Тридцать два года я жила сама для себя. Пока на УЗИ не сообщили интересную новость. Я обрадовалась, и мой любимый тоже — мы станем мамой и папой, как здорово! Взбудораженные известием близкие, медики и статьи в интернете в один голос твердят про женское счастье. Лишь где-то там, на задворках, мелким шрифтом — про послеродовую депрессию и бессонные ночи. Но в приятных хлопотах — чем вкусным себя побаловать, на какой концерт сходить, что купить малышу — на это не обращаешь внимания. И вот долгожданный комочек — и правда, счастье! — прикладывают к твоей груди. Первое знакомство в роддоме: непривычно. Но рядом педиатры — подскажут и помогут, к тому же думаешь, это здесь тяжело, вот выйду из опостылевшей больницы, а дома и стены помогают... Наконец, свёрток с бантами торжественно вручают папе. Кажется — всё! Непростые девять месяцев позади, ребёнок здоров, мама поправляется, и так уже хочется положить малыша в новую кроватку, показать с такой любовью подобранные игрушки и книжки, одеть в эти славные крохотные одёжки. И тут-то в розовые мечты врывается реальность...

Ты одна. Малыш кричит. Чистый, сытый, здоровый ("скорая" уже внесла ваш адрес в черный список) — что ему не так? Непонятно. Обкакал специально купленные к его приезду новые домашние шорты. Срыгнул на только что выстиранную и выглаженную распашонку. Залез рукой и весь извазюкался в креме под подгузник. И это не раз, не два, это система, и как-то уже не до книжек и игрушек, хотя бы на час ночью прикорнуть, и с ужасом думаешь, что скоро опять вставать...

В результате — усталость, раздражение, срывы, злость, даже отторжение. Очень больно думать об этом, но сколько случаев, когда мамы начинают избегать и даже ненавидеть своего малыша. Такие "мамы", правда, случай для психиатра, но даже самая любящая и трепетная мама хоть раз, да и подумала — когда же всё это кончится...

Я — любящая мама. Около месяца я безропотно терпела — и колики, и бессонные ночи. Но вот однажды (с коликами на тот момент мы уже благополучно справились, и никаких предпосылок к страданиям ребенка не было) дочь вдруг после кормления ни с того ни с сего начала кричать и не успокаивалась. У нас кормление смешанное (грудь + докорм), по часам. Дальше был ад: ну что нужно?! Наелась досыта, не икает, ножки не подгибает, покакала, подмылась, поиграли, почитали, тепло, уютно, мама качает непрерывно... И вдруг спустя три часа бешеного крика она за секунду отключается — да так сладко засопела, подсунув под щечку маленькую ладонь и причмокивая соской, ну просто ангелочек!Только как назло до следующего кормления — всего пятнадцать минут... Я ее положила, приготовила смесь, подошла, бужу — не просыпается: вот, думаю, раньше-то что тебе не спалось? И тут я не выдержала: взяла и резко, со злостью, выдернула соску у нее изо рта.

Она, конечно, проснулась — едва ли это доставило ей приятные ощущения. Я думала, она заплачет. Но она не заплакала. Она открыла глаза и посмотрела на меня так, как не смотрела до этого никогда. Глубоко и пристально. Не знаю, что от меня тогда исходило. Но она всё поняла. И просто молча, с немым укором, спросила глазами: "Мама, за что?"

И тут заплакала я. Взяла свою дочку на руки, прижала к груди так крепко, как можно, и поняла, что больше никогда на ней не сорвусь. Потому что женщина прежде, чем завести ребенка, должна обзавестись... нет, не модными крохотными вещичками, а нежностью и терпением.

Вообще ребенок кричит по трем причинам: голод, холод и боль. Капризов у ребенка-грудничка не бывает в принципе: как утверждают психологи, в таком возрасте сознание еще не сформировалось настолько тонко, это происходит чуть позже. А позже капризы ребенка — уже вина не ребенка, а родителей, ведь нежность и терпение не означает баловство. Конечно, проще взять малыша в супружескую кровать — он тут же уснет, чем укачивать в кроватке, в полусонном состоянии читая ему стихи, или отвязаться от ребенка постарше новой игрушкой, чем ласково, но твердо объяснять, почему ему нельзя то, чего он хочет. Если же малыш-грудничок всё время просится на руки, так это естественно и понятно: у мамы на ручках легче, и он просто просит помощи у самого близкого человека, и вправе на эту помощь рассчитывать. Это не значит, что надо не спускать его с рук — во всем необходим разумный баланс. Но когда перед мамой стоит вопрос, заняться своими делами или лишний раз уделить внимание хнычущему чаду, вспомните: ваш малыш пришел в мир, чтобы вас любить — и любит вас ни за что-то, просто потому, что вы — мама, и только из-за этой любви он все время вас зовёт. В каком-то смысле для родителей это долг, теперь не жалуйтесь. Но главное, безусловно, не это!

Взгляните малышу в глазки, вспомните его трогательную беззубую улыбку, самую светлую и любящую, когда он видит ваше лицо — и думайте об этом, а не о том, как чудовищно выматывает его бесконечный крик. Устали, вам плохо? Думайте, как хорошо малышу, когда он у вас на ручках. Голодны, нет даже времени бросить в рот кусочек? Пускай муж подключается и покормит с ложечки, пока качаете малыша. Стоят дела? Пусть родственники возьмут их на себя. Некому помочь, вы одна? Ну так ведь есть малыш, который вот именно сейчас у вас на руках, значит, вы не одиноки, и это — самое большое счастье, а дела подождут. В крайнем случае, уж если раздражение зашкаливает, и дольше терпеть просто невозможно — сделайте над собой последнее усилие, слейте ваш негатив на кого-нибудь другого. Потом извинитесь — вас поймут, все — взрослые люди. Но только не на малыша, ни в коем случае не на малыша...

Конечно, усталость и раздражение естественны и понятны, за это сложно судить. Но бороться с ними можно — по крайней мере, я нашла способ для себя. Те самые нежность и терпение. Я прижимаю свою хныку к груди, целую родную макушечку и думаю: ведь она могла прийти не ко мне, а к кому-нибудь другому, и на неё могли бы повысить голос, равнодушно бросить одну кричать от боли и страха, даже — самое чудовищное, что может быть на свете — ударить или хуже того... И при этой мысли становится одновременно и жутко, и удивительно легко. Ведь она не с кем-нибудь, а со мной — а значит, всё хорошо.

Теперь, что бы ни случилось, я, как мантру, про себя повторяю: нежность и терпение. И горжусь тем, что дочь моя всегда под защитой, мой любимый, единственный, тепленький комочек.