать беседу, не обращая внимания на ошибки...

Из этого следует вывод. Неважно, как вы говорите; важно, что вы говорите... Если вы изрекаете brilliant ideas, вас внимательно слушают, даже если вы не совсем грамотно изъясняетесь... И гораздо хуже, если вы несете полную чушь, безупречную с точки зрения грамматики.

Возвращаясь к попыткам общения на неродном языке, можно сказать, что точно так же снисходительно относятся иностранцы и к нам. И, если некоторые народы щепетильно относятся к искажению своего языка (например, немцы и французы), то англичане и американцы не такие. Они очень дружелюбны, весьма спокойно и снисходительно относятся к нашим усилиям сказать что-то in English и стараются всеми силами помочь, когда мы в затруднительном положении. И совсем не обижаются, когда мы делаем ошибки. В конце концов, они — gentlemen, вежливы, культурны и хорошо воспитаны. В общем, дерзайте, ребята.

Обычно такое вступление оказывает положительное влияние на всех моих учеников. Они все приободряются, становятся храбрее и потихоньку начинают «спикать»...

К содержанию

Как научиться свободно говорить по-английски? Возможно ли это? И если “да” — то как?

Как разучиться говорить по-английски, нажить кучу комплексов и страхов, знает не понаслышке каждый, кто учился в школе. А вот как научиться говорить по-английски легко и свободно и без стресса — этому меня научили мои зарубежные коллеги из туманного Альбиона (Англии).

Уйдя с работы и получив приличное выходное пособие, я, скорее от нечего делать, решила повысить и свою квалификацию in English. По объявлению в газете я нашла преподавателя-носителя языка, англичанина. И не пожалела о потраченном времени и средствах. Тот бесценный опыт, который я пережила, помогает мне и моим ученикам с тех пор много лет и будет помогать всю жизнь. Придя на урок, я увидела необыкновенно красивого джентльмена, который прекрасно знал как английский, так и русский язык, но самое главное — современную «буржуйскую» методику преподавания иностранных языков. А у буржуев, как известно — все для человека, ради человека и на высшем уровне.

Пока я рассказывала о себе — он не перебил и не исправил меня ни разу. Он спокойненько сидел и делал пометки в своем блокнотике. А когда я закончила, он сказал: «Я не знаю, чему тебя учить, Наталия. Ты не сделала ни одной ошибки в английском. Но все же я могу подкинуть тебе несколько новых выражений и интересных слов — возможно, тебя они заинтересуют...»

Для сравнения, расскажу, как я перенимала опыт у моей русской коллеги — преподавательницы английского — когда пришла преподавать в один из университетов Москвы.

Проверяя домашние задания, Е. за каждую ошибку набрасывалась на учеников как сорвавшаяся с цепи собака. Гнев ее был яростным и неподдельным... В результате ученики один за другим... вообще теряли дар речи. Они бледнели, краснели, теряли дар речи, едва лепетали, а затем и вовсе замолкали, вжавшись в парту. Она же орала все сильней... А потом жаловалась мне: удивлялась, почему никто не ходит на занятия. И ничего не делает. И — какие тупые — ничего не понимают. И чего только она не делала — и в деканат писала, и родителей вызывала — а они все равно не ходят. Почему — непонятно...

Позже, изучая кинезиологию, я узнала, что когда мы испытываем стресс (например, когда на нас кричат, ругают или даже просто исправляют) — у нас блокируются передние лобовые доли. Эта зона мозга (наш лоб) отвечает за обработку и анализ ситуации. Они очень чувствительны и блокируются от стресса в первую очередь. А когда они заблокированы — мы не в состоянии ни продуктивно мыслить, ни анализировать, ни понимать, ни запоминать. Поэтому, для того, чтобы процесс обучения был успешным — нужно в первую очередь создать психологически комфортную спокойную обстановку. Тогда уже можно в спокойной атмосфере чему-то научиться... Это хорошо знают и применяют наши зарубежные коллеги. Кроме того, им известно, что если ругать за ошибки и наказывать, то очень скоро возникнет страх совершить ошибку, затем стопор; в результате воздвигнется языковой барьер и вообще пропадет желание изучать язык. Где есть страх — там нет любви... Нельзя бояться учительницу и одновременно любить ее предмет. Страх убивает все добрые чувства, блокирует способности, разрушает психику и организм.

Кроме того, эти самые мудрые буржуи подметили, что если исправлять человека на каждой ошибке, когда он говорит, то сначала он застесняется, потом испугается, а потом замолкнет вообще. Будет нем, как рыба. И потом его уже не заставишь говорить. Разве что под пытками. Так уж устроен человеческий организм. Причем у всех людей — одинаково. Поэтому придумали вообще не перебивать человека, когда он говорит. Кроме того, что это признак высокой культуры, это еще и возможность для ученика разговориться по-английски — без страха, без стресса, в атмосфере доброжелательности и комфорта. «А как же ошибки?» — спросите вы. «Что же их теперь — вообще не исправлять». «Конечно, исправлять,» — ответят они. Но — мухи отдельно, котлеты отдельно. Вспомните, насколько эффективно для вас исправление ошибок во время речи? Запоминаете ли вы то, что вам сказали? Не повторяете ли вы этих ошибок в дальнейшем? И как вы себя чувствуете психологически?

Так вот, оказалось, что когда человек увлечен беседойю, исправлять его крайне неэффективно. Он все равно не запоминает исправлений, повторяет те же ошибки и, в результате, кроме комплексов — ничего от этих исправлений не приобретает. Для исправления ошибок придумали вот что. Они их записывают (при этом стараются, чтобы ученик не заметил — чтоб его не нервировать), а потом, когда вы закончили, предлагают «посмотреть кое-что из грамматики», предварительно вас похвалив. Затем открывают учебник (например, Raymond Murphy/ English grammar in use — очень доступный и удачный учебник по грамматике), находят те разделы, где объясняется ваша проблемная грамматика — и предлагают прочитать объяснения и сделать упражнения на закрепление. На практике такая методика доказала свою эффективность. Подробно разбирать ошибки и делать упражнения на их исправление в спокойной обстановке — гораздо эффективнее, чем прерывать и что-то пытаться исправить на скорую руку. В результате таких занятий грамматика «шлифуется» очень быстро — буквально в течение 2-3 месяцев (конечно, в зависимости от начального уровня) доводится до совершенства. Кроме того, уже с первого занятия ученик практикует свою разговорную речь, не боясь, что его кто-то «осадит». В результате уже после первых двух-трех занятий люди начинают легко и быстро выражать свои мысли по-английски, акцентируя внимание на смысле того, о чем говорят, все более увлекаясь общением и, таким образом, приобретают «беглость» в языке, fluency in English, к которой, собственно, и стремятся.

А как мы все говорим на иностранных языках после 2-3 бутылок пива? Вот уж средство от языкового барьера всех времен и народов. А если без шуток, то алкоголь разблокирует передние лобовые доли, в чем и разгадка.

Итак, какой можно сделать для себя вывод из всего вышесказанного? А вот какой:

Если хотите навсегда потерять способность выражать свои мысли на иностранном языке — найдите учителя, который будет ругать вас за каждую ошибку. Также достаточно, чтобы он просто обрывал вас на каждой фразе и постоянно поправлял. Языковой стопор и языковой барьер вам гарантированы!

Если хотите разговориться по-английски, достичь беглости, легкости и свободы самовыражения — попробуйте «буржуйскую» методику, описанную выше. Они умные люди и делают все с любовью к человеку.

И еще... Все, что вы делаете, делайте с любовью к человеку. И тогда будьте уверены, что, когда вы не можете справиться с задачей сами и готовы все уже послать к черту, обязательно придет помощь. Конечно, если это кому-нибудь нужно. А ведь если звезды зажигают — значит это кому-нибудь нужно?

Be happy and enjoy Еnglish!

Ломакина Наталия Викторовна

Статья предоставлена компанией "Ваш репетитор"