Вообще-то Анютка любит купаться, но иногда на неё нападает "Боюсь". "Боюсь" — это существо такое, с чёрными лапками, чёрными бровками, пушистыми ресничками, один глаз всегда закрыт, один — подглядывает. Появился этот "Боюсь", когда отучала её от груди — примерно в полтора Анюткиных года. Раньше вся мама была Анюткина — безраздельно, а теперь вот пошли отказы. Да ещё и учить начали: то нельзя, это нельзя. Вот и придумала себе Анютка "Боюся" — чтобы жалели. Ремонт у соседей — "Боюсь!" Ветер шумит в берёзах — "Боюсь!" Тени вечерние дрожат на потолке — опять "Боюсь!" Прижмётся ко мне покрепче, ладошку на грудь положит, а глазёнки у самой хитрые... Мы с Анюткиным папой этого "Боюся" решили сразу разоблачить. Сначала поддавались, жалели "пугливую детку", понимали: это ей нашего внимания хочется. А потом надоело: на каждом шагу "Боюсь"! И придумали такую игру. Как только скажет: "Боюсь!", отвечаем: "Он же добрый". И нарисовали такую страну, где никто никого не боится. Все добрые, круглые. А в центре стоит самый главный "Боюсь", оба глаза открыл, на голове кепочка с ромашкой, одной рукой держит зайчика, другой — волка.

— Мама, дядя девает имонт. Я боюсь!

— Это добрый дядя. Он строит дом для своих деток. Чтобы они там бегали и играли.

— Мама, я боюсь ветева (ветра, то есть).

— Это он листочкам песни поёт, чтобы они лучше засыпали. Слышишь: "Шшшу-шу-шу... Шшшу-шу-шу... Тихо листьями шуршу"?

— Мама! Козочку стасьную боюсь!

— Не бойся. У неё в лесу избушка, а там семеро козляточек. Вот наестся она травы и принесёт им молочка. (После этого даже подойти и погладить захотела).

Но дольше всего нервничала Анютка из-за пены в ванне. Совсем малышкой, до года, очень её любила. А тут вдруг стала паниковать:

— Мама, выни меня! Боюсь! Боюсь! — и кричит истошно.

— А это не пена, — говорю, — это такой снежок. Первого снега ещё долго ждать, а этот поспешил — к малышам в гости пришёл, чтобы они были чистыми и свежими, как он, и румяными — как с морозца.

Анютка зиму любит, снега очень ждала. Вот и поверила. Не сразу, конечно. Сначала влезли в ванну игрушки. Зайчик так прямо и занырнул в самую гущу: "Ой, как тут здорово!". И дельфинчик подхватил: "Анютка, я смелый. И совсем я пены не боюсь!". Даже кукла-неженка пальцем тронула: "Ах, какой снежок! Пойдём со мной купаться!". И пошла. Теперь сама просит, чтобы побольше пены было, а купание у нас — самое любимое занятие. Да и про "Боюся" давно не слышно. Наверно, забился куда-нибудь в уголок, да и сидит там. Сам всех боится. Анютка-то у нас теперь — самая смелая!