Однажды в январе (не помню точно, какого года, может, 2004-го), мы с подружками пошли в ночной клуб отмечать окончание зимней сессии. Все-все. А это редкость. Красивые, с горящими глазами, с мечтами и чувствами. Тогда этот клуб располагался в "Парк Отеле" и был одним из лучших в Сочи: хорошая музыка и обслуживание, вкусная еда и красивая обстановка. Теперь там нечто другое, совсем другое. Так вот, компания наша не осталась незамеченной. Откровенно говоря, все нас разглядывали с любопытством. Еще бы: 12 прекрасных девушек, все на одной волне. До сих пор мурашки от воспоминаний. Но дело не в этом.

В тот вечер мне было не до веселья: любимый был в другом городе, да еще и болел. Все мысли были с ним, хотя и с девочками общалась вдоволь. Внутри кипели какие-то предчувствия, к которым давно привыкла. Грусть и радость смешивались, и от этого трудно было быть хозяином своих переживаний. Музыка не давала сидеть на месте и томно смотреть куда-то. Мы много танцевали. А потом пошли с Дианой подышать чистым воздухом и посмотреться в зеркало. Оно располагалось в уютном холле, где за стойкой дремал симпатичный метрдотель-охранник, похожий на римского легионера.

В холле была какая-то суета. Мы долго вертелись перед зеркалом и смеялись чему-то. А, помню... Провернуть операцию "своё вино в казенном месте" не получилось. Точнее, получилось, но наполовину: нашу хитрость заметили и сделали предупреждение. Бррр. Но все же весело, адреналин как никак. Вот это мы и обсуждали. Откуда-то появилась вдруг симпатичная девушка и с места в карьер спросила: "Девочки, хотите в кино сниматься?" Мы оторопели от неожиданности. Диана была у нас в группе самая смелая. Она спокойно ответила: "Да, а что для этого надо?!" Оказалось, ничего особо и не нужно, лишь желание и свободное время. Девушка оказалась менеджером по кадрам "Мосфильма" и приехала с режиссером Владимиром Фатьяновым на съемки сериала для НТВ. Ей было поручено набрать массовку. Она взяла номера наших телефонов и обещала позвонить при необходимости. Так же неожиданно, как появилась, она исчезла. Мы с Дианой переглянулись и вернулись к девочкам в теплый полумрак зала.

"Готовьтесь к съемкам", — с хитрыми физиономиями заявили мы подружкам. Никаких разъяснений давать не пришлось: они, наверное, подумали, что мы просто шутим. Потом мы еще пообщались-потанцевали и разъехались по домам спать.

Мы жили с Настей у хозяйки, и на следующий день уже были в Лазаревке. Каждая — у своих родителей. Каникулы уже подходили к концу, все мое время было разделено между общением с папой и мамой и книгами. Но, по правде говоря, уже начинала скучать по городу.

Однажды вечером довольно поздно позвонила девушка. Это оказалась Юлия с "Мосфильма". "Завтра в 16. 00 "Парк Отеле". Нужно два человека. Можете?! Триста рублей", — послышалось в трубке. "Можем", — спокойно ответила я.

Позвонила Диане, та сказала, что ей далеко ехать, что она занята. Настя! Ее долго уговаривать не пришлось. Тем более, для нас, студенток, 300 рублей были нормальные деньги, да еще и намечалось много новых впечатлений.

Господи, ну и ну. Сколько же тогда в нас было непосредственности. Объясню. Мне вдруг вздумалось именно в первый день съемок в кино купить себе новые сапоги. Решила, и все тут. В три часа дня мчалась по торговой галерее в поисках подходящих. Нашла. Надела. Прежние положила в коробку от новых и с огромным пакетом отправилась на Приморскую набережную. Ужас!

Был кристальный день, светило золотое солнце. Дошла быстро. Села на лавочку, пила сок. Рядом вертелся длинноволосый парень в огромных кедах и будто снятых с какого-то гиганта джинсах. К нему подходили прохожие, а их было очень много: воскресенье, сочинцы вышли на променад. Все у него что-то спрашивали, и только слышалось: "Вот, на съемках работаю!" Потом обнаружилось, что Максим (конечно, мы познакомились) был помощником оператора. Пришла немного испуганная Настя.

К нам вышла Юлия и повела нас через холл отеля в кафе "Сладкий попугай". Она объяснила, что сегодня снимается эпизод в кафе, и режиссер нам все расскажет позже. Мы с Настей привели себя в порядок и робко пошли за Юлией. Она усадила нас за столик. За соседним столиком сидели два огромных блондина и неспешно разговаривали. К сожалению, имена этих актеров я так и не узнала. И тут вдруг ...

— Ань, ты соображаешь вообще, что сейчас происходит?!
— Нет, абсолютно.
— Вы с Настей сидите в кафе, вокруг суетятся люди, и сейчас все начнется.
— Что начнется?!
— Ну, ты мечтала о кино когда-то, ведь правда?!
— Да, очень. Но не верила, что все может быть так просто и легко.
— Легко!

Мысли не успели выстроиться, к нам подсел режиссер. Спокойный. Кажется, зеленоглазый. Он сказал: "Девочки, вы пришли в кафе пообщаться. Говорите, смейтесь, делайте, что хотите, только не смотрите прямо в камеру: вы — массовка, просто посетители кафе, где происходит действие. Договорились?"

Мы понимающе улыбнулись. Потом он встал и долго нас рассматривал. Кому-то что-то сказал. Принесли бутылку шампанского, два бокала, пачку сигарет, зажигалку, салфетки. Моей Насте надели парик блондинки. Мы долго смеялись. Мои рыжие (тогда уже рыжие) волосы их, видно, устроили. Мы оказались задействованы в сериале "Стервы, или Странности любви".

Съемки длились часа четыре, до темноты. Вместо шампанского в бутылке был лимонад, а вот сигареты были настоящие. И Настя выкурила почти всю пачку. Мне было ее так жалко (она не курила), но подружка с ухмылкой ответила, что вспомнила школьные годы, а ради дела иногда можно и подымить. Этот эпизод с главной героиней в кадре снимался очень долго. Как в фильме "День сурка" — слышались одни и те же фразы, совершались одни и те же движения. По сюжету эдакая стерва приходит в кафе кого-то соблазнить (не знаю, зачем) и присматривается к посетителям. Она хочет закурить и просит зажигалку у одного из джентльменов. До сих пор в голове слышится сто раз произнесённая одним из блондинов фраза "А у нас в Голландии..." Не помню, что там у них в Голландии. Все происходило будто во сне. И не со мной.

Мы с Настей тогда впервые говорили очень откровенно: рассказали друг другу все о прошлом, о мечтах, о влюбленностях и многом другом. Потом в один момент я будто отключилась, время исчезло, люди превратились в фон. А потом вдруг пришла в себя. И обнаружила, что на меня смотрят умные, чуть грустные, огромные голубые глаза. Я стала его рассматривать. Там вдалеке за оператором и всякими помощниками стоял и наблюдал за нами невысокий мужчина с седыми волосами до плеч. Он отличался от остальных. Очень отличался: спокойствием, чем-то неповторимым. Он был очень стильно одет: какие-то светлые джинсы и темный жакет-труакар. Видно было, что у него хороший вкус от природы, и он предпочитает удобство моде. Мы долго разговаривали глазами, пока героиня произносила свой текст и усаживалась за столик по соседству.

Потом наконец-то съемочный день закончился. И нам позволили встать и делать все, что хотим. Юлия попросила немного подождать и исчезла. Что-то подтолкнуло меня попросить автограф у режиссера, но вот никакой записной книжки с собой не было. Искала глазами что-нибудь подходящее. На стойке нашла рекламный флаер с чистой оборотной стороной. И решила с ним подойти к Владимиру Фатьянову. Смело направляюсь туда, где куча народа обступила режиссера. Путь преградил тот с седыми волосами: "Вы куда это идете? За автографом? А знаете такого режиссера Эльдара Рязанова? Он бы обиделся, если бы к нему подошли с таким листочком. Подумайте". Мне стало неловко. Пошла просить у работницы отеля чистые листы. Она мне дала парочку. Оказалось, что таинственного господина зовут Дима ("просто Дима"). Он на съемках отвечает за комфорт актеров. Да и всех остальных тоже. Не знаю, как его должность называется. Пришлось подождать, пока режиссер немного освободится. Дима в это время заговорил об Англии, где, как оказалось, он работал 11 лет, и делал приблизительно то же самое, что и сейчас. Не помню, как и почему, но мы вдруг перешли на английский. И довольно долго проговорили, смеясь и подшучивая друг над другом. Настя была очень удивлена. Я, по правде сказать, тоже. Вот так легко общаться с незнакомым человеком. Еще и на английском языке.

Автографы режиссера и актеров до сих пор где-то дома у родителей в старых дневниках лежат. Мы с Настей получили свои деньги; довольные, но утомлённые поехали домой. Всё закончилось. Как обнаружилось позже, это "все" только начиналось.

Пришло время учебы. А с ним — задания, бессонные ночи за чертежами и рисунками. Кино забылось.

Подошло время выходных, и Настя уехала. Я осталась на субботу в Сочи — дорисовать, подумать. Утром позвонила та самая Юлия и снова бойко предложила: "Съемки на Красной поляне. Уезжаем на весь день. Две девушки. Форма одежды — спортивная, яркая". Уже как по уставу отвечаю: "Договорились". Не будет долгожданного выходного, зато будет кино!

Настя уехала к своему Мише в Туапсе, Элин телефон молчал. Поехать в горы на съемки согласилась Оля из Адлера.

В восемь утра мы стояли у входа в "Парк Отель". Актеры на иномарке должны были ехать впереди. В специальный автобус загрузили оборудование. На нем-то мы и поехали вместе с операторами, их помощниками, гримером, гардеробщицей и Димой. Всю дорогу он молчал и улыбался, думал о чем-то своем. Мы с Олей то общались, то дремали. Мы с ней не были очень близки, поэтому темы в основном затрагивали какие-то поверхностные. Да и о чем говорить утром в предвкушении неизвестного? Ехали долго, тоннеля тогда еще не было, из-за реверсивного движения выстраивались в обе стороны длинные очереди машин. В нашем автобусе звучала музыка, все улыбались.

"Пик Отель"! Вокруг снег, вершины серо-голубоватые. А домики на территории отеля такие сказочные. Нам дали полчаса свободного времени. Увидела семейство замерзших павлинов, бассейны наверху, сауну и еще много красивого. Потом нас позвали в отель. Принесли целую кучу спортивной одежды всех цветов радуги и предложили примерить. Оле отдала свою терракотовую куртку, себе выбрала из предложенного вороха фиолетовую с желтым шарфом. Оставалось ждать вызова. В этот день снимали катание героев на снегу. А мы должны были мелькать в дверях отеля, исполнять роли жильцов. Потом спросили, кто хочет в кадр. Я отрицательно замотала головой: мол, потом, берите Олю. И ее увели. А я осталась сидеть возле сауны на первом этаже отеля, где разместилась вся съемочная группа. Гример с огромным серебристым ридикюлем расположилась возле бассейна и колдовала над одним из актеров. Она никому не разрешала подходить близко. Тут же посетители отеля окунались в теплую воду, разговаривали и с ленивым любопытством смотрели на нас.

От нечего делать мы с новым помощником оператора Сережей начали играть в настольный теннис: по соседству с бассейном был и спортзал. Он дал мне послушать французский рэп, с тех пор обожаю эту музыку. Потом мы играли в теннис с Димой. А Оля пропала на полдня. Мне абсолютно не хотелось сниматься, такое блаженство было просто находиться в этой атмосфере, почему-то очень близкой, знакомой и естественной. Потом стало невыносимо жарко, и я пошла исследовать "Пик-отель". Поднималась на лифте на верхние этажи, смотрела из огромных окон, побывала в комнате для детей (там было холодно).

К вечеру Олю наконец-то отпустили, и мы продолжили исследования вместе.

Вечером атмосфера в отеле очень изменилась. Вернулись с канатки замерзшие постояльцы, согрелись, переоделись и спустились в лобби-бар. Съемки эпизода с танцем одной из героинь были в самом разгаре. Она красиво двигалась навстречу камере и одновременно поглядывала на девушку-хореографа, которая находилась рядом, но в кадр не попадала. В хореографе я узнала сочинскую модель Алену Новикову, которая завоевала титул "Мисс Сочи", не помню, правда, в каком году. Все это действо происходило на третьем или четвертом этаже отеля, а снизу к нам доносилась нежная и чуть грустная музыка. Когда спустились вниз, увидели красивую картину: наш Дима сидел за черным роялем в лобби-баре и вдохновенно играл. Все зачарованно слушали.

Пока мы шли за вещами к бассейну, все то и дело нас останавливали вопросами: "Какое кино снимают? Кто режиссер? А кто играет?"

Потом была долгая дорога в Сочи. Как тогда ночью в Красной поляне я больше никогда не замерзала, даже в новогоднем Питере при минус двадцати. Мы часами стояли в веренице машин и от холода не могли ни говорить, ни шевелиться. Деньги за съемочный день, само собой, Юлия заплатила.

Январь закончился, февраль тоже. А "Странности любви" в Сочи все продолжали снимать. Как-то в начале марта Юлия, уже успевшая стать хорошей знакомой, позвонила снова. И попросила привести уже не двух, а четырех человек. Двое должны быть мужского пола и хороши собой.

Целый день ушел на звонки друзьям и знакомым: если мог один, не мог другой, у третьего — работа, четвертый стесняется. В итоге на Красную поляну мы поехали с Настей, моим двоюродным братом Араратом и его другом. Парни, надо сказать, красавцы: высокие, широкоплечие, уверенные в себе. Но у меня были опасения: они оба темноволосые, смуглые, с глазами цвета кофе — слишком типажные, что ли. Но все было нормально. Владимир Фатьянов взглянул на них и отправил переодеваться и выбирать спортинвентарь: в этот день снимали эпизод на снегу. Мы с Настей должны были снова изображать подруг теперь уже в открытом кафе неподалеку от отеля. Наши спортсмены переоделись в спортивные костюмы для катания на лыжах, взяли в руки сноуборды и ушли на съемки. Мы остались во дворе. Было холодно.

Операторы возились с камерой и все не могли ее настроить. Нам снова дали свободное время. Некоторые дорожки неподалеку от места съемок в кафе под открытым небом были завалены мокрым снегом. Это мешало всем. И тогда откуда-то появилась специальная лопата, и Дима начал расчищать снег. До сих пор в глазах его седой "хвост", стильное пальто и легкие движения хищника. К нему присоединилось несколько человек. Он как-то по-особенному мог зарядить людей на что угодно: это было очевидно и красиво.

Съемки все откладывались: в главной камере обнаружили какие-то неполадки. Актеры разбрелись. И мы с Настей пошли гулять по территории отеля и фотографироваться. На самом верху, где фонтанчики и сауна, случайно встретили главных героев: они рассматривали пейзажи вокруг и общались между собой. Как из-под земли возник еще один участник массовки и напросился сфотографироваться всем вместе. Актеры не возражали. А Нина Усатова посмотрела на мою худющую Настю и с участием сказала: "Не замерзайте тут, девочки".

В тот день, как оказалось, съемки так и не начались. В Москву срочно кого-то отправили за необходимой деталью к камере. Мы еще долго фотографировались с нашими сноубордистами и новыми друзьями. А потом благополучно с гонораром в карманах вернулись в город.

Позже узнала, что в этом сериале снимались в разные дни несколько моих знакомых. Один сочинский дизайнер одежды рассказал, как мосфильмовцы разгневали руководство "Пик Отеля", устроив "новогодний" фейерверк и напугав постояльцев. А им, участникам массовки, приходилось в течение шести часов изображать веселье. "Сыр постепенно высох, хлеб зачерствел, мы устали, а нужно было танцевать и изображать счастье", — вспоминал он.

Где мои записи со съемок, теперь уж не знаю. Через несколько лет случайно увидела эпизод из этого сериала по НТВ. Как раз показывали сцену в открытом кафе, где Нина Усатова, Владимир Долинский и их юная подруга говорят о возрасте любви. А поблизости об этом же ведут разговоры еще двое постояльцев отеля. И ныне покойный актер Андрей Краско, внимательно смотрящий на героиню Нины Усатовой, классифицирует женщин и объясняет, что даст мужчине любовь той или иной представительницы прекрасного пола. А у меня с тех пор — ностальгия. Все сложности съемочных дней забылись. В памяти остались только светлые моменты, когда казалось, что ты находишься в сказке под названием "кино". Не казалось. Так оно и было.