На облаке, пушистом как вата и белоснежном как снег, сидели две фигурки, взявшись за руки.

Это были два мальчика, два ангелочка, а точнее — две души ещё не родившихся детей, которые ждали своей очереди, чтобы попасть на землю. Один был худым и почему-то всегда печальным, другой — плотного телосложения и весёлого нрава.

Но несмотря на их различия, им было хорошо друг с другом.

— А когда твоя очередь? — спросил один.

— Скоро... — печально ответил второй.

— Почему так печально?

— Не ждут там меня, — чуть не плача ответил печальный ангелочек.

— Что ты такое говоришь? — воскликнул второй. — Там нас всех ждут!

— Может быть, — тихо произнёс он ему в ответ, пожав плечами.

...Рядом друг с другом, на приём к врачу, сидели две девушки. Одна каждый раз светилась изнутри, когда прикладывала руку к животу, при этом улыбалась и что-то нашёптывала. Соседка была полная её противоположность. Она сидела хмурая, как будто надела на себя чёрный мешок.

...Белые облака проплывали мимо ангелочков, которые сидели, обнявшись, и вели между собой тихий разговор.

— А твоя мама красивая?

— Очень. А твоя?

— А моя... — и через секунду продолжил, — а я просто люблю её, она без меня пропадёт.

Они замолчали и ещё долго сидели и смотрели, как облака уплывали вдаль, а солнечные лучи пронизывали их, как стрелы.

— Что с тобой? — вдруг спросил один из них. — Ты стал таким бледным!

— Да мама что-то прихворнула, я это чувствую.

— Ты держись, я с тобой! — и, подхватив друга, который чуть не упал, усадил рядом с собой, обняв крепко-крепко.

...Две девушки, что когда-то сидели на приёме к врачу, вновь оказались вместе в больнице.

— Ты что такая грустная?

— Да не знаю.

— У тебя кто? Мальчик, девочка?

— Мальчик.

— И у меня мальчик! Вот здорово!

— Да так себе, — и девушка, обхватив руками колени, чуть не разрыдалась.

— Ты что? — кинулась к ней другая. — Не плачь, ты же сына ждёшь!

...На краю облака стоял бледный ангелочек. Он еле-еле держался на ногах, качаясь из стороны в сторону. Ещё мгновение — и ветер унесёт его как листочек, далёко и безвозвратно.

— Мама, мамочка, — вдруг пронзительно выкрикнул он, протягивая ручонки, пытаясь обнять или остановить кого-то. — Мамочка, я тебя очень люблю, ты же без меня пропадешь! Даже если... даже если... я всё равно буду любить. Вечно.

Яркий ангелочек, увидев своего друга, спешил к нему. Он почувствовал что-то неладное и в последнюю секунду ухватил товарища, не дав порыву ветра унести его. Ангелочек рухнул в объятия друга, не подавая признаков жизни.

— Боже! — вскричала девушка. — Что же это я? Зачем я ЭТО?

— Ты что кричишь? — услышала она голос врача. — Я тебе ещё пока ничего не сделала. Да и бояться нечего, укол — и ты свободна.

— Нет! Я не хочу! Я его слышу! Я его чувствую! Он внутри кричит мне — мамочка! — девушка стремглав выскочила из кабинета, прямо в объятия своей подруги, с которой познакомилась в больнице и успела подружиться.

— Что там произошло? А?

— Нет-нет! Всё в порядке. Меня сын ждет, а я — его!

После этих слов вся её мрачность и печаль куда-то улетучились, испарились, будто и не было их. Девушка улыбнулась и, положив руки на живот, тихо-тихо что-то прошептала.

...Яркое солнце осветило и приласкало ангелочков, которые уже были готовы к встрече со своими мамами.

...Карапузы с букетиками полевых цветов бежали, чтобы окунуться в объятия своих любимых, добрых и красивых мам:

— Мамочка!

— Я тут, мой милый! Я тут! — отозвались радостным эхом голоса мам. — Счастье мое, я тут!