Содержание:

Мой сын родился!.. Акушерка, не обрезая пульсирующую пуповину, тут же выложила малыша мне на живот, а он... поднял голову и попытался посмотреть мне в глаза. Тогда я ничего не подумала; я вся состояла из единственной эмоции — бурного восторга. К тому же до этого я не видела новорожденных младенцев и не совсем четко представляла, как они должны себя вести. Когда на следующее утро (в один день отроду) сын прополз несколько сантиметров по пеленальному столику, я решила, что он необычайно сильный. Меня не насторожила эта его особенность, хотя я и подозревала, что передвигаться самостоятельно такому крохе пока рановато.

Мягкая победа над гипертонусом

К содержанию

А разве что-то не так?

В общем, я принимала сына таким, каким он родился. Он мой первенец, и мне не с кем было его сравнить. Конечно, у моих друзей были маленькие дети, но я не проводила с ними 24 часа в сутки и не старалась вникать в особенности их поведения.

А сын тем временем мало спал и требовал грудь каждые полчаса-час. "Ну, ладно, — думала я, — у каждого свой режим, все устаканится". Он не переносил чужих рук и кричал жутким голосом, когда до него пытались дотронуться нянечка или доктор. "Ничего удивительного, я тоже не люблю телесного контакта со случайными людьми. Приветственные поцелуи в щечку всегда казались мне ненужной фамильярностью".

Сын много плакал, а если конкретнее, он молчал только во сне, или когда приходил папа и что-нибудь ему рассказывал, или у меня на руках с сисей во рту. Я и к этому относилась как к чему-то естественному, помня знаменитую киношную фразу: "Почему ребенок молчит? Ребенок должен орать!".

Единственное, что мне казалось выходящим за рамки естественного поведения — это то, что малыш чуть подергивал головой, если я не могла успокоить его дольше одной минуты (например, во время гигиенических процедур). Но мне даже в голову не пришло, что эта "мелочь" может оказаться симптомом заболевания. Поэтому когда педиатр сказала, что у сына гипертонус и гипервозбудимость, я стала доказывать, что он просто очень эмоциональный, как я, и своевольный, как папа.

"Конечно, характер тут будь здоров, — согласилась мудрая Алла Борисовна. — Но вот мы ему немножко поможем, и ты поймешь, где кончается натура и начинается болезнь".

По каким внешним признакам мама может определить, что у новорожденного гипертонус?

На вопросы отвечает Людмила Борисовна Заякина, кандидат медицинских наук, зав. педиатрическим отделением роддома при ГКБ № 29.

Повышенный тонус является одним из симптомов повышенного внутричерепного давления у ребенка, которое может быть вызвано различными причинами в каждом конкретном случае. Проявляется он выраженным беспокойством, постоянной жаждой сосания, беспричинным криком (монотонным или пронзительным), запрокидыванием головы с выгибаниями назад и частыми срыгиваниями. Еще признаком повышенного тонуса является вытягивание ножек и ручек, тогда как для новорожденного ребенка нормальным положением является то, в котором ножки согнуты в коленях, а ручки — в локтях.

К содержанию

Безопасное лечение

Выписавшись из роддома, мы остались под наблюдением Аллы Борисовны. Дважды в месяц приезжали к ней на консультации, а все остальное время я выполняла ее предписания, в число которых, к моему счастью, не были включены сильнодействующие лекарства. Я с ужасом вспоминала рецепт, который районный невропатолог выписал от гипертонуса сыну моей подруги: в медицинской энциклопедии было сказано, что эти препараты применяют для лечения шизофрении в стационаре! Мы же делали хвойные ванночки и ароматерапию сушеными травами, принимали витамины и занимались массажем. Единственное традиционное лекарство, которое мы кушали, была аминокислота глицин.

Такое вроде бы несерьезное лечение, но уже через две недели я стала замечать, как меняется поведение сына. Он стал дольше спать и меньше плакать. Когда ему что-то было нужно, он по-прежнему требовательно кричал, но как только я брала его на руки, замолкал и давал мне возможность принять правильное решение. Звуковая сирена включалась снова, только если я делала что-то не так.

День за днем малыш привыкал к ванночкам и массажу, а потом они даже стали доставлять ему удовольствие! Его движения стали более спокойными, выражение лица с "отстаньте все от меня" изменилось на "а здесь не все так плохо".

Вот тут я и почувствовала границу между натурой и болезнью, о которой говорила Алла Борисовна. Если описать ее в двух словах, то это возможность ребенка контролировать себя. Нездоровый малыш сам страдает от своего плача и слишком активных движений, с которыми не может справиться, а здоровый — использует те же самые средства, чтобы "спустить пар" или выразить свои чувства и потребности.

Какие существуют направления лечения гипертонуса у новорожденных?

Направление лечения может выбрать только врач. При этом он будет руководствоваться результатами клинических обследований и нейросонографии. Если есть выраженные признаки повышенного внутричерепного давления, то необходимо применять достаточно сильную медикаментозную терапию. Как правило, мы вынуждены делать такие назначения при запущенной форме заболевания.

Но есть возможность до этого не доводить. За ребенком необходимо тщательно и непрерывно наблюдать с самого рождения. Если общее состояние хорошее, а признаки гипертонуса слабо выражены, можно применять мягкие методы. К ним относятся: препараты глицерина, травы, гимнастика и массаж, плавание, а также музыкотерапия и ароматерапия.

Хочу подчеркнуть, что при лечении гипертонуса необходимо постоянно контактировать с врачом и не прекращать консультироваться по собственной инициативе — если вам вдруг покажется, что все уже прошло.

К содержанию

Помогите доктору!

"Странный у вас доктор!" — не раз слышала я от подруг, которым рассказывала о наших успехах. "Странность" Аллы Борисовны, на их взгляд, заключалась в том, что она постоянно спрашивала мое мнение о процессе лечения сына. "Что она сама не знает, как надо?" — удивлялись подруги. А я уверена, что именно благодаря такому диалогу мы совместными усилиями избавили малыша от неврологического заболевания, избежав суровых методов лечения.

Как контраст вспоминается визит в обычную детскую поликлинику. Очередь была такая большая, что сынуля успел покушать сисю и заснуть. В результате на прием к врачу он был внесен в далеко не бодром состоянии. Доктор попросил положить его на столик и, не заметив, что ребенок не успел проснуться, поставил диагноз: "Головку не держит — задержка в развитии". И попрощался! А ведь подобное происходит постоянно.

Как показывает мой опыт, за пару минут общения с ребенком даже уникальный специалист не сможет понять все о его здоровье. Все мы знаем, что состояние младенцев очень быстро меняется, а развитие идет самыми неожиданными скачками. Как можно, едва взглянув на сонный кулек на пеленальном столике, установить его неврологический статус?!

А если серьезно, то за особенностями в поведении ребенка и тревожными симптомами могут проследить только родители — просто потому, что делать это нужно постоянно, а не несколько минут в неделю. Вот почему Алла Борисовна всегда терпеливо выслушивала мои рассказы о нашем распорядке дня, настроении и прочем, а также задавала множество вопросов. Такая совместная работа позволяла нам вместе оценивать эффективность лечения и принимать правильные решения.

Думаю, что это необходимо всегда, а при использовании мягких методов — вдвойне. Дело в том, что влияние агрессивных успокоительных средств на организм человека предсказуемо: ребенок или взрослый становится заторможенным. А вот массаж или фитотерапию приходится подбирать и корректировать в зависимости от особенностей ребенка и заболевания. И это более сложный и многогранный процесс.

Мягкая победа над гипертонусом

Как должны строиться отношения матери и врача для успешного лечения гипертонуса?

Самое главное — это полное доверие. Это касается и любых других медицинских проблем. Мать должна полностью доверять врачу, а врач должен найти контакт с матерью. Нет смысла сотрудничать с врачом, который по каким-то причинам не нравится, даже если это отношение необоснованно. Мать должна быть уверена, что доктор поможет ребенку, а все остальное вторично. Ну и, конечно, важно терпение и любовь к малышу со стороны и матери, и врача.

К содержанию

Особенности применения

"Как! Ты до сих пор не наняла массажиста (фитотерапевта и т.п.)? Тебе, что, денег на ребенка жалко? Ты сама не сможешь! Ты не врач!" — такие упреки раздавались вокруг меня постоянно. А я просто слушала свою интуицию, которая уверенно твердила, что лучший помощник моему сыну — это я сама.

Я убеждена, что при любом лечении, будь то таблетки, грязевые ванны или ингаляции, огромное значение имеет то чувство, с которым пациент принимает процедуру. Если методы лечения вызывают у ребенка гнев, обиду, отчаяние, это мешает крохе победить недуг. В то время как положительные эмоции дают стимул бороться и помогают выздороветь.

Есть еще один важный момент. Посторонний специалист подходит к лечению механически. У него просто нет возможности настраиваться на эмоциональную волну ребенка. А новорожденному это необходимо намного больше, чем взрослому! Ему совершенно чуждо умозаключение типа "надо потерпеть ради выздоровления". Поэтому лечение малыша должно производиться не столько руками и травками, сколько теплом маминой души и любовью. Посылая ребенку мысль: "Я тебя люблю. У тебя пальчики свободно сгибаются и разгибаются, когда ты захочешь" — и поглаживая его ладошки, можно добиться того же результата, что и на нескольких сеансах жесткого массажа!

Итак, я решила выполнять все рекомендации врача самостоятельно. Обучилась технике массажа, сдала доктору "экзамен", записала все травяные рецепты и занялась лечением сына, делая акцент не на механической, на эмоциональной составляющей процесса.

Вот как это выглядело на практике. Перед каждым сеансом массажа я в первую очередь отключалась от всего окружающего мира и настраивалась на волну сына. Потом я ему объясняла, что мы сейчас будем делать, одновременно представляя каждую манипуляцию наглядно, как кинокадры. Потом я мысленно посылала сыну эту картинку, не забывая добавить чувство огромной любви и радости.

И каждое движение я старалась делать в таком образном сопровождении. Это не какие-то новомодные психологические заморочки, а попытка говорить с ребенком на его языке — языке эмоций и волеизъявлений. И что самое главное — получать ответ! Как по волшебству я понимала, что сыну будет приятно, а что нет. Например, я точно знала, когда он потерпит пеленальный столик, а когда придется положить его к себе на живот и долго массировать спинку, ягодицы и т.д.

Эмоции, которые мы вкладываем в лечение малыша, имеют большое значение еще и потому, что — на мой взгляд — именно психологическая обстановка в семье является первопричиной нездоровья крохи. В моем случае медицина списала заболевание сына на плохую экологию и грипп, которым я переболела во время беременности. Но для меня очевидно, что не меньшую роль сыграло то, что я забеременела вскоре после смерти свекрови, которая долгое время пыталась победить рак. Малыш еще в утробе получил заряд несчастливых эмоций, которыми были переполнены мы с мужем и все наше окружение, — заряд горя, боли, усталости и отчаяния.

Время вспять повернуть нельзя, но доказать сыну, что он самый любимый ребенок на свете, мы с мужем, по-моему, смогли. Возможно, именно поэтому за свои полтора года он болел лишь один раз.

Сейчас мой сын очень эмоциональный, подвижный мальчик с сильной волей и чувством собственного достоинства. Он может заплакать, а точнее гневно закричать, пытаясь добиться своего, но может и моментально успокоиться, когда поймет, что это бесполезно. Он может сдерживаться и не плакать, даже если очень хочется кушать в дороге, а до дома еще далеко. В общем, сын прекрасно владеет своим телом, контролирует свое поведение, а иногда даже свои чувства. Он остался самим собой, а болезнь ушла — и в этом наша мягкая, но уверенная победа над гипертонусом!

Анна Бабина.