Содержание:

К содержанию

Она

Сколько себя помню, очень хотела научиться готовить как бабушка - красиво и вкусно. Обожала наблюдать, как ее проворные руки лихо крутят ручку мясорубки, и красные колбаски мяса вылезают из дырочек. Смотреть, как эти руки лепят из фарша котлеты, обваливают их в муке и плюхают на шипящую маслом сковородку, как легко и проворно снуют они над дымящимися кастрюлями, а потом аккуратно укладывают на противень и смазывают маслом симпатичные ровненькие пирожки (мои собственные, слепленные из песка и выложенные по краю песочницы, выглядели, прямо скажем, неказисто и вызывали насмешки у более талантливых и сноровистых тогдашних моих подружек).

Однако прошло время, и готовить я постепенно научилась. Сначала из желания доказать вечно тревожащейся маме и отчасти самой себе, что кое-что я все-таки умею и к началу ранней самостоятельной жизни вполне готова. Потом хотелось протоптать пресловутую дорожку к сердцу любимого мужчины посредством своих кулинарных талантов, а так как такого огромного количества полуфабрикатов и готовой замороженной пищи тогда еще и в помине не было, то пришлось браться за кулинарные книги и переписывать понравившиеся рецепты из женских журналов в пухлую тетрадку. Позже я даже достала книгу В. Похлебкина с описанием всех кулинарных приемов и секретов, уж очень хотелось, чтобы блюда получались по всем правилам. Затем было увлечение кухнями народов мира. И, уж конечно, я творила какие-то тортики с кремом из взбитых сливок, сладкие коврижки, варила всевозможные варенья, пробовала даже делать домашнее мороженое.

Вот что примечательно, ни в одной из этих книг я не нашла рецепта, как готовить так, чтобы получалось вкусно, разнообразно и при этом - быстро. Быстро - это значит так, чтобы любимый не ныл, что "это все долго, и пора уже сварить сосисок и слопать их скорее с пивом и горчицей". Ну не знаю я, как приготовить "правильный" обед из кулинарной книги за 15 минут! Нет таких рецептов, если, конечно, не брать в расчет "аварийные" варианты с сосисками, яичницей, пельменями и разогревом полуфабрикатов в микроволновке. Именно поэтому, стоит мне взяться за приготовление воскресного обеда или ужина, любимый знает, что часа четыре (а то и больше) кухня будет занята, и меня лучше не трогать и не раздражать глупыми вопросами типа "когда будем обедать?" или "может, лучше все-таки пельменьчиков по-быстрому?" Ну уж нет, "пельменьчики", однообразные ланчи и гамбургеры с колой - это по будням, а сегодня - выходной, и мы наконец-то можем поесть вместе - спокойно и как полагается.

Поэтому пусть все будет по правилам: салат, первое, второе и десерт. Что бы такого придумать сегодня? Что там у нас в холодильнике? Хорошо, что заставила его заехать в супермаркет и не поддалась на пространные разговоры про "пельменьчики", макароны и прочую еду, на приготовление которой, дескать, требуется немного времени и главное - "вполне съедобно". Ну и что, что "потрачены два часа времени на хождение от прилавка к прилавку", поворчал и затих, зато в нашем холодильнике - полное изобилие. Значит, обед сегодня будет приготовлен по всем правилам здорового питания: мясо с тушеными овощами, соус (приготовлю сама из свежих помидоров), на десерт - непременно что-нибудь легкое типа творожного пудинга, украшенного кусочками консервированных груш. Ничего, часика три-четыре потерпит.

"Возьмите кусок телятины, натрите солью, специями по вкусу, нашпигуйте чесноком и поставьте мариноваться на сорок минут". Так, прошел час - действие первое: сцена появления "голодающего" с газетой, сопровождающаяся шутливой репликой "Все стряпаешь, душенька?" Знаем мы эти заходы - сейчас полезет в холодильник... Ладно, пусть йогурт слопает - отстанет хоть на полчаса. Ушел. Так, что там у нас дальше? "Не переставая помешивать, добавляем в кастрюльку со сливками полученную массу из творога, изюма, перетертых с сахаром желтков и аккуратно добавляем". Так, сцена вторая: действующие лица те же - "голодающий" уже без газеты, зато с нагловатым заявлением. "А не пора ли нам перекусить?" Снова лезет в холодильник, но на этот раз выуживает оттуда кусок вчерашней пиццы. Уже протестую. "Ну неужели нельзя потерпеть хоть немного?! Мы же завтракали три часа назад!" Уходит обиженный, запихивая в рот холодную пиццу. Так, спокойно, не раздражаемся, а то белки плохо взобьются.

Нет, ну почему у нас всегда так: все на бегу, на лету, никакой культуры принятия пищи! Вот в прошлый раз, помнится, часа четыре колдовала над мясом по-французски, соус взбивала вручную, а он залил все это кетчупом, майонезом и слопал за три секунды - как будто это был не кулинарный шедевр, а обыкновенная "черкизовская" сосиска с макаронами. Иногда мне кажется, что ему вообще все равно, что есть, хоть сено прошлогоднее, лишь бы на столе был кетчуп. Хотя, с другой стороны, попадаются и такие варианты, как муж нашей соседки: все приготовленное пробуется им с таким видом, будто его хотят отравить в собственном доме. Бедная его жена целый день носится с сумками по магазинам в поисках парного мяса, каперсов, свежих белых грибов или ежевики. Зато из их квартиры всегда доносятся такие восхитительные запахи, что начинается попросту непроизвольное слюноотделение, причем прямо с выхода из лифта. "Везет тебе, - часто говорит она мне на бегу, груженная полными сумками, - твой лопает все подряд, без претензий, а нам опять соляночки захотелось, вот телятинки купила парной…" Не знаю почему, но мне делается обидно: вовсе и не "все подряд", я все-таки не так уж и плохо готовлю, разве что немножко долго. А потом, не зря же говорят, что домашняя пища, будь она во сто раз проще той же ресторанной, все же полезнее, в нее вкладывается столько доброй энергии и любви к поедающим эту самую пищу…

Ну ладно, вроде все готово. Так, вилки, ножи. Тарелки поставлю вот эти, нарядные. "Кушать подано, милый!" Ну и что? Не отзываемся? Надо же, то приходит каждые полчаса, то не дозовешься. Обиделся, наверное. Ладно, сама зайду. Да-а. Картина: на диване безмятежно похрапывает мое чудо расчудесное, вокруг корки от мандаринов, наполовину опустошенный пакет чипсов и огрызок яблока. И когда, интересно, он успел незаметно проникнуть на кухню? Вот вам и воскресный обед. С одной стороны, жалко будить, а с другой - зря я, что ли, столько на кухне стояла? Нет, жалко будить все-таки, пусть поспит, аппетит во сне нагуляет, накрою его пледом и пойду пока к соседке зайду, она обещала дать рецепт "Соте из баклажанов".

К содержанию

Он

Честно говоря, я знал, что сегодня это предстоит. Мог догадаться легко: она с недовольным видом рассматривала гулкие внутренности холодильника, достала с дальних полок кухонного шкафчика какой-то фирменный набор тщательно оберегаемых сковородок и кастрюль, листала толстенную кулинарную книгу и делала записи в своей заветной пухлой тетрадке с витиеватой надписью на обложке "На заметку хозяйке". Самое страшное - эта тетрадка. Если в ней появляются новые записи - это значит, что кулинарные намерения сильны как никогда, сомнения отвергнуты и изменения в запускаемой обеденной программе запрещены. Я вздыхаю и обреченно жду, ибо сопротивляться бесполезно.

Наконец, слышу ее мягкий, нежный и не терпящий возражений голос: "Милый, надо бы съездить в магазин - купить продуктов к обеду". Далее следует дежурный диалог, предваряющий любую хозяйственную экспедицию. Он может содержать разнообразные словоформы, но, по сути, сводится к следующему.

- Может, не надо? - имею в виду я.
- Надо, милый, надо, - настаивает она.

Я кажусь себе достаточно убедительным в своих аргументах о том, что слишком жестоко в законный выходной день гнать меня с пригретого дивана в шумный супермаркет, кишащий недобрыми и агрессивными покупателями вкупе с назойливыми и алчными продавцами. Я добиваюсь сочувствия, но не освобождения от повинности. Впрочем, она великодушно соглашается сопровождать меня в закупочный тур. Я не льщу себя надеждой, что это забота о моей тонкой нервной организации. Скорее, боится оставить меня наедине с ответственным процессом закупки продуктов. До сих пор помнит, как я в целях экономии купил у доброй старушки в подземном переходе десяток яиц по сходной цене... Что ж, они стоили своих денег - три из них оказались даже не тухлыми.

Есть что-нибудь более муторное и унизительное для мужчины, чем поход в магазин за продуктами под чутким руководством женщины? Ладно-ладно, знаю, что есть. Но два часа бродить с тележкой, как негр-бой, следом за сомнамбулической покупательницей, смотрящей сквозь тебя и с озабоченным выражением на лице беззвучно шевелящей губами, - это тоже, знаете ли, то еще удовольствие! Тупым взглядом наблюдать, как в корзину кладутся совершенно не знакомые тебе овощи ("Так вот они какие, эти артишоки!"). Подчиняться взбесившейся штурманской программе в ее голове, которая бросает наш караван от одного прилавка к другому ("Дорогая, а разве мы здесь уже не в четвертый раз?"). Подвергаться уничижению за робкие попытки внести свою лепту в шоппинг ("Ладно-ладно, успокойся, уже ставлю этот кетчуп обратно!").

Я стоически выдерживаю все это, я расстаюсь после этого с немалой суммой денег, я тащу в своих деревенеющих руках эти пакеты. Что же дальше? Мне предлагают подождать. Совсем чуть-чуть. Часа три-четыре. Так как далее будет свершаться великое таинство - приготовление "правильного обеда".

Я давно обратил внимание: чем "правильнее" обед, тем дольше он готовится. Чем дольше он готовится, тем тяжелее переносить ожидание. Чем тяжелее переносится ожидание, тем, прямо скажем, безразличнее, что именно будет подано. Ибо выделяющийся желудочный сок имеет катастрофическое свойство вводить в полуобморочное состояние все вкусовые рецепторы. "Наш пищевой экспресс проследует станцию Языковка без остановки, так как опаздывает по расписанию на Желудочный вокзал".

Я пытаюсь войти в ее положение. Я предлагаю дельный совет: сначала вдарить по желудочному соку пельменьчиками, а там я весь в ее распоряжении для дегустации достижений кулинарной мысли... После чего оказываюсь бит и выгнан с кухни.

Через час урчание в брюхе заглушает даже мое старательное шуршание газетой. Я наношу дружественный визит на кухню и пытаюсь непринужденно шутить. Все подходы к холодильнику, тем не менее, простреливаются, и вся моя добыча - жалкий йогурт. Н-да. Все равно что поливать огонь бензином.

В течение следующего часа я:

  • внимательно изучаю в газете рубрику "Ресторанная критика";
  • не отрываясь смотрю по телевизору программу "Смак!" с постоянно облизывающимся и беспрерывно снимающим пробу Макаревичем;
  • не отрываясь смотрю по телевизору рекламную паузу с "Галиной Бланкой", "Лапшой Доширак" и "Весело и вкусно - Макдональдс!";
  • впервые начинаю оценивать эстетические достоинства висящего на стене натюрморта "Ваза с фруктами";
  • обдумываю план спецоперации по добыванию пропитания.

На исходе часа я приступаю к реализации плана.

Пункт первый. Даю ей шанс накормить себя по-хорошему. На свой невинный вопрос о том, не пора ли нам уже покушать, получаю в ответ обжигающий взгляд. Понял.

Пункт второй. Осуществляю провокацию. Нагло лезу в холодильник за вчерашней пиццей, и попадаю под словесный залп. Отвлекая ее возмущенное внимание на кусок пиццы в своих зубах, стягиваю за спиной со стола пару мандаринов и яблоко.

Пункт третий. Мыча и указывая взглядом и болтающейся пиццей в зубах на угрожающе оседающую в кастрюльке пышную массу, переключаю ее внимание на проблему взбивания белка и получаю таким образом шанс на похищение пакета с чипсами, который, разумеется, не упускаю. Громко шаркая тапками, чтобы заглушить предательское шуршание пакета, я покидаю опасную зону.

Раскладываю на диване свои трофеи. Неплохо! Теперь мне не страшны рекламные паузы и телеповара. Итак, пожелаем моей милой кулинарных успехов, себе - приятного аппетита и приступим.

Я жую и исполняюсь искреннего понимания и сочувствия к своей хозяюшке. Конечно, она хочет сделать мне приятное и показать (в том числе и через изысканный воскресный обед), как она меня любит. Только никогда мне ей не объяснить, что ее попытки накормить меня "правильным обедом" - это все равно что: ну, не знаю: мои попытки продемонстрировать ей на машине самый "правильный" маршрут от дома до ее работы. Я могу придумывать самые изящные пути объезда жутких "пробок", ставить рекорды скорости и показывать чудеса водительской смекалки, но на самом деле ее интересует лишь конечный результат - вовремя оказаться утром на работе. Поэтому неудивительно, что и мужчина больше ценит в женщине умение сообразить съедобную закуску при практически пустом холодильнике, нежели приготовить изысканный обед при продуктовом изобилии. Как ни прискорбно, но чувство сытости преобладает над чувством вкуса. Не всем же быть гурманами! Так что отчасти справедлива издевка над шутливым идеалом продуктового магазина для мужчин - со штабелями упаковок с надписью "Еда".

И еще неизвестно, думаю я, постепенно проваливаясь в дрему, ради чего на самом деле она так старается, - чтобы накормить меня или все-таки чтобы кое-что доказать самой себе? Впрочем, каков бы ни был правдивый ответ на этот вопрос, я никогда не посмею задать его вслух.

Шен Бекасов, shen@list.ru.
Из цикла "Он и Она".