Содержание:

"Быть женщиной в наши дни означает быть немного цыпочкой", — сообщают авторы книги "Цыпочки в Лондоне", поручив француженке Вирджинии Ледре рассказать о том, на какие категории делятся жительницы британской столицы. Сегодня она — и с иронией и знанием дела — поведает об аристократках. А чтобы это было не только интересно, и полезно — списываем адреса лучших мест для чаепития в Лондоне, где можно проникнуться имперским духом и попробовать классические сэндвичи и сконы.

Лондон: остроумные заметки об аристократках и традиции high tea

Цыпочка из Мэйфера — это жительница Лондона posh posh posh ("шикарный, аристократический"), читайте: шикарная и богатая, в отличие от бывшей участницы группы Spice Girl, а ныне супруги Дэвида Бекхэма, которая только "богатая, богатая, богатая".

Происхождение слова posh моментально позиционирует нашу цыпочку. Оно происходит от аббревиатуры POSH, которая расшифровывается как Port Out, Starboard Home — лучшие места в прохладной тени на борту океанских лайнеров, курсировавших между Индией и Англией в колониальную эпоху. Данная этимология довольно спорна. Но мы ее сохраним, поскольку даже в ошибочном варианте она прекрасно характеризует ту странную смесь качеств, представленную в нашей цыпочке из Мэйфера, секрет которой известен только ей: оппортунизм, деньги и хорошие манеры.

Цыпочка из Мэйфера не знает промежуточных состояний: либо она деловая женщина высокого полета, акула со стальными зубами, либо богатая бездельница, супруга или любовница миллиардера, лорда или барона Сити. С ней сложно соперничать, предупреждаю. В любом случае, летает она высоко, вне пределов досягаемости: ее связывают негласные знакомства с членами британской и международной аристократии и финансовыми олигархами.

Шик цыпочки posh posh posh не такой кричащий, как у It Girl, он глубже связан с традициями и стоит намного дороже. Что касается шляпок — это Филип Трейси или никто. Платья и костюмы она покупает у дизайнера, в высшей степени posh — Кэролайн Чарльз.

Для предков этой птички, как и для нее самой, Лондон всегда был лишь необходимым местом пребывания в связи с началом season. Какого именно сезона? Сезона скачек в Аскоте, парусных регат на Темзе в Хенли, оперы в Глайндборне, вернисажей на Бонд-стрит и в Галерее Серпентайн Гайд-парка между прочими исконными развлечениями.

Утверждение, что Лондон и Мэйфер представляют для нее лишь временное пристанище, разумеется, является просто метафорой. В этом квартале она получила в наследство пятиэтажный дом площадью около 250 квадратных метров, зачастую с помещениями для прислуги: управляющего, дворецкого, шофера, няни.

Но настоящая жизнь для нее — совсем в другом месте, на папиных землях, к примеру в Нортумберленде. Наша Posh Girl чувствует себя действительно счастливой, только когда в сапогах "Веллингтон" и куртке "Барбур", забрызганной грязью под моросящим дождем, освежающим ее розовую кожу, обходит конюшни поместья или вспоминает с бабулей о былых выездах на псовую охоту — знаменитую foxhunting, ныне запрещенную, в результате ожесточенной битвы между правительством Тони Блэра и палатой лордов. Лошади — ее тайная страсть. Она хотела бы стать настоящей чемпионкой, как внучка королевы принцесса Зара. Как и шляпка от Филипа Трейси, лошадь является неотъемлемым атрибутом нашей цыпочки posh. Мадонна, карьеристка-янки, прекрасно это поняла, когда захотела перевоплотиться в английскую леди, будучи замужем за Гаем Ричи. Все свои выходные она проводила в твидовом костюме верхом на лошади, скача по земле шотландских родственников ее мужа. Интересно, сохранила ли она свои привычки после развода?

В политике леди posh posh posh на стороне тори, это автоматизм, условный рефлекс, который даже не обсуждается. Читает она Daily Telegraph и иногда Daily Mail, чтобы развлечь себя этими ужасными историями про бедных.

К содержанию

High tea

Posh Girl любит чай. В данном случае мы, разумеется, не имеем в виду небрежно брошенный в чашку без блюдца пакетик в перерыве между домашними делами или подготовкой документов в офисе. Нет, речь идет о high tea или rich tea, отдельной трапезе, устраиваемой в крупных отелях столицы или дома, при условии соблюдения всех ритуалов. Пить чай для Posh Girl — это все равно что для французов перечитывать подвиги наполеоновских сражений, которые заряжают энергией и, вызвав слезы умиления, возвращают на двести лет назад.

Пусть Posh Girl не пьет чай ежедневно ровно в 17.00, как это делали ее предки, но будьте уверены, она соблюдает все правила и положенные традиции. Впрочем, наверное, цыпочка posh — единственная обитательница Лондона, которая любит проводить (терять?) три часа за этой церемонией, изобретенной герцогиней Бедфордской в XVIII веке.

Обычная жительница Лондона (не posh) чашка за чашкой глотает крепкий черный чай с небольшим добавлением молока. Даже если нация больше не мчится в едином порыве на файф-о-клок, чай остается национальным напитком и определенным символом хороших манер. Когда лондонская женщина испытывает разочарование в любви, конфликтует со своим начальством, поссорилась с матерью, какой ее первый рефлекс? Приготовить себе nice cup of tea. Почти все английские фильмы показывают это мгновение национального единения и сострадания вокруг cuppa ("большой чай", ужин с чаем). Взять хотя бы героев фильма Майка Ли "Всё или ничего" — свое жалкое существование они заливают галлонами чая с молоком.

Где лучше покупать чай
В Fortnum&Mason на Пикадилли, и это совершенно точно, можно купить самый лучший чай (россыпью и в пакетиках). Продавцы в темных костюмах разговаривают на английском языке, достойном королевы. Их угодливость одновременно завораживает и раздражает, но оно того стоит. Сотня разновидностей чая продается в красивых коробках, которые можно коллекционировать. Мой любимый — Keemun, упаковка 250 г (россыпью) знаменитого китайского черного чая. Цена 10 евро (www. fortnumandmason.com).

Когда цыпочка — posh и к тому же дочь маркиза, как моя новая знакомая Шарлотта, девушка с прозрачной кожей и длинной белой шеей, она пользуется услугами фешенебельного отеля Claridge’s.

— Чай — это, пожалуй, единственная церемония, свойственная всем социальным слоям, — подтверждает Шарлотта. — Готовишь ли ты его для себя, или для любимого, или даже для начальника, это настоящее национальное действо. Стиль может отличаться, но смысл всегда один, независимо от социальной среды: стиснуть зубы и двигаться дальше, невзирая на трудности; немного обжигающего чая и молока, и организм встряхивается.

Во Франции эту функцию выполняет чашечка черного кофе. Для нас торжественное чаепитие попахивает снобизмом, а кофе считается более энергичным, народным напитком.

High tea требует некоторой физической и моральной подготовки.

— Советую тебе, — говорит Шарлотта, — ничего не есть в полдень и не планировать ужин после high tea. Это самая сытная трапеза, которую я знаю. Я всегда хожу в бассейн накануне и на следующее утро. Лично я не ем по меньшей мере за десять часов до high tea и в течение восемнадцати часов после. (Надо сказать, Шарлотта — неправдоподобно тонкая в своем черном платье, приобретенном у антверпенского дизайнера).

Но зачем называть это high tea? Еще одна классовая деталь: afternoon tea с бисквитами — трапеза буржуазная, тогда как high tea, само собой разумеется, более классовое, чисто аристократическое хобби. Для рабочих просто tea, без прилагательного, долгое время означало единственный вечерний прием пищи по возвращении отца семейства с работы.

Советы
Для high tea советую вам следующие отели. Рассчитывайте на £ 20–30 на человека (30–45 евро).
Отель Claridge’s. Высший класс, шедевр декоративного искусства.
Отель Savoy. Во время high tea играет арфистка, божественно.
Отель Brown’s. Обстановка кожа-дерево, уютная.
The Connaught Hotel. Это был любимый отель Дирка Богарда! Зимой пейте чай возле больших каминов.

Итак, после легкого завтрака в 16 часов я встречаюсь с Шарлоттой в лобби-баре Claridge’s. Возвышаясь с начала XIX века на Брук-стрит, в сердце квартала Мэйфер, Claridge’s вот уже более 150 лет считается home away from home ("дом вдалеке от дома") европейской аристократии. В январе 1860 года королева Виктория в сопровождении своего резвого принца-консорта Альберта распивала здесь чаи с императрицей Евгенией (последняя императрица Франции, супруга Наполеона III), когда та была проездом в Лондоне, а позже и вовсе на всю зиму поселилась в Claridge’s.

Лондон: остроумные заметки об аристократках и традиции high tea

Когда появляется Шарлотта, я любуюсь старинными фотографиями в вестибюле отеля. Швейцар и bell boy в ливрее и белых перчатках устремляются к ней с почтительностью былой эпохи. Третий персонаж, администратор, принимает эстафету и отводит нас в фойе. Шарлотта забронировала столик на прошлой неделе:

— Для чая иногда приходится бронировать места заранее, это безумие. Здесь знают мою семью, поэтому сложностей не возникает, но в "Брауне" или "Савойе", куда я иногда приглашаю свою двоюродную бабушку Милдред, это становится действительно проблематично.

В самом деле, high tea, долгое время преданный забвению, возвращается с новыми силами.

За соседним столиком две модели, разговаривающие с польским акцентом, держат свои чашки из китайского фарфора с изяществом больших диких птиц; к тарталеткам с лимоном они не притрагиваются. Обстановка совершенно роскошная: маленькие круглые столики из бука, мягкие ковры, свет приглушен.

Шарлотта заказывает два high teas с "Эрл Грей", чаем с маслом бергамота.

Граф Чарлз Грей, большой любитель божественного напитка, отдавал предпочтение лишь одному сорту, который теперь носит его имя: чай с бергамотом присылал ему его друг, китайский мандарин. Когда однажды запасы чая закончились, граф Грей попросил компанию Twinings — ее магазин по-прежнему стоит на улице Стрэнд — приготовить для него такую же смесь. В итоге граф, который был премьер-министром с 1830 по 1834 год, прославился не своей политической программой, а уникальной смесью черного цейлонского чая и масла бергамота.

К содержанию

Сконы и сэндвичи

Наступает торжественный момент, появляется столик на колесиках. Перед нашими глазами буквально вырастает сервиз из серебра и тонкого фарфора: чайник для каждой, два молочника, две чаши с теплой водой, два ситечка и блюдца для них, фарфоровые чашки и в довершение к этому трехэтажный серебряный поднос. Наверху — разнообразные птифуры, тарталетки с красными ягодами, мини-эклеры, лимонные пирожные-безе. На нижнем этаже — знаменитые сэндвичи без корочки, с огурцом и морской горчицей, измельченным яйцом и кресс-салатом, семгой и каперсами, курицей и майонезом и, наконец, ветчиной и горчицей. Также в самом низу я вижу scones ("сконы" — традиционные английские булочки), простые и с изюмом, подаваемые вместе с клубничным вареньем и clotted cream (очень густая сметана, производимая в Девоне и Корнуэлле).

Знает ли Шарлотта, сколько чашек чая выпивают в день ее соотечественницы?

— Я недавно прочла статью на эту тему, — воскликнула она. — Мы потребляем 2,2 килограмма чая в год на человека, что эквивалентно тысяче чашек в год, то есть практически три чашки в день. Но состав год от года меняется. На самом деле мы также много пьем травяных и фруктовых настоев. Мой любимый — имбирный и лимонный Twinings. Британцы остаются крупнейшими потребителями чая в мире. После турок, конечно.

Любуемся этим прекрасно сервированным столом, достойным кисти голландского художника. Легкое головокружение: мы все еще в XXI веке или уже перенеслись в прошлое? Возможно, сейчас сюда войдет Уинстон Черчилль со своей огромной сигарой? Какая изысканность, какой консерватизм! Но размышлять некогда, Шарлотта показывает мне, как нужно есть scones:

— Разрезаешь их пополам в ширину, намазываешь сметаной, затем вареньем. Держишь между большим и указательным пальцами.

Ах, я таю от наслаждения и почти умираю. Первый же кусок, сдобренный глотком горячего чая, отправляет меня прямиком в рай.

Из остального помню лишь, как мы выходим 90 минут спустя с раздутыми животами и что я не ем после этого целые сутки. Шарлотта была права. High tea, "it is quite an experience, dear" ("Это настоящее событие, дорогая").