Содержание:

Если бы у нас было меньше вредных привычек и больше полезных, жизнь изменилась бы в лучшую сторону, не так ли? И практические способы заполучить хорошую привычку есть. Во-первых, это среда: если в вашем офисе никто не курит, вам будет легче отказаться от сигареты. Во-вторых, выработать полезные привычки помогает чек-лист — контрольный список, который вы выполняете, не задумываясь. О том, как эти способы работают, — две сегодняшние истории.

Как избавиться от вредных привычек

Майк Романо (имя изменено в целях защиты личных данных) родился в 1950 году, вырос в Милуоки и был самым младшим из четырех братьев. Его отец чинил сантехнику и отопление. Мать получила степень в области декоративно-прикладного искусства, но сидела дома с детьми, лишь время от времени принимая заказы.

Романо отличался вспыльчивым характером. Восемнадцатилетним юнцом он ввязался в драку и выбросил одного парня из окна. Боясь тюрьмы, он пошел в армию.

Романо направили во Вьетнам. 173‑я воздушно-десантная бригада, в которую он попал, имела репутацию элитного подразделения, но у служивших в ней солдат был свой секретный (как казалось командованию) изъян: повальная наркомания. Их даже прозвали «торчки с парашютами».

До военной службы Романо не пробовал наркотиков и знакомиться с ними не торопился. Через несколько месяцев пребывания во Вьетнаме Романо был ранен и эвакуирован в госпиталь на базу Камрань. Там парень впервые попробовал опиум.

Он быстро подсел на «дозу», как многие вокруг, и не переставал принимать наркотики, даже когда его переводили в другие госпитали. Зависимость продолжала мучить его все тринадцать месяцев службы.

К содержанию

Почему Вьетнамская война не привела к тотальной наркомании

Скатывание в наркоманию — типичная история для Вьетнамской войны. Белый дом был так озабочен сообщениями о повальной наркомании в рядах армейцев, что назначил специальное расследование. Результаты оказались тревожными. До войны молодежь пробовала тяжелые наркотики лишь эпизодически, в зависимость впадало менее 1%. Во Вьетнаме наркотиками баловалась почти половина солдат, и зависимость подскочила до 20%. Вьетнам делал наркоманами всех, невзирая на расовую и социальную принадлежность.

20% солдат «подсаживалось» уже в первую вьетнамскую неделю, а 60% — в первые три месяца. Как ни странно, исследования не обнаружили связи наркомании с психологическими травмами, вызванными опасными заданиями или смертью друзей. Правда, сам Романо начал принимать опиум из-за ранения, но для большинства солдат во Вьетнаме наркотики были просто жизненным фактом, частью культуры.

Перспектива возвращения в США тысяч наркоманов ужаснула правительство. Военные и гражданские власти беспокоились, что действующие программы лечения просто захлебнутся в таком потоке. Они боялись получить на свою голову сотни тысяч неработоспособных, социально опасных молодых мужчин.

Майк Романо был одним из тех, о ком они так пеклись. Но он и не подозревал об этом. Демобилизовавшись в 1969 году, вояка сел в самолет и прибыл в родной Милуоки. С собой он вез заначку с опиумными косяками.

Через неделю-другую после возвращения домой Романо встретил бывшую одноклассницу, работавшую продавщицей в аптеке. Молодые люди начали встречаться. Девушка довольно быстро поняла, что бойфренд принимает наркотики, и стала давить на него, чтобы он бросил это занятие. Он несколько раз пытался, но мучительные ломки снова и снова заставляли его браться за старое.

Тем не менее Романо удалось устроиться работать маляром. Он даже начал ходить на уроки искусства в Висконсинском университете в Милуоки. Там он рисовал плакаты для музыкальных групп, выступавших в студенческом клубе.

После нескольких безуспешных попыток с наскока бросить наркотики он начал отучать себя от опиума постепенно. И ему удалось! Перемена, произошедшая в жизни Майка Романо, может показаться почти невероятной.

По поручению Белого дома ученые исследовали проблему наркомании среди возвращавшихся с фронта солдат. Чтобы проследить судьбу вернувшихся домой военных, они звонили им через восемь-двенадцать месяцев и спрашивали, продолжают ли они принимать наркотики. Во время войны 50% солдат «баловались» наркотиками от случая к случаю, а 20% были серьезно зависимы, то есть регулярно потребляли «дурь» на протяжении длительного периода времени и испытывали синдром отмены (озноб, судороги, боль), когда прекращали их принимать.

Дальнейшие исследования изрядно удивили ученых: по возвращении в США зависимость от наркотиков сохранилась всего у 1% ветеранов. В сущности — довоенный уровень. Социальной наркокатастрофы, которой так боялись, не произошло. Что же случилось?

Как избавиться от вредных привычек

К содержанию

Как изменить привычки? Поработать со средой

Люди невероятно чувствительны к окружающей среде и культуре — к нормам и ожиданиям общества, в котором живут. Все мы хотим носить правильную одежду, говорить правильные вещи, ходить в правильные места. Поскольку мы инстинктивно стремимся соответствовать «своей» группе, поведение заразительно. Иногда это дает интересные результаты.

Представьте, что ваша задача — разработать среду, которая будет гасить наркоманию. Например, антинаркотический парк развлечений, на строительство которого вам разрешено потратить сколько вздумается. Как он будет выглядеть?

Может быть, во многом как район Милуоки, где жил Романо. Бывших солдат можно окружить любящими, заботливыми соседями, которые помнят их пацанами, какими они были до войны. Можно дать им интересную работу — например, рисовать плакаты для рок-групп, чтобы их мозг отвлекся от опийных флюидов.

Можно ввести и пропагандировать санкции против наркомании, загнать наркотики в подполье, вынуждая бывших солдат потреблять их лишь украдкой. Можно сделать так, чтобы девушки закатывали им истерики из-за вредной привычки. Можно установить социальные табу, чтобы продолжающие принимать наркотики чувствовали себя отверженными, даже жалкими.

Можно обогатить среду — пейзажами, песнями, едой, одеждой и уютными домами, — чтобы напомнить бывшим солдатам об их довоенной идентичности, в которой наркотикам не было места. Тематический парк Милуоки: именно он превратил Майка Романо в бывшего наркомана. По возвращении домой среда вокруг изменилась — и изменила его самого.

К содержанию

На что способен чек-лист

Чтобы изменить себя и других, надо сформировать привычки — как в истории с запущенной начальной школой или изменить среду — в случае Романо атмосфера родного города оказалась поистине целебной. Но есть инструмент, который идеально сочетается с обоими способами: его можно добавить в среду, чтобы поведение стало более последовательным и привычным.

Этот инструмент — скромный контрольный список, чек-лист. Мы знаем, какие ассоциации он вызовет в головах многих читателей: рутина, обыденность, бюрократия. А если мы заявим: чек-листы в состоянии не только полностью изменить ситуацию — они способны спасать жизни?

Пациенты отделений интенсивной терапии (ОИТ) часто лежат под внутривенной капельницей, по которой им подаются лекарства. Если в капельницу попадет инфекция, последствия для пациента могут быть очень тяжкими. Устав от «капельничных инфекций», доктор Питер Проновост из Университета Джона Хопкинса составил чек-лист из пяти разделов.

В нем были прямые советы: врач должен мыть руки перед установкой капельницы, кожу пациента надо обработать антисептиком в момент введения и так далее. Никаких научных новшеств, ничего спорного. Однако результаты удивили: за восемнадцать месяцев после введения чек-листа в практику ОИТ одной из мичиганских больниц заражения практически исчезли, а больница сэкономила примерно 175 миллионов долларов на лечении сопутствующих осложнений. Это спасло более 1500 жизней.

Как такая простая мера оказалась столь мощной? Чек-листы учат людей лучшему, показывают надежный способ сделать все правильно (то есть эффективно направляют Погонщика — рациональное начало в человеке). Как говорит доктор Проновост, пять шагов были черно-белыми и подкрепленными солидными медицинскими исследованиями. Чек-лист можно проигнорировать, но спорить с ним невозможно.

Люди боятся чек-листов, потому что они, по их мнению, обезличивают человека. Может быть, виноваты ассоциации с детальными инструкциями, позволяющими неопытным подросткам успешно обслуживать сетевой фастфуд-ресторан. Людям кажется, что если шаг настолько прост, что помещается в чек-лист, с ним справится и обезьяна. Это их унижает. Ну, если это правда, пусть возьмут чек-лист пилота Boeing 747 и попробуют поуправлять самолетом.

Чек-листы снижают вероятность крупных проколов. Исследование доктора Проновоста показало, что смертельно опасное случайное заражение капельниц было повсеместным. Но вместо напрашивающегося вывода «В системе здравоохранения полно неряшливых безответственных коновалов» он задал себе вопрос «Как изменить ситуацию, чтобы с большей вероятностью избежать заражения капельниц?».